47RS0006-01-2023-000558-51
33-5582/2023
2-2180/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Санкт-Петербург 30 августа 2023 года
Судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда в составе:
председательствующего Осиповой Е.А.,
судей Горбатовой Л.В. и Пучковой Л.В.,
при секретаре Марченко К.К.,
рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе акционерного общества «Ленинградский опытный завод – Севзапмонтажавтоматика» на решение Гатчинского городского суда Ленинградской области от 24 мая 2023 года, которым частично удовлетворены исковые требования Гатчинского городского прокурора Ленинградской области, выступающего в интересах ФИО1 к акционерному обществу «Ленинградский опытный завод – Севзапмонтажавтоматика» о взыскании компенсации морального вреда в размере 400 000 рублей.
Заслушав доклад судьи Ленинградского областного суда Осиповой Е.А., объяснения представителя акционерного общества «Ленинградский опытный завод – Севзапмонтажавтоматика» ФИО2, поддержавшей доводы жалобы, возражения представителя прокуратуры Ленинградской области Чигаркиной Е.Н., судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда
установила:
Гатчинский городской прокурор, действуя в интересах ФИО1, обратился в Гатчинский городской суд Ленинградской области с исковым заявлением к акционерному обществу «Ленинградский опытный завод – Севзапмонтажавтоматика» (далее АО «ЛОЗ-СЗМА») о взыскании компенсации морального вреда в размере 400 000 рублей.
В обоснование заявленных требований истец указал, что 16 апреля 2019 года на предприятии АО «ЛОЗ-СЗМА», по адресу: <адрес>, в результате несчастного случая во время исполнения своих трудовых обязанностей супруг ФИО1 – ФИО3 получил травмы, от которых впоследствии 15 мая 2019 года скончался.
Погибший исполнял свои трудовые обязанности в АО «ЛОЗ-СЗМА» с 16 мая 2016 года.
В соответствии с заключением государственного инспектора труда от 09 июня 2022 года данный несчастный случай подлежит квалификации как связанный с производством.
Акт о несчастной случае составлен только 10 июня 2022 года.
Ввиду потери близкого человека ФИО1 понесла нравственные страдания, в связи с чем последовало обращение с настоящим иском в суд.
Решением Гатчинского городского суда Ленинградской области от 24 мая 2023 года постановлено исковые требования Гатчинского городского прокурора Ленинградской области, выступающего в интересах ФИО1, к АО «Ленинградский опытный завод – Севзапмонтажавтоматика» о взыскании компенсации морального вреда в размере 400 000 рублей удовлетворить частично.
Взыскать с АО «Ленинградский опытный завод – Севзапмонтажавтоматика» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Не согласившись с законностью и обоснованностью указанного решения суда, АО «Ленинградский опытный завод – Севзапмонтажавтоматика» представило апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить и принять новое решение.
В обоснование доводов апелляционной жалобы, указывает, что суд при вынесении решения не учел, что несчастный случай произошел по причине грубого нарушения потерпевшим техники безопасности, а также пренебрежения им трудовым распорядком и правилами дисциплины труда.
Кроме того, указывает, что АО «Ленинградский опытный завод – Севзапмонтажавтоматика» произвел все материальные выплаты родственникам потерпевшего, предусмотренные законодательством РФ при несчастном случае на производстве со смертельным исходом, также понесло расходы на погребение, оказало содействие в оформлении социальной выплаты в размере 1 000 000 рублей, дополнительно была перечислена материальной помощи дочери потерпевшего.
Также податель жалобы полагает, что размер взысканной судом компенсации морального вреда 300 000 рублей не соответствует критериям разумности, полагает, что действия истца свидетельствуют о недобросовестном поведении, поскольку ФИО4 обратилась с указанным требованием спустя более трех лет с момента несчастного случая, кроме того не обращалась к ответчику для урегулирования вопроса компенсации морального вреда.
Гатчинской городской прокуратурой ЛО представлены возражения, где содержится критическая оценка доводов жалобы.
Проверив материалы дела, заслушав участников процесса, определив в порядке статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть дело в отсутствие извещённых, но не явившихся в судебное заседание лиц, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда приходит к следующему.
Предусмотренных частью 4 ст. 330 ГПК РФ оснований для отмены решения суда первой инстанции вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, по данному делу судебная коллегия не установила. При таких обстоятельствах с учетом положений ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ судебная коллегия проверяет законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе.
Согласно ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.
Семейная жизнь в понимании ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.
Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст. 1 СК РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 СК РФ).
Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).
В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами гл. 59 (ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.
Согласно пп. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
В силу п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 названного Кодекса.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
В соответствии с ч. 1 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
Как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (п. 1).
Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (п.2 Пленума).
На требования о компенсации морального вреда, вытекающие из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом (абзац второй статьи 208 ГК РФ) (п. 11 Пленума).
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 27 Пленума).
В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ.
При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.
Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае (п.46 Пленума).
В п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" (далее - постановление Пленума от 26 января 2010 N 1) разъяснено, что по общему правилу, установленному ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый п. 32 постановления Пленума от 26 января 2010 N 1).
По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.
При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Судом первой инстанции установлено и материалами дела подтверждено, что истец ФИО1 состояла в браке с ФИО3 с 24.04.1971, что подтверждается свидетельством о заключении брака (т.1 л.д.10).
16.05.2016 согласно приказу генерального директора ФИО5 № 46/к от 16.05.2016 ФИО3 принят на работу в АО «ЛОЗ-СЗМА» на должность слесаря-ремонтника 4 разряда (т.1 л.д.75)
16.05.2016 между ФИО3 и АО «ЛОЗ-СЗМА» заключен трудовой договор № 57/16 (т.1 л.д.73-74).
16.04.2019 в 09 часов 00 минут на предприятии АО «ЛОЗ-СЗМА» по адресу: <адрес> произошел несчастный случай с ФИО3, в результате которого указанный работник получил телесные повреждения (т.1 л.д.56-60).
Согласно медицинскому заключению ГБУЗ ЛО «Гатчинская КМБ» о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая диагноз и его код по МКБ-10: «Т.06.8. Сочетанная травма головы, шеи, груди, конечности. ОЧМТ. УГМ тяжелой степени. Контурные очаги. САК. Множественные переломы левой верхней конечности».
В последующем ФИО3 переведен в ГБУ «Санкт-Петербургский научно-исследовательский институт им. И.И. Джанелидзе», где проходил лечение до даты смерти.
Согласно свидетельству о смерти от 15.05.2019 ФИО3 умер 11.05.2019 (л.д.68).
Как следует из заключения ГКУЗ JIO БСМЭ № 173 от 29.05.2019, представленной в материалах проверки №06-224-пр-2019 по факту получения травмы на производстве ФИО3 (т.1 л.д.181), причиной смерти ФИО3 явилась комбинированная термомеханическая травма тела, осложнившаяся двухсторонней гнойной пневмонией, повторной тромбоэмболией внутрилегочных ветвей и правой легочной артерии с геморрагическими инфартками и инфаркт-пневмонией задне-базальных отделов нижних долей обоих легких, отеком и дислокацией головного мозга. Причиной смерти пострадавшего послужила указанная травма, осложнившаяся комплексом закономерных, имеющих временную преемственность и взаимно отягощавших другу друга осложнений. Между полученной пострадавшим травмой и наступлением его смерти имеется прямая причинная связь.
В соответствии с заключением государственного инспектора труда от 09.06.2022 данный несчастный случай подлежит квалификации как связанный с производством. Причинами, вызвавшими несчастный случай, являются неудовлетворительная организация производства работ, выразившееся в необеспечении безопасных условий труда, которое заключается в отсутствии контроля за соблюдением работниками организации трудового распорядка и дисциплины труда, чем нарушены требования ст. 212 ТК РФ. Нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда, выразившееся в нарушении работником требований охраны труда при производстве работ по шлифовке фельеры, а именно п. 1.11, п. 2.1 инструкции № 14 «По охране труда для слесаря-ремонтника», п. 3.4 инструкции по техническому обслуживанию и ремонту линии изготовления кабеля пневматического с полиэтиленовыми трубками, согласно которому шлифовку фильеры следует производить вручную при помощи кордщетки и наждачной бумаги.
Ответственными лицами за допущенные нарушения требований законодательства и иных нормативных правовых актов, локальных нормативных актов, приведшим к несчастному случаю признаны: генеральный директор ФИО6, который не обеспечил безопасные условия труда, что выразилось в отсутствии контроля за соблюдением работниками организации трудового распорядка и дисциплины труда, а также слесарь-ремонтник ФИО3, допустивший нарушение требований охраны труда при производстве работ по шлифовке фельеры, то есть п. 1.11, 2.1, 3.4 инструкции № 14 «По охране труда для слесаря ремонтника».
Кроме того, непосредственно перед несчастным случаем в энергомеханическом цехе на рабочем месте отсутствовал непосредственный руководитель (начальник цеха ФИО7), при этом генеральным директором ФИО6 иной ответственный руководитель назначен не был (т.1 л.д.38-40).
При этом акт о несчастном случае составлен только 10.06.2022 (т.1 л.д.41-45), в связи с чем старшим государственным инспектором труда ФИО8 вынесено постановление о назначении административного наказания по ч. 1 ст. 5.27.1 КоАП РФ с назначение наказания в виде штрафа в размере 50 000 рублей юридическому лицу (т.1 л.д.25-29).
Установив, что на момент смерти ФИО3 состоял в трудовых отношениях с ответчиком, учитывая, что помимо вины работодателя, установлена вина и самого погибшего ФИО3, в связи с чем усматривается в действиях погибшего неосторожность, оценив представленные в материалах дела доказательства в их совокупности, исходя из того, что истец ФИО1 испытывает моральные страдания в вязи с утратой супруга ФИО3, погибшего в результате несчастного случая на производстве, что является для истца невосполнимой утратой, смертью мужа нарушена целостность семьи и семейных связей, в связи со смертью мужа истец потеряла моральную и материальную опору в жизни и, с учетом фактических обстоятельств дела, в результате которого наступила смерть ФИО3, характера и степени нравственных страданий, глубины переживаний истца, а также фактических обстоятельств причинения морального вреда, руководствуясь принципами разумности и справедливости, суд снизил заявленный истцом размер компенсации морального вреда до 300 000 рублей.
Судебная коллегия считает несостоятельными доводы апелляционной жалобы ответчика, оспаривающего решение суда в части размера компенсации морального вреда с указанием на наличие вины в действиях самого потерпевшего, поскольку данное обстоятельство было принято во внимание судом первой инстанции при определении размера взысканной компенсации морального вреда.
Судебная коллегия соглашается с размером взыскания и не находит оснований для изменения суммы компенсации по доводам апелляционной жалобы, которые по существу сводятся к выражению несогласия с произведенной судом оценкой обстоятельств дела и представленных по делу доказательств.
Правоотношения сторон и закон, подлежащий применению, определены судом правильно, обстоятельства, имеющие значение для дела установлены на основании представленных доказательств, оценка которым дана с соблюдением требований ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подробно изложена в мотивировочной части решения, в связи с чем доводы апелляционной жалобы по существу рассмотренного спора не могут повлиять на правильность определения прав и обязанностей сторон в рамках спорных правоотношений, не свидетельствуют о наличии оснований, предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к отмене или изменению состоявшегося судебного решения.
Руководствуясь статьей 327.1, пунктом 1 статьи 328, частью 1 статьи 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда
определила:
решение Гатчинского городского суда Ленинградской области от 24 мая 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества «Ленинградский опытный завод – Севзапмонтажавтоматика» – без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи: