Судья Шатрова Р.В.

24RS0041-01-2020-004436-87

Дело № 33-8612/2023

2.129

КРАСНОЯРСКИЙ КРАЕВОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

19 июля 2023 года

г. Красноярск

Судебная коллегия по гражданским делам Красноярского краевого суда в составе

председательствующего Тихоновой Ю.Б.

судей Абрамовича В.В., Каплеева В.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Курганской А.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Каплеева В.А.

гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ЕЯ в лице законного представителя ФИО1 к Межрегиональному территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Красноярском крае, Республике Хакасия и Республике Тыва о признании права собственности на жилой дом,

по апелляционной жалобе ФИО1

на решение Октябрьского районного суда г. Красноярска от 23 декабря 2022 года, которым постановлено:

«В удовлетворении иска ФИО1, ЕЯ в лице законного представителя ФИО1 к Межрегиональному территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Красноярском крае, Республике Хакасия и Республике Тыва о признании права собственности на жилой дом отказать».

Заслушав докладчика, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратилась в суд с иском к МТУ Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Красноярском крае, Республике Хакасия и Республике Тыва о признании права собственности на жилой дом по <адрес> площадью 60,6 кв.м.

Требования мотивировала тем, что в 1993 году ее матери ФИО3 предоставлена квартира в доме № по <адрес>. В период с 2012 года по 2014 год на придомовой территории дома с согласия ФИО3 ФИО2 возвела еще один жилой дом, который соответствует нормам безопасности. Дом расположен на земельном участке с кадастровым номером №. В связи с тем, что дом является самовольной постройкой, собственником земельного участка под домом она не является, зарегистрировать право собственности во внесудебном порядке не представляется возможным.

<дата> ФИО2 умерла.

Определением Октябрьского районного суда г. Красноярска от 29 октября 2021 года произведена замена истца ФИО2 на ФИО1 (который первоначально привлекался к участию в деле в качестве третьего лица), действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетней дочери (второго правопреемника истца) ЕЯ

Уточнив исковые требования, истцы просили признать за ними право собственности на индивидуальный жилой дом, расположенный за домом № по <адрес> в <адрес> в координатах: 1 №).

Судом первой инстанции постановлено приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит решение отменить как незаконное, ссылаясь на нарушение и неправильное применение норм материального права. Ссылаясь на те же обстоятельства, которые изложены в исковом заявлении в письменных объяснениях, полагает, что для вынесения решения суда важным обстоятельством являлось то, что земельный участок вместе с квартирой предоставлялся матери умершей ФИО2 в 1989 году, семья длительное время участком пользовалась и садила огород, права третьих на указанную землю не заявлялись и не были оформлены. Кроме того, полагает, что отсутствие между участком истца и третьего лица забора свидетельствует о том, что ФИО2 заняла тот участок, который предоставлялся ранее ее матери, что подтверждается актом полевого контроля. Более того, в материалах дела имеются доказательства, подтверждающие, что спорный дом соответствует строительным, санитарным, пожарным нормам как на момент подачи искового заявления, так на момент вынесения решения суда, поскольку истцом были представлены актуальные заключения. При этом собственник земельного участка МТУ Росимущества не выразил возражений относительно удовлетворения судом искового заявления, оставив данный вопрос на усмотрение суда, а ФИО4 собственником земельного участка не является. Также просит учесть, что спорный жилой дом – единственное пригодное для жилья имущество, которое есть у истца и его несовершеннолетнего ребенка.

Признав возможным рассматривать дело в отсутствие не явившихся участвующих в деле лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания суда апелляционной инстанции, заслушав объяснения истца ФИО1 и его представителя по устному заявлению ФИО5, поддержавших доводы апелляционной жалобы, объяснения третьих лиц ФИО4 и ФИО6, согласившихся с решением суда, проверив материалы дела и решение суда первой инстанции в пределах, установленных ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу статьи 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

В силу п.п. 1-2 ст. 222 ГК РФ самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки.

Лицо, осуществившее самовольную постройку, не приобретает на нее право собственности. Оно не вправе распоряжаться постройкой - продавать, дарить, сдавать в аренду, совершать другие сделки.

В пунктах 25-26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №10, Пленума ВАС РФ №22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» приведены разъяснения о том, что в силу пункта 3 статьи 222 ГК РФ право собственности на самовольную постройку может быть признано судом за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, где осуществлена постройка (правообладатель земельного участка).

