№

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 февраля 2025 года ........

Октябрьский районный суд ........ в составе: председательствующего судьи ФИО14., при секретаре ФИО2, с участием ст. помощника прокурора Адрес ФИО3, истца ФИО1, представителя истца ФИО12, представителя ответчика ОГБУЗ «Иркутская городская клиническая больница №» ФИО13,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по исковому заявлению ФИО1 к областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Иркутская городская клиническая больница №» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

в обоснование исковых требований указано, что ФИО1 и ФИО4 6,5 лет проживали одной семьей по адресу: Адрес, находились в фактических брачных отношениях.

Вместе с тем, в связи с некачественно оказанной медицинской помощью работниками ОГБУЗ «Иркутская городская клиническая больница №» (далее ОГБУЗ «ИГКБ №») Дата при поступлении ФИО4 каретой скорой помощи в связи с жалобами на возникновение болей в области сердца, при этом по результатам обследования и осмотра врачей он был отпущен с рекомендациями об амбулаторном приеме у врача-кардиолога и врача-терапевта, Дата ФИО4, прибыв в поликлинику ОГБУЗ «ИГКБ №» на прием специалистов в соответствии с выпиской от Дата, умер.

В связи с обращениями ФИО1 в надзорные ведомства установлено, что при организации медицинской помощи ФИО4 в приемном отделении Дата выявлены нарушения приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 02.03.2021 № 158н «Об утверждении стандарта медицинской помощи взрослым при остром коронарном синдроме без подъема сегмента ST электрокардиограммы (диагностика, лечение, диспансерное наблюдение)», Клинических рекомендаций «Острый коронарный синдром без подъема сегмента ST электрокардиограммы» (2020 г.) в части не проведения необходимого объема лабораторных и диагностических исследований, также на амбулаторном этапе выявлены нарушения приказов Министерства здравоохранения Российской Федерации.

Действиями (бездействием) работников ответчика, повлекших смерть ФИО4, истцу причинены нравственные страдания, поскольку они проживали одной дружной семьей, вели совместное хозяйство, проводили вместе отпуска, поддерживали друг друга в получении образования, у них были совместные планы на будущее, дети истца считали и относились к нему как к отцу, ФИО4 также их любил, не делая разницы между ними и своей дочерью.

Смерть ФИО4 для истца стало неожиданностью, поскольку с утра он пошел в поликлинику на прием, планируя вернуться и отвезти истца и детей в школу и на работу. О его смерти она узнала по телефону от мужчины, который также сообщил о необходимости забрать вещи из поликлиники. Истец, прибежав в поликлинику, стала искать ФИО4, при этом его машина стояла на парковке, к ней вышел мужчина, который передал пакет с вещами ФИО4

Истец просит взыскать с ОГБУЗ «Иркутская городская клиническая больница №» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца ФИО12 исковые требования поддержали по доводам, указанным в иске.

Представитель ответчика ОГБУЗ «Иркутская городская клиническая больница №» (ОГБУЗ «ИГКБ» №) ФИО13 исковые требования не признала, поддержав доводы письменных возражений.

В судебное заседание представители третьих лиц ОГКУЗ «Иркутская станция скорой медицинской помощи», министерства здравоохранения ........ не явились, извещены надлежащим образом. Представитель ОГКУЗ «Иркутская станция скорой медицинской помощи» представил письменный отзыв на исковое заявление, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Суд рассмотрел дело в отсутствие неявившихся лиц, надлежаще извещенных, в порядке ст. 167 ГПК РФ.

В заключении прокурор ФИО3 указала, что в связи с допущенными ответчиком дефектами оказания медицинской помощи исковые требования подлежат удовлетворению.

Выслушав объяснения явившихся лиц, свидетелей ФИО5, ФИО6, изучив материалы гражданского дела, медицинские карты, заслушав заключение прокурора, участвующего в деле, суд приходит к следующему.

К числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод относятся, прежде всего, право на жизнь (статья 20, часть 1), как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод и высшая социальная ценность, и право на охрану здоровья (статья 41, часть 1), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Закон об основах охраны здоровья граждан в РФ).

В статье 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5-7 статьи 4 названного закона).

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В соответствии с пунктом 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Согласно п. 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий.

В пунктах 48, 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 разъяснено, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»). Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности, отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ.

Согласно положениям статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено, что ФИО1 и ФИО4 с 2016 года проживали одной семьей (истец с двумя детьми и ФИО4) по адресу: Адрес, находились в фактических брачных отношениях, вели общее хозяйство, имели совместный бюджет, что подтверждается показаниями свидетелей ФИО6, являющейся матерью ФИО4, свидетелей ФИО5, являющейся матерью истца, представленными документами (справкой ТСЖ «Феникс» от Дата, справкой МБДОУ г. ........ детский сад № от Дата № в отношении ФИО7, Дата г.р., справкой МБДОУ Адрес детский сад № от Дата № в отношении ФИО8, Дата г.р., свидетельствами о рождении детей, благодарность ФИО4 от МБДОУ Адрес детский сад №), пояснениями истца.

Дата в Дата час. Дата мин. в связи с жалобами на боли в области сердца ФИО4 была вызвана скорая медицинская помощь, которая доставила его в ОГБУЗ «Иркутская городская клиническая больница №», в которой по результатам проведенного обследования и осмотров врачом – кардиологом ФИО4 был поставлен диагноз: «........».

Дата в Дата час. Дата мин. ФИО4 выписан из ОГБУЗ «ИГКБ №» с рекомендациями об амбулаторном приеме у врача-кардиолога и врача-терапевта.

Дата около Дата час. Дата мин. ФИО4 прибыл в поликлинику ОГБУЗ «ИГКБ №» на прием специалистов в соответствии с выпиской от Дата. В поликлинике он потерял сознание, после чего машиной скорой помощи в состоянии клинической смерти доставлен в ОГБУЗ «ИГКБ №».

Дата в Дата час. Дата мин. констатирована смерть ФИО4, что также подтверждается свидетельством о смерти III –СТ № от Дата.

По результатам патологоанатомического исследования установлена причина смерти: «Острый рецидивирующий трансмуральный инфаркт миокарда задней и боковой стенок левого желудочка, осложнившегося развитием острой сердечной недостаточности, отека легких, отека головного мозга с вклиниванием ствола в БЗО».

Согласно дополнению к Протоколу вскрытия умершего ФИО4 № № от Дата при аутопсийном и гистологическом исследовании трупа выявлены изменения со стороны сердечно-сосудистой системы…. Данные изменения свидетельствуют о рецидивирующем характере течения острого инфаркта миокарда с участками гранулирования (начала организации) соответствующим не менее 3 суткам от начала первого ангиозного приступа и участки с ранними изменениями соответствующими менее 24 ч.

Согласно письму министерства здравоохранения ........ от Дата № в связи с обращением ФИО1 в прокуратуру ........ министерством здравоохранения ........ в отношении ОГБУЗ «ИГКБ №» проведен ведомственный контроль качества и безопасности медицинской деятельности, которым установлено, что при организации медицинской помощи ФИО4 в приемном отделении Дата выявлены нарушения приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 02.03.2021 № 158н «Об утверждении стандарта медицинской помощи взрослым при остром коронарном синдроме без подъема сегмента ST электрокардиограммы (диагностика, лечение, диспансерное наблюдение)», Клинических рекомендаций «Острый коронарный синдром без подъема сегмента ST электрокардиограммы» (2020 г.) в части не проведения необходимого объема лабораторных и диагностических исследований.

При оказании специализированной помощи Дата нарушений приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 15.11.2012 № 919 н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «Анестезиология и реаниматология» не выявлено.

При организации медицинской помощи ФИО4 на амбулаторном этапе выявлены нарушения приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 27.04.2021 № 404н «Об утверждении Порядка проведения профилактического медицинского осмотра и диспансеризации определенных групп взрослого населения», приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 15.03.2022 № 168н «Об утверждении Порядка проведения диспансерного наблюдения за взрослыми», пп. «м», «н» п. 2.1 приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 10.05.2017 № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» в части полноты и кратности проведения профилактических медицинских осмотров и диспансерного наблюдения.

Данные обстоятельства также подтверждаются представленному по запросу суда Актом проверки министерства здравоохранения ........ от Дата №.

По результатам проверки главному врачу ОГБУЗ «ИГКБ №» вынесено предписание № от Дата об устранении выявленных нарушений и применении мер дисциплинарного взыскания к лицам, их допустившим.

Из экспертного заключения (протокола) от Дата в отношении ОГБУЗ «ИГКБ №» следует, что Дата медицинская помощь по профилю анестезиология и реанимация оказана надлежащего качества, замечаний нет.

Иркутским филиалом АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» в отношении ОГБУЗ «ИГКБ №» проведена экспертиза качества медицинской помощи. Согласно письму от Дата № № по результатам контрольно-экспертных мероприятий (далее КЭМ), проведенных врачами-экспертами качества медицинской помощи соответствующих специальностей, выявлены нарушения при оказании медицинской помощи ФИО4

Из заключения по результатам экспертизы качества медицинской помощи от Дата №, экспертного заключения (протокол) в отношении ОГБУЗ «ИГКБ №» следует, что установлены нарушения при оказании медицинской помощи согласно НПД: Приказы МЗ РФ № (Приказ МЗ РФ №, МЗ РФ Клинические рекомендации «АГ у взрослых» №, №, №. Код дефектов №

В ходе судебного разбирательства по ходатайству истца была назначена судебная медицинская экспертиза, проведение которой было поручено КГБУЗ «........ краевое бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно заключению (комиссионная экспертиза) эксперта № по поставленным вопросам были даны следующие ответы:

вопрос №: смерть ФИО4 наступила в результате заболевания - «........»;

на вопросы 2) и 3) дан ответ, что установление дефектов (недостатков) оказания медицинской помощи, оценка своевременности её оказания, правильности методов профилактики, диагностики и лечения, реабилитации и достижения запланированного результата, а также установление соответствия оказанной медицинской помощи тем или иным нормативным актам не входит в компетенцию судебно-медицинской экспертной комиссии, а является прерогативой экспертизы качества медицинской помощи. Также указано, что в рамках своей компетенции экспертная комиссия может высказаться, что согласно сведениям из представленных медицинских документов, Дата на момент обращения ФИО4 за медицинской помощью в ОГБУЗ «ИГКБ №» объективных проявления острого инфаркта миокарда не выявлено; нарушения оказания медицинской помощи, указанные в «Заключении …» №-ЗПЗ от Дата и более подробно описанные в «Протоколе» от Дата, относятся к периоду, предшествующему дате Дата; эти нарушения не явились причиной возникновения острого инфаркта миокарда и наступления смерти ФИО4 Стандарты медицинской помощи не могут использоваться лечащим врачом. Невыполнение Дата полного (рекомендованного) объема лабораторно-диагностических исследований не явилось причиной возникновения острого инфаркта миокарда и наступления смерти ФИО4;

вопрос №: имевшиеся у ФИО4 хронические заболевания/состояния (гипертония, дислипидэмия, невыполнение рекомендаций участкового терапевта – «… до Дата - … гипотензивную терапию не принимает …», атеросклероз, гипертрофия миокарда, постинфарктный кардиосклероз, двусторонний, хронический пиелонефрит, ретенционные кисты обеих почек), в том числе выраженный критический стеноз коронарных артерий (до 70-80 %) – состоят в прямой причинно-следственной связи с развитием у него острого, рецидивирующего инфаркта миокарда задней и боковой стенок левого желудочка сердца;

вопрос №: соблюдение или несоблюдение порядка оказания медицинской помощи (клинических рекомендаций, приказов, распоряжений и т.д.) не является гарантией благоприятного исхода, согласно литературным данным показатель общей летальности при рецидивирующем инфаркте миокарда составляет до 70,9 %.

Определением суда от Дата было удовлетворено ходатайство истца о проведении повторной экспертизы по данному делу с назначением экспертам ООО «Клиника медико-криминалистических исследований» (Адрес, Адрес), эксперт ФИО9, поскольку экспертное заключение КГБУЗ «........ краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» содержит не полные ответы на поставленные судом вопросы, сославшись, что поставленные вопросы не входят в компетенцию судебно-медицинской экспертной комиссии. У КГБУЗ «........ краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» отсутствует лицензия на проведение подобного рода экспертиз.

Согласно заключению эксперта № (комиссионная судебно-медицинская экспертиза) по поставленным вопросам были даны следующие ответы:

вопрос №: причина смерти ФИО4 - ........;

