Дело № 2-305/2023
86RS0010-01-2023-000158-64
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
24 марта 2023 года город Мегион
Мегионский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в составе судьи Каримовой Ю.С., при секретаре судебного заседания Нечипорук Е.В., с участием ст.помощника прокурора г. Мегиона Е.Н., истца Н.Ю., ответчика А.Р., представителя ответчика – адвоката О.И., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Н.Ю. к А.Р. о компенсации морального вреда, причиненного преступлением,
УСТАНОВИЛ:
Н.Ю. обратился в суд с настоящим иском, в обоснование указывая, что ДД.ММ.ГГГГ около 03 часов ответчик А.Р., управляя технически исправным автомобилем «Лада 217030», государственный регистрационный знак №, в котором истец находился в качестве пассажира, в нарушение Правил дорожного движения, допустил занос автомобиля, с последующим его наездом на препятствие в виде бетонного ограждения, с выездом в кювет, в результате чего истцу были причинены телесные повреждения в виде закрытого оскольчатого перелома тела (диафиза) правой плечевой кости, оскольчатого перелома носа с рваной раной области носа, закрытой черепно-мозговой травмой в виде сотрясения головного мозга, которые в совокупности причинили тяжкий вред здоровью истца, по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее, чем на одну треть; приговором Мегионского городского суда от 20.07.2022 года А.Р. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ и ему назначено наказание в виде ограничения свободы сроком на 1 год; помимо боли в момент получения переломов, истец перенес несколько болезненных операций, с установлением штифта в руке и операции на нос; являясь правшой, не мог пользоваться поврежденной и загипсованной рукой, принимать пищу, душ, одеваться приходилось с помощью левой руки; длительное время не мог себя самостоятельно обслуживать, нуждался в постороннем уходе; из-за перелома костей носа было трудно дышать; перелом руки, полученный в ДТП, неправильно сросся, в результате чего присутствуют постоянные боли в руке, в области винтов штифта, рука в целом ослабла, ограничены движения пальцев, не может поднимать и переносить тяжести; будучи программистом по профессии, не мог долгое время работать из-за ограничений движения пальцев руки, они не разгибались в полной мере; в результате изложенного полагает, что имеет право на компенсацию морального вреда, размер которой оценивает в 350000 руб.; для получения юридической помощи внес в кассу Мегионской коллегии адвокатов 5000 руб. за подготовку искового заявления, которые также просит взыскать с ответчика; на основании изложенного, просит взыскать с А.Р. компенсацию морального вреда в размере 350000 руб. и судебные расходы в размере 5000 руб.
Письменных возражений на иск не представлено.
В судебном заседании истец настаивал на заявленных исковых требований по доводам, изложенным в исковом заявлении; дополнительно указал, что в то время, когда сам нуждался в помощи, ухаживал за больной матерью, впоследствии умершей, о чем представил суду копию свидетельства о смерти; пояснил, что в результате действий ответчика, причинен тяжкий вред его здоровью; все проведенные операции были медицинской необходимостью; до настоящего время, рука окончательно не восстановилась, несмотря на то, что пальцы на руке начали потихоньку двигаться, в полной мере та подвижность, которая присуща здоровому человеку, отсутствует; он не может поднимать и переносить тяжести, что играет на его самолюбии, как мужчины; несмотря на то, что не был официально трудоустроен, из-за травмы руки не мог надлежащим образом работать, поскольку является программистом по профессии, что говорит о необходимой подвижности обеих рук и пальцев; штифт и винты, установленные в поврежденной руке, беспокоят периодической болью, не может спать на правой руке; в настоящее время врачи предложили удалить данный штифт, что опять же приведет к хирургическому вмешательству и реабилитационному периоду, а учитывая, что ДТП произошло в 2021 году и рука более-менее восстановилась к лету 2022 года, не хотел бы еще раз пережить лечение и долгий восстановительный период; дополнительно указал, что поскольку ДТП произошло в автомобиле, принадлежащем Индрайвер, последние выплатили ему компенсацию в размере 250000 руб., от страховой компании ОСАГО получено страховое возмещение в размере 100000 руб., в общей сложности он получил 350000 руб., вместе с тем, поскольку виновником ДТП является ответчик, и при рассмотрении уголовного дела, он не заявлял требование о компенсации морального вреда, полагает, что факт полученной компенсации от Индрайвера и страхового возмещения от ОСАГО не относится к компенсации морального вреда, и он вправе требовать от виновника ДТП компенсацию.
Ответчик А.Р. и его представитель – адвокат О.И. в судебном заседании, не оспаривая факт ДТП и вины ответчика, просили уменьшить сумму компенсации морального вреда, поскольку ответчик является самозанятым, имеет на иждивении двоих детей, супруга находится в отпуске по уходу за ребенком, своего жилья ответчик не имеет, проживает в квартире матери, ежемесячный доход около 30-35000 руб.; после произошедшего ДТП помог истцу, сразу после аварии пересадил его в другую машину, помог с компенсацией от Индрайвера, во время его нахождения на лечении в больнице; предлагал помощь в виде приобретения необходимых лекарств, от которой истец отказался; денежную компенсацию истцу не предлагал, поскольку не имеет такой возможности.
