Дело №2-1-222/2025

УИД 73RS0012-01-2025-000257-18

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14.05.2025 г.Димитровград

Мелекесский районный суд Ульяновской области в составе председательствующего судьи Кочергаевой О.П., при секретаре Заводской К.В., с участием прокурора Хабибуллина М.З., адвоката Александровой А.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к публичному акционерному обществу «Сургутнефтегаз» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, ФИО1 обратились в суд с указанным иском, в обоснование заявленных требований ссылаясь на то, что приговором Сургутского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 12.02.2024 ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.264 ч.1 Уголовного кодекса Российской Федерации. Приговор вступил в законную силу 05.06.2024. В результате виновных действий ФИО3 причинен тяжкий вред Л*** – супругу и отцу истиц. Преступление совершено при управлении служебным автомобилем, ФИО3 состоял в трудовых отношениях с ответчиком. Преступление совершено 19.03.2021 в вечернее время, с 20.03.2021 по 15.04.2021 Л*** находился в больнице, где **.**.**** скончался. В момент смерти отца ФИО2 находилась в состоянии беременности, ФИО1 после смерти супруга была вынуждена обращаться за медицинской помощью. Указывают, что его смерть является невосполнимой утратой и свидетельствует о значительной степени нравственных страданий истцов. Просили взыскать с ответчика в их пользу компенсацию морального вреда по 1000000 руб. каждой.

При подготовке дела к судебному разбирательству для участия по делу в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО3, БУ Ханты-Мансийского автономного округа-Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница», ООО «Самараспецтранс», ГСК «Югория», ВСК «Страховой дом».

В судебное заседание истцы ФИО2, ФИО1 не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, доверили представление своих интересов адвокату Александровой А.Н. (л.д.183), которая в судебном заседании заявленные истцами требования поддержала по доводам, изложенным в иске, просила об удовлетворении иска.

Представитель ответчика ПАО Сургутнефтегаз» ФИО4, действующая на основании доверенности (л.д.206), в судебном заседании исковые требования не признала, указав на их несоразмерность, а также указала, что ответчиком какие-либо права истцов не нарушены. Транспортное средство, на котором совершено дорожно-транспортное происшествие, находилось в технически исправном состоянии, трудовые права ФИО3 работодателем соблюдены, вины ответчика в смерти Л*** не установлено. Просила в удовлетворении иска отказать.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, БУ Ханты-Мансийского автономного округа-Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница» ФИО5, действующая на основании доверенности, в судебном заседании оставила решение на усмотрение суда.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен, направил в суд отзыв на иск, в котором просил о рассмотрении дела в его отсутствие, указав на отсутствие у истцов права требования компенсации морального вреда, поскольку право на компенсацию морального вреда неразрывно связано с личностью потерпевшего (л.д.218-219).

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, ООО «Самараспецтранс», ГСК «Югория», ВСК «Страховой дом» в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом (л.д.227-229).

Суд, руководствуясь ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полагает возможным рассмотрение дела в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, учитывая заключение прокурора, полагавшего, что иск подлежит удовлетворению с учетом требований разумности и справедливости, суд приходит к следующим выводам.

В силу ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Судом установлено, что ФИО1 приходится женой Л***, что подтверждено копией свидетельства о заключении брака (л.д.9), ФИО2 приходится ему дочерью, что подтверждено копией свидетельства о рождении (л.д.187), копией свидетельства о заключении брака (л.д.10).

**.**.**** Л*** скончался в ***, что подтверждено копией свидетельства о смерти (л.д.8).

В соответствии со ст.61 ч.4 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Приговором Сургутского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 12.02.2024, вступившим в законную силу 05.06.2024 (л.д.177-181), установлено, что ФИО3 при управлении автомобилем допустил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

19.03.2021, в вечернее время, не позднее 19.30, водитель ФИО3, управляя служебным технически исправным автомобилем марки ТП-697063-00, государственный регистрационный знак №***, в составе прицепа марки 90310000010, государственный регистрационный знак №***, двигался по направлению в сторону г.п.Лянтор Сургутского района по 24 км автодороги «Лянтор-Нижнесортымский в Сургутском районе ХМАО-Югры.

Во время движения ФИО3, действуя неосторожно, проявляя преступную небрежность, выразившуюся в нарушении требований пунктов 1.4, 1.5, 9.1, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, должен был действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, а также не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог их предвидеть, достоверно не убедившись в безопасности дорожного движения, вел транспортное средство со скоростью, не обеспечивающей возможности постоянного контроля за движением транспортного средства, не учел особенности и состояния своего транспортного вреда, дорожные и метеорологические условия, в частности, наличие движения встречного трансопртного средства, упустив контроль над рулевым управлением транспортного средства, допустил выезд прицепа на встречную для него полосу, где произошло столкновение с автомобилем марки КАМАЗ 6560-22, государственный регистрационный знак №***, под управлением Л***, который двигался по встречной для ФИО3 полосе движения.