вопрос №: установлены следующие дефекты оказания медицинской помощи: - не осмотрен кардиологом в течение 5 минут от момента поступления в стационар; - не выполнена ЭКГ не позднее 10 минут от момента поступления в стационар; жалобы пациента собраны очень кратко, не описан характер болей, локализация, иррадиация, длительность, чем купируются, когда появились отеки нижних конечностей, чем лечился, наблюдался ли амбулаторно; - не выполнено повторное исследование сердечного тропонина, ЭКГ-исследование; - не назначены и не выполнены: ОАК (гемоглобин, эритроциты, тромбоциты, гематокрит), ОАМ, биохимические анализы крови; креатинин с расчетом СКФ, глюкоза, липидограмма; - не назначена и не выполнена эхокардиография с обязательной оценкой фракции выброса левого желудочка для уточнения диагноза, подходов к лечению, проведения диференциальной диагностики и выявления осложнений; не назначена и не проведена рентгенография легких; - не осмотрен врачом – терапевтом, врачом анестезиологом-реаниматологом; - не проведена при подозрении на ОКС без подъема ST КАГ (коронароангиография) для уточнения диагноза, оценка прогноза, определения показаний для инвазивного лечения и выбора метода реваскуляризации миокарда; - ФИО4 с подозрением на ОКС не госпитализирован для дальнейшей диагностики в динамике, лечения и наблюдения. Таким образом, не выполнены требования приказа Минздрава России от 02.03.2021 № 158н «Об утверждении стандарта медицинской помощи взрослым при остром коронарном синдроме без подъема сегмента ST электрокардиограммы (диагностика, лечение, диспансерное наблюдение)», Клинические рекомендации «Острый коронарный синдром без подъема сегмента ST электрокардиограммы» от 2020 г. Министерства здравоохранения РФ при подозрении на острый коронарный синдром;

вопрос №: Дефекты оказания медицинской помощи ФИО4 ответчиком Дата, в частности отсутствие госпитализации ФИО4 для наблюдения и лечения в условиях стационара, создали неблагоприятные условия для своевременного диагностирования развития осложнения в виде инфаркта миокарда, и, как следствие, снизило шанс на благоприятный исход для ФИО11 в виде купирования развития инфаркта миокарда. Таким образом, не выполнены требования приказа Минздрава России от 02.03.2021 № 158н «Об утверждении стандарта медицинской помощи взрослым при остром коронарном синдроме без подъема сегмента ST электрокардиограммы (диагностика, лечение, диспансерное наблюдение)», Клинические рекомендации «Острый коронарный синдром без подъема сегмента ST электрокардиограммы» от 2020 г. Министерства здравоохранения РФ при подозрении на острый коронарный синдром;

вопрос №: установленные дефекты оказания медицинской помощи ФИО4 в ОГБУЗ «ИГКБ №» Дата не состоят в прямой причинно-следственной связи с указанными последствиями в виде развития инфаркта миокарда и летального исхода. Однако дефекты оказания медицинской помощи ФИО4 в ОГБУЗ «ИГКБ №» Дата создали неблагоприятные условия для своевременного диагностирования развития осложнения в виде инфаркта миокарда, и, как следствие, снизило шанс на благоприятный исход, для ФИО4 в виде купирования развития инфаркта миокарда.

Не согласившись с выводами повторной экспертизы, с доводами истца, ОГБУЗ «ИГКБ №» представило рецензию начальника ГБУЗ Иркутское областное патологоанатомическое бюро (ГБУЗ ИОПАБ) ФИО10, согласно которому из анализа мед. документов и пересмотра гистологических микропрепаратов следует, что имеет место патология: Инфильтративный (лимфоцитарный) неуточненного генеза миокардит; атеросклероз коронарных сосудов и признаки коронарита с тромбозом, стенозом. Очаги некроза миокарда, замещенные грануляционной тканью, давностью свыше 2 недель; гипертоническая болезнь (гипертрофия миокарда левого желудочка, васкулопатия). Миокардиодистрофия. Отек стромы миокарда. Паренхиматозная дистрофия (печень). Учитывая наличие признаков миокардита и коронарита, необходимо дополнительные морфологические исследования – гистохимия, иммуноморфологическое исследование, согласно клинических рекомендаций МЗ РФ «Миокардиты» (приложение №) для объективной диагностики патологического процесса и связи его с причиной смерти.

Поскольку стороны и иные участники процесса не являются специалистами в специфических областях науки, техники, искусства, ремесла, то в силу части 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации они вправе представлять суду в подтверждение либо опровержение заключения эксперта консультационные заключения, рецензии, иные подобные документы, содержащие анализ судебной экспертизы, а также доказывать необходимость проведения повторной и дополнительной судебной экспертизы.

