Решение по делу № 2А-1034/2023 от 13.10.2023 - о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении.

Дело № 2а-1034/2023

УИД 51RS0009-01-2023-001127-25

Мотивированное решение изготовлено 13 октября 2023 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 сентября 2023 года город Кандалакша

Кандалакшский районный суд Мурманской области в составе: судьи Каторовой И.В.,

при секретаре Чакиной А.С.,

рассмотрев в помещении Кандалакшского районного суда посредством видеоконференц-связи с ФКУ ИК-7 УФСИН России по Республике Карелия в открытом судебном заседании дело по административному исковому заявлению

ФИО1 к ФКУ КП № 20 УФСИН России по Мурманской области, УФСИН России по Мурманской области, ФСИН России о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении,

установил:

Административный истец обратился в суд с требованием к ФКУ КП № 20 УФСИН России по Мурманской области (далее также Учреждение, ответчик) о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 150 000 руб. 00 коп.

В обоснование иска указал, что в период отбывания наказания в ФКУ ИК-20 с февраля 2005 года был помещен в карантинное отделение, где пробыл в течение двух недель, во время нахождения там ему было страшно дискомфортно, так как в умывальнике отсутствовала горячая вода, на стенах была черная плесень, температура воздуха была примерно 10-12 градусов, кабинок приватности не было, по полу бегали крысы. При выходе на прогулку приходилось дышать шлаком, так как вся земля была посыпана шлаком из котельных, во время ветреной погоды эта пыль летела в глаза и дыхательные пути. После прохождения карантина его перевели в отряд № 2, который потом перенумеровали в отряд № 3, где он пробыл до 21 сентября 2010 года. Все это время с февраля 2005 года по сентябрь 2010 года в помещении отряда не было горячей воды, кабинок приватности, имелась переполненность помещений отряда, пол местами проваливался, ползали тараканы и клопы, с плаца во время ветреной погоды поднимался шлак мелкой фракции. С учетом того, что в отрядах также курили, летал шлак, ему было невыносимо дышать.

ФИО1 принимал участие в судебном заседании посредством видеоконференц-связи с ФКУ ИК № 7 УФСИН России по Республике Карелия, настаивал на удовлетворении заявленных требований по указанным в иске основаниям. В ходе рассмотрения дела истец дополнительно указал, что на территории колонии размещался свинарник, откуда доносились истошные, душераздирающие визги свиней, распространялся неприятный запах отходами их жизнедеятельности, а после забоя – поленой шкуры, от которых ему было трудно дышать, и он испытывал неприятные ощущения. Во время ремонта отряда его перевели проживать в неотапливаемый спортивный зал, который не был пригоден для проживания также ввиду отсутствия в нем водоснабжения, санитарного узла. В 2007 году в связи с массовым поступлением осужденных из другой колонии была перенаполняемость отрядов. Шлак у котельных в связи с отсутствием ограждений разлетался по территории колонии, загрязняя воздух. Из незакрытого мусоросборника ветер разносил мусор по территории колонии. Примерно в 2009-2010 годы на котельной упала дымоходная труба, которая могла причинить вред при падении в случае нахождения там людей.

Просил восстановить срок на подачу иска, указав о том, что ненадлежащими условиями содержания были нарушены его права, и о том, что он имеет право обратиться в суд, узнал только в июле 2023 года и сразу подал исковое заявление.

К участию в деле определением суда 09 августа 2023 года в качестве административных соответчиков привлечены УФСИН России по Мурманской области (далее также УФСИН по Мурманской области), Федеральная служба исполнения наказаний России (далее также ФСИН России), в качестве заинтересованных лиц – Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Мурманской области.

Представитель ФКУ КП-20 УФСИН России по Мурманской области ФИО2 в судебном заседании с заявленными и уточненными требованиями не согласился по основаниям, указанным в письменных возражениях на иск и дополнениям к ним.

Представители УФСИН России по Мурманской области, ФСИН России в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Мурманской области просит рассмотреть дело в отсутствие своего представителя, указывает на обращение ФИО1 в суд с административным иском спустя значительный промежуток времени после событий, которые, по его мнению, имели место, указывает на пропуск срока для обращения в суд с административным иском, полагает основания для удовлетворения заявленных требований отсутствуют.

Суд, заслушав административного истца, представителя административного ответчика, допросив свидетеля, исследовав материалы дела, руководствуясь статьями 180, 227.1, 228 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, полагает заявленный иск не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Рассматривая требования о компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении суд учитывает следующее.

