Решение по делу № 2А-31/2023 от 18.01.2023 - о взыскании компенсации морального вреда.

<данные изъяты>

Дело № 2а-31/2023

УИД 60RS0001-01-2021-013616-70

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 января 2023 г. г. Псков

Псковский городской суд Псковской области в составе председательствующего судьи Пантелеевой И.Ю.,

при секретаре Чернышовой И.Ю.,

с участием:

представителя административного ответчика ФИО1, УФСИН ФИО1 по <адрес> ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО2 к Российской Федерации в лице ФИО1, УФСИН ФИО1 по <адрес> о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к УФСИН ФИО1 по <адрес>, ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

В обоснование требований указано, что в различные периоды времени с 2004 по 2019 года ФИО2 содержался под стражей в ФКУ СИЗО-1 УФСИН по <адрес> в разных камерах, где не были соблюдены предусмотренные законом требования о нормах санитарной площади камерных помещений, нарушены санитарно-бытовые условия, выразившиеся в превышении нормы санитарной площади на одного человека, в отсутствии принудительной вентиляции, перегородки санитарно-гигиенического узла, исправной раковины, пожарной сигнализации, в наличии грызунов.

Кроме того, в период содержания в камере № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в течение трех месяцев отсутствовало освещение, в результате чего у истца значительно ухудшилось зрение, поскольку до заключения под стражу зрение было хорошее, а в настоящее время острота зрения правого глаза -5,0, левого -16,0.

Данные нарушения причинили ему нравственные и физические страдания, причинили дискомфорт в период пребывания под стражей, из-за чего у него ухудшилось состояние здоровья в виде ухудшения остроты зрения.

В связи с изложенными обстоятельствами ФИО2 просил суд взыскать с Российской Федерации в счет компенсации морального вреда 1 000 000 рублей.

Определением судьи Псковского городского суда указанное исковое заявление принято к производству для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Как следует из содержания иска, поводом для обращения в суд ФИО2 послужило нарушение его права на обеспечение надлежащих условий содержания. Следовательно, настоящее дело относится к административным делам, подлежащим рассмотрению по правилам Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации»).

Заявленные истцом требования о компенсации морального вреда производны от установления факта нарушения права лица, содержащегося под стражей, на обеспечение надлежащих условий содержания и фактически являются требованием о присуждении компенсации за нарушение его прав, которые разрешаются в порядке главы 22 названного выше кодекса.

В связи с этим в соответствии ч.3 ст.33.1 ГПК РФ суд перешел к рассмотрению дела по правилам административного судопроизводства.

К участию в деле в качестве административного ответчика привлечен ФИО1, в качестве заинтересованного лица - ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес>.

Административный истец ФИО2, ранее участвовавший в судебном заседании посредством видеоконференц - связи с ФКУ ИК-24 УФСИН ФИО1 по <адрес> исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске. Дополнительно пояснил, что в 2004-2005 годах содержался в камерном помещении №. Всего в камере в этот период вместе с ним находилось 6 человек, что существенно нарушало установленные нормы. Кроме того, в помещении не было горячего водоснабжения, туалет не отделен шторкой приватности, санитарная обработка не проводилась. В 2008 году он содержался в камерных помещениях №, 80, 84, 81, которые также не соответствовали санитарным нормам; были крысы, плохое освещение. Количество спальных мест не соответствовало количеству содержащихся в камере лиц, в результате чего они были вынуждены спать по очереди и количество часов для сна, предусмотренное законодательством, не обеспечивалось. В камере №, где он содержался в 2018 году, была сломана единственная скамейка, поэтому прием пищи приходилось осуществлять, сидя на кровати. Он неоднократно обращался с жалобами к дежурному и заместителю начальника в устной форме с просьбой перевести его в другую камеру. С заявлением об устранении недостатков не обращался.

В камере № также отсутствовала шторка приватности на протяжении трех месяцев. После того, как он самостоятельно ее приобрел, шторка приватности была установлена.

В камере № во время нервного срыва он разбил унитаз и в течение месяца его не устанавливали. По поводу его установки обратился в администрацию СИЗО-1 2-ДД.ММ.ГГГГ. После обращения и за его счет через неделю унитаз был установлен. При этом денежные средства в возмещение расходов списывались с его лицевого счета в сентябре и октябре.

Фактически во всех камерных помещениях, где он содержался, были крысы и мыши, отсутствовал косметический ремонт, отваливались большие куски штукатурки, из санузла исходил неприятный запах, в результате отсутствия вентиляции в помещении была повышенная влажность и духота. Из-за указанных нарушений условий содержания испытывал чувство унижения, страха, неуверенности, опасался за свою безопасность, предпринял попытку суицида. В результате отсутствия должного уровня освещения у него в период с 2004 по 2019 годы значительно ухудшилось зрение. В 2017-2019 годах обращался по этому поводу к врачам.

В 2018 году по его жалобе прокуратурой была проведена проверка, которая подтвердила нарушения условий содержания. В последующем нарушения были устранены не в полном объеме.

