Производство № 2-6747/2022
УИД 28RS0004-01-2022-008897-43
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
11 октября 2022 года г. Благовещенск
Благовещенский городской суд Амурской области в составе:
Председательствующего судьи Фирсовой Е.А.
При секретаре Клишиной А.А.,
С участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2,
Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ООО «Маслоэкстракционный завод «Амурский" о взыскании незаконно удержанных сумм из заработной платы, денежной компенсации за задержку выплат,
УСТАНОВИЛ:
ФИО3 обратилась в Благовещенский городской суд Амурской области с исковым заявлением о взыскании незаконно удержанных сумм из заработной платы с ООО МЭЗ «Амурский», в обоснование заявленных требований указав, что в период с 16.04.2020 по 30.11.2021 состояла в трудовых отношениях с ответчиком. 01.08.2021 между истцом и ответчиком был заключен договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности. При увольнении ФИО3 была проведена инвентаризация по передаче товарно-материальных ценностей, в ходе которой была установлена недостача на сумму 358 197 рублей 18 копеек. На основании заключенного договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности с заработной платы истца была удержана сумма в размере 39 077 рублей 45 копеек. В день увольнения с истцом не был произведен окончательный расчет.
На основании изложенного, ФИО3 просила взыскать с ООО МЭЗ «Амурский» незаконно удержанную сумму заработной платы в размере 39 077 рублей 47 копеек; денежную компенсацию за задержку выплат за каждый день задержки, начиная со следующего дня после установленного срока выплаты 01.12.2021, по день составления иска в размере 5 231 рубля 17 копеек; моральный ущерб в размере 30 000 рублей; денежную компенсацию за задержку выплат за каждый день задержки, начиная со следующего дня после составления иска 17.08.2022, по день фактического расчета удержанной суммы включительно; судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 рублей.
Представитель истца в судебном заседании на требованиях искового заявления настаивал, указал на обстоятельства, изложенные в иске, дополнительно пояснил, что при приеме истца на работу инвентаризация не проводилась. Из ответа на обращение в Государственную инспекцию труда в Амурской области следует, что установлено нарушение порядка проведения инвентаризации. Никакой документации по приему товарно-материальных ценностей истец не подписывала. Согласно договору о полной материальной ответственности членов коллектива 7, но недостача была поделена между 5 членами коллектива. В связи с изложенным, представитель истца просил требования искового заявления удовлетворить в полном объёме.
В судебном заседании представитель ответчика иск не признала, в обоснование своих возражений, также изложенных в письменном виде, указала, что инвентаризация была проведена в ноябре 2021 год в связи с увольнением заведующей складом ФИО3, в результате была выявленная недостача в размере 195 387 рублей 27 копеек, которая разделена на всех членов коллектива. Документов о передаче товарно-материальных ценностей истцу либо иным членам коллектива, иных документов инвентаризации не имеется. На склад, где работала заведующей истец, имели доступ коллектив бригады, иные работники, в том числе водители, грузчики. Истец являлась заведующим складом. Размер ущерба был поровну поделен между членами коллектива, без учета стажа работы, размера заработной платы каждого из члена коллектива. На основании изложенного, представитель ответчика просила в удовлетворении искового заявления ФИО3 отказать.
Выслушав доводы представителя истца, представителя ответчика, исследовав материалы настоящего гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.
Индивидуальные трудовые споры рассматриваются комиссиями по трудовым спорам и судами (ст. 382 ТК Российской Федерации).
Как установлено судом, спор возник относительно удержания из заработной платы ФИО3 ООО МЭЗ «Амурский» денежных средств в счет возмещения ущерба, установленного в результате инвентаризации.
Согласно приказу о приеме на работу от 16.04.2020 № 329, трудовому договору от 16.04.2020, договору о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности от 01.08.2021, приказу о прекращении (расторжении) трудового договора от 30.11.2021 № 1025, ФИО3 в период 16.04.2020 по 30.11.2021 состояла в трудовых отношениях с ООО МЭЗ «Амурский» по должности заведующий складом.
При рассмотрении исковых требований и исследовании фактических обстоятельств дела судом установлено следующее.
Согласно части 1 статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.
Условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора установлены статьей 233 Трудового кодекса Российской Федерации. В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.
Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации «Материальная ответственность работника» определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.
По общему правилу, предусмотренному ст. 241 ТК Российской Федерации во взаимосвязи со ст. 233 того же Кодекса, работник несет материальную ответственность за ущерб, причиненный в результате его виновного противоправного поведения, в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.
В силу статьи 245 ТК Российской Федерации при совместном выполнении работниками отдельных видов работ, связанных с хранением, обработкой, продажей (отпуском), перевозкой, применением или иным использованием переданных им ценностей, когда невозможно разграничить ответственность каждого работника за причинение ущерба и заключить с ним договор о возмещении ущерба в полном размере, может вводиться коллективная (бригадная) материальная ответственность. Письменный договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности за причинение ущерба заключается между работодателем и всеми членами коллектива (бригады).
По договору о коллективной (бригадной) материальной ответственности ценности вверяются заранее установленной группе лиц, на которую возлагается полная материальная ответственность за их недостачу. Для освобождения от материальной ответственности член коллектива (бригады) должен доказать отсутствие своей вины.
Из материалов дела следует, стороной ответчика не оспаривалось и подтверждается договором о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности от 01.08.2021, члены коллектива (бригада) ООО «МЭЗ «Амурский» ФИО3 (заведующий складом), СА (кладовщик), АА (кладовщик), НН (кладовщик), ИА (кладовщик) приняли на себя коллективную (бригадную) материальную ответственность за необеспечение сохранности имущества, вверенного им для приема на хранение, сохранности, отпуска товаро-материальных ценностей цеха по производству кормов, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам, а работодатель обязуется создать коллективу (бригаде) условия, необходимые для надлежащего исполнения принятых обязательств по настоящему договору.
Проверяя правомерность установления работодателем полной коллективной (бригадной) материальной ответственности ответчику, суд руководствуется Перечнем должностей и видов работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключить письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 31.12.2002 № 85, согласно которому такой договор может быть заключен с заведующим и другими руководителями складов, кладовых, в связи с чем приходит к выводу об обоснованности заключения с ФИО3 и другими членами коллектива договора о материальной ответственности.
В соответствии со статьей 247 ТК Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Обязательным для работодателя является истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт. Результаты проверки оформляются документом, фиксирующим факт причинения ущерба и его размер.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вину работника в причинении ущерба; причинную связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба.
В соответствии с частью 2 статьи 12 Федерального закона № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете», пунктом 27 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного Приказом Минфина РФ от 29 июля 1998 года № 34н, проведение инвентаризации обязательно при смене материально-ответственных лиц.
Порядок проведения инвентаризации имущества и финансовых обязательств в организации установлен Методическими указаниями по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденными Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13 июня 1995 года № 49.
В соответствии с пунктом 1.3 Методических указаний инвентаризации подлежит все имущество организации независимо от его местонахождения и все виды финансовых обязательств.
Основными целями инвентаризации являются: выявление фактического наличия имущества; сопоставление фактического наличия имущества с данными бухгалтерского учета; проверка полноты отражения в учете обязательств (пункт 1.4).
Сведения о фактическом наличии имущества и реальности учтенных финансовых обязательств записываются в инвентаризационные описи или акты инвентаризации не менее чем в двух экземплярах (пункт 2.5).
Сличительные ведомости составляются по имуществу, при инвентаризации которого выявлены отклонения от учетных данных.
В сличительных ведомостях отражаются результаты инвентаризации, то есть расхождения между показателями по данным бухгалтерского учета и данным инвентаризационных описей.
Суммы излишков и недостач товарно-материальных ценностей в сличительных ведомостях указываются в соответствии с их оценкой в бухгалтерском учете (пункт 4.1).
Из акта инвентаризации товарно-материальных ценностей от 24.11.2021 № 564 видно, что имеется недостача. Однако документов, подтверждающих факт передачи истцу ФИО3, а также членам коллектива (бригады) товарно-материальных ценностей, в том числе недостача которых ставится в вину, ответчиком не представлено; как и не представлен сам перечень товарно-материальных ценностей и их стоимость, переданных истцу в день заключения договора о материальной ответственности.
