Дело №

34RS0№-56

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

<адрес> «01» декабря 2025 года

Жирновский районный суд <адрес> в составе: председательствующего судьи Леванина А.В., единолично, при секретаре Пешкиной Л.А.,

с участием: прокурора – помощника прокурора <адрес> Павленко А.А., истца ФИО1, её представителя – адвоката Шпилевой Н.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ГБУЗ «Центральная городская больница <адрес>» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с вышеназванным иском, указав, что в период с ДД.ММ.ГГГГ г. по ДД.ММ.ГГГГ её мама ФИО2 находилась на стационарном лечении в хирургическом отделении ГБУЗ «Центральная городская больница <адрес>» с диагнозом «перитонит и сахарный диабет 2 типа». Доставлена была скорой помощью в связи с ухудшением состояния здоровья и отсутствием необходимых специалистов в «ЦРБ Руднянского муниципального района», куда она обратилась ДД.ММ.ГГГГ с жалобами на сильные боли по всей области живота, сухостью во рту, слабостью. ДД.ММ.ГГГГ её маме ФИО2 в связи с тяжестью состояния проведена операция, в ходе которой выполнены лапаротомия, висцеролиз, колэктомия, илеостомия, санация и дренирование брюшной полости и выставлен послеоперационный диагноз «Тромбоз мезентеральных сосудов, некроз толстой кишки, разлитой гнойно-фибриозный перитонит, рубцовый стеноз сигмовидной кишки, сахарный диабет 2 типа». ДД.ММ.ГГГГ на основании жалоб, анамнеза, данных объективного осмотра в экстренном порядке ей вновь была проведена операция – релапаратомия, ревизия и санация брюшной полости. По результатам операции был выставлен диагноз «Тромбоз мезентеральных сосудов, некроз толстой кишки, разлитой гнойно-фибриозный перитонит, рубцовый стеноз сигмовидной кишки, сахарный диабет 2 типа, колэктамия и энтеростомия от ДД.ММ.ГГГГ, вялотекущий серозно-фибринозный перитонит». ДД.ММ.ГГГГ в экстренном порядке на основании жалоб, анамнеза, данных объективного осмотра ей вновь была показана операция - релапаратомия, ревизия и санация брюшной полости. По результатам операции был выставлен диагноз «Тромбоз мезентериальных сосудов, некроз толстой кишки, разлитой гнойно-фибриозный перитонит, рубцовый стеноз сигмовидной кишки, сахарный диабет 2 типа, колэктамия и энтеростомия от ДД.ММ.ГГГГ, вялотекущий серозно- фибринозный перитонит, межкишечный абсцесс». ДД.ММ.ГГГГ на основании жалоб, анамнеза, данных объективного осмотра в экстренном порядке маме вновь была проведена операция - релапаратомия, ревизия и санация брюшной полости. По результатам операции был выставлен диагноз «Тромбоз мезентериальных сосудов, некроз толстой кишки, разлитой гнойно-фибриозный перитонит, рубцовый стеноз сигмовидной кишки, сахарный диабет 2 типа, колэктамия и энтеростомия от ДД.ММ.ГГГГ, вялотекущий серозно-фибринозный перитонит, межкишечный абсцесс от ДД.ММ.ГГГГ, острая спаечная тонкокишечная непроходимость». С 21 мая по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находилась на стационарном лечении, где ей проводились перевязки, выписаны были таблетки и больше никакое лечение не проводилось. Не проводилось консультаций с врачами другой специализации, не были назначены иные анализы, УЗИ, МРТ и т.д. То есть в течение месяца она просто лежала в больнице без надлежащего обследования и интенсивного лечения. Кроме того, перевязки проводились маме с причинением боли и физических страданий. ДД.ММ.ГГГГ её мама ФИО2 в тяжелом состоянии была выписана для дальнейшего лечения у хирурга в поликлинике, хотя фактически проходить амбулаторное лечение она не могла из-за слабости и постоянных болей, она лежала, не могла передвигаться самостоятельно. ДД.ММ.ГГГГ состояние мамы ухудшилось, была вызвана скорая помощь и она доставлена в ГБУ «ЦРБ Руднянского муниципального района», где экстренно была госпитализирована, а на следующее утро ДД.ММ.ГГГГ в 9 часов 15 минут она умерла. Как следует из акта судебно-медицинского исследования № от ДД.ММ.ГГГГ смерть ФИО2 наступила от заболевания - тромбоза мезентериальных сосудов, некроза толстого кишечника, осложнившегося развитием перитонита и общим интоксикационным синдромом. Считает, что смерть её мамы наступила в результате несвоевременно и некачественно оказанной медицинской помощи и проводимого ей лечения медицинским персоналом ГБУЗ «ЦГБ <адрес>», а также врачебной небрежности, которые явились причиной причиненного вреда, а затем смерти. Как видно из записей лечащего врача ФИО3 в медицинских документах, после каждой проведенной операции состояние мамы не улучшалось, а наоборот диагноз прибавлялся. Ряд анализов, УЗИ. МРТ не были проведены.