В 2018 году он обращался с иском в Псковский городской суд <адрес>, однако исковое заявление было оставлено без движения. Поскольку не имел возможности устранить недостатки по определению об оставлении искового заявления без движения, иск ему возвращен.

Представитель административного ответчика ФИО1, УФСИН ФИО1 по <адрес> ФИО4 иск не признал, представил письменные возражения. В судебном заседании пояснил, что ФИО2 не представлены доказательства, свидетельствующие о причинении ему вреда незаконными действиями или бездействием должностных лиц учреждений уголовно-исполнительной системы РФ. Административный истец ссылается на отсутствие дверей в санузле. Однако в соответствии с п.5 примечания Приложения № к ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ № камеры следственного изолятора и тюрьмы оборудуются санитарным узлом – унитазом, отделенным от остального помещения экраном высотой всего 1 м. Установка дверных полотен не закреплено в законодательстве. Довод о плохой вентиляции, несостоятелен, поскольку часть камер оборудованы принудительной вентиляцией, а другие - естественной вентиляцией. Кроме того, в соответствии со ст.23 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» вентиляционным оборудованием камеры следственного изолятора обеспечиваются при наличии соответствующей возможности. При наличии возможности курящие и некурящие могут содержаться раздельно.

Так же в обязанности подозреваемых и обвиняемых вменяется проводить уборку камер, санитарного узла и других помещений в порядке очередности, установленной администрацией учреждения. При этом выдается соответствующий инвентарь.

Таким образом, доводы истца об обязанности сотрудников санитарной части производить санитарную обработку и уборку камер являются несостоятельными.

Доказательств содержания в камерных помещениях большего количества, чем это предусмотрено законодательством, лиц, административным истцом не представлено. Поскольку журналы количественных проверок за период с 2004 по 2010 годы уничтожены в связи с истечением срока хранения, подтвердить или опровергнуть его доводы за указанный период не представляется возможным. Журналы регистрации обращений (жалоб, заявлений) подозреваемых, обвиняемых и осужденных за период времени с 2004 по 2010 года включительно также уничтожены по сроку хранения.

В период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 содержался в камерном помещении №. В период времени с 2012 по 2014 год в камерном помещении № ФИО2 не содержался. Площадь камерного помещения № составляет 8,0 кв.м.

В период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 содержался в камерном помещении №. Площадь камерного помещения № составляет 8,3 кв.м.

В соответствующие периоды времени в камерном помещении №№, 29 содержалось не более двух человек, включая самого ФИО2, таким образом, норма санитарной площади на одного человека, предусмотренная ст. 99 УИК РФ и ст.2З Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" была соблюдена.

В период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 содержался в камерном помещении №. Площадь камерного помещения № составляет 16,4 кв.м. В соответствующие периоды времени в камерном помещении № содержалось не более четырех человек, включая самого ФИО2, таким образом, норма санитарной площади на одного человека предусмотренная ст.99 УИК РФ и ст.23 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» была соблюдена.

В период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 содержался в камерном помещении №. Площадь камерного помещения № составляет 8,3 кв.м. В соответствующий период времени в камерном помещении № содержался один ФИО2, таким образом, норма санитарной площади на одного человека предусмотренная ст.99 УИК РФ и ст.23Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» была соблюдена.

В период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 содержался в камерном помещении №. Площадь камерного помещения № составляет 8,0 кв.м. В соответствующие периоды времени в камерном помещении № содержалось не более двух человек включая самого ФИО2 таким образом, норма санитарной площади на одного человека предусмотренная ст.99 УИК РФ и ст.23Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» была соблюдена.

Кроме того, ни от ФИО2, ни от других лиц, жалоб по количеству лиц, содержащихся в одной камере, не поступало.

Все камеры ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес> круглосуточно обеспечены холодным водоснабжением. Горячее водоснабжение не предусмотрено в силу конструктивных особенностей здания и года его постройки. Для санитарно-гигиенических нужд и мытья посуды холодную воду в камерах подогревают кипятильниками. Согласно Правилам, утвержденных ФИО1 Минюста ФИО1 № от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы», которые начали действовать с ДД.ММ.ГГГГ, подозреваемые и обвиняемые могут иметь при себе, хранить, получать в посылках и передачах, и приобретать по безналичному расчету электрокипятильники бытовые заводского изготовления. Кроме того, согласно п. 43 вышеуказанного ФИО1, при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности. В соответствии с п.45 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов утвержденных ФИО1 Минюста ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ № не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут. Таким образом, доводы истца об отсутствии в камерах ФКУ СИЗО-l УФСИН ФИО1 по <адрес> горячего водоснабжения являются несостоятельными.