Заслушав участвующих в деле лиц, заключение прокурора, полагавшего, с учетом тяжелого положения ответчика, необходимым частично удовлетворить заявленные исковые требования в размере 150000 руб., исследовав материалы гражданского дела, обозрев по ходатайству истца рентгеновский снимок, суд приходит к следующему.
Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (статьи 2 и 7, часть 1 статьи 20, статья 41 Конституции Российской Федерации).
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная <данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с абзацем 2 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
Согласно разъяснениям, приведенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность…., и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.
Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, при разрешении спора о компенсации морального вреда должны быть в совокупности оценены конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнесение их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учтены заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.
Как установлено в судебном заседании и подтверждается материалами гражданского дела, ДД.ММ.ГГГГ произошло ДТП, с участием водителя А.Р., управляющего автомобилем «Лада 217030», государственный регистрационный знак №, в котором истец находился в качестве пассажира; в нарушение Правил дорожного движения, А.Р. допустил занос автомобиля, с последующим его наездом на препятствие в виде бетонного ограждения, с выездом в кювет, в результате чего истцу причинен тяжкий вред здоровью.
Согласно представленным медицинским документам, а именно Выписке травматолого-ортопедического отделения из медицинской карты стационарного больного Н.Ю., последний находился на стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, установлен диагноз: закрытый оскольчатый перелом нижней трети правой плечевой кости со смещением отломков, ушибленная рана носа, перелом костей носа со смещением, осложнение: посттравматическая невропатия лучевого нерва с умеренно выраженным нарушением функции правой кисти Из представленной Выписки усматривается, что истцу было проведено консервативное и оперативное лечение, в правой плечевой кости установлен штифт; даны рекомендации по лечению
В материалах дела имеется консультация отоларинголога от ДД.ММ.ГГГГ, по результатам которой показано консервативное и оперативное лечение; из Выписки отоларингологического отделения <адрес> следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на лечении, проведено оперативное лечение в виде иссечения синехий и атрезий носа
ДД.ММ.ГГГГ истцом электронеймография для диагностики двигательной функции поврежденной руки
Согласно письму ООО «Мари-Эл» истец прошел курс процедур в Центре эстетической косметологии «Эллада» по коррекции шрамов
Приговором Мегионского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ А.Р. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст.264 Уголовного кодекса Российской Федерации приговор вступил в законную силу. Поскольку вина А.Р. установлена судебным актом, вступившим в законную силу, имеющим преюдициальное значение при рассмотрении настоящего гражданского дела, вопрос о наличии или отсутствии виновности ответчика в совершенном ДТП, судом не рассматривается.
Между действиями А.Р. и наступившими последствиями в виде причинения вреда здоровью потерпевшего установлена прямая причинно-следственная связь, действиями ответчика истцу причинен моральный вред (физические и нравственные страдания).
Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Из изложенного следует, что право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав гражданина или посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.
По смыслу действующего правового регулирования размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств дела.
В силу части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
Истцом в судебном заседании приведено достаточно пояснений, подтвержденных письменными доказательствами, свидетельствующих о причинении вреда здоровью, о нравственных страданиях, которые испытал истец, в то время, когда рука была длительное время лишена той двигательной функции, которая присуща здоровому человеку; о тех болевых ощущениях, которые испытывал истец, ввиду установленного штифта с винтами в плечевом суставе (в судебном заседании по ходатайству истца судом обозревался ренгеновский снимок, на котором видно установленные штифт и винты); о нравственных страданиях истца, который, несмотря на свой возраст, с учетом полученных травм, сам нуждающийся в помощи, ухаживал за больной матерью, которая впоследствии умерла, что тоже способствовало угнетенному состоянию истца, потере душевного равновесия; потеря двигательной функции руки препятствовала работе истца: несмотря на отсутствие официального трудоустройства, будучи программистом, истец не мог в достаточной степени пользоваться клавиатурой, компьютерной мышью, которые предполагают активную подвижность пальцев рук, кроме того, по той же причине не мог устроиться на официальную работу; будучи правшой, не мог самостоятельно себя обслуживать в бытовом плане: прием пищи, одевание, водные процедуры стали сложны, при утрате двигательной способности и рабочей активности правой руки.
Ответчик же, не соглашаясь с суммой компенсации, заявленной истцом, и ссылаясь на свое трудное материальное положение, на отсутствие официальной работы, нахождение на иждивении двоих детей, нахождение супруги в отпуске по уходу за ребенком, отсутствие собственного жилья и проживание в квартире матери, в подтверждение своих доводов не представил суду соответствующих доказательств. В то же время суд учитывает помощь ответчика истцу при ДТП, принесение извинений и предложение в приобретении лекарств.
Дополнительным доводом ответчика о несогласии с заявленной суммой, является тот факт, что истец, получил компенсацию в полном объеме, в виде компенсации выплаченной Индрайвер в размере 250000 руб. и страхового возмещения ОСАГО в размере 100000 руб.; истец в судебном заседании данного обстоятельства не оспаривал.