В силу части 2 статьи 21 Конституции Российской Федерации никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Согласно статьям 17, 18 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний. При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации (части 1, 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Частью 3 ст. 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации установлено, что администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

В соответствии с частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном главой 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Согласно частям 1 и 2 статьи 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение. Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

В соответствии со статьей 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. № 5473-I «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

В соответствии с пунктом 3 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

Основные положения материально-бытового обеспечения осужденных регламентируются статьей 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации.

Судом установлено и из материалов административного дела следует, что ФИО1 21 ноября 2003 года осужден Орехово-Зуевским городским судом Московской области по <данные изъяты> к лишению свободы на 7 лет. 24 августа 2010 освобожден из ОЮ-241/20 п.Зеленоборский Мурманской обл. по отбытию срока.

По информации административного ответчика, согласно данных группы специального учета ФИО1 отбывал наказание в ФГУ ИК-20 УФСИН России по Мурманской области (в настоящее время – ФКУ КП-20), куда прибыл 01 февраля 2005 года.

В период с 12.04.2005 в соответствии с приказом ФСИН России от 01.04.2005 № 229 учреждение именовалось ФГУ ИК №20 УФСИН России по Мурманской области, согласно приказу ФСИН России от 28.03.2008 № 201 переименовано в ФБУ ИК №20 УФСИН России по Мурманской области, в соответствии с приказом № 187 от 31.03.2011 – ФКУ ИК №20 УФСИН России по Мурманской области, согласно приказу № 240 от 27.03.2017 – ФКУ КП №20 УФСИН России по Мурманской области.

Истец указывает, что в феврале 2005 года прибыл в ИК-20, две недели содержался в карантинном отделении, затем был переведен в отряд № 2, который потом перенумерован в отряд № 3, освобожден 21 сентября 2010 года. В период отбытия наказания в ИК-20 до 2008 года условия его содержания – обычные, с указанного года – облегченные.

Установить достоверно сведения о месте размещения ФИО1 в учреждении не представляется возможным, в связи с уничтожением его личного дела в связи с истечением срока хранения (акт уничтожения личных дел осужденных с истекшим сроком хранения от 18 января 2021 года № вн. 7-5).

Согласно информации, представленной представителем ФКУ КП-20, наименования объектов, присвоенных при составлении технической документации на здания общежитий отрядов учреждения не зависят от нумерации, присвоенной отрядам осужденных.

В спорный период отряды учреждения располагались в зданиях общежитий №№ 1, 2, 3, 4, 5, 6/8, 6/2 по адресу: ул. Магистральная, д. 95, отряд 2 располагался в здании общежития 6/8 (ул. Магистральная, д. 95, строение № 8), отряд № 3 располагался в здании «общежитие № 5» (ул. Магистральная, д.95, строение № 7). Отряд № 2 нумерацию не менял. В настоящее время указанные здания не используются для проживания осужденных, законсервированы, имущество демонтировано, сдано на склад, о чем в дело представлены соответствующие акты.

Как указывает административный истец в отделении «карантин» в умывальнике отсутствовала горячая вода, на стенах была плесень, температура воздуха была примерно 10-12 градусов, не было кабинок приватности, по полу бегали крысы. В помещении отрядов не было горячей воды, проваливался пол, были тараканы и клопы.

Согласно информации, представленной ФКУ КП-20, на момент прибытия ФИО1 в КП-20 отряд «карантин» располагался в отдельно стоящем одноэтажном строении № 22, введенном в эксплуатацию в 1979 году. Помещение было перепрофилировано и функционировало как отряд «Карантин» для размещения вновь прибывающих в учреждение осуждённых.

Согласно копии технического паспорта, составленного по состоянию на 04 июля 2009 года, здание отряда «Карантин» построено в 1976 году, горячее водоснабжение не предусмотрено (т.2 л.д. 71-77).

По утверждению представителя административного ответчика в период нахождения в карантине истец был обеспечен всем необходимым имуществом, санитарно-бытовые условия содержания осужденных соответствовали установленным требованиям, в строении было централизованное отопление. В карантинном отделении были оборудованы душевая комната, туалет, комната для умывания, для проветривания помещений в оконных блоках были установлены вентиляционные электрические узлы. Подводки централизованного горячего водоснабжения в жилые комнаты не было, однако для подачи горячего водоснабжения в комнаты отряда «карантин» использовался установленный электронагревательный прибор (электротитан). В соответствии с Правилами внутреннего распорядка была организована 1 раз в неделю помывка осуждённых в банно-прачечном комбинате.

На представленных ответчиком фотографиях санитарной комнаты карантина видно, что в умывальной комнате на стене расположен водонагреватель (бойлер), подводка проведена к нескольким кранам.

Истец утверждает, что отбывал наказание в отряде № 2, который впоследствии был перенумерован в отряд № 3. Сведениями о наименовании отряда, в котором истец отбывал наказание, ответчик не располагает в связи с тем, что личное дело уничтожено. Вместе с тем, ответчик утверждает, что нумерация отрядов не изменялась.

Согласно копии технического паспорта, составленного по состоянию на 28 февраля 1989 года общежитие № 6, расположенное в строении № 8 (отряд 2) построено в 1977 году, горячее водоснабжение централизованное (т.2 л.д. 80-91).

Впоследствии, в связи с выходом из строя системы водоснабжения для подачи горячей воды в общежития, отсутствием материальных средств на ремонт участков водопровода, в отрядах осужденных были установлены электротитаны (электрические кипятильники КНЭ-502М) для обеспечения общежитий горячей водой.

Также подача горячего водоснабжения в умывальные комнаты отрядов производилась от двух водогрейных котлов «Универсал-6», которые были установлены в котельной и введены в строй в 1974 году, один из котлов обеспечивал горячим водоснабжением банно-прачечный комбинат, второй – общежития жилой зоны.

Таким образом, отсутствие горячего водоснабжения во всех отрядах в комнате для умывания, и в карантинном отряде в спорный период восполнялось наличием установленных электронагревательных приборов («электротитан»), с помощью которых обеспечивалось наличие горячей водой в умывальниках путем нагрева воды электротитанами, а также организацией помывки осуждённых в банно-прачечном комбинате.

Согласно части 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 2, 3, 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц.

Условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

О наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать в числе прочих и невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены.

В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).

В силу пунктов 19.2.1 и 19.2.5 Свода Правил 308.1325800.2017 «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденного приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20 октября 2017 года № 1454/пр, здания исправительных учреждений должны быть оборудованы горячим водоснабжением согласно требованиям СП 30.13330, СП 31.13330, СП 32.13330, СП 118.13330, а также действующим нормативным документам. Подводку горячей воды следует предусматривать к санитарным приборам, требующим обеспечения горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.).

Требования о подводке горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях были предусмотрены ранее действующей Инструкцией по проектированию исправительных учреждений и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденной Приказом Минюста России от 2 июня 2003 года № 130-дсп, признанной утратившей силу Приказом Минюста России от 22 октября 2018 года N 217-дсп, а также в соответствии с требованиями СНиП 2.04.01-85, 2.04.02-84, 208.02 -89, ВСН 01-89, ВСН 15-89.

С учетом вышеприведенных положений законодательства, обеспечение помещений исправительных учреждений горячим водоснабжением является обязательным.

По смыслу приведенных законоположений и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации компенсаторный механизм присуждения компенсации за нарушение условий содержания, в числе прочего ввиду невозможности осужденным поддержания в удовлетворительной степени личной гигиены в связи с отсутствием горячего водоснабжения, подведенного к умывальникам в отряде в конкретный период, не безусловен, а возможен при наличии доказательств, свидетельствующих о бесчеловечном и унижающем достоинство обращении с осужденным и отсутствии доказательств соразмерно восполняющих допущенные нарушения.

Административный ответчик КП-20, возражая относительно заявленных административных требований в ходе рассмотрения настоящего дела, указывает на отсутствие нарушения прав осужденного ввиду того, что горячее водоснабжение обеспечено за счет нагрева холодной воды в накопительных бойлерах (электронагревателях), которые были установлены в соответствующих помещениях и использовались для подогрева проточной воды для ее использования осужденными. Кроме того, осужденным было обеспечено еженедельное принятие горячей бани в банно-прачечном комплексе, что также не оспаривалось административным истцом.

В подтверждение доводов ответчиком представлена суду инвентарная карточка группового учета нефинансовых активов <номер>, из которой следует, что 05.04.2006 в Учреждении введены в эксплуатацию электронагревательные приборы, в том числе в отряд № 2 и 3. По утверждению представителя административного ответчика, указанные электронагревательные приборы до консервации здания были установлены, в том числе в умывальной отряда № 2 и 3 ИК № 20, и обеспечивали подачу в умывальники горячей воды осужденным. Оснований не доверять представленному суду документу не имеется.

Из инвентарной карточки группового учета нефинансовых активов <номер>, открытой 31.12.2004, следует, что 05.04.2006 в Учреждении (в отряды № 1-6) введены в эксплуатацию электротитаны (электронагревательные приборы). По утверждению представителя административного ответчика, указанные электронагревательные приборы были установлены, в том числе в отряд № 2,3, и обеспечивали подачу в умывальники горячей воды для осужденных.