Доводы ФИО2 о наличии грызунов в камерных помещениях не подтверждены. В 2013 году ФКУ СИЗО-l УФСИН ФИО1 по <адрес> был заключен государственный контракт № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «Санэпидблагополучие» на проведение профилактических дезинсекционных работ и государственный контракт № от ДД.ММ.ГГГГ на проведение дератизационных работ с ООО «Центр Санэпидблагополучие» № от ДД.ММ.ГГГГ. В 2014 году ФКУ СИЗО-l УФСИН ФИО1 по <адрес> был заключен государственный контракт № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «Центр Санэпидблагополучие» на проведение профилактических дератизационных работ, государственный контракт № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «Центр Санэпидблагополучие» на проведение профилактических дезинсекционных работ, государственный контракт № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «Санитарно-гигиеническая служба «Карсан» на проведение профилактических дератизационных работ и государственный контракт № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «Санитарно-гигиеническая служба «Карсан» на проведение профилактических дезинсекционных работ. В 2017 году дератизационные, дезинфекционные и дезинсекционные работы проводились ФКУ СИЗО-l УФСИН ФИО1 по <адрес> собственными силами. В 2018 году ФКУ СИЗО-l УФСИН ФИО1 по <адрес> был заключен государственный контракт № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «Ветбиосервис» на проведение дератизационных и дезинсекционных работ. В 2019 году дератизационные, дезинфекционные и дезинсекционные работы проводились ФКУ СИЗО-l УФСИН ФИО1 по <адрес> собственными силами. Предоставить информацию за более ранний период времени не представляется возможным в связи с истечением сроков хранения соответствующих документов.

Довод истца об ухудшении состояния его здоровья, связанного с ухудшением зрения, также материалами дела не подтвержден.

Доказательств, свидетельствующих о перенесенных заявителем нравственных страданий, а также доказательств затрат, понесенных для устранения страданий, возникших в результате незаконных действий (бездействия) должностных лиц, истцом не представлено. Кроме того, поскольку требования, заявленные ФИО2, рассматриваются в порядке ст. 227.1 КАС РФ, им пропущен трехмесячный срок на подачу административного искового заявления.

Поскольку нарушения, которые подтверждены материалами дела, носили непродолжительный характер, представитель ответчика полагает заявленную сумму несоразмерной нанесенному моральному вреду, и просил снизить его до 5 000 руб.

Представитель заинтересованного лица - ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес>, извещенный о месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом, в суд не явился. Ранее участвуя в разбирательстве дела, представитель иск не признал; пояснил, что поддерживает позицию административных ответчиков УФСИН ФИО1 по <адрес> и ФИО1. Указала также, что обращения, заявленные устно, фиксируются в Журнале жалоб и обращений осужденных, подозреваемых и обвиняемых. В 2012, 2013, 2018 ФИО2 обращался неоднократно в прокуратуру и органы надзора, но жалоб на ненадлежащее содержание в администрацию ФКУ СИЗО-1УФСИН ФИО1 по <адрес> не поступало.

Кроме того, истец ссылается на периоды, которые не может доказать ни СИЗО, ни сам истец. Подтверждающие документы уничтожены, о чем имеются соответствующие справки. За период с 2012 по 2019 года истцом в качестве доказательства указано представление прокуратуры, на котором последний и основывает свои требования. Однако указанное доказательство, не подтверждает в полном объеме те нарушения, которые были указаны в исковом заявлении и относится к ограниченному периоду действия. В самом представлении прокуратуры указано, что данные нарушения носили кратковременный характер. Нарушения были устранены, в дальнейшем представления прокуратура не выносила. Довод истца об отсутствии пожарной сигнализации считала несостоятельным, поскольку в период содержания ФИО2 в СИЗО-1 пожаров не было, следовательно, вред истцу не причинен. ФИО2 не подтвердил ухудшения зрения. По имеющимся данным просил отказать в удовлетворении исковых требований.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно статье 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, вправе заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (часть 1). При рассмотрении судом требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении интересы Российской Федерации представляет главный распорядитель средств федерального бюджета в соответствии с ведомственной принадлежностью органа (учреждения), обеспечивающего условия содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (часть 4). При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (часть 5).Требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении могут быть оспорены в суде в порядке, установленном главой 22 Кодекса административного судопроизводства

В соответствии со ст. 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее - Федерального закона № 103-ФЗ) содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (далее - подозреваемые и обвиняемые).

В силу статьи 15 Федерального закона № 103-ФЗ в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых (обвиняемых), а также выполнение задач, предусмотренных УПК РФ. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Согласно ст. 23 Федерального закона № 103-ФЗ подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место, бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин), все камеры обеспечиваются средствами радиовещания. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 2 и 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе, право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий.

Условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий. Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, затрудненный доступ к местам общего пользования, к санитарным помещениям, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены (например, статьи 16, 17, 19, 23 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статья 99 УИК РФ). В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц.

В целях обеспечения режима в местах содержания под стражей ФИО1 Минюста ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ № утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей (статья 15 Закона).

Главой II Закона о содержании под стражей регламентированы основные права подозреваемых и обвиняемых и их обеспечение.

В случае нарушения предусмотренных законодательством Российской Федерации условий содержания под стражей подозреваемый, обвиняемый имеют право обратиться в порядке, установленном статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, в суд с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение. В случае присуждения компенсации взыскание производится с органа, осуществляющего полномочия главного распорядителя средств федерального бюджета в соответствии с бюджетным законодательством Российской Федерации и представлявшего интересы Российской Федерации по делу о присуждении компенсации.