Если самовольная постройка осуществлена на земельном участке, не принадлежащем застройщику, однако на ее создание были получены необходимые разрешения, с иском о признании права собственности на самовольную постройку вправе обратиться правообладатель земельного участка. Ответчиком по такому иску является застройщик. В этом случае застройщик имеет право требовать от правообладателя возмещения расходов на постройку.

Рассматривая иски о признании права собственности на самовольную постройку, суд устанавливает, допущены ли при ее возведении существенные нарушения градостроительных и строительных норм и правил, создает ли такая постройка угрозу жизни и здоровью граждан. С этой целью суд при отсутствии необходимых заключений компетентных органов или при наличии сомнения в их достоверности вправе назначить экспертизу по правилам процессуального законодательства.

Если иное не установлено законом, иск о признании права собственности на самовольную постройку подлежит удовлетворению при установлении судом того, что единственными признаками самовольной постройки являются отсутствие разрешения на строительство и/или отсутствие акта ввода объекта в эксплуатацию, к получению которых лицо, создавшее самовольную постройку, предпринимало меры. В этом случае суд должен также установить, не нарушает ли сохранение самовольной постройки права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает ли угрозу жизни и здоровью граждан.

Суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, установил следующие фактические обстоятельства.

В ЕГРН содержатся сведения о жилом доме с кадастровым номером № по адресу: <адрес> площадью 130,8 кв.м. В доме расположены квартира № площадью 65,7 кв.м с кадастровым номером №, и квартира № площадью 65,1 кв.м с кадастровым номером №.

В ЕГРН записи о государственной регистрации права собственности на квартиру № по <адрес> отсутствуют. По данным ККГЦТИ и ОЗСС (регистрация в органах БТИ) право общей долевой собственности на квартиру принадлежит Б, Б, СИ, СЮ, ФИО6 на основании договора на передачу квартиры в собственность от 04 августа 1993 года.

Право общей долевой собственности на квартиру № зарегистрировано по данным ЕГРН за ФИО4 (3/4 доли), ЕВЮ (1/4 доля). ЕВЮ умер <дата>, с заявлением о принятии наследства к нотариусу обратились ЕВ и представитель несовершеннолетнего ЕА – КГБУ СО «<данные изъяты>».

Земельный участок, занятый двухквартирным домом № по <адрес> в <адрес>, на государственном кадастровом учете не состоит, право собственности не зарегистрировано. Фактически жилой дом № по <адрес> и прилегающая к нему территория, на которой расположено спорное строение, находятся в границах земельного участка с кадастровым номером № площадью 143 453 кв.м., который является собственностью Российской Федерации.

Из технического паспорта от 1993 года, предоставленного по запросу суда Восточно-Сибирским филиалом АО «Ростехинвентаризация – Федеральное БТИ», следует, что жилой дом № по <адрес> возведен в 1990 году, состоит из двух квартир. Фактически жильцами квартир по состоянию на 1993 год занят земельный участок общей площадью 2 742 кв.м, из которых 1 336 кв.м – придомовая территория (квартиры № – 563,49 кв.м, квартиры № – 772,52 кв.м), остальная площадь – огороды (обозначены в техническом плане пунктирной линией).

Из объяснений сторон и третьих лиц суд первой инстанции установил, что на территории, используемой под огород жильцами квартиры №, в 2014 году, с согласия одного из собственников квартиры № (ЕВ), ФИО2 и ее супруг ФИО1 возвели деревянный жилой дом площадью 60,6 кв.м.

Также суд первой инстанции установил, что квартира № предоставлялась ЕВ и членам ее семьи – супругу ЕЮ, сыну ЕВЮ, дочери ФИО4 На основании договора приватизации жилого помещения от 04 августа 1993 года квартира № передана указанным лицам в собственность. При этом ни ФИО2, ни ее супругу ФИО1 квартира № в собственность не предоставлялась, собственниками указанного жилого помещения они не являлись.

12 апреля 2019 года Управлением Росреестра по Красноярскому краю составлен акт проверки №, в соответствии которым установлен факт нарушения ФИО2 земельного законодательства – п. 1 ст. 25, п. 1 ст. 39.1 ЗК РФ, что выразилось в самовольном занятии части земельного участка с кадастровым номером № путем самовольного возведения жилого дома, иных построек.

Решением Октябрьского районного суда г. Красноярска от 28 ноября 2019 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 29 июля 2020 года, ФИО4 отказано в удовлетворении иска к ФИО2 о сносе самовольно возведенного дома площадью 60,6 кв.м., и также отказано в удовлетворении иска ФИО2 к администрации г. Красноярска о признании права собственности на самовольную постройку.