В результате неосторожных преступных действий ФИО3, приведших в дорожно-транспортному происшествию, водитель Л*** получил следующие телесные повреждения: закрытые переломы 2-5 левых ребен, ушибов и разрывов левого легкого, закрытые переломы левой бедренной кости, правой большеберцовой кости, четвертой плюсневой кости левой стопы, открытый перелом левого надколенника, множественные ссадины на передней поверхности грудной клетки, на нижних конечностях, на левой кисти, ссадина в левой височной области, гематома и две ушибленные раны на левой стопе, ушибленная рана на передней поверхности левого коленного сустава, субконъюктивальные кровоизлияния обоих глаз. Данные повреждения возникли от действия (ударов или соударений и трения тупых твердых предметов), в салоне автомашины при дорожно-транспортном происшествии и повлекли за собой тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека в соответствии с п. 6.1.10 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Минздравсоцразвития №194н от 24.04.2008.

Судом истолкованы сомнения в причинах смерти Л*** в пользу подсудимого, в связи с чем действия ФИО3 переквалифицированы с ч.3 ст.264 Уголовного кодекса Российской Федерации на ч.1 ст.264 Уголовного кодекса Российской Федерации как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 Уголовного кодекса Российской Федерации, и ему назначено наказание в виде ограничения свободы сроком на два года. На основании п.3 ч.1 ст.24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации ФИО3 освобожден от отбывания наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (часть 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из этого следует, что на потерпевшем лежит обязанность доказать факт причинения вреда, его размер, а также то обстоятельство, что причинителем вреда является именно то лицо, которое указывается в качестве ответчика (причинную связь между его действиями и нанесенным ущербом). В свою очередь, причинитель вреда несет только обязанность по доказыванию отсутствия своей вины в таком причинении, если законом не предусмотрена ответственность без вины.

Согласно части 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности праве хозяйственного ведения, или праве оперативного управления, либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно части 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).

Согласно пункту 14 указанного постановления под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Понятия разумности и справедливости размера компенсации морального вреда являются оценочными, не имеют четких критериев в законе, и как категория оценочная определяются судом индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела, перечисленных в законе условий, влияющих на размер такого возмещения.

При определении размера морального вреда судом учитывается характер физических и нравственных страданий с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, степень причиненного вреда, материальное положение ответчика. Кроме того, судом учитываются требования разумности и справедливости, соблюдение принципа баланса интересов сторон. Также суд учитывает то обстоятельство, что стороной ответчика не представлено суду доказательств наличия грубой неосторожности в действиях Л***, которая бы привела к причинению тяжкого вреда здоровью. Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания. Суд учитывает, что в момент причинения тяжкого вреда здоровью Л*** его дочь ФИО2 находилась в состоянии беременности, что подтверждено копией медицинского свидетельства о рождении у нее ребенка (л.д.18).

Причинение тяжких телесных повреждений Л*** безусловно причинили его жене ФИО1 и дочери ФИО2 моральные страдания, указанное обстоятельство нарушает неимущественное право на родственные и семейные связи, психическое благополучие истцов, является тяжелым событием, причинившим указанные страдания, необратимость нарушенных семейных связей. Указанные обстоятельства являются основанием для взыскания компенсации морального вреда с ПАО «Сургутнефтегаз» в пользу истцов.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание обстоятельства произошедшего, степень причиненных истцам физических и нравственных страданий – причинение близкому человеку тяжких телесных повреждений, степень вины причинителя вреда, и приходит к выводу, что соразмерной суммой возмещения морального вреда в пользу истцов является 200000 руб. каждому.

В удовлетворении иска в части, превышающей определенную судом сумму, надлежит отказать, поскольку требуемая истцами компенсация в сумме 1000000 руб. каждому представляется завышенной. По мнению суда, взысканный размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. 21 и 53 Конституции РФ), а также с принципами разумности и справедливости.

При этом суд исходит из того, что в соответствии с трудовым договором от 15.12.2014 (л.д.116-127) ФИО3 на день дорожно-транспортного происшествия состоял в трудовых отношениях с ПАО «Сургутнефтегаз», что также подтверждено копией приказа о приеме на работу от 15.12.2014 (л.д.114-115), а также установлено приговором суда, и в соответствии с путевым листом (л.д.134) исполнял обязанности водителя грузового автомобиля.

Согласно абзацу первому пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абзац второй пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного суд находит несостоятельными доводы представителя ответчика о необоснованности заявленных истцами требований к работодателю причинителя вреда.

Доводы ФИО3 об отсутствии у истцов права требования компенсации морального вреда суд также находит несостоятельными, поскольку из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда жизни и здоровью их близкому родственнику.

Поскольку судом исковые требования удовлетворены частично, а истцы при подаче иска были освобождены от оплаты государственной пошлины, в соответствии со ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п.21. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 руб.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1, ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с публичного акционерного общества «Сургутнефтегаз», ОГРН №***, в пользу ФИО1, ФИО2 компенсацию морального вреда по 200000 (двести тысяч) руб. каждой.

В удовлетворении остальной части иска ФИО1, ФИО2 к ПАО «Сургутнефтегаз» о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Взыскать с публичного акционерного общества «Сургутнефтегаз», ОГРН №***, в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 (три тысячи) руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Мелекесский районный суд Ульяновской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме – **.**.****.

Председательствующий судья О.П. Кочергаева