Дело № 2-2638/2023
УИД 50RS0046-01-2023-003565-10
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
20 декабря 2023 г. г. Коломна Московской области
Коломенский городской суд Московской области в составе
председательствующего судьи Жучковой О.Ю.,
при секретаре ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Государственного бюджетного учреждения Московской области «Мосавтодор» к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного умышленными действиями,
УСТАНОВИЛ:
Государственное бюджетное учреждение Московской области "Мосавтодор" обратилось с иском к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного умышленными действиями.
В обоснование заявленных требований указало, что ДД.ММ.ГГГГ между ГБУ МО «Мосавтодор» и ФИО1 был заключен трудовой договор № в соответствии с которым ответчик был принят на должность водителя автомобиля производственного комплекса «Воскресенский» РУАД №.
ДД.ММ.ГГГГ между работодателем и работников заключено дополнительное соглашение, в соответствии с которым работник был переведен на должность водителя автомобиля Производственного комплекса «Воскресенский» РУАД №.
Согласно п. 3.9 Должностной инструкции водителя легкового автомобиля от ДД.ММ.ГГГГ № водитель обязан ежедневно вести путевые листы, отмечая маршруты следования, пройденный километраж, расход топлива, отмечать количество отработанного времени. Пунктом 5.5 Должностной инструкции предусмотрено, что водитель является ответственным за причинение материального ущерба ГУП МО "Мосавтодор" в пределах действующего трудового и гражданского законодательства.
Таким образом, ответчик, заключив договор с истцом, принял на себя обязательства по сохранности вверенного ему имущества.
Для осуществления трудовой функции ответчику был передан автомобиль марки "<данные изъяты>" гос. номер №, а также топливная карта ПАО «Роснефть» №.
На основании приказа и.о.генерального директора ГБУ МО "Мосавтодор" от ДД.ММ.ГГГГ была создана комиссия по проведению проверки расхода топлива ГБУ МО "Мосавтодор". В ходе проверки и заключения служебной проверки было выявлено, что у водителя ФИО1 объемы заправляемого топлива по выданной топливной карте ПАО «Роснефть» № значительно превышают емкость топливного бака. Данные о пробегах автомобиля в путевых листах не соответствуют информации о пробегах в Региональной навигационно-информационной системе (РНИС). Ответчик в ходе служебной проверки пояснил, что им производилась заправка автомобиля как в бак транспортного средства, так и в канистры.
Таким образом, считают, что в результате умышленных действий ответчика, истцу был причинен ущерб за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере <данные изъяты> руб., выразившийся в сливе топлива в канистры и завышении пройденного расстояния в путевых листах. Факт завышения пробега в путевых листах был установлен по данным Государственной информационной системы РНИС <адрес>.
Просят взыскать с ответчика сумму причиненного ущерба в размере <данные изъяты> руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме <данные изъяты> руб.
Представитель истца по доверенности ФИО4 в судебном заседании поддержал иск по доводам, изложенным в исковом заявлении.
Ответчик ФИО1 в судебном заседании исковые требования не признал, подал письменные возражения в которых просил отказать истцу в иске, поскольку истцом не доказан факт и размер материального ущерба и отсутствие обстоятельств, исключающих материальную его ответственностью. Истцом не представлены достоверные сведения о том в чем именно выразилось несоответствие в путевых листах и данных РНИС, необоснованно причина по которой данные являются объективными, чем данные пробега одометра на автомобиле под управлением ответчика.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований ООО "СЕМАРГЛ" в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, о причинах не явки не сообщил, своего представителя не направил.
Суд, руководствуясь ч.3 ст. 167 ГПК РФ рассматривает дело в отсутствие третьего лица.
Заслушав представителя истца, возражения ответчика, исследовав материалы дела, оценив их в совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ приходит к выводу, что исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.
Из материалов дела установлено, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ был принят на работу водителем автомобиля участка автомобильной и дорожно-строительной техники производственного комплекса "Егорьевский" Регионального управления автомобильных дорог N ГБУ МО "Мосавтодор", между сторонами подписан трудовой договор N №
Дополнительным соглашением к трудовому договору N № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 переведен водителем автомобиля в структурное подразделение участка автомобильной и дорожно-строительной техники производственного комплекса "Воскресенский" Регионального управления автомобильных дорог N <данные изъяты> ГБУ МО "Мосавтодор".
Приказом директора ГБУ МО "Мосавтодор" N №-ПО на основании служебной записки советника и.о. генерального директора ФИО5 по факту необоснованного увеличения расхода топлива была создана комиссия по проведению служебной проверки с целью установления причин и условий увеличения расхода ГСМ.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 дано объяснение на имя исполняющего обязанности генерального директора ГБУ МО «Мосавтодор» ФИО6 Из объяснения ответчика следует, что заправка топлива по топливной карте ПАО "Роснефть" им производилась в бак автомашины марки "<данные изъяты>" гос. номер №, атакже в личные канистры, для дальнейшей заправки служебного автомобиля, после согласования с руководителем в связи с производственной необходимостью и удаленностью заправочной станции. О запрете залива топлива в канистры ему не было известно.
ДД.ММ.ГГГГ приказом генерального директора ГБУ "Мосавтодор" N № – ПО служебная проверка была завершена. Признан ущерб, причиненный Учреждению в размере <данные изъяты> руб., из них ФИО1 на сумму <данные изъяты> руб.
Заключением служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденной и.о. генерального директора ГУБ "Мосавтодор" ФИО7, установлено:
Топливные карты не соответствуют номерам автомобилей, имеющимся данным в личном кабинете, ведение учета закрепления ТК бессистемно и не упорядоченно, что затрудняет контроль за расходом топлива.
В личном кабинете закреплены <данные изъяты> из <данные изъяты> топливных карт за конкретными автомобилем и указан только цифровой набор государственного регистрационного знака.
В период с ДД.ММ.ГГГГ произошло списание топлива без предоставления отчетной документации на сумму <данные изъяты> руб. (<данные изъяты> л). В период с сентября по ДД.ММ.ГГГГ выявлено несоответствие с транзакциями по заправкам в личном кабинете на сумму <данные изъяты> <данные изъяты> руб. (10 945 л). Дополнительно комиссией выявлено, что в личном кабинете ДД.ММ.ГГГГ неустановленными лицами были изменены лимиты по месячному расходу топлива с <данные изъяты> на <данные изъяты> л. Также установлено, что две топливные карты закреплены за служебными автомобилями, находящимися более года в ремонте.
Из 50 шт. резервных топливных карт (неиспользуемые) по 3 выявлены заправки на сумму <данные изъяты> л), не были представлены путевые листы с чеками.
По 19 топливным картам выявлены операции по заправкам, превышающие топливные баки. Из пояснений водителей установлено, что ими заправлялся бензин в личные канистры, перевозились в служебных автомобилях и хранили по месту жительства.
Начальник ТПУ ФИО8, и главный специалист отдела по эксплуатации автомобильного транспорта ТПУ ФИО9 в соответствии с договорами о полной материальной ответственности от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ являются материально-ответственными лицами, на которых возлагается обязанность обеспечить сохранность товаро -материальных ценностей и денежных средств в Учреждении.
Согласно выводам служебной проверки установлено, что в действиях начальника ТПУ ФИО8 и главного специалиста отдела по эксплуатации автомобильного транспорта ТПУ ФИО9, ответственных за учет и контроль расходования топлива усмотрены признаки недобросовестного исполнения служебных обязанностей. Сумма неподтвержденных расходов топлива составила <данные изъяты> руб.
По результатам служебной проверки ФИО9 предложено добровольно возместить неподтвержденный расход топлива на <данные изъяты> руб. Водителям, допустившим операции по заправки автомобиля, превышающим емкости бака, предложено возместить причиненный ущерб, в том числе ФИО1 в размере <данные изъяты> руб. В соответствии со ст. 192 ТТК РФ привлечь ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде выговора.
Из пояснений представителя истца ФИО4 и материалов служебной проверки следует, что факт перерасхода топлива водителем ФИО1 был установлен путем сверки путевых листов, в которых указаны показания одометра, с информацией о пробегах в Региональной навигационно-информационной системой (РНИС).
Общие положения о материальной ответственности сторон трудового договора, определяющие обязанности стороны трудового договора по возмещению причиненного другой стороне ущерба и условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора, содержатся в главе 37 Трудового кодекса Российской Федерации.
Частью первой статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с этим кодексом и иными федеральными законами.
Условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора установлены статьей 233 Трудового кодекса Российской Федерации. В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.
Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации "Материальная ответственность работника" определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.
Работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат (часть первая статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).
Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть вторая статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).
В соответствии со статьей 241 Трудового кодекса Российской Федерации за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами.
Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть первая статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью второй статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим кодексом или иными федеральными законами.
Перечень случаев возложения на работника материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба приведен в статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации.
Так, в частности, материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае умышленного причинения ущерба (пункт третий части первой статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации).
В силу части первой статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.
Согласно части второй статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.
Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном настоящим кодексом (часть третья статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации).
