Судья Полуэктова М.Б. Дело №
Докладчик Пудовкина Г.П.
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
<адрес> ДД.ММ.ГГГГ
Судебная коллегия по уголовным делам Новосибирского областного суда в составе:
председательствующего Пудовкиной Г.П.,
судей Кашиной Е.В., Павловой Т.В.,
при секретаре Ермолаевой А.В.,
с участием государственного обвинителя Бабенко К.В., осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3, адвоката Павицкого А.А. в защиту интересов осужденного ФИО1, адвоката Лобанова М.А. в защиту интересов осужденного ФИО2, адвоката Заковряшина Ю.С. в защиту интересов осужденного ФИО3
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы адвоката Павицкого А.А. в защиту интересов осужденного ФИО1, адвоката Лобанова М.А. в защиту интересов осужденного ФИО2, адвоката Заковряшина Ю.С. в защиту интересов осужденного ФИО3 на приговор Заельцовского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым
ФИО1, <данные изъяты>
- осужден по ч. 3 ст. 160 УК РФ к штрафу в размере 290 000 рублей.
В соответствии с ч. 5 ст. 72 УК РФ с учетом времени содержания ФИО1 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, нахождения под домашним арестом с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также под запретом определенных действий, а именно покидать жилище в определенное время с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ наказание смягчено до 220 000 рублей.
ФИО3 ич, <данные изъяты>
- осужден по ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 160 УК РФ к штрафу в размере 240 000 рублей.
В соответствии с ч. 5 ст. 72 УК РФ с учетом времени содержания ФИО3 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и нахождения под домашним арестом с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ наказание смягчено до 180 000 рублей.
ФИО2, <данные изъяты>
- осужден по ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 160 УК РФ к штрафу в размере 240 000 рублей.
В соответствии с ч. 5 ст. 72 УК РФ с учетом времени содержания ФИО2 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и нахождения под домашним арестом с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ наказание смягчено до 180 000 рублей.
Постановлено взыскать солидарно с ФИО1, ФИО2, ФИО3 в пользу Министерства науки и высшего образования Российской Федерации в лице Федерального государственного бюджетного учреждения науки Институт горного дела им. Потерпевший №1 Сибирского отделения Российской академии наук в счет возмещения материального ущерба 688 715 рублей.
Разрешены вопросы о судьбе вещественных доказательств и арестованного имущества.
Заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда Пудовкиной Г.П., мнение осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3, адвокатов Павицкого А.А., Лобанова М.А., Заковряшина Ю.С., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение государственного обвинителя Бабенко К.В., полагавшего необходимым приговор суда оставить без изменения, судебная коллегия
УСТАНОВИЛ
А:
Приговором суда ФИО1 признан виновным и осужден за присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, лицом с использованием своего служебного положения, в крупном размере, ФИО2 признан виновным и осужден за пособничество в присвоении, то есть содействие совершению преступления предоставлением информации, а также заранее обещанное сокрытие предметов, добытых преступным путем, а именно содействие совершению хищения чужого имущества, вверенного виновному, лицом с использованием своего служебного положения, в крупном размере, ФИО3 признан виновным и осужден за пособничество в присвоении, то есть содействие совершению преступления предоставлением средств совершения преступления, а именно содействие совершению хищения чужого имущества, вверенного виновному, лицом с использованием своего служебного положения, в крупном размере.
Преступление совершено ими на территории <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.
Вину в совершении преступления ФИО1, ФИО2 и ФИО3 не признали.
На приговор суда адвокатом Павицким А.А. в защиту интересов осужденного ФИО1 подана апелляционная жалоба, в которой автор просит приговор суда отменить, как незаконный и необоснованный, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор.
В обоснование доводов жалобы указывает, что приговор суда основан на предположениях, а выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.
По мнению автора жалобы, выводы суда о том, что версия осужденных относительно получения выплат на законных основаниях ввиду разработки ФИО2 уникальной технологии бурения является недостоверной, противоречат представленным материалам, при этом суд не обладает специальными познаниями в области бурения скважин, а потому не может сделать вывод об уникальности технологии бурения, попытки для вызова в судебное заседание специалистов в данной области судом не предпринимались.
Полагает, что ответ директора ИГД СО РАН ХАП на запрос начальника УФСБ России по <адрес>, а также показания свидетеля ХАП, приведенные судом в качестве доказательства виновности, не опровергают доводы стороны защиты. Указывает, что показания свидетеля ХАП в части того, что изыскание ФИО2 осуществлялось при специальном финансировании из средств гранта Российского научного фонда, дополнительного финансирования от хозяйственных договоров не требовало, не соответствуют действительности. Кроме того, считает, что вышеуказанный ответ является недопустимым доказательством, поскольку получен в нарушение действующего законодательства, так как сам запрос приобщен не был, а потому установить кто, у кого и какие сведения запрашивал, не представилось возможным.
По мнению автора жалобы, выводы суда о том, что ФИО1 должен был согласовывать свои решения, в том числе по премированию ФИО2 с руководителями проектов ФИО3, ССВ и САВ, являются необоснованными, поскольку из представленных материалов уголовного дела установлено отсутствие в ИГД СО РАН такой должности, как руководитель проекта, при этом приказов о назначении указанных лиц на данную должность сторона обвинения суду не предоставила. Обращает внимание, что трудовой договор, заключенный с ФИО1, также не обременяет его обязанностью согласовывать свои решения с подчиненными ему работниками.
Считает, что рукописные записи на двух представлениях о согласовании с САВ и ССВ выплат ФИО2 надбавок на общую сумму 150 000 рублей из средств хоздоговоров также не имеют доказательственного значения по тем же основаниям, при этом в ходе судебного следствия указанные представления не предоставлялись на обозрение участникам процесса и не обсуждался вопрос о том, кем проставлены рукописные записи о согласовании.
Обращает внимание, что ФИО2 был премирован из сэкономленных по другим договорам с АО «<данные изъяты>» средств, что не противоречит положению об оплате труда работников ИГД СО РАН.
Также указывает, что ни в одном из документов не указано, что представление о премировании носит обязательный характер для директора ИГД СО РАН. В силу положения об оплате труда работников ИГД СО РАН основанием для выплат стимулирующего характера может являться представление, поданное на имя директора ИГД СО РАН, а потому, по мнению автора жалобы, носит рекомендательный характер.
Указывает, что ни в стадии предварительного следствия, ни в ходе судебного заседания не был установлен факт передачи денежных средств ФИО2 директору ИГД СО РАН ФИО1, при этом факт снятия ФИО2 денежных средств при помощи банкомата и с расчетного счета не свидетельствует о их передаче кому-либо.
Полагает, что суд необоснованно в качестве доказательств виновности сослался на аудиозаписи телефонных переговоров, поскольку согласно показаний свидетелей САВ, ССВ и БНВ указанные разговоры относились к иным обстоятельствам, при этом аудиозаписи были представлены стороной обвинения не в полном объеме.
По мнению адвоката, делая выводы о необоснованности выплаты 6000 рублей ФИО2 в качестве вознаграждения за оказанную им услугу по обналичиванию денежных средств в размере 150 000 рублей, под видом премии ранее, суд вышел за рамки предъявленного обвинения, поскольку данные обстоятельства не вменялись органами предварительного следствия.
Считает, что ФИО1 действовал в рамках предоставленных ему полномочий директора ИГД СО РАН, в соответствии с Уставом ИГД СО РАН, положением о премировании и трудовым договором, а соответственно никаких нарушений законодательства с его стороны в части премирования ФИО2 не было.
Адвокат Заковряшин Ю.С. в защиту интересов осужденного ФИО3 в апелляционной жалобе просит приговор суда отменить, как незаконный, необоснованный и несправедливый, вынести в отношении ФИО3 оправдательный приговор.
В обоснование доводов жалобы указывает, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, судом неправильно применен уголовный закон и существенно нарушены нормы уголовно-процессуального закона при постановлении приговора.
Полагает, что представленные материалы не содержат доказательств совершения ФИО3 инкриминируемого преступления.
В апелляционной жалобе адвокат Лобанов М.А. в интересах осужденного ФИО2 просит приговор суда отменить, как незаконный и необоснованный, вынести в отношении ФИО2 оправдательный приговор.
В обоснование доводов жалобы указывает, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом.
Полагает, что вина ФИО2 в совершении инкриминируемого преступления не нашла своего подтверждения в приговоре суда.
Считает, что суд необоснованно пришел к выводу о том, что основанием к начислению и выплате премии ФИО2 являлись именно корыстный мотив и желание ФИО1 похитить вверенные ему ИГД СО РАН денежные средства.
Также указывает, что обжалуемый приговор не содержит ссылки на нормативно-правовые акты, которые нарушили ФИО2, ФИО1 и ФИО3
По мнению автора жалобы, размер премии, выданной ФИО2, по сравнению с премиями остальных сотрудников учреждения, не был завышен.
Обращает внимание, что инициатива премирования ФИО2 исходила от ФИО1
Анализируя показания представителей потерпевших МЕА, НДИ, свидетелей ССВ БНВ, ИВС и ХАП, указывает, что должность руководителя проекта в ИГД СО РАН отсутствовала, при этом директор имеет право премировать подчиненного сотрудника, не требуя каких-либо согласований, премировать можно любого сотрудника, не зависимо от того, работал он над проектом или нет.
Просит учесть, что личное дело ФИО2, исследованное в ходе судебного следствия, было составлено по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, то есть без учета данных о технологии, разработанной им в конце декабря 2018 года.
В остальном приводит доводы, аналогичные доводам, изложенным в апелляционной жалобе адвокатом Павицким А.А.
В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Павицкого А.А. в защиту интересов осужденного ФИО1 государственный обвинитель Баянов А.С. просит приговор суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения.Заслушав участников судебного заседания, проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений, судебная коллегия приходит к следующему.
Обстоятельства, при которых совершено преступление и которые в силу ст. 73 УПК РФ подлежали доказыванию, судом установлены верно.
Виновность осужденных в совершении преступления установлена совокупностью доказательств, собранных в ходе предварительного расследования по делу в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, проверенных в судебном заседании и оцененных судом в соответствии с требованиями статей 17, 88 УПК РФ.
К выводам о виновности осужденных ФИО1, ФИО2 и ФИО3 суд пришел, исходя из показаний представителей потерпевших МЕА и НДИ, свидетелей САВ, ССВ, БНВ, ИВС, ХАП, ХИП, КВА об обстоятельствах преступления, а также письменных доказательств, приведенных в приговоре, объективно подтверждающих фактические обстоятельства, при которых осужденные совершили указанное преступление.
Оценив приведенные в приговоре доказательства в совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о том, что они достоверны, допустимы и относимы. При этом суд исходил из того, что показания представителей потерпевших и свидетелей согласуются между собой, последовательны, подробны и объективно подтверждаются письменными доказательствами, а письменные доказательства получены в соответствии с требованиями закона, и в своей совокупности эти доказательства свидетельствуют о том, что осужденный ФИО1 совершил присвоение денежных средств, принадлежащих ИГД СО РАН, а также его учредителю, а осужденные ФИО2 и ФИО3 оказали пособничество в его совершении.
Вопреки утверждению стороны защиты, указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что выводы суда о доказанности их вины соответствуют фактическим обстоятельствам дела, мотивированы и являются объективными.
Судом первой инстанции тщательно проверялись доводы стороны защиты о невиновности осужденных, в приговоре приведено подробное, убедительное обоснование выводов о признании несостоятельными доводов стороны защиты. Судебная коллегия, проверив аналогичные доводы, приведенные в жалобах и в ходе апелляционного рассмотрения дела, также приходит к выводу о том, что они полностью опровергаются исследованными судом и изложенными в приговоре достоверными и допустимыми доказательствами, которые не содержат существенных противоречий и согласуются между собой.
Находя правильной юридическую оценку действий осужденных, судебная коллегия не может согласиться с доводами стороны защиты о недоказанности вины осужденных.
Судом правильно установлено, что ФИО1, являясь директором государственного бюджетного учреждения науки ИГД СО РАН, с целью завладения и использования в корыстных целях, присвоил часть вверенных ему денежных средств, а именно под видом премирования сотрудника института ФИО2 в связи с выполнением им работ по хозяйственным договорам с АО «<данные изъяты>», по которым ФИО2 в действительности никакие работы не выполнялись, а также отсутствовали основания для его премирования по каким-либо иным основаниям, необоснованно подписал часть представлений о премировании ФИО2 от своего имени, а также согласовал, как директор института, представления о премировании ФИО2, которые были подготовлены и составлены от имени ФИО3, как заместителя директора института, подписал приказы, на основании которых ФИО2 работниками бухгалтерии были необоснованно начислены и выплачены денежные средства в период с сентября по декабрь 2018 года в размере 688 715 рублей под видом выплат стимулирующего характера. После поступления указанных денежных средств на банковский счет ФИО2 последний передал их ФИО1, таким образом, ИГД СО РАН и учредителю ИГД СО РАН был причинен ущерб в крупном размере.
ФИО3 совершил пособничество в присвоении вверенных ФИО1 денежных средств, а именно для придания законности и видимости якобы выполненных ФИО2 работ и внесения им существенного вклада в деятельность института, составил необоснованные представления о премировании ФИО2, часть из них – от своего имени, как заместителя директора ИГД, и передал их ФИО1, тем самым предоставил средства совершения преступления, позволившие на основании данных фиктивных представлений совершить хищение денежных средств.
ФИО2 совершил пособничество в присвоении вверенных ФИО1 денежных средств, а именно передал ФИО1 и ФИО3 информацию о поступлении на его банковский счет похищенных денежных средств, обналичил перечисленные ему денежные средства и передал их ФИО1, тем самым предоставил информацию, а также совершил заранее обещанное сокрытие предметов, добытых преступным путем.
Доводы жалоб о несогласии с данной судом оценкой доказательств по делу не могут служить основанием к отмене состоявшегося судебного решения, поскольку суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Правила оценки доказательств судом первой инстанции не нарушены, обоснование выводов суда подробно изложено в обжалуемом решении, оснований к переоценке доказательств суд не усматривает.
Вопреки доводам стороны защиты, суд обоснованно признал допустимым доказательством ответ директора ИГД ХАП на запрос начальника подразделения УФСБ России по <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ; данный ответ не противоречит иным доказательствам по уголовному делу, получил надлежащую оценку суда в приговоре, не согласиться с которой оснований не имеется. Не приобщение к материалам дела запроса не свидетельствует о недостоверности сведений, изложенных в указанном выше ответе.
Отсутствие приказов о назначении на должность руководителя проекта не влияет на выводы суда о виновности осужденных в совершении преступления. Показания свидетелей БНВ, ХАП, ИВС, а также положения, закрепленные в Положении об оплате труда работников, действовавшие в ИГД СО РАН в 2018 году, свидетельствуют о том, что премирование по хозяйственным договорам осуществляется на основании представления руководителя проекта, которое носит обязательный характер.
Из показаний свидетелей САВ и ССВ следует, что они как руководители проекта по договору № от ДД.ММ.ГГГГ и по договору № от ДД.ММ.ГГГГ соответственно не согласовывали выплату премии ФИО2 из средств хоздоговоров, а потому доводы стороны защиты в этой части являются несостоятельными.
Судом также дана оценка утверждению стороны защиты о том, что ФИО2 был премирован из сэкономленных по другим договорам с АО «<данные изъяты>» средств. Так, на основании показаний свидетелей БНВ, ХАП, ИВС, исследованных документов бухгалтерского учета по договорам №, №, №, необоснованное премирование ФИО2 осуществлено ФИО1 из средств заработной платы, которая полагалась работникам в связи с выполнением работ по договорам.