Из инвентарной карточки группового учета нефинансовых активов, открытой 13.01.2011, следует, что 27.11.2008 в Учреждении (отряд карантин) введен в эксплуатацию электротитан. По утверждению представителя административного ответчика, указанный электротитан был установлен в отряд карантин и обеспечивал подачу в умывальники горячей воды для осужденных.

Административным ответчиком также представлены копия книги водогрейных и паровых котлов заводской № 6279 и 6275, установленных в Учреждении «Универсал-6», удостоверения качества данных котлов, которые, по утверждению ответчика, введены в эксплуатацию в 1974 году в целях обеспечения осужденных горячей водой и отоплением.

Иные документы, подтверждающие установку электронагревательных приборов в отрядах для проживания осужденных, административный ответчик в настоящее время представить не имеет возможности в связи с уничтожением номенклатурных дел бухгалтерии по сроку хранения, что подтверждается соответствующей справкой.

Инвентарная карточка – это специальный учетный документ, предназначенный для отражения поступления, движения и выбытия основных средств в бухучете, а с учетом даты событий, которые заявлены административным истцом, сроков хранения учетных документов, суд признает сведения, содержащиеся в представленной карточке, достоверными и достаточными для подтверждения позиции ответчика. Кроме того, приходя к такому выводу, суд в совокупности оценивает и представленные фотографии умывальной комнаты отряда № 2,3, а также карантинного помещения, которыми подтвержден факт размещения нагревателей.

Оснований ставить под сомнение наличие электронагревательных приборов в заявленный административным истцом период при фактическом их наличии и принятии к учету 31.12.2004, сведений о введении в эксплуатацию, у суда не имеется.

Таким образом, суд приходит к выводу о наличии достаточных доказательств тому, что исправительным учреждением предпринимались все необходимые меры по устранению недостатков и обеспечению административного истца горячей водой в период содержания его в исправительном учреждении.

Наличие электрообогревателя для воды в помещении карантина в феврале 2005 года документально не подтверждено, вместе с тем нахождение ФИО1 в карантине в отсутствие горячего водоснабжения продолжительностью 14 дней, по мнению суда, не свидетельствует о существенном нарушении условий содержания в исправительном учреждении, учитывая непродолжительное пребывание в данных условиях, помывку в банно-прачечном комбинате, отсутствие в указанный период жалоб от ФИО1 по данному поводу, в связи с чем суд не находит оснований для признания данных нарушений существенным отклонением от установленных законом требований к условиям содержания.

Доводы об отсутствии приватности в туалетных комнатах помещения карантина и отрядов не нашли своего подтверждения в судебном заседании.

Согласно справке, представленной ответчиком, в настоящее время строение № 22 находится в пользовании «Федерального казенного профессионально- образовательного учреждения № 27 Федеральной службы исполнения наказаний», отряд № 2 используется для проживаниях осужденных лиц женского пола и под спортивный зал для сотрудников учреждения, ввиду чего мебель и оборудование перемещены, представить расстановку мебели, иных конструкций в спорный период не представляется возможным.

Из справки ФКУ КП-20 об оборудовании отрядов следует, что помещения умывальных комнат и санузла расположены изолированно друг от друга, находились на удалении от жилых помещений. Санузел оснащен туалетным оборудованием: напольным унитазом – чаша Генуя, канализацией и перегородками, которые расположены таким образом, чтобы обеспечивалась приватность отправления санитарно-гигиенических процедур.

Согласно копии технического паспорта, составленного по состоянию на 04 июля 2009 года, общежитие № 6, расположенное в строении № 8 (отряд 2), построено в 1977 году, горячее водоснабжение не предусмотрено. Туалетные комнаты размещены отдельно от умывальных и спальных помещений. Из представленной экспликации строения № 8 следует, что туалетные комнаты представляет собой отдельное помещение (изолированное дверью) со значительной удаленностью от спального помещения.

Согласно копии технического паспорта, составленного по состоянию на 04 июля 2009 года, здание отряда «Карантин» построено в 1976 году, туалетные комнаты размещены отдельно от умывальных и спальных помещений. Из представленной экспликации строения «Карантин» следует, что туалетная комната представляет собой отдельное помещение (изолированное дверью) со значительной удаленностью от спального помещения.

Административный истец указывает на нарушение приватности при пользовании туалетом, поскольку двери на перегородках, разделяющих «Чаши Генуя», отсутствовали. Вместе с тем, учитывая сведения, изложенные в экспликации зданий отряда 2 и карантина, удаленность и изолированность туалетной комнаты от жилых помещений отрядов, суд приходит к выводу о достаточной приватности содержащихся в данных условиях отбытия наказания осужденных, включая истца, при использовании туалетом, которая допустима с учетом требований уголовно-исполнительного законодательства по контролю за осужденными и реализации ими своих основных прав и свобод, гарантированных ст.9,10 УИК РФ, и соответствует балансу прав и обязанностей осужденного в данных правоотношениях.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения требований истца в указанной части не имеется.