Судом установлено, что ФИО2 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес> в периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (убыл в ФКУ ИК-2 УФСИН ФИО1 по <адрес>), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (находился на лечении в больнице, дислоцированной в ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ, убыл в ФКУ ИК-2 УФСИН ФИО1 по <адрес>), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (05.80.2008 убыл в ФКУ ИК-6 УФСИН ФИО1 по <адрес>), ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (находился на лечении в больнице дислоцированной в ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес>, ДД.ММ.ГГГГ убыл в ФКУ ИК-6 УФСИН ФИО1 по <адрес>), ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (ДД.ММ.ГГГГ убыл в УФСИН ФИО1 по <адрес>), ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (ДД.ММ.ГГГГ убыл в ФКУ ИК-4 УФСИН ФИО1 по <адрес>), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (ДД.ММ.ГГГГ убыл в УФСИН ФИО1 по <адрес>).

Согласно представленной в материалы дела справки начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № /т. 1 л.д.79-81/, ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ осужден Островским городским судом <адрес> по п.п. «в,г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 3 годам 6 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима /т. 1 л.д.13/. За время нахождении в учреждении после прибытия был размещен: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №. ДД.ММ.ГГГГ убыл для дальнейшего отбывания наказания в ФКУ ИК-2 УФСИН ФИО1 по <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ прибыл на лечение из ИК-2 ФВСИН ФИО1 по <адрес> и содержался в камерном помещении №, ДД.ММ.ГГГГ убыл в ФКУ ИК-2 УФСИН ФИО1 по <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ осужден Островским городским судом <адрес> по п.п. «а,г» ч. 2 ст. 162, п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 5 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима /т. 1 л.д.16-17/. За период нахождения в ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес> в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ размещался: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном учреждении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №. ДД.ММ.ГГГГ осужденный убыл для дальнейшего отбывания наказания в ФКУ ИК-6 УФСИН ФИО1 по <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 прибыл на лечение из ФКУ ИК-6 УФСИН ФИО1 по <адрес> и содержался: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 убыл в ФКУ ИК-6 УФСИН ФИО1 по <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 осужден Островским городским судом <адрес> по ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 2 ст. 158, п. «г» ч. 2 ст. 161, ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 318 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима /т. 1 л.д.14-15/. За период нахождения в ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес> ФИО2 содержался: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №. ДД.ММ.ГГГГ осужденный убыл в УФСИН ФИО1 по <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ прибыл из ФКУ ИК-4 УФСИН ФИО1 по <адрес> на основании постановления Островского МСО СУ СК ФИО1 по <адрес> и содержался: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №. ДД.ММ.ГГГГ осужденный убыл в ФКУ ИК-4 УФСИН ФИО1 по <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ осужден Островским городским судом <адрес> по п.п. «а,б» ч. 2 ст. 158, п. «а» ч. 3 чт. 131, п. «а» ч. 3 ст. 132, п. «в» ч. 2 ст. 115, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 14 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима /т. 1 л.д.20-23/. В период нахождения в ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес> осужденный содержался: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камерном помещении №. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 убыл в УФСИН ФИО1 по <адрес>.

Из справки ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № б/н следует, что ФИО2 к администрации ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес> с жалобами на ненадлежащие условия содержания не обращался /т. 1 л.д.82-83/.

Из указанной справка следует, что ФИО2 неоднократно направлял корреспонденцию в органы прокуратуры. Однако предоставить информацию о том, по какому вопросу последний обращался в органы прокуратуры Российской Федерации не представляется возможным, поскольку в соответствии с требованиями Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» данные обращения не подлежат цензуре.

Согласно ответу прокуратуры от ДД.ММ.ГГГГ № /т. 1 л.д.98/ по жалобе ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ в ходе проверки установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 был осмотрен врачем - хирургом, в результате которого ему выставлен диагноз – остеохондроз поясничного отдела позвоночника. В соответствии с рекомендациями врача ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 была проведена рентгенография поясничного отдела позвоночника.

Письменных заявлений от него в адрес администрации «Больница №» не зарегистрировано. Нарушений его прав в указанной части не выявлено.

Однако доводы обращения в части ненадлежащих условий содержания в следственном изоляторе нашли свое подтверждение частично.

Во время посещения камерного помещения ДД.ММ.ГГГГ с привлечением специалиста установлено, что лампа дневного освещения находилась в неисправном состоянии, освещенность помещения не отвечала предъявляемым санитарным требованиям.

В ходе контрольной проверки установлено, что это нарушение устранено. Однако отмечена неисправность раковины, в камерном помещении не обеспечивались условия приватности при пользовании туалетом.

В целях устранения нарушения закона в указанной части, а также иных выявленных нарушений закона при содержании под стражей в отношении других заключенных в адрес начальника УФСИН ФИО1 по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ вынесено представление /т. 1 л.д.99-101/.