Вопреки доводам стороны защиты, в ходе судебного следствия было установлено на основании совокупности исследованных доказательств, в том числе сведениями о прослушивании телефонных переговоров между осужденными, что все они были осведомлены о движении денежных средств от ИГД СО РАН на счет ФИО2, о суммах и сроках поступления денежных средств, а также о том, в связи с чем данные денежные средства перечисляются, что является основанием для их перечисления. Факт передачи денежных средств ФИО1 также подтверждается телефонными переговорами между осужденными.
Судом мотивирован вывод о том, что полученная ФИО2 надбавка в размере 6 000 рублей является необоснованной выплатой в качестве вознаграждения за оказанную им услугу по обналичиванию денежных средств в размере 150 000 рублей, под видом премии ранее, при суд этом не вышел за рамки предъявленного обвинения, не нарушил права осужденных на защиту и не ухудшил их положение.
Нарушения принципа состязательности сторон при рассмотрении уголовного дела в суде не усматривается, сторонам были предоставлены равные возможности в реализации своих прав, ходатайства разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Уголовное дело рассмотрено в рамках предъявленного обвинения, с соблюдением требований ст. 252 УПК РФ.
Тщательно исследовав обстоятельства дела, правильно оценив все доказательства в их совокупности, суд пришёл к обоснованному выводу о доказанности вины осужденных в содеянном ими, и верно квалифицировал действия ФИО1 по ч.3 ст. 160 УК РФ, как присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, лицом с использованием своего служебного положения, в крупном размере, действия ФИО2 по ч.5 ст. 33, ч.3 ст. 160 УК РФ, как пособничество в присвоении, то есть содействие совершению преступления предоставлением информации, а также заранее обещанное сокрытие предметов, добытых преступным путем, а именно содействие совершению хищения чужого имущества, вверенного виновному, лицом с использованием своего служебного положения, в крупном размере, действия ФИО3 по ч.5 ст. 33, ч.3 ст. 160 УК РФ, как пособничество в присвоении, то есть содействие совершению преступления предоставлением средств совершения преступления, а именно содействие совершению хищения чужого имущества, вверенного виновному, лицом с использованием своего служебного положения, в крупном размере.
Выводы суда о доказанности вины и правильности квалификации действий осужденных в приговоре изложены достаточно полно, надлежащим образом обоснованы, мотивированы, соответствуют исследованным в судебном заседании доказательствам, а потому признаются судебной коллегией правильными.
Вопреки доводам стороны защиты, хищение денежных средств ФИО1 при пособничестве ФИО2 и ФИО3 из корыстных побуждений подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.
Наказание ФИО1, ФИО2 и ФИО3 назначено судом в соответствии с требованиями закона, соразмерно содеянному ими, с учетом данных о их личностях, влияния назначенного наказания на их исправление, условия жизни их семей, а также конкретных обстоятельств дела.
С учетом изложенного, апелляционные жалобы адвоката Павицкого А.А. в защиту интересов осужденного ФИО1, адвоката Лобанова М.А. в защиту интересов осужденного ФИО2, адвоката Заковряшина Ю.С. в защиту интересов осужденного ФИО3 удовлетворению не подлежат.
Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену или изменение приговора суда, из материалов дела не усматривается.
Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ, судебная коллегия
определил а:
Приговор Заельцовского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1, ФИО3 ича, ФИО2 оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвоката Павицкого А.А. в защиту интересов осужденного ФИО1, адвоката Лобанова М.А. в защиту интересов осужденного ФИО2, адвоката Заковряшина Ю.С. в защиту интересов осужденного ФИО3 - без удовлетворения.
Апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, через суд первой инстанции и рассматривается в порядке, предусмотренном статьями 401.7, 401.8 УПК РФ. Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий- подпись.
Судьи областного суда – подпись.
Копия верна: Судья-