Оценивая указанную рецензию, суд приходит к выводу о том, что рецензия не опровергает выводы повторной судебной экспертизы, рецензия является субъективным мнением специалиста. Указание на имевшую место патологию, наличие признаков миокардита и коронарита, в связи с чем, необходимо дополнительные морфологические исследования не содержат критическую рецензию на заключение эксперта, не имеет какие-либо процессуальные основания, опровергающие выводы судебных экспертов, мотивированные объяснения стороны относительно дефектов судебной экспертизы не имеются.

Суд, оценивая заключение экспертов, приходит к выводу, что заключение экспертов сомнений не вызывает, указанная экспертиза проведена в соответствии с требованиями ст. 79 ГПК РФ. Она соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, дана в письменной форме, содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования.

Суд полагает, что экспертное заключение выполнено квалифицированными специалистами, имеющими необходимые познания и опыт работы. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, в связи с чем, у суда отсутствуют основания ему не доверять. В связи с чем, суд полагает возможным принять заключение экспертов, полученное по результатам проведения судебной экспертизы.

Заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не является исключительным средством доказывания и должно оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть третья статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Оценивая представленные доказательства в совокупности и каждое отдельно, суд приходит к выводу, что имеется причинно-следственная связь между недостатками оказания медицинской помощи ОГБУЗ «ИГКБ №» Дата и смертью ФИО4 Дата, в связи с чем, имеется причинная связь между нравственными страданиями истца в результате смерти близкого ей человека, с которым она состояла в фактических брачных отношениях, и действиями работников ОГБУЗ «ИГКБ №». При этом суд исходит из того, что возможность возмещения вреда, в том числе морального вреда, не поставлена в зависимость от наличия только прямой причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

В данном случае юридическое значение может иметь и косвенная (опосредованная) причинная связь, если дефекты (недостатки) оказания медицинским персоналом данного учреждения медицинской помощи ФИО4 Дата могли способствовать ухудшению состояния его здоровья и ограничить его право на получение своевременного и отвечающего установленным стандартам лечения. При этом ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего (несвоевременного) оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине таких дефектов ее оказания как несвоевременная диагностика заболевания и непроведение пациенту всех необходимых лечебных мероприятий, направленных на устранение патологического состояния здоровья, причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации такого вреда.

При этом суд принимает во внимание, что здоровье - это состояние полного социального, психологического и физического благополучия человека, которое может быть нарушено ненадлежащим оказанием пациенту медицинской помощи, и, как следствие, влечет за собой нарушение неимущественного права членов его семьи на родственные и семейные связи, на семейную жизнь.

Исходя из установленных обстоятельств, суд приходит к выводу, что в случае надлежащего оказания ФИО4 работниками ОГБУЗ «ИГКБ №» медицинской помощи, принятием работниками больницы всех необходимых и возможных мер при оказании медицинской помощи пациенту, своевременного и полного проведения ему диагностических мероприятий с учетом имеющегося анамнеза пациента направленных на выявление причины ухудшения состояния, правильного установления диагноза и назначения соответствующего данному диагнозу лечения, возможно было избежать такого стремительного развития и агрессивного течения имеющихся у ФИО4 заболеваний, улучшить его общее состояние и продлить жизнь.

Ответчиком ОГБУЗ «ИГКБ №» не представлено доказательств отсутствия возможности провести ФИО4 все установленные медицинскими стандартами диагностические мероприятия при обращении и поступлении каретой скорой помощи Дата, и, как следствие, оказать ему необходимую и своевременную медицинскую помощь. Вместе с тем в соответствии с пунктом 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации именно на ответчике лежала обязанность доказать свою невиновность в причинении вреда истцу вследствие оказания ФИО4 ненадлежащей медицинской помощи.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований о компенсации морального вреда, определив ко взысканию в пользу истца с ОГБУЗ «ИГКБ №» компенсацию морального вреда в размере 200 000,00 руб. с учетом степени нравственных страданий истца, фактических обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных ею переживаний в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи близкому человеку, с которым она состояла в фактических брачных отношениях и длительное время совместно проживала, вела общее хозяйство.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ с ответчика «Иркутская городская клиническая больница №» подлежит взысканию в доход соответствующего бюджета государственная пошлина в размере 300,00 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Иркутская городская клиническая больница №» (ИНН №, ОГРН №) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 200 000,00 руб.

Взыскать с ОГБУЗ «Иркутская городская клиническая больница №» (ИНН №, ОГРН №) в доход соответствующего бюджета государственную пошлину в размере 300,00 руб.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Октябрьский районный суд ........ в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья ФИО15

Мотивированное решение суда составлено Дата.