ФИО12 Дело № 2-1169/2023
№ 33-2856/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
9 августа 2023 года г. Астрахань
Судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда в составе:
председательствующего Белякова А.А.,
судей областного суда Юденковой Э.А., Карповой И.Ю.,
при помощнике судьи Каримовой Л.К.,
рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Юденковой Э.А. дело по апелляционной АО «Согаз» на решение Советского районного суда г. Астрахани от 25 апреля 2023 года по исковому заявлению ФИО1 <данные изъяты> к АО «Согаз» о признании отказа незаконным, взыскании страхового возмещения, штрафа, компенсации морального вреда
УСТАНОВИЛА:
ФИО1 обратились в суд с иском к ответчику АО «Согаз» о взыскании страхового возмещения. В обоснование заявленных требований указала, что она является наследником <данные изъяты> умершего 31 августа 2021 года. При жизни <данные изъяты> заключил кредитный договор с банком ВТБ (ПАО), в обеспечение кредитного договора 5 февраля 2020 года был заключен договор страхования с АО «Согаз». Страховым риском является смерть в результате несчастного случая и болезни. Заявитель полагает, что смерть <данные изъяты> является страховым случаем по заключенному договору страхования, в связи с чем, она обратилась с заявлением о получении страховой выплаты, однако страховая компания в выплате отказала. В связи с чем, просила взыскать с ответчика страховое возмещение в размере 2258 969 рублей, компенсацию морального вреда в сумме 100000 рублей, штраф.
В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 исковые требования поддержала, просила их удовлетворить.
Представитель АО «Согаз» ФИО3 исковые требования не признала.
Решением Советского районного суда г. Астрахани от 25 апреля 2023 года исковые требования удовлетворены частично, с АО «Согаз» в пользу истца взыскано страховое возмещение в размере 2258 969 рублей, компенсация морального вреда в сумме 20 000 рублей, штраф 400000 рублей, в остальной части иска отказано. С АО «Согаз» в доход бюджета взыскана государственная пошлина в размере 6294 рубля 85 копеек.
В апелляционной жалобе АО «Согаз» ставит вопрос об отмене решения суда по причине неправильного определения обстоятельств, имеющих значение для дела.
От истца ФИО1 представлены возражения на апелляционную жалобу представителя ответчика, в котором она просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.
Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц, заявление истцов о рассмотрении жалобы в их отсутствие, в соответствии с положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия определила рассмотреть дело при данной явке.
Заслушав докладчика, выслушав представителя АО «Согаз» ФИО3, поддержавшую доводы жалобы, истца ФИО1, ее представителя ФИО2, возражавшую по доводам жалобы, проверив материалы дела и обсудив доводы жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда по следующим основаниям.
Судом установлено и из материалов дела следует, что 5 февраля 2020 года между заемщиком <данные изъяты> и Банком ВТБ (ПАО) заключен кредитный договор № <данные изъяты>
В этот же день 5 февраля 2020 года между <данные изъяты> и АО «Согаз» был заключен договор добровольного страхования жизни и здоровья по программе «Оптима» № <данные изъяты> сроком до 5 февраля 2025 года по страховым рискам: смерть в результате несчастного случая или болезни. Страховая сумма установлена в размере 2258969 рублей.
Согласно справке о смерти <данные изъяты> умер 31 августа 2021 года.
Наследником имущества умершего является его супруга ФИО1, что подтверждается справкой № 143,выданной нотариусом нотариальной палаты Астраханской области.
Истец обратилась в АО «Согаз» с заявлением о страховой выплате согласно полису «Финансовый резерв».
26 апреля 2022 года страховщик АО «Согаз» отказал в признании смерти ФИО13 страховым случаем и выплате страхового возмещения, поскольку согласно условиям страхования по страховому продукту «Финансовый резерв» не является страховым случаем, если оно произошло в результате заболеваний или несчастных случаев, диагностированных или произошедших до заключения договора в отношении застрахованного лица.
Согласно актовой записи о смерти <данные изъяты> выданной отделом ЗАГС муниципальной единицы <данные изъяты> смерть застрахованного ФИО16 наступила по причине: <данные изъяты>
Исходя из выписки амбулаторной карты № <данные изъяты> выданной ЧУЗ <данные изъяты> с 11 февраля 2011 года <данные изъяты> проходил лечение с диагнозом <данные изъяты>
13 апреля 2011 года <данные изъяты> обращался к <данные изъяты> из чего, по мнению страховой компании следует, что заявленное событие «смерть» произошло по заболеванию, диагностированному до вступления в силу договора страхования.
Суд первой инстанции, разрешая дело по существу, установив, что смерть <данные изъяты> является страховым случаем, поскольку у страхователя умысла на введение страховщика в заблуждение относительно своего состояния здоровья не имелось, пришел к выводу об удовлетворении частично заявленных исковых требований.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции по существу спора, поскольку они основаны на установленных фактических обстоятельствах дела и правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.
В соответствии с пунктом 1 статьи 934 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).
Пунктом 2 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" определено, что страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.
В силу пункта 1 статьи 9 указанного закона событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.
В соответствии с пунктом 1 статьи 943 Гражданского кодекса Российской Федерации условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).
В договоре и Правилах страхования содержится перечень событий, являющихся страховыми случаями (страховым риском), наступление которых влечет обязанность страховщика по производству страховой выплаты.
При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (пункт 1 статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно пункту 2 статьи 942 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора личного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (страхового случая).
Возможность освобождения страховщика от страховой ответственности в случае смерти застрахованного лица в силу самого факта неосведомленности страховщика о наличии у застрахованного какого-либо заболевания - федеральным законом прямо не предусмотрена (статьи 963, 964 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.
Действующим гражданским законодательством, в том числе нормами статей 1, 421, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации, не исключается возможность ограничения принципа свободы договора в целях защиты интересов экономически слабой стороны правоотношений, так как свобода договора не ограничивается формальным признанием юридического равенства сторон и должна предоставлять определенные преимущества экономически слабой и зависимой стороне в договоре, что в настоящем случае влечет необходимость в соответствующем правовом ограничении свободы договора для другой стороны - страховщика, поскольку страхователь, являясь стороной такого договора, по существу лишен возможности влиять на его содержание, определяемое в правилах страхования, принятых и утвержденных самим страховщиком, что по своей сути также является ограничением свободы договора и как таковое требует соблюдения принципа соразмерности.
Согласно статье 944 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.
Существенными признаются, во всяком случае, обстоятельства определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.
Согласно статье 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.
Таким образом, под известными страхователю на момент заключения договора страхования обстоятельствами, имеющими существенное значение для определения страхового риска, если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику (статья 944 Гражданского кодекса Российской Федерации), следует понимать обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его предварительном письменном запросе, которые имеют значение для оценки страховщиком принимаемого на себя риска.
Согласно статье 943 Гражданского кодекса Российской Федерации условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования). Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре. При заключении договора страхования страхователь и страховщик могут договориться об изменении или исключении отдельных положений правил страхования и о дополнении правил.
Как правильно отметил суд первой инстанции, доказательств вручения договора страхования жизни и здоровья в результате несчастного случая или болезни (полис «Финансовый резерв» (версия 2.0) <данные изъяты> от 5 февраля 2020 года, правил страхования в материалах дела стороной ответчика не представлено.
Более того, в договоре страхования отсутствует подпись <данные изъяты> что свидетельствует о том, что до него не были доведены условия договора, страховщиком не представлено доказательств, что <данные изъяты> был ознакомлен с условиями страхования, а также имел возможность ознакомиться с Правилами страхования.
Вопреки доводам жалобы, имеющиеся в деле доказательства, не подтверждают наличия умысла страхователя на введение в заблуждение страховщика в целях заключения договора страхования, не подтверждают