Основанием отказа в удовлетворении иска о сносе самовольной постройки послужил вывод суда о том, что самовольная постройка возведена на земельном участке с кадастровым номером №, являющимся собственностью Российской Федерации, истцу ФИО4 земельный участок под спорным строением не принадлежит, следовательно, ЕП является ненадлежащим истцом по делу. Основанием отказа в удовлетворении иска о признании права собственности на самовольную постройку послужил вывод суда о том, что администрация г. Красноярска, в свою очередь, является ненадлежащим ответчиком по иску ФИО2 о признании права на самовольную постройку. Суд апелляционной инстанции указал, что надлежащим ответчиком по иску о признании права собственности на самовольную постройку будет являться МТУ Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Красноярском крае, Республике Хакасия и Республике Тыва.

<дата> после подачи иска по настоящему делу ФИО2 умерла.

После смерти ФИО2 с заявлением о принятии наследства к нотариусу обратились ее супруг – ФИО1 и несовершеннолетняя дочь ЕЯ в лице своего законного представителя – отца ФИО1

Отказывая в удовлетворении исковых требований о признании права собственности на самовольную постройку, суд первой инстанции пришел к выводу, что несмотря на то, что представленные заключения ООО «Гранит», ООО «Крастест», ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Красноярском крае» и ООО «ВСПК» свидетельствуют о том, что жилой дом возведен без нарушений требований строительных, пожарных и санитарно-эпидемиологических правил и норм, право собственности на него не может быть признано за истцами, поскольку земельный участок под строительство спорного жилого дома 2014 года постройки в установленном законом порядке ни ФИО2, ни ее супругу и наследнику ФИО1 не предоставлялся, в пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании, в собственности указанных лиц никогда не находился. Собственниками квартир, в пользовании которых находится земельный участок, на котором возведен спорный дом, ни ФИО2, ни ФИО1 не являлись и не являются. Указанные обстоятельства в силу ст. 222 ГК РФ исключают возможность признания права на самовольную постройку.

Также судом сделан вывод о том, что то обстоятельство, что одним из собственников квартиры № дома № по <адрес> (ЕВ) было дано согласие ФИО2 на возведение самовольной постройки на территории, используемой собственниками квартиры № под огород, не свидетельствует о законности возведения постройки, поскольку ЕВ, не будучи собственником земельного участка, была лишена права им распоряжаться. Кроме того, иные собственники жилых помещений в многоквартирном доме своего согласия на возведение самовольной постройки не давали, возражают против удовлетворения настоящего иска.

Приведенные выводы суда первой инстанции судебная коллегия находит правильными, соответствующими нормам материального права и доказательствам по делу.

С учетом норм ст. 222 ГК РФ и разъяснений совместного Постановления Пленума Верховного Суда РФ №10, Пленума ВАС РФ №22 от 29.04.2010, обязательным условием удовлетворения иска о признании права собственности на самовольную постройку является наличие у истца прав на земельный участок, на котором она выстроена. Более того, в Обзоре судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.11.2022, разъяснено, что даже если только часть самовольной постройки находится на земельном участке, не предоставленном застройщику в установленном порядке, это является достаточным основанием для отказа в признании права собственности на такую постройку.

Суд первой инстанции обоснованно сделал вывод об отсутствии у истцов права на земельный участок, на котором самовольно выстроен жилой дом.

Доказательства по делу свидетельствуют о том, что ни истцам, ни их правопредшественникам соответствующий земельный участок не предоставлялся на каком-либо праве, в том числе под застройку. В материалы дела представлены только договоры на передачу в собственность граждан квартир, занимаемых ими по договору социального найма, заключенные с Агентством по приватизации, обмену и продаже жилых помещений. По договору от 04.08.1993 ФИО6, Б, Б, СЮ и СИ приняли безвозмездно в собственность квартиру № в доме по <адрес>, 1991 года постройки, а ЕВ, ЕЮ, ЕВЮ и ФИО4 – квартиру № в указанном доме по договору от 04.08.1993.

Истец ФИО2 в своих первоначальных объяснениях в судебном заседании также не сообщала суду, что земельный участок предоставлялся под застройку или для ведения личного подсобного хозяйства, но поясняла, что квартира № в доме предоставлялась в 1989 году ее матери как работнику плодово-ягодной станции, и что они при этом думали, что с квартирой был выдан участок на 10 соток, после чего на части этого участка (5 соток) родители предложили построить жилой дом. Третье лицо ФИО4 давала в суде аналогичные объяснения, сообщала суду, что первоначально при предоставлении квартиры придомовой земельный участок был огорожен, но фактически земельный участок использовался большей площадью под огород.