Административный истец в обосновании требований ссылается на результаты проверки, проведенной прокуратурой <адрес>.

В ходе проверки прокуратурой <адрес> установлено, что в камерном помещении № неисправно водоотведение из раковины (слив из раковины осуществляется в таз); не обеспечены условия приватности при пользовании туалетом; лампы дневного освещения находятся в неисправном состоянии; уровень освещенности в нарушение требований п. 14.30 СП 15-01 «Нормы проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста ФИО1», утвержденных ФИО1 Минюста ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ №-дсп, составил менее 100 лк; в камерном помещении № выявлены дефекты в отделке поверхностей стен и потолка (отслоение штукатурки, побелки, краски на стенах и потолке, следы грибкового поражения), однако, согласно ответу начальнику ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес>, указанное нарушение обусловлено небрежным отношением к имуществу учреждения со стороны содержащегося в камерных помещениях спецконтингента, аналогичная ситуация в камерном помещении №, в котором также установлено, что унитаз находился в нерабочем состоянии, не обеспечены условия приватности при пользовании туалетом; в камерном помещении № уровень освещенности в нарушение требований п. 14.30 СП 15-01 «Нормы проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста ФИО1», утвержденных ФИО1 Минюста ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ №-дсп, составил менее 100 лк; вопреки требованиям ч. 4 ст. 23 Федерального закона № 103-ФЗ отсутствует (неисправна) радиоточка.

Доводы административного истца о том, что в период его нахождения в камерном помещении № там содержалось от 6 до 8 человек, что существенно нарушало санитарные нормы, спальных мест не хватало, в связи с чем лицам, содержащимся в указанном помещении, приходилось спать по очереди, туалет не был отгорожен, из-за чего по помещению распространялся неприятный запах, отсутствовали условия приватности, в ходе проверки не нашли своего подтверждения.

Вместе с тем, в ходе контрольной проверки установлено, что выявленные нарушения устранены либо приняты меры по их устранению: в камерном помещении № восстановлено водоотведение из раковины, обеспечены условия приватности; для восстановления освещения направлена заявка в УФСИН на выделение денежных средств для приобретения материалов с целью обеспечения освещения. Произведена замена ламп освещения. Однако для доведения освещения до требуемого уровня – 100 лк, в связи с длительностью процедуры проведения закупок и выполнения работ, указанные работы запланированы на 2019 год со сроком окончания до ДД.ММ.ГГГГ; в камерном помещении № ремонтные работы не производились в связи с отсутствием финансирования на данные цели, поскольку данные мероприятия не были включены в программу капитального ремонта объектов на 2018 год. Ремонт указанных помещений был запланирован на 2019 год со сроком окончания до ДД.ММ.ГГГГ. Унитаз в нерабочем состоянии в связи с небрежным отношением к имуществу учреждения со стороны спецконтингента. В ходе устранения выявленных прокуратурой нарушений обеспечены условия приватности. В камерном помещении № произведена замена ламп освещения. Однако для доведения уровня освещения до требуемого уровня – 100 лк, в связи с длительностью процедуры проведения закупок и выполнения работ, указанные работы запланированы на 2019 год со сроком окончания до ДД.ММ.ГГГГ; восстановлена радиоточка.

Сведения об устранении нарушений отражены также в письме начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес>/л.д.101-103/.

При таких обстоятельствах, суд признает незаконными действия ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес>, выразившиеся в необеспечении надлежащих условий содержания ФИО2 в исправительном учреждении.

Доводы административного истца о том, что камерные помещения, в которых он содержался, были переполнены и количество квадратных метров на одного человека не соответствовало санитарным нормам, опровергаются данными справки заместителя начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес> /т. 1 л.д.105-107/. Согласно сведениям, указанным в справке, площадь камерного помещения № составляет 7,8 кв.м. В указанном камерном помещении ФИО2 содержался с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, при этом максимальное количество содержавшихся лиц, включая ФИО2, согласно книги количественной проверки лиц, содержащихся в ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес>, составляло 2 человека.

Площадь камерного помещения №, в котором ФИО2 содержался в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, составляет 8,1 кв.м. При этом максимальное количество лиц, содержащихся в указанном камерном помещении, включая ФИО2, согласно книги количественной проверки лиц, содержащихся в ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес>, составляло 1-2 человека.

Площадь камерного помещения №, в котором ФИО2 содержался в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, составляет 16,1 кв.м. При этом максимальное количество лиц, содержащихся в указанном камерном помещении, включая ФИО2, согласно книги количественной проверки лиц, содержащихся в ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес>, составляло 3-4 и 2-4 человека соответственно.

Площадь камерного помещения №, в котором ФИО2 содержался в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, составляет 7,9 кв.м. При этом максимальное количество лиц, содержащихся в указанном камерном помещении, включая ФИО2, согласно книги количественной проверки лиц, содержащихся в ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес>, составляло 1-2 человека.

Площадь камерного помещения №, в котором ФИО2 содержался в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, составляет 8,3 кв.м. При этом максимальное количество лиц, содержащихся в указанном камерном помещении, включая ФИО2, согласно книги количественной проверки лиц, содержащихся в ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес>, составляло 1 человек.