Согласно заключениям по результатам экспертизы качества медицинской помощи, проведенной АСП ООО «Капитал МС» - филиалом в <адрес> от.ДД.ММ.ГГГГ № M-Z/M-1Z/M-2Z работниками ГБУЗ «ЦГБ <адрес>» при проведении медицинской процедуры были допущены нарушения, в том числе: отсутствуют дневниковые записи лечащего врача ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, отражающие динамику состояния; при оперативном вмешательстве по поводу острого перитонита в брюшной полости обнаружен выпот с фибрином и гноем - не выполнено бактериологическое исследование экссудата из брюшной полости с определением чувствительности возбудителя к антибиотикам и другим лекарственным препаратам; не проводилось исследование уровня прокальцитонина; не выполнены контрольные УЗИ ОБП и КТ ОБП при наличии признаков сумкованных жидкостных образований брюшной полости от ДД.ММ.ГГГГ; диагноз не полный - показатель сатурации крови кислородом (98%) у бледной пациентки с АД 60/40; не выставлен гиповолемический шок, а также ряд других нарушений в отражении полных и достоверных сведений в документах, которые свидетельствуют о небрежном отношении к своим обязанностям.

Заключением эксперта ГБУЗ РК «Бюро СМЭ» Минздрава Республики Коми № от ДД.ММ.ГГГГ установлено наличие дефектов медицинской помощи ГБУЗ «ЦГБ <адрес>» и состоят в непрямой (косвенной, опосредованной) причинно-следственной связи с наступлением неблагоприятного исхода (смерть ФИО2).

В связи с ненадлежащим оказанием ГБУЗ «ЦГБ <адрес>» медицинской помощи её маме ФИО2, приведшим к ухудшению состояния её здоровья и последующей смерти близкого ей человека, ей причинён существенный моральный вред. Осознание того, что в случае оказания маме своевременной и квалифицированной медицинской помощи она была бы жива, причиняет ей дополнительные нравственные страдания. В случае надлежащего оказания ФИО2 медицинской помощи, своевременного и полного проведения мероприятий, направленных на лечение имеющегося у нее заболевания, возможно было избежать такого стремительного развития и острого течения, имеющегося у ФИО2 заболевания, улучшить общее состояние её и сохранить ей жизнь. В результате некачественно оказанных медицинских услуг, её мама умерла в возрасте 43 лет, она лишилась единственного близкого родного человека - мамы, её дети не узнали заботу и любовь бабушки. Данное обстоятельство причиняет ей душевные и нравственные страдания. Считает, что при более внимательном отношении со стороны лечащего врача, медицинского персонала, проведения более полных мер при обследовании как до операций так и после них, при консультации с другими специалистами, состояние её мамы могло улучшиться и она была бы жива.

В связи с изложенным, просит взыскать с ГБУЗ «Центральная городская больница <адрес>» в пользу ФИО1 2000000 рублей в качестве компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья, а также судебные расходы на оказание юридических услуг в сумме 5000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 и её представитель – адвокат Шпилевая Н.Г. заявленные исковые требования просили удовлетворить полностью по изложенным в иске основаниям.

Представители ответчика ГБУЗ «Центральная городская больница <адрес>» будучи надлежащим образом извещен, в судебное заседание не явился, представил письменный отзыв, имеющийся в материалах дела, в котором указал, что с исковыми требованиями ФИО1 не согласны, поскольку для разрешения исковых требований, суду необходимо оценить качество оказанных ГБУЗ ЦГБ <адрес> медицинских услуг. На момент выписки ДД.ММ.ГГГГ состояние больной ФИО2 было относительно удовлетворительным, пациентка принимала пищу, была ослаблена, илеостома фунционирована, рана чистая, вяло гранулировала, заживала вторично, с серозным отделяемым. Швы сняты, было рекомендовано: продолжить лечение у хирурга амбулаторно. Заключение эксперта ГБУЗ РК «Бюро СМЭ» Минздрава Республики Коми № от ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ ГЦБ <адрес> ставит под сомнение, поскольку ГБУЗ ЦГБ <адрес> не было осведомлено о назначении независимой экспертизы, так же ГБУЗ ЦГБ <адрес> не предлагала и не ставила только те вопросы, которые требуют специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства или ремесла, ответы на которые имеют значение для разрешения данного дела, по существу. Просил в удовлетворении иска отказать в полном объеме.

Ранее, в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ представителю ответчика было разъяснено право заявить в надлежащем виде ходатайство о назначении судебной экспертизы, для чего предоставлено время для подготовки соответствующего ходатайства с отложением судебного заседания; между тем, представитель ответчика в судебные заседания ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ не явился, о наличии уважительных причин для своей неявки в суд не сообщил, ходатайства о назначении судебной экспертизы в суд не представил, лишь дважды направлял в суд ходатайства об отложении судебных заседаний ввиду невозможности явки в суд третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований (врача ФИО3), что расценено судом как злоупотребление правом и дело рассмотрено судом с учетом позиции стороны истца (которая настаивала на рассмотрении дела ввиду отсутствия уважительных причин для неявки ответчика и третьего лица), в отсутствие представителя ответчика, а также третьего лица ФИО3

Прокурор Павленко А.А. считает исковые требования истца о взыскании компенсации морального вреда в связи со смертью матери подлежащими удовлетворению частично, в размере, соответствующем принципу разумности и справедливости.

Третье лицо – врач ФИО3, будучи надлежащим образом извещен, в судебное заседание не явился.

В соответствии с ч. 3 ст. 17 Конституции РФ осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. В развитие указанного конституционного положения ст. 10 ГК РФ провозгласила запрет на любое злоупотребление правом. Согласно ст.35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться своими процессуальными правами.

Необоснованное отложение судебного заседания препятствует рассмотрению гражданского дела в разумный срок.

В соответствии со ст.ст. 12, 56 ГПК РФ, закрепляющими принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом.

В силу положений п. 67, 68 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат. Статья 165.1 ГК РФ подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам.

Исходя из принципа диспозитивности сторон, согласно которому стороны самостоятельно распоряжаются своими правами и обязанностями, осуществляют гражданские права своей волей и в своем интересе, а также исходя из принципа состязательности, в процессе его участники сами определяют объем личного участия в защите своих прав, суд в соответствии со ст. 167 ГПК РФ счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся в судебное заседание указанных участников процесса, которые были надлежащим образом извещены о времени и месте судебного заседания, и не представивших доказательств отсутствия в судебном заседании по уважительной причине.

Суд, выслушав стороны, исследовав материалы гражданского дела, считает данное исковое заявление подлежащим удовлетворению частично по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (ч. 1 ст. 17 Конституции РФ).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 18 Конституции РФ).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (ст. 41 Конституции РФ).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч. 1 ст. 41 Конституции РФ).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В статье 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации). Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также - ГК РФ). Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Как разъяснено в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ).

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 10 часов 15 минут ФИО2 поступила на стационарное лечение в ГБУЗ «Жирновская ЦРБ» с диагнозом: «ущемленная паховая грыжа». ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 проведена операция послеоперационной грыжи, состояние здоровья стабильное. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 выписана из медицинского учреждения, в связи с улучшением состояния. Швы лежат хорошо, доснятие швов рекомендовано ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ в 21 час 30 минут, ФИО2, скорой помощью, в связи с ухудшением состояния, с жалобами на сильные боли по всей области живота, сухостью во рту, слабостью доставлена с места проживания в ГБУ «ЦРБ Руднянского муниципального района», откуда в связи с отсутствием необходимых специалистов ДД.ММ.ГГГГ, в 19 часов 00 минут, ФИО2 каретой скорой помощи была госпитализирована в хирургическое отделение ГБУЗ «ЦГБ <адрес>». В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находилась на стационарном лечении в ГБУЗ «ЦГБ Камышина», при поступлении выставлен диагноз: «Перитонит и сахарный диабет 2 типа». ДД.ММ.ГГГГ в связи с тяжестью состояния ФИО2 проведена операция, в ходе которой выполнены лапаротомия, висцеролиз, колэктомия, илеостомия, санация и дренирование брюшной полости. Выставлен послеоперационный диагноз: «Тромбоз мезентериальных сосудов, некроз толстой кишки, разлитой гнойно-фибринозный перитонит, рубцовый стеноз сигмовидной кишки, сахарный диабет 2 типа». ДД.ММ.ГГГГ на основании жалоб, анамнеза, данных объективного осмотра больной ФИО2 в экстренном порядке показана операция релапаратомия, ревизия и санация брюшной полости. По результатам проведенной операции ФИО2 выставлен диагноз: «Тромбоз мезентериальных сосудов, некроз толстой кишки, разлитой гнойнофибринозный перитонит, рубцовый стеноз сигмовидной кишки, сахарный диабет 2 типа, колэктомия и энтеростомия от ДД.ММ.ГГГГ, вялотекущий серозно-фибринозный перитонит». ДД.ММ.ГГГГ на основании жалоб, анамнеза, данных объективного осмотра больной ФИО2 в экстренном порядке показана операция релапаратомия, ревизия и санация брюшной полости. По результатам проведенной операции ФИО4 выставлен диагноз «Тромбоз мезентериальных сосудов, некроз толстой кишки, разлитой гнойнофибринозный перитонит, рубцовый стеноз сигмовидной кишки, сахарный диабет 2 типа, колэктомия и энтеростомия от ДД.ММ.ГГГГ, вялотекущий серозно-фибринозный перитонит, межкишечный абсцесс». ДД.ММ.ГГГГ на основании жалоб, анамнеза, данных объективного осмотра больной ФИО2 в экстренном порядке показана операция релапаратомия, ревизия и санация брюшной полости. По результатам проведенной операции ФИО2 выставлен диагноз «Тромбоз мезентериальных сосудов, некроз толстой кишки, разлитой гнойнофибринозный перитонит, рубцовый стеноз сигмовидной кишки, сахарный диабет 2 типа, колэктомия и энтеростомия от ДД.ММ.ГГГГ, вялотекущий серозно-фибринозный перитонит, межкишечный абсцесс от ДД.ММ.ГГГГ, острая спаечная тонкокишечная непроходимость». ДД.ММ.ГГГГ в относительно удовлетворительном состоянии больная ФИО2 выписана для дальнейшего лечения у хирурга в поликлинике. ДД.ММ.ГГГГ в связи с ухудшением состояния здоровья ФИО2 экстренно госпитализирована каретой скорой медицинской помощи в ГБУ «ЦРБ Руднянского муниципального района», где на следующее утро ДД.ММ.ГГГГ в 09 часов 15 минут наступает ее смерть.

Указанные обстоятельства подтверждаются показаниями сторон, а также исследованными судом доказательствами, в частности, копиями свидетельства о заключении брака серии II-РК №, о рождении серии III-РК № и о смерти ФИО2 серии III-РК №, копией постановления о возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, копией постановления о признании потерпевшим от ДД.ММ.ГГГГ, заключением по результатам медико-экономической экспертизы № М-2Z от ДД.ММ.ГГГГ, заключением по результатам медико-экономической экспертизы № М-1Z от ДД.ММ.ГГГГ, заключением по результатам медико-экономической экспертизы № М-Z от ДД.ММ.ГГГГ, экспертным заключением (протоколом) от ДД.ММ.ГГГГ, экспертным заключением (протоколом) от ДД.ММ.ГГГГ, ответом ООО «Капитал МС» от ДД.ММ.ГГГГ, ответами Комитета <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, фотоматериалами.

По нормам ч.1 ст.56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом из материалов дела установлено, что по факту оказания неквалифицированной медицинской помощи ФИО2 врачами ГБУЗ «ЦГБ <адрес>» СО по <адрес> СУСК РФ по <адрес> проводилась процессуальная проверка, по результатам которой ДД.ММ.ГГГГ было возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ.

В рамках расследования уголовного дела ГБУЗ РК "Бюро судебно-медицинской экспертизы" Министерства здравоохранения Республики Коми проведена судебно-медицинская экспертиза.

Согласно выводам экспертного заключения ГБУЗ РК "Бюро судебно-медицинской экспертизы" Министерства здравоохранения Республики Коми № от ДД.ММ.ГГГГ, причиной смерти ФИО2 явился тромбоз мезентериальных (брыжеечных) сосудов с некрозом толстого кишечника (основная причина смерти), осложнившийся развитием гнойно-фибринозного перитонита, гнойного абсцесса межжелудочно-печеночного пространства, спаечной тонкокишечной непроходимости, полиорганной недостаточности и гиповолемического шока (непосредственная причина смерти), на фоне сахарного диабета 2 типа.

При судебно-медицинском исследовании трупа ФИО2 обнаружен кровоподтек наружной поверхности правого плеча в средней и нижней трети, который образовался прижизненно, в срок за 5-7 суток до момента наступления смерти, в результате воздействия тупого твердого предмета (индивидуальные особенности травмирующего предмета в повреждении не отобразились). Кровоподтек квалифицируется, как поверхностное телесное повреждение, не причинившее вреда здоровью [1: п. 9]. Указанное телесное повреждение в причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО2 не состоит.

При изучении представленной медицинской документации были выявлены следующие дефекты оказания медицинской помощи ФИО2 на этапе ГБУЗ «ЦГБ <адрес>» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ:

П. 5 - а. Дефекты ведения медицинской документации: заполнены не все разделы, предусмотренные медицинской картой стационарного больного №, а именно: не заполнен раздел «трансфузии» [3]; в бланке информированного добровольного согласия на оперативное лечение от ДД.ММ.ГГГГ отсутствует подпись медицинского работника; отсутствуют подписанные пациенткой бланки добровольного информированного согласия на оперативное лечение, проводившееся: ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ [8; 9: ст. 20, п. 7]; отсутствуют дневниковые записи лечащего врача ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, отражающие динамику состояния пациентки, что не позволяет в полном объеме оценить качество оказания медицинской помощи [2: раздел II, п.2.2., п.п. «а»]; отсутствует запись врача-трансфузиолога с обоснованием необходимости проведения гемотрансфузионной терапии в представленной медицинской документации [11: п.п. 12, 15]; использованы формы протокола трансфузии, не соответствующие приказу М3 РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н [11]; в протоколы трансфузии от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ не внесено: данные контрольных проверок группы крови и резус-фактора из донорского контейнера, методы и результаты проведения проб на индивидуальную совместимость [12: п.п. 19, 20]; в протоколе описания ЭКГ нет измерения зубцов и интервалов, не указана фамилия врача, выполнившего описание ЭКГ [13: п.п. 16, 17]; отсутствуют листы учета дозовых нагрузок пациента при рентгеновских исследованиях; отсутствует температурный лист; дневниковые записи врача- хирурга однотипные, не отражающие фактическое состояние пациентки в динамике;

- б. Дефекты диагностики: не выполнено бактериологическое исследование экссудата из брюшной полости при выполнении лапаротомии и релапаротомий с определением чувствительности возбудителя к антибиотикам и другим лекарственным препаратам [2: раздел III, п. ДД.ММ.ГГГГ, п.п. 3; 10: раздел XLIV «Профилактика инфекций, связанных с оказанием медицинской помощи», п.п. 3425, 3426; 14; 15]; в дневниковых записях отсутствует интерпретация результатов лабораторных исследований, УЗИ органов брюшной полости от ДД.ММ.ГГГГ и КТ органов брюшной полости от ДД.ММ.ГГГГ; не выполнены контрольные исследования (ультразвуковое исследование (УЗИ) и компьютерная томография (КТ) органов брюшной полости) при наличии признаков осумкованных жидкостных образований брюшной полости с целью их оценки в динамике [2: раздел II, п.2.2., п.п. «и», «л»]; не выполнено исследование pH крови, уровня буферных веществ в крови, уровня С-реактивного белка в крови, уровня альбумина крови (согласно «Стандарта...» [15] - частота предоставления указанных медицинских услуг равна 1.0); отсутствует консультация врачом-терапевтом, врачом-эндокринологом с целью коррекции сопутствующей патологии; отсутствует консультация клинического фармаколога с целью коррекции антибактериальной терапии; отсутствует консилиум врачей с целью коррекции лечения и определения дальнейшей тактики; отсутствует консультация главным внештатным специалистом хирургом комитета здравоохранения <адрес> [2: раздел П, п.2.2., пп. «л»];

- в. Дефекты лечения: антибактериальная терапия проводилась без учета данных бактериологического исследования экссудата из брюшной полости с определением чувствительности возбудителя к антибиотикам и другим лекарственным препаратам, которое не было выполнено [2: раздел III, п.ДД.ММ.ГГГГ, п.п. 3; 10: раздел XLIV «Профилактика инфекций, связанных с оказанием медицинской помощи», п.п. 3425, 3426; 13]; отсутствие антибактериальной терапии (согласно листа назначений) в периоды с 31.05. по ДД.ММ.ГГГГ, с 15.06. по ДД.ММ.ГГГГ (сведения об обоснованности отмены антибактериальной терапии у пациентки с признаками вялотекущего перитонита в медицинской документации отсутствуют); недооценка тяжести состояния пациентки па момент выписки из хирургического отделения ДД.ММ.ГГГГ: учитывая результаты исследования трупа ФИО2 (наличие гнойного экссудата в брюшной полости и признаки перитонита, а также обширную гнойную рану передней брюшной стенки) выписку из стационара ДД.ММ.ГГГГ из хирургического отделения ГБУЗ «ЦГБ <адрес>» считаем преждевременной и необоснованной (см. также п. 10 настоящих Выводов).

Причиной наступления неблагоприятного исхода у ФИО2 явились характер и тяжесть основного заболевания (тромбоз мезентериальных (брыжеечных) сосудов с некрозом толстого кишечника) с многочисленными осложнениями (см. п. 1 настоящих Выводов).

Согласно литературным данным [8], летальность при разлитом гнойном перитоните остается практически неизменной и колеблется от 4,5% до 58% и выше. При тяжелых формах перитонита смертность может увеличиться больше, чем 30-50 %. Параллельное развитие сепсиса, септического шока, полиорганной недостаточности увеличивает летальность до уровня 70% и более.

Таким образом, дефекты медицинской помощи на этапе ГБУЗ «ЦГБ <адрес>», указанные в п.п. 5 «б» и 5 «в» настоящих Выводов (по совокупности), состоят в непрямой (косвенной, опосредованной) причинно-следственной связи с наступлением неблагоприятного исхода (смерть ФИО2), как факторы, препятствовавшие реализации всех доступных медицинских мероприятий, направленных на достижение возможного более благоприятного исхода, что не купировало прогрессирование осложнений основного заболевания. Устранение вышеуказанных дефектов оказания медицинской помощи не могло гарантировать наступление благоприятного исхода.

Дефекты оказания медицинской помощи ФИО2, указанные в п. 5 «а» настоящих Выводов не состоят в причинно-следственной связи с наступлением неблагоприятного исхода (смерть ФИО2).

При отсутствии причинной (прямой) связи недостатка оказание медицинской помощи с наступившим неблагоприятным исходом степень тяжести вреда, причиненного здоровью человека действием (бездействием) медицинского работника, не устанавливается [16].

Необоснованная выписка пациентки из хирургического отделения ГБУЗ «ЦГБ <адрес>» ДД.ММ.ГГГГ привела к прогрессированию осложнений основного заболевания ФИО2 и состоит в непрямой (косвенной, опосредованной) причинно-следственной связи с наступлением неблагоприятного исхода (смерть ФИО2). Обоснование причинно-следственной связи указано в п. 5 настоящих Выводов.

Суд принимает данное заключение эксперта в порядке ст. 327.1 ГПК РФ. Данное заключение отвечает требованиям относимости и допустимости, составлено специалистами, обладающими достаточной квалификацией и необходимыми познаниями, имеющими достаточный стаж работы, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Данное заключение выполнено в соответствии с требованиями действующего законодательства, нарушений закона при проведении судебной экспертизы судом не установлено.