Вопреки доводам апелляционной жалобы данные доказательства не свидетельствуют о предоставлении земельного участка застройщику самовольной постройки, либо членам семьи застройщика (матери). Данные суду объяснения, и даже технический план жилого дома, не свидетельствуют о наличии прав на земельный участок, на котором самовольно выстроен жилой дом. Упомянутый технический план не является правоустанавливающим документом, и даже в нем (т. 3 л.д. 81 оборот) отражено, что фактически используемая площадь земельного участка 2742 кв.м., площадь по землеустроительным документам – отсутствует.

Закон РФ от 04.07.1991 №1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» в редакции, действующей на 04.08.1993, не предусматривал предоставление приобретателям жилых помещений прав на земельные участки под приобретаемыми жилыми помещениями, включая прилегающую территорию огородов. Статья 5 данного Закона РФ устанавливала, что пользование земельными участками, на которых размещены приватизированные жилые дома и придомовые территории, осуществляется в порядке и на условиях, установленных нормами Земельного кодекса РСФСР.

Как по состоянию на 1991 год (год возведения двухквартирного жилого дома № по <адрес>), так и на 1993 год, статья 80 ЗК РСФСР предусматривала, что земельные участки для кооперативного, а также индивидуального дачного, гаражного и жилищного строительства предоставляются местными Советами народных депутатов в соответствии с их компетенцией. На соответствующие земли Советами народных депутатов должен был быть выдан документ, удостоверяющий право на землю. Такого документа сторона истца не представила, как и не представила доказательств получения прав на земельный участок в момент строительства жилого дома в 2004 году в соответствие с ЗК РФ.

Отсутствуют также основания считать, что права истца на земельный участок, на котором выстроен дом, вытекают из права собственности на жилые помещения в доме № по <адрес> материалов гражданского дела следует, что земельный участок, на котором расположен многоквартирный дом и иные входящие в состав такого дома объекты недвижимого имущества, не сформирован и не поставлен на кадастровый учет. В пункте 67 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ №10, Пленума ВАС РФ №22 от 29.04.2010 разъяснено, что если земельный участок не сформирован и в отношении него не проведен государственный кадастровый учет, земля под многоквартирным домом находится в собственности соответствующего публично-правового образования (в данном случае – Российской Федерации, за которой зарегистрировано право собственности).

В отсутствие государственного кадастрового учета и государственной регистрации прав на земельный участок отсутствуют основания считать, что в собственности собственников квартир жилого дома <адрес> (132,3 кв.м.) находится вся прилегающая к дому территория площадью 2 742 кв.м., которая по утверждению истца исторически использовалась под огороды. Кроме того, как верно указал суд первой инстанции в своем решении, и к собственникам квартир в указанном доме истцы также не относятся.

Изложенные обстоятельства исключают возможность признания за истцами права собственности на самовольную постройку, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно оставил исковые требования без удовлетворения в полном объеме. Ссылки истца в апелляционной жалобе на то, что МТУ Росимущества не предъявило иск о сносе самовольной постройки и оставило разрешение дела на усмотрение суда, не имеют правового значения, поскольку от данных обстоятельств разрешение иска о признании права на самовольную постройку не зависит. Аналогичным образом отсутствие у истца и его несовершеннолетнего ребенка иного жилого помещения в собственности не является обстоятельством, с которым закон связывает возможность удовлетворения иска о признании права на самовольную постройку.

Судебная коллегия приходит к выводу о том, что при принятии решения судом правильно установлены юридически значимые для дела обстоятельства, произведена полная и всесторонняя оценка исследованных в судебном заседании доказательств по правилам ст. 67 ГПК РФ, применены нормы материального права, подлежащие применению к возникшим спорным правоотношениям, и постановлено законное и обоснованное решение в соответствии с требованиями гражданского процессуального законодательства.

Оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ для отмены решения суда в апелляционном порядке не установлено. Процессуальных нарушений, влекущих отмену постановленного судом решения, судебной коллегией не выявлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328,329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Октябрьского районного суда г. Красноярска от 23 декабря 2022 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий:

Ю.Б. Тихонова

Судьи:

В.В. Абрамович

В.А. Каплеев

Мотивированное апелляционное определение

изготовлено 20.07.2023