В судебном заседании представитель административного ответчика подтвердил периодическое применение шлака (остаточный материал после горения угля в котельных) в зимний период для посыпания дорожек для обеспечения безопасности передвижения как осужденных, так и сотрудников администрации, однако в основном для посыпания дорожек использовался песок. При этом указал, что ссылка истца на то, что на территории колонии возле котельных были высокие нагромождения шлака, с которых ветер постоянно сдувал пыль, не соответствует действительности, так как шлак действительно накапливался в зимний период, когда работали котлы в котельной, однако его объемы не были значительны, он периодически вывозился с территории колонии. Отметил, что ветер не мог сильно распылять указанный шлак по воздуху в силу его достаточно крупной дисперсионности, влажности, покрытия снегом, а также ввиду нахождения указанного отвала за стеной котельной, что препятствовало его распылению на территорию жилой зоны колонии.

Оценивая указанные доводы сторон, суд приходит к выводу, что периодическое использование шлака в качестве материала для посыпки дорожек, спортивного поля против их оледенения в зимний период не могло существенно нарушить права истца, поскольку шлак рассыпался в местах, предназначенных для хождения людей, следовательно, вдавливался в снег, а не «витал по воздуху», затрудняя дыхание, что, по мнению суда, также свидетельствует о безопасности воздуха и отсутствии нарушения прав осужденных.

Доводы административного истца о нарушении условий содержания ввиду отсутствия ограждения мусоросборника, в связи с чем по территории жилой зоны колонии разлетался мусор, о зловонии и визгах со стороны свинарника, суд отклоняет, поскольку установлено, что свинарник в спорный период находился в дальнем углу бывшей производственной зоны, в кирпичном помещении, на удалении более 100 метров от общежитий, в ночное время все поголовье находилось в помещении свинарника и не могло мешать сну осужденных, отходы потребления сразу вывозились за пределы учреждения. Указанные обстоятельства не могут быть признаны существенно нарушающими права осужденных на надлежащие условия содержания. Также не свидетельствует о нарушении прав административного истца падение трубы котельной на территории колонии, поскольку ни он, ни другие осужденные не пострадали при этом.

Административный истец в судебном заседании указал также на переполненность общежитий в отрядах № 2,3, в том числе в связи с поступлением большого количества осужденных из другой колонии, также указал на временное переселение, на время ремонта помещения отряда, осужденных в спортивный зал, где отсутствовали необходимые удобства.

В соответствии с требованиями ч. 1 ст. 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров.

В ходе рассмотрения дела судом истребованы и изучены в судебном заседании документы архивного фонда Мурманской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Мурманской области. Из представленных документов за спорный период следует, надзирающим прокурором на регулярной основе проводились проверки в ФКУ КП-20 УФСИН России по Мурманской области соблюдения прав осужденных при содержании в Учреждении, в том числе соблюдения требований в жилищно-коммунальной сфере и санитарно-эпидемиологических требований.

По результатам проведенной проверки в ноябре 2007 года прокурором установлен факт превышения лимита осужденных, в связи и с чем в отрядах 2,3 норма жилой площади составила менее установленной (1,7 м. на одного человека) (т. 1 л.д. 137-139, т.1 л.д. 181-182). По состоянию на 19 декабря 2007 года лимит наполняемости осужденных в Учреждении превысил на 3%. В заключение служебной проверки, утвержденной начальником УФСИН России по Мурманской области от 24 декабря 2007 года, указано на факт расконсервации в ИК-20 дополнительных площадей, в связи с чем площадь Учреждения увеличена, в результате чего на каждого осужденного приходится по 1,9 кв.м. (т.1 л.д. 142-144). Согласно справке о численном составе осужденных по состоянию на 26 апреля 2007 года в отряде № 2 и 3 лимит площади превышает 2 кв.м., исходя из численности осужденных в каждом отряде и его площади (т.1 л.д. 168). По результатам проверки, проведенной прокурором 5-6 августа 2008 года, вновь выявлен факт превышения лимита наполняемости отрядов №№ 2 и 3 (т.1 л.д. 197-198).

Из справки, составленной надзирающим прокурором по результатам надзорных мероприятий, проведенных в мае 2007 года, следует, что в общежитии отряда № 2 проводился ремонт помещений (т.1. л.д. 158-160).