При этом, ответчиком достоверно не подтверждено отсутствие вины в причинении морального вреда ФИО1 – дочери ФИО2 медицинская помощь которой была оказана ненадлежащим образом.

Несмотря на косвенный характер вышеназванной причинно-следственной связи из совокупности имеющихся доказательств, усматривается, что в случае адекватной оценки тяжести состояния пациента, а также своевременном оказании адекватного стационарного лечения, вероятность благоприятного исхода сохранения жизни ФИО2 была бы выше, поскольку неполное обследование и преждевременная выписка во многих ситуациях увеличивает риск осложнений.

Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой заявлено истцом, является одним из видов гражданско-правовой ответственности, нормы ГК РФ (статья 1064), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда, применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда.

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) предполагает, что противоправное поведение причинителя вреда должно быть условием наступления негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на то, что между противоправным поведением причинителя вреда и перенесенными потерпевшим в связи с этим физическими и нравственными страданиями должна быть только прямая причинная связь.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага (право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на родственные и семейные связи), при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В то же время ответчиком отделения ГБУЗ «ЦГБ <адрес>» не было представлено доказательств, подтверждающих отсутствие их вины в оказании ФИО2 ненадлежащей медицинской помощи.

При таких обстоятельствах разрешая заявленные истцом требования, руководствуясь статьей 2, частью 1 статьи 17, статьей 41 Конституции Российской Федерации, положениями статей 2, 4, 37, 64, 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", статьями 1, 38 Семейного кодекса Российской Федерации, статьями 150, 151, 1099, 1064 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина", приняв во внимание представленные в материалы дела доказательства, в том числе заключение экспертизы, выполненной в рамках расследования уголовного дела, установив наличие недостатков, имевших место при оказании медицинской помощи ФИО2, а также, учитывая, что нарушения, допущенные медицинскими работниками ГБУЗ «ЦГБ <адрес>» при оказании медицинской помощи матери истца, в прямой причинно-следственной связи со смертью пациента не состоят, между тем, дефекты медицинской помощи на этапе ГБУЗ «ЦГБ <адрес>» состоят в непрямой (косвенной, опосредованной) причинно-следственной связи с наступлением неблагоприятного исхода (смерть ФИО2), как факторы, препятствовавшие реализации всех доступных медицинских мероприятий, направленных на достижение возможного более благоприятного исхода, что не купировало прогрессирование осложнений основного заболевания, устранение вышеуказанных дефектов оказания медицинской помощи не могло гарантировать наступление благоприятного исхода, а также принимая во внимание, что истец, являясь дочерью ФИО2, не имея реальной возможности облегчить её страдания, без всяких сомнений испытывала нравственные страдания, суд пришел к выводу о том, что требования истца подлежат частичному удовлетворению, в связи с чем, исходя из характера причиненных истцу нравственных и физических страданий в связи со смертью матери, требований разумности и справедливости, характера и степени вины медицинского учреждения, суд определил ко взысканию с ответчика компенсацию морального вреда в размере 700 000 рублей, поскольку заявленная истцом сумма в размере 2 000 000 рублей является, учитывая вышеприведенные обстоятельства, чрезмерно завышенной.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу абзаца девятого ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся другие признанные судом необходимыми расходы.

По нормам ст.100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно квитанции № № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 оплатила услуги представителя – адвоката Шпилевой Н.Г. за составление искового заявления в сумме 5000 рублей, которые полностью подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Также, на основании ст.ст. 98, 103 ГПК РФ, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета Жирновского муниципального района <адрес> в размере 3000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к ГБУЗ «Центральная городская больница <адрес>» о компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Центральная городская больница <адрес>» (ИНН №, ОГРН №) в пользу ФИО1 (паспорт гражданина РФ №) в счет компенсации морального вреда 700000 рублей, а также 5000 рублей в счет возмещения расходов по оплате юридических услуг за составление искового заявления, а всего взыскать 705 000 (семьсот пять тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований истцу отказать.

Взыскать с ГБУЗ «Центральная городская больница <адрес>» госпошлину в доход бюджета Жирновского муниципального района <адрес> в сумме 3000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано в Волгоградский областной суд через Жирновский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме в соответствии со ст. 199 ГПК РФ составлено «15» декабря 2025 года.

Судья подпись А.В. Леванин

копия верна:

Судья А.В. Леванин