В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52) даны разъяснения о том, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.
При рассмотрении дела о возмещении причиненного работодателю прямого действительного ущерба в полном размере работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации либо иными федеральными законами работник может быть привлечен к ответственности в полном размере причиненного ущерба (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52).
Из приведенных норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что материальная ответственность работника является самостоятельным видом юридической ответственности и возникает лишь при наличии ряда обязательных условий, к которым относятся: наличие прямого действительного ущерба, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным ущербом, вина работника в причинении ущерба. При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.
Основным видом материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю, является ограниченная материальная ответственность. Правило об ограниченной материальной ответственности работника в пределах его среднего месячного заработка применяется во всех случаях, кроме тех, в отношении которых Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом прямо установлена более высокая материальная ответственность работника, в частности полная материальная ответственность. Одним из таких случаев полной материальной ответственности является умышленное причинение работником ущерба работодателю. Наличие основания для привлечения работника к полной материальной ответственности должен доказать работодатель при рассмотрении дела о возмещении причиненного работодателю прямого действительного ущерба в полном объеме.
Как следует из искового заявления истца, последний просит возместить материальный ущерб учреждению в результате умышленных действий ответчика, выразившихся в неправомерном расходовании топлива, указав, что ответчик в нарушение п. 3.6 Должностной инструкции осуществлял заправку по топливной карте ПАО "Роснефть", выданной Учреждением топливом в личные канистры и перевозил их на служебном автомобиле. Сумма ущерба рассчитана за период с ДД.ММ.ГГГГ путем сопоставления показаний одометра на автомобиле, указанных в путевых листах ФИО1 со сведениями в Региональной навигационно-информационной системе.
Рассматривая доводы истца о ненадлежащем исполнении ФИО1 должностной инструкции, суд считает их не состоятельными, учитывая, что сведения об ознакомлении ФИО1 при приеме на работу ДД.ММ.ГГГГ с должностной инструкцией водителя легкового автомобиля <данные изъяты> утвержденной ДД.ММ.ГГГГенеральным директором ГБУ МО "Мосавтодор" отсутствует. Договор о материальной ответственности с ответчиком не заключался.
По результатам служебной проверки установлено, что путевые листы водителями, в том числе ФИО1 оформлялись не ежедневно, а сразу за месяц, что затрудняет определение суточного пробега автомобиля и учет расхода топлива. Иные доказательства умышленного причинения ущерба ответчиком работодателем истцом суду не представлены.
Трудовое законодательство не содержит норм, ограничивающих возможность проведения работодателем проверки по факту выяснения обстоятельств причинения материального ущерба и определения размера ущерба, как проведение инвентаризации, проверки финансово-хозяйственной деятельности организации, на основании имеющихся у работодателя финансовых, бухгалтерских и кадровых документов. В пункте 7 Обзора практики рассмотрения судами дел о материальной ответственности работника (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 5 декабря 2018 г.), указано, что необходимым условием привлечения работника к материальной ответственности является наличие у работодателя ущерба, который должен быть подтвержден доказательствами, отвечающими требованиям закона. Таких доказательств истцом суду не представлено.
Не может быть признан в качестве достоверного и достаточного доказательства представленный работодателем арифметический расчет, составленный на основе сверки путевых листов с информацией о пробегах в Региональной навигационно-информационной системой (РНИС), учитывая, что представленные водителями путевые листы, как установлено служебной проверкой заполнялись не ежедневно, а сразу за месяц, что затрудняет определение суточного пробега автомобиля и учет расхода топлива. Не проверен и не учтен факт использования топлива водителями в связи со служебной необходимостью. Кроме того, данные Региональной навигационно-информационной системой не отражают действительный расход топлива, содержит лишь информацию о параметрах движения и месте нахождения транспортного средства. В связи с этим невозможно с достоверностью установить факт наступления ущерба у работодателя ГБУ МО "Мосавтодор", размер ущерба и вину работника в причинении ущерба.
Исходя из вышеизложенного, суд считает, что достаточных доказательств, с бесспорностью подтверждающих вину ответчика в причинении ущерба, наличия причинно-следственной связи между действиями и наступившим ущербом в материалах дела не имеется, а истцом в свою очередь не представлено.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ
В удовлетворении исковых требований Государственного бюджетного учреждения Московской области "Мосавтодор" к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного умышленными действиями и судебных расходов отказать.
Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме в Московский областной суд путем подачи жалобы через Коломенский городской суд Московской области.
Председательствующий подпись О.Ю. Жучкова
Решение в окончательной форме принято 08 февраля 2024 г.
Копия верна
Председательствующий О.Ю. Жучкова