При этом, из приставленных стороной ответчика материалов инвентаризации суд лишен возможности самостоятельно установить, что истцом ФИО3, а также членами коллектива (бригады) принимались материальные ценности, факт недостачи которых был выявлен ответчиком, в связи с чем причинен ущерб на общую сумму 195 387 рублей 27 копеек.
Вопреки Методическим указаниям по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденным Приказом Минфина Российской Федерации от 31 июня 1995 года № 49, инвентаризационные акты не содержат указания на период, за который проводилась инвентаризация, по состоянию на какую дату сняты фактические остатки ценностей, сведений также не имеется. В связи с этим суд лишен возможности установить, что инвентаризация проводилась за период с 16.04.2020. Кроме того, в дело не представлены материалы предыдущих инвентаризаций, в связи с чем невозможно установить, за какой период проводилась инвентаризация, что недостача товарно-материальных ценностей образовалась за период с 16.04.2020.
Кроме того, стороной ответчика не опровергается, что на склад с материальными ценностями помимо членов коллектива имели доступ иные работники организации, в том числе водители, грузчики. На основании чего суд приходит к выводу, что стороной ответчика не были созданы надлежащим образом условия хранения товарно-материальных ценностей, для работы ответчика.
При таких обстоятельствах, когда судом установлено, что проведенная 29.11.2021 инвентаризация не соответствует требованиям приведенных выше положений закона, в связи с чем представленную в материалы дела инвентаризационную опись нельзя признать допустимым доказательством, подтверждающим вину ФИО3 в образовавшейся недостаче товарно-материальных ценностей.
Таким образом, в материалах дела отсутствуют документы, которые бы свидетельствовали о соблюдении ООО «МЭЗ «Амурский» установленного порядка проведения инвентаризации. Степень вины и размер ущерба, причиненного ФИО3, ООО «МЭЗ «Амурский» не доказаны. Представленные ответчиком доказательства, а именно инвентаризационная опись, сличительная ведомость от 29.11.2021 подтверждают лишь сам факт недостачи товарно-материальных ценностей.
С учетом изложенного, судом достоверно установлено, что ответчиком не выполнены предусмотренные статьей 247 ТК Российской Федерации требования по проведению проверки для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения.
В порядке подготовки дела к судебному разбирательству определением Благовещенского городского суда ООО «МЭЗ «Амурский» было предложено представить документы о передаче ТМЦ ответчику, сведения, подтвержденные документально, о том, за какой период проводилась инвентаризация, все материалы предыдущей инвентаризации. В нарушение статьи 56 ГПК Российской Федерации ответчиком таких доказательств не приведено.
Таким образом, исходя из обстоятельств дела, суд приходит к выводу об отсутствии доказательств виновного поведения ФИО3, того, что недостача образовалась у указанного лица. Судом установлено, что имелись обстоятельства, исключающие материальную ответственность истца, поскольку доступ к товарно-материальным ценностям также имели иные работники общества, с учетом этого отсутствует причинная связь между поведением истца и наступившим ущербом.
С учетом системного толкования приведенных выше правовых норм, обстоятельств, установленных судом и подтвержденных материалами дела, суд приходит к выводу о том, что ООО «МЗС «Амурский» не представлено доказательств причинения материального ущерба непосредственно ФИО3 в результате виновных действий в заявленном размере, причины возникновения ущерба, в нарушение части 1 статьи 247 ТК Российской Федерации, работодателем не выяснены, а, значит, у работодателя не было правовых оснований для удержания денежных средств в размере 39 077 рублей 45 копеек из заработной платы истца в счет возмещения материального ущерба.
Из представленного в материалы дела расчетного листка ФИО3 за ноябрь 2021 года следует, что из заработной платы истца была единовременно удержана сумма в счет возмещения материального ущерба в размере 39 077 рублей 45 копеек. Данное обстоятельство также не оспаривалось представителем ответчика в судебном заседании.
Поскольку судом не установлена причинная связь между поведением истца и наступившим ущербом, суд приходит к выводу, что удержания, произведенные в счет возмещения материального ущерба из заработной платы истца, незаконны, на основании чего суд полагает, что исковые требования истца в части взыскания незаконно удержанной суммы заработной платы в размере 39 077 рублей 47 копеек подлежат удовлетворению.