Вместе с тем, суд считает необходимым указать следующее.
В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что судам для правильного разрешения дел по спорам, связанным с причинением вреда жизни или здоровью в результате взаимодействия источников повышенной опасности, следует различать случаи, когда вред причинен третьим лицам (например, пассажирам, пешеходам), и случаи причинения вреда владельцам этих источников. При причинении вреда третьим лицам владельцы источников повышенной опасности, совместно причинившие вред, в соответствии с пунктом 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации несут перед потерпевшими солидарную ответственность по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации. Солидарный должник, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения. Поскольку должник, исполнивший солидарное обязательство, становится кредитором по регрессному обязательству к остальным должникам, распределение ответственности солидарных должников друг перед другом (определение долей) по регрессному обязательству производится с учетом требований абзаца второго пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации по правилам пункта 2 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть в размере, соответствующем степени вины 10 каждого из должников. Если определить степень вины не представляется возможным, доли признаются равными.
В пункте 50 постановления Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 года № 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении" разъясняется, что согласно пункту 1 статьи 323 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор вправе предъявить иск о полном взыскании долга к любому из солидарных должников. Из приведенных нормативных положений и разъяснений постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что в случае причинения вреда третьим лицам в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцы солидарно несут ответственность за такой вред. В данном правоотношении обязанность по возмещению вреда, в частности компенсации морального вреда, владельцами источников повышенной опасности исполняется солидарно. При этом солидарные должники остаются обязанными до полного возмещения вреда потерпевшему.
Как установлено в судебном заседании и не оспаривается сторонами, истец для переезда из <адрес> в <адрес>, вызвал машину через приложение «In-Driver», за рулем автомашины находился ответчик А.Р. В результате произошедшего ДТП, учитывая тот факт, что транспортное средство зарегистрировано в системе «In-Driver», последний, как владелец, выплатил возмещение пострадавшему истцу; аналогичное возмещение истец получил и от страховой компании.
В соответствии с вышеуказанными нормативными положениями потерпевший вправе требовать компенсацию морального вреда как совместно от всех солидарных должников - владельцев источников повышенной опасности, при взаимодействии которых (этих источников) причинен вред его здоровью, так и от любого из них в отдельности, в частности от «In-Driver» и страховой компании.
Факт получения указанной суммы возмещения, не свидетельствует об отсутствии права требования компенсации с непосредственного виновника ДТП; говорит лишь о том, что солидарная ответственность при рассмотрении настоящего дела не предусмотрена ввиду добровольного возмещения вышеуказанными лицами истцу; иными словами, обратившись в суд с настоящим иском, Н.Ю. реализовал, свое право, предусмотренное пп. 1 и 2 ст. 323 ГК РФ, на обращение с требованием об исполнении солидарной обязанности к другому солидарному должнику, к непосредственному виновнику ДТП.
При этом, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, в силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности только истец определяет, защищать ему или нет свое нарушенное или оспариваемое право (часть первая статьи 4 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), к кому предъявлять иск (пункт 3 части второй статьи 131 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) и в каком объеме требовать от суда защиты (часть третья статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24 октября 2013 г. № 1626-О, от 17 июля 2014 г. № 1583-О).
Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Оценивая в совокупности действия причинителя вреда, соотнося их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, длительность лечения в условиях стационара, включающего в себя и оперативное вмешательство, и медикаментозное лечение, и различные виды исследований, степень тяжести причиненного истцу вреда, а также требования разумности и справедливости, суд полагает необходимым частично удовлетворить заявленные требования о компенсации морального вреда и признать приемлемой сумму в размере 200000 рублей, полагая данную сумму обоснованной и справедливой относительно полученных повреждений и перенесенных страданий.
Относительно взыскания судебных расходов в размере 5000 руб., суд приходит к следующему.
Согласно ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. Статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации расходы на оплату услуг представителя отнесены к судебным расходам.
В подтверждение понесенных расходов, истцом представлена квитанция к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ о внесении суммы в размере 5000 руб. за оказание юридической помощи в виде подготовки искового заявления, которая при удовлетворении заявленных требований, ввиду отсутствия возражений ответчика относительно её размера, также подлежит взысканию с ответчика.
В соответствии с подп. 3 и 4 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса В Российской Федерации истец освобожден от уплаты государственной пошлины по иску о взыскании компенсации морального вреда и вреда, причиненного здоровью.
На основании подп. 8 п. 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации, ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере, установленном подп. 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, что составляет 300 рублей.
Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Иск Н.Ю. к А.Р. о компенсации морального вреда и взыскании судебных расходов - удовлетворить частично.
Взыскать с А.Р. в пользу Н.Ю. компенсацию морального вреда в размере 200000 (двести тысяч) руб.
Взыскать с А.Р. в пользу Н.Ю. судебные расходы в размере 5000,00 руб.
Взыскать с А.Р. в бюджет муниципального образования Ханты-Мансийского автономного округа - Югры город Мегион государственную пошлину в размере 300 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, путём подачи апелляционной жалобы, представления прокурора через Мегионский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.
Судья Ю.С. Каримова