Согласно пояснениям представителя административного ответчика данные в ФКУ КП-20 о лимите наполнения учреждения осуждёнными в спорный период, сведения о среднесписочном количестве осужденных в настоящее время отсутствуют по причине уничтожения номенклатурных дел в связи с истечением сроков их хранения, в связи с чем достоверно установить имелось ли в какие-то периоды превышение лимита наполнения отрядов не представляется возможным.

Из отзыва КП-20 следует, что ответчиком не исключается факт перенаполняемости отрядов Учреждения в спорный период. Однако указанные нарушения не носили длительного характера, оперативно устранялись, в периоды переполненности отряда вводились компенсационные меры в виде увеличения числа прогулок.

Иных конкретных данных о периодах и перенаполняемости отрядов №№ 2,3 Учреждения в ходе рассмотрения дела судом не установлено. Учитывая, что Мурманской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Мурманской области проверки проводились на регулярной основе, о чем свидетельствуют представленные в материалы дела докладные записки, а также движение осужденных в Учреждении (их прибытие и убытие), в условиях отсутствия первичных документов, ввиду их уничтожения по сроку хранения, высказаться о длительности нарушения прав административного истца в связи с превышением лимита наполняемости Учреждения не представляется возможным.

Представитель административного ответчика указал, что какая-либо информация о переселении отрядов в спортивный зал на время проведения ремонта помещений отрядов отсутствует, отметив при этом, что в спорный период общежития в капитальном ремонте не нуждались, проводились только текущие (косметические) ремонты, направленные на улучшение внутренней отделки помещений, которые обычно проводились в летний период, и массового характера, требующего переселение отрядов, не носили. Представить сведения о проведенных ремонтах и их длительности не представляется возможным ввиду уничтожения номенклатурных дел по сроку хранения.

С учетом установленных обстоятельств, установленной длительности нарушения прав истца, применяемых компенсационных мерах ответчиком, суд в указанной части приходит к выводам, что существенных нарушений условий содержания Учреждением не было допущено.

Административный истец утверждает, что в помещениях карантина и отрядов, где он содержался, были тараканы, крысы, клопы, на стенах и окнах был грибок и плесень.

В соответствии с постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 18.07.2002 № 24 «О введении в действие санитарно-эпидемиологических требований к проведению дератизации СП 3.5.31129-02» установлены требования к защите жилых помещений, зданий сооружений от грызунов и к порядку проведения дератизации. Юридическими лицами дератизационные мероприятия проводятся систематически, конкретные сроки проведения или периодичность проводимых мероприятий не установлена.

Представитель административного ответчика, отрицая наличие крыс, тараканов и клопов в помещениях колонии в спорный период, указал, что в соответствии с Приказом Минюста от 17.07.2001 № 218 «Об утверждении Положения о порядке осуществления государственного санитарно-эпидемиологического надзора на объектах уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации» на постоянной основе осуществлялся госсанэпиднадзор учреждениями санитарно-гигиенического и эпидемиологического профиля УИС Минюста РФ. Дератизация и дезинсекция в учреждении была организована не реже одного раза в год, услуги проводились специализированной организацией на возмездной основе. В настоящее время представить копии заключенных учреждением договоров за спорный период на оказание услуг по дератизации, дезинсекции, дезинфекции не представляется возможным ввиду уничтожения по сроку хранения номенклатурных дел группы коммунально-бытового интендантского и хозяйственного обеспечения «договоры, соглашения», о чем в дело представлена соответствующая справка канцелярии.

В программе 1С имеются сведения о заключении договоров от 21.06.2011 № <номер> на оказание услуг по дератизации с ФГУЗ «ФЦГиЭ» на сумму <данные изъяты> руб., от 20.11.2011 № <номер> на оказание услуг по дератизации помещений с ООО «Санитарно-эпидемиологический сервис» на сумму <данные изъяты> руб., договор от 11.12.2012 № <номер> на оказание услуг по профилактической дератизации и дезинсекции с ООО «Санитарно-эпидемиологический сервис» на сумму <данные изъяты> руб., при этом информация о заключении договоров до 2011 года отсутствует, так как информационная база 1С ведется только с 2011 года.

Суд не находит оснований для установления факта наличия в спорный период в помещениях колонии крыс и мышей, так как объективные доказательства этому отсутствуют, а дератизация и дезинсекция в учреждении в спорный период времени была организована в соответствии с санитарно-эпидемиологическими требованиями.

Доводы административного истца о том, что в отряде № 2 было повреждено половое покрытие своего подтверждения не нашли.

В техническом паспорте отряда № 2 указано на конструктивный элемент пола - дощатые, цементные. Согласно техническому паспорту, составленному по состоянию на 04 июля 2009 года, то есть на период спорных правоотношений указано, что износ здания составляет 15%, сведений о повреждении полов не содержится.