Согласно ст. 142 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель и (или) уполномоченные им в установленном порядке представители работодателя, допустившие задержку выплаты работникам заработной платы и другие нарушения оплаты труда, несут ответственность в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.
В соответствии со ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от невыплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. Размер выплачиваемой работнику денежной компенсации может быть повышен коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. Обязанность выплаты указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.
При неполной выплате в установленный срок заработной платы или других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.
Из приведенных положений ТК Российской Федерации в их совокупности следует, что материальная ответственность работодателя в виде выплаты работнику денежной компенсации в определенном законом размере наступает только при нарушении работодателем срока выплаты начисленной работнику заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику.
Из представленного в материалы дела расчетного листа за ноябрь 2022 года следует, что из начисленной истцу заработной платы произведено удержание на сумму материального ущерба в размере 39 077 рублей 47 копеек.
Поскольку судом установлена незаконность произведенного удержания, суд приходит к выводу, что требования истца о взыскании компенсации за задержку суммы выплаты основаны на законе.
Компенсация за задержку выплаты заработной платы за период с 01.12.2021 по 11.10.2022 (дата вынесения решения) составляет 9 150 рублей 64 копейки и подлежит взысканию с ответчика в пользу истца. При этом, начиная с 12.10.2022, компенсация подлежит взысканию по день фактической выплаты заработной платы, исходя из 1/150 ставки рефинансирования ЦБ Российской Федерации.
В силу ст. 237 ТК Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Как следует из пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 (с последующими изменениями) «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).
Поскольку судом установлен факт нарушения трудовых прав истца, выразившийся в выплате заработной платы не в полном размере, принимая во внимание период нарушения прав истца, учитывая, что обязанность по своевременному производству всех причитающихся выплат законом возлагается на работодателя, который проявляет бездействие по соблюдению трудовых прав работника на труд, на достойное вознаграждение за труд, гарантированное ему Конституцией Российской Федерации, в добровольном порядке, суд приходит к выводу о необходимости удовлетворения требования истца о взыскании компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей. В удовлетворении требований в остальной части надлежит отказать.
В силу ч. 1 ст. 98 ГПК Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.
В соответствии со ст. 100 ГПК Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Согласно представленным суду договору об оказании юридической помощи по гражданскому делу от 13.08.2022, истцом понесены судебные расходы за представительские услуги по данному делу в сумме 15 000 рублей.
В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17.07.2007 N 382-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан ВВ, ЮС и НЮ на нарушение их конституционных прав частью первой статьи 100 ГПК Российской Федерации", обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования ст. 17 (ч. 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в ч. 1 ст. 100 ГПК Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.
В силу ст. 100 ГПК Российской Федерации, суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца возмещение судебных расходов на оплату услуг представителя в сумме 5 000 рублей, полагая данный размер соответствующим критерию разумности пределов возмещения конкретным обстоятельствам дела в соотношении с объектом судебной защиты по данному гражданскому делу. В остальной части указанных требований истцу следует отказать.
При подаче искового заявления истец был освобожден от уплаты государственной пошлины, в связи с чем, в соответствии со ст. 103 ГПК Российской Федерации, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 1 946 рублей 84 копеек.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО3 удовлетворить частично.
Взыскать с ООО «Маслоэкстракционный завод «Амурский» в пользу ФИО3 незаконно удержанную из заработной платы денежную сумму в размере 39 077 рублей 47 копеек, денежную компенсацию за задержку выплаты заработной платы за период с 01.12.2021 по 11.10.2022 в сумме 9 150 рублей 64 копеек, компенсацию морального вреда в сумме 5 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 5 000 рублей, отказав в удовлетворении остальной части иска.
Взыскать с ООО «Маслоэкстракционный завод «Амурский» в пользу ФИО3 денежную компенсацию за задержку выплаты заработной платы за каждый день задержки, начиная с 12 октября 2022 года по день фактического расчета удержанной суммы.
Взыскать с ООО «Маслоэкстракционный завод «Амурский» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 1 964 рублей 84 копеек.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Благовещенский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Председательствующий Фирсова Е.А.
Решение изготовлено в окончательной форме 18 октября 2022 года