Согласно ст. 99 УИК РФ и ст. 23 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» норма площади на 1 человека на осужденных мужчин – не менее 2 кв.м., на осужденных женщин – не менее 3 кв.м., на несовершеннолетних – не менее 3,5 кв.м., на подследственных – 4 кв.м.

Во всех вышеперечисленных камерных помещениях отдельно размещены санузел и раковина, к которой подведена система холодного водоснабжения, находящиеся в исправном состоянии. Горячее водоснабжение технически не предусмотрено.

Сведения о метраже камерных помещений, в которых содержался в разные периоды времени ФИО2, подтверждается их экспликацией/т. 1 л.д.110-113/, а также выкопировкой книг количественной проверки лиц, содержащихся в ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес> за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ/т. 1 л.д.161-175/, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ/т. 1 л.д.176-182/, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ/т. 1 л.д.183-187/. Согласно представленным в материалы дела справкам, книги количественной проверки осужденных и лиц, содержащихся под стражей за период с 2004 по 2010 года уничтожены в связи с истечением срока их хранения – 10 лет /т. 1 л.д.108,109/.

Административный истец указывает на отсутствие горячего водоснабжения. Сторонами не оспаривалось, что в камерах имеется централизованное холодное водоснабжение, централизованное горячее водоснабжение отсутствует.

ФИО1 Минстроя ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ №/пр утвержден свод правил «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования».

Согласно п.1.1 указанный свод правил устанавливает нормы проектирования и распространяется на строительство, реконструкцию, расширение, техническое перевооружение и капитальный ремонт зданий, помещений и сооружений, предназначенных для размещения и функционирования следственных изоляторов.

Из п.1.2 следует, что данный свод правил не распространяется на объекты капитального строительства, проектная документация которых до вступления в силу настоящего свода правил получила положительное заключение государственной экспертизы, а также на документы территориального планирования и документацию по планированию территории, утвержденные до вступления в силу настоящего свода правил.

В пунктах 19.1 и 19.5 указанного свода правил регламентировано, что здания СИЗО, в числе прочего, должны быть оборудованы горячим водоснабжением, подводку холодной и горячей воды следует предусматривать к умывальникам в камерах.

Однако согласно охранному обязательству №-Р, здание, в котором располагается ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес>, является памятником архитектуры регионального значения «Тюремный замок, 1804 г.».

В силу п.1.2 охранного обязательства, запрещено производить работы, изменяющие предмет охраны памятника.

Допускается только выполнение работ, направленных на сохранение памятника (п.1.4 охранного обязательства).

Поскольку здание является памятником архитектуры, составляющего предмет охраны, введено в эксплуатацию до введения в действие свода правил, утвержденных ФИО1 Минстроя ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ №/пр, то ссылка административного истца на несоответствие здания СИЗО в части отсутствия централизованного горячего водоснабжения указанному своду правил, и на бездействие администрации учреждения по реконструкции здания, является несостоятельной.

Согласно п. 43 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных ФИО1 Минюста ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ №, и действовавших в период содержания административного истца в ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес>, при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности.

Аналогичная норма содержится в Правилах внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных ФИО1 Минюста ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ № (п.31).

Административным истцом не отрицалось, что для подогрева воды в камере он пользовался кипятильником.

Факт того, что административному истцу было отказано в предоставлении в установленное время для гигиенических целей горячей воды, не установлен.

Как следует из журнала учета предложений, заявлений и жалоб №, с жалобами на нарушение условий содержания ФИО2 к администрации ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес> не обращался.

Довод административного истца об отсутствии унитаза, а также о наличии сломанной скамейки в период нахождения его в камерном помещении № суд находит несостоятельным, поскольку данное обстоятельство вызвано действиями самого ФИО2, который, согласно рапорту № от ДД.ММ.ГГГГ, акту от ДД.ММ.ГГГГ, справке о причинении ущерба в результате действий обвиняемого от ДД.ММ.ГГГГ, постановления о взыскании с подозреваемого, обвиняемого материального ущерба от ДД.ММ.ГГГГ, причинил вред имуществу, а именно, расколол унитаз, сломал шкаф для продуктов, а также отломал скамейку /т. 1 л.д.148, 149, 150, 151/. ФИО2 данные факты не оспаривал, указал, что в счет возмещения причиненного ущерба с него были удержаны денежные средства путем списания с его лицевого счета, что подтверждается копиями платежных поручений от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №. При этом, согласно справке начальника канцелярии ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ от ФИО2 не поступало ни устных, ни письменных заявлений и требований о замене в камерном помещении унитаза, либо о его переводе в другое камерное помещение.

Также не нашли своего подтверждения доводы административного истца о причинении вреда здоровью, выразившегося в значительном ухудшении зрения, что было вызвано отсутствием надлежащего уровня освещения в период 2018-2019 годы.

Так, согласно справке начальника филиала Б-3 ФКУЗ МСЧ-78 ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО2 осматривался окулистом. В ходе указанных осмотров установлено: ДД.ММ.ГГГГ - OD 0,05 коррекция -15,0D=0,3; OS 0,05 коррекция -6,0D=0,8; диагноз – миопатия высокой степени обоих глаз; ДД.ММ.ГГГГ - OD 0,05 коррекция -15,0D=0,6; OS 0,05 коррекция -6,0D=0,9; диагноз – миопатия высокой степени обоих глаз; ДД.ММ.ГГГГ - OD 0,05 коррекция -15,0D=0,6; OS 0,6 коррекция -6,0D=1,0; диагноз – миопатия высокой степени обоих глаз.

Из выписного эпикриза № следует, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находился на лечении в хирургическом отделении филиала «Больница» ФКУЗ МСЧ-35 ФИО1 с диагнозом: правый глаз – миопатия высокой степени, амблиопия; левый глаз – миопия спредней степени, ангиопатия сосудов сетчатки обоих глаз. Острота зрения ОД=0,1 -6,0=0,1 ОС=0,1-5,0=1,0.

В ходе рассмотрения дела, ФИО2 заявил ходатайство о назначении судебно-медицинской экспертизы с целью установления факта причинения вреда здоровью, выразившееся в ухудшении остроты зрения ввиду содержания в камере № ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес> при недостаточном освещении, высказал согласие на его оплату.

Согласно выводам судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ причинной связи между отсутствием надлежащего освещения и имеющимися у ФИО2 проблемами со зрением не имеется. ФИО2 установлен диагноз: высокая врожденная близорукость правого глаза и близорукость средней степени левого глаза. Анизометропия. Амблиопия правого глаза.

В 2016 году в Больнице ФКУЗ МСЧ-35 ФИО1 не была проведена полная коррекция миопии на правом глазу, поэтому была указана сила стекла в -6,0Д, а в действительности близорукость изначально была – 15,0Д. Близорукость на левом глазу все это время оставалась на уровне -6,0Д и зрение не ухудшается /л.д.83-87/.

Таким образом, довод административного истца об ухудшении состояния его здоровья в период пребывания в камерном помещении № ввиду отсутствия надлежащего уровня освещенности, не нашел подтверждения.

Суд считает необходимым принять за основу заключение экспертизы ГБУЗ <адрес> «Псковское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», учитывая, что данная экспертиза проводилась по определению суда, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, заключение составлено в соответствии с нормами действующего законодательства, с учетом всех представленных документов. Оснований не доверять заключению экспертов у суда не имеется.

Выводы судебной экспертизы административным истцом не оспаривались.

Доводы истца о том, что в камерах отсутствовало раздельное содержание курящих и некурящих заключенных, в связи с чем, при неприятии сигаретного дыма он содержался в одной камере с курящими заключенными, достоверными доказательствами не подтверждены.

Согласно статье 33 Федерального закона № 103-ФЗ, размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах производится с учетом их личности и психологической совместимости. Курящие по возможности помещаются отдельно от некурящих. При размещении подозреваемых и обвиняемых, а также осужденных в камерах обязательно соблюдение следующих требований: отдельно от других подозреваемых и обвиняемых содержатся больные инфекционными заболеваниями или нуждающиеся в особом медицинском уходе наблюдении. Иных ограничений, связанных с невозможностью совместного содержания определенных категорий подозреваемых и обвиняемых, нормы действующего законодательства не содержат.

Жалоб от ФИО2 на содержание в камерах с курящими табачные изделия гражданами, и заявления о переводе его в камеру для некурящих лиц в ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес> не поступало.

Доводы ФИО2 о наличии грызунов в камерных помещениях также не нашли подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Из материалов дела и показаний представителя административного ответчика следует, что в соответствии с выделенными лимитами бюджетных обязательств в Учреждении проводится работа по заключению договоров на проведение дератизации, дезинсекции в помещениях ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес>.

Так, в 2013 году ФКУ СИЗО-l УФСИН ФИО1 по <адрес> был заключен государственный контракт № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «Санэпидблагополучие» на проведение профилактических дезинсекционных работ и государственный контракт № от ДД.ММ.ГГГГ на проведение дератизационных работ с ООО «Центр Санэпидблагополучие» № от ДД.ММ.ГГГГ. В 2014 году ФКУ СИЗО-l УФСИН ФИО1 по <адрес> был заключен государственный контракт № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «Центр Санэпидблагополучие» на проведение профилактических дератизационных работ, государственный контракт № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «Центр Санэпидблагополучие» на проведение профилактических дезинсекционных работ, государственный контракт № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «Санитарно-гигиеническая служба «Карсан» на проведение профилактических дератизационных работ и государственный контракт № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «Санитарно-гигиеническая служба «Карсан» на проведение профилактических дезинсекционных работ. В 2017 году дератизационные, дезинфекционные и дезинсекционные работы проводились ФКУ СИЗО-l УФСИН ФИО1 по <адрес> собственными силами. В 2018 году ФКУ СИЗО-l УФСИН ФИО1 по <адрес> был заключен государственный контракт № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «Ветбиосервис» на проведение дератизационных и дезинсекционных работ. В 2019 году дератизационные, дезинфекционные и дезинсекционные работы проводились ФКУ СИЗО-l УФСИН ФИО1 по <адрес> собственными силами. Предоставить информацию за более ранний период времени не представляется возможным в связи с истечением сроков хранения соответствующих документов.

Указанные обстоятельства подтверждаются договорами на проведение дератизационные, дезинфекционные и дезинсекционные работы и журналом № регистрации договоров (соглашений) /т. 1 л.д.114-117, 118, 119-126/.

Доказательств того, что в период нахождения в ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес>, ненадлежащие условия содержания повлияло на здоровье истца, и причинило физический вред его здоровью, истцом не представлено.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В результате допущенных нарушений условий содержания истца в следственном изоляторе были нарушены его личные неимущественные права, тем самым ФИО2 был причинен моральный вред, в связи с чем, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска.

Определяя размер подлежащей взысканию компенсации, суд полагает, что предъявленная к взысканию административным истцом сумма 1 000 000 рублей является чрезмерно завышенной, в связи с чем, оценивая характер и продолжительность (1-3 месяца) нарушения, полагает возможным взыскать в пользу ФИО2 компенсацию в размере 25 000 руб., как соответствующую степени допущенного нарушения, с учетом всех обстоятельств дела.

Согласно статье 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с ГК РФ причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени казны выступает финансовый орган, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо.

Статьей 158 БК РФ предусмотрено, что главный распорядитель бюджетных средств отвечает от имени Российской Федерации по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств (подпункт 12.1. пункта 1).

Подпунктом 6 пункта 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, определено, что ФИО1 осуществляет функций главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

Поэтому в настоящем споре судом ответственность по возмещению морального вреда истцу следует возложить на Российскую Федерацию в лице ФИО1 в лице главного распорядителя бюджетных средств за счет казны Российской Федерации.

Административным ответчиком в ходе рассмотрения дела заявлено о применении срока давности обращения в суд.

В соответствии с ч. 1 ст. 219 КАС РФ, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Как указано в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 КАС РФ трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Пропуск срока на обращение в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении заявления (часть 8 статьи 219 КАС РФ).

Пропущенный по уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено настоящим Кодексом (часть 7 статьи 219 КАС РФ).

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № (2020)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ ДД.ММ.ГГГГ) обращено внимание судов на то, что отказ в удовлетворении административного искового заявления исключительно по мотиву пропуска срока обращения в суд, без принятия судом мер, направленных на выяснение обстоятельств, объективно препятствовавших обращению в суд в установленный законом срок, без установления иных обстоятельств, предусмотренных ч. 9 ст. 226 КАС РФ, а также без исследования фактических обстоятельств административного дела является недопустимым и противоречит задачам административного судопроизводства.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 367-О и от ДД.ММ.ГГГГ №-О право судьи рассмотреть заявление о восстановлении пропущенного процессуального срока вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия. Признание тех или иных причин пропуска срока уважительными относится к исключительной компетенции суда, рассматривающего данный вопрос, и ставится законом в зависимость от его усмотрения.

Административный истец пояснил, что ранее обращался с аналогичным исковым заявлением в Псковский городской суд <адрес> в 2018 году, но исковое заявление было оставлено судом без движения и в последующем возвращено.

С настоящим иском ФИО2 обратился в Псковский районный суд ДД.ММ.ГГГГ. При этом, заявленные им требования о взыскании компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства.

Однако судом было установлено, что заявленные истцом требования о компенсации морального вреда производны от установления факта нарушения права лица, содержащегося под стражей, на обеспечение надлежащих условий содержания и фактически являются требованием о присуждении компенсации за нарушение его прав, которые разрешаются в порядке главы 22 названного выше кодекса, в связи с чем исковое заявление ФИО2 рассмотрено в порядке административного судопроизводства.

Указанные обстоятельства суд находит заслуживающими внимание, учитывая при этом, что ФИО2 больший период своей жизни находится в условиях изоляции от общества, и практически непрерывно отбывает наказание в исправительных учреждениях, тем самым был ограничен в правах и возможностях.

При таких обстоятельствах суд полагает, что срок на обращение в суд в данном конкретном случае подлежит восстановлению, а причины пропуска срока признанию уважительными.

Согласно ч.9 ст. 227.1 КАС РФ решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации.

Требования к УФСИН ФИО1 по <адрес> удовлетворению не подлежат, поскольку оно является ненадлежащим ответчиком по данному иску.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 175-180, 227.1 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к ФИО1, УФСИН ФИО1 по <адрес> о взыскании компенсации за нарушение условий содержания удовлетворить.

Взыскать с Российской Федерации в лице ФИО1 за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 компенсацию за нарушение условий содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес> в размере 25 000 руб.

В удовлетворении административного иска к УФСИН ФИО1 по <адрес> отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Псковский областной суд через Псковский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Судья И.Ю. Пантелеева