Анализ представленных архивных документов Мурманской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Мурманской области за спорный период не содержит сведений о допускаемых Учреждением нарушений в части нарушений, заявленных административным истцом, за исключением превышения лимита. Напротив, докладные записки за рассматриваемый период с учетом заявленного административным истцом места отряда отбытия наказания содержат сведения о соблюдении Учреждением бытовых и коммунальных условий осужденных установленным уголовно-исполнительным законодательствам требованиям, температурно-влажностный режим в жилых помещениях соответствует установленным нормам, санитарно-гигиеническое состояние камер и жилых помещений удовлетворительное. При прокурорских проверках деятельности администрации исправительных учреждений и проведении личного приема осужденных не поступало обоснованных жалоб на коммунально-бытовые условия.

Суд критично относится к показаниям свидетеля ФИО4, поддержавшего позицию административного истца, поскольку данный свидетель является заинтересованным лицом по делу, а его показания в совокупности опровергаются представленными ответчиком доказательствами. ФИО4 пояснил что в Учреждении отбывал наказание с сентября 2006 года по апрель 2009 года, содержался в отряде № 3, который был перенумерован в отряд № 4. Вместе с тем административный истец заявляет требования о допущенных нарушениях за период с 2005 по 2010 год, которые были допущены в отряде № 2 (после перенумерации 3). По указанным доводам суд не кладет в основу показания, данные свидетелем ФИО4

Принимая решение по заявленным требованиям, суд учитывает следующее.

В соответствии с частью 1 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лица, участвующие в деле, обязаны доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований или возражений, если иной порядок распределения обязанностей доказывания по административным делам не предусмотрен настоящим Кодексом.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 3 и 13 постановления от 25 декабря 2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснил, что принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека. Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

Обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика - соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

Вместе с тем административному истцу надлежит в административном исковом заявлении, а также при рассмотрении дела представлять (сообщать) суду сведения о том, какие права, свободы и законные интересы лица, обратившегося в суд, нарушены, либо о причинах, которые могут повлечь их нарушение, излагать доводы, обосновывающие заявленные требования, прилагать имеющиеся соответствующие документы (в частности, описания условий содержания, медицинские заключения, обращения в органы государственной власти и учреждения, ответы на такие обращения, документы, содержащие сведения о лицах, осуществлявших общественный контроль, а также о лишенных свободы лицах, которые могут быть допрошены в качестве свидетелей, если таковые имеются).

Учитывая объективные трудности собирания доказательств нарушения условий содержания лишенных свободы лиц, суд оказывает административному истцу содействие в реализации его прав и принимает предусмотренные Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации меры, в том числе для выявления и истребования доказательств по собственной инициативе.

Из материалов административного дела следует, что ФИО1 при подаче административного искового заявления, а также в ходе рассмотрения настоящего дела каких-либо доказательств, обосновывающих заявленные требования, не представил, доказательств обращения с жалобами на условия содержания в спорный период к руководству учреждения, в вышестоящие органы, прокуратуру или суды также не представил.

Суд, несмотря на предпринятые меры, объективно не может проверить доводы административного истца, так как необходимые документы, отражающие условия содержания административного истца в спорный период, не сохранились в связи с их уничтожением по истечении установленного срока хранения, который определен нормативным правовым актом и является разумным и достаточным для предъявления каких-либо претензий.

При этом сам административный истец, не обращаясь за судебной защитой предполагаемого нарушенного права в течение столь длительного срока, способствовал созданию ситуации невозможности представления приведенных выше документов в качестве доказательств по делу.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что обращение в суд с иском по истечении значительного промежутка времени (около 15 лет) после событий, которые, по мнению административного истца, имели место, свидетельствует как об отсутствии в заявленные периоды таких условий содержания, которые безусловно повлекли наступление для ФИО1 последствий, влекущих право на получение компенсации, так и о злоупотреблении административным истцом своими процессуальными правами, поскольку административные ответчики лишены объективной возможности представить суду доказательства в обоснование возражений.

Таким образом, доводы административного истца о нарушении условий его содержания в ФКУ КП-20 в заявленные периоды, выразившиеся в отсутствии горячего водоснабжения, несоблюдении приватности, переполненности камер, ненадлежащего санитарного содержания помещений отрядов и колонии, отклоняются судом, как безосновательные.

Компенсаторный механизм присуждения компенсации за нарушение условий содержания не безусловен, а возможен при наличии доказательств, свидетельствующих о бесчеловечном и унижающем достоинство обращении с осужденным и отсутствии доказательств соразмерно восполняющих допущенные нарушения.

Учитывая приведенные выше правовые нормы, разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, установленные по делу фактические обстоятельства, суд приходит к выводу, что указанные ФИО1 нарушения в период его пребывания в ФКУ КП-20 не могут быть признаны существенными, так как не повлекли неблагоприятные для административного истца последствия, что подтверждается отсутствием жалоб в надзорные и контролирующие органы, то есть не причинили ему нравственных или физических страданий в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы.

Кроме того, суд приходит к выводу о пропуске административным истцом процессуального срока для обращения в суд с настоящим административным исковым заявлением.

В соответствии с пунктом 1.1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если настоящим Кодексом или другим федеральным законом не установлено иное, административное исковое заявление об оспаривании бездействия органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа либо организации, наделенной отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего может быть подано в суд в течение срока, в рамках которого у указанных лиц сохраняется обязанность совершить соответствующее действие, а также в течение трех месяцев со дня, когда такая обязанность прекратилась.

Пропущенный по уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено настоящим Кодексом. Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (части 7 и 8 статьи 219 названного Кодекса).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что отказ в удовлетворении административного иска только по мотиву пропуска процессуального срока обращения в суд без установления иных обстоятельств, предусмотренных частью 9 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, может фактически повлечь отказ в защите нарушенного права без проверки законности оспариваемого бездействия.

Из приведенных законоположений следует обязанность суда первой инстанции при решении вопроса о пропуске срока обращения в суд в порядке главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации выяснять причины такого пропуска.

За компенсацией, установленной Федеральным законом от 27 декабря 2019 г. № 494-ФЗ в порядке, предусмотренном статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства РФ, вправе обратиться любое лицо, оспаривающее условия содержания и находящееся на момент вступления в силу указанного Закона в местах лишения свободы, а также в течение трех месяцев после освобождения (но не ранее 27 января 2020 г.), либо независимо от указанных обстоятельств в течение 180 дней, начиная с 27 января 2020 года, в случае подачи в Европейский Суд по правам человека жалоб на нарушение условий содержания, по которым не принято решение.

Как следует из пояснений истца, о возможности защиты своих нарушенных прав он узнал 06 июля 2023 года из постановления Ловозерского районного суда, которым был рассмотрен аналогичный иск.

Согласно сведениям ИЦ УМВД по Мурманской области о судимостях ФИО1, последний 21 ноября 2003 года осужден Орехово-Зуевским городским судом Московской области по <данные изъяты> УК РФ к лишению свободы на 7 лет. 24 августа 2010 освобожден из ОЮ-241/20 п.Зеленоборский Мурманской обл. по отбытию срока. 14 декабря 2016 года осужден Кандалакшским районным судом Мурманской области по <данные изъяты> УК РФ к исправительным работам на 5 мес. с удержанием 5 % из заработной платы условно с испытательным сроком 6 мес. 11 сентября 2019 года осужден мировым судьей судебного участка № 1 Кандалакшского судебного района Мурманской области по ст. <данные изъяты> УК РФ к штрафу в размере 10 000 руб. 04 июня 2021 года - мировым судьей судебного участка № 1 Кандалакшского судебного района Мурманской области по ст. <данные изъяты> УК РФ к обязательным работам на срок 120 час. 17 августа 2022 года - Кандалакшским районным судом Мурманской области по <данные изъяты> УК РФ, в силу ст. 70 УК РФ присоединено неотбытое наказание по приговору мирового судьи от 04 июня 2021 года к лишению свободы 5 лет. 10 дн. Время содержания под стражей с 17 сентября 2021 года зачтено в срок лишения свободы.

Таким образом, с 2010 года по 17 сентября 2021 года ФИО1 не находился в местах лишения свободы, уважительных причин пропуска срока на обращение в суд не представил.

Принимая решение в данной части, суд учитывает, что пропуск срока на обращение в суд ввиду незнания о нарушении прав и порядка обращения в суд с иском не является уважительной причиной пропуска такого срока, поскольку по смыслу закона данные обстоятельства не относятся к уважительным причинам пропуска срока.

С учетом изложенного, суд отказывает ФИО1 в восстановлении пропущенного срока на обращение в суд с заявленным административным иском, а также отказывает в удовлетворении административного иска в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 180, 227.1, 228 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении административного иска ФИО1 к ФКУ КП № 20 УФСИН России по Мурманской области, УФСИН России по Мурманской области, ФСИН России о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Кандалакшский районный суд Мурманской области в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, если иные сроки не установлены настоящим Кодексом.

Решение может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в течение шести месяцев со дня его вступления в законную силу при условии, что были исчерпаны иные установленные Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации способы обжалования судебного акта до дня вступления его в законную силу.

Судья подпись И.В. Каторова

Копия верна. Судья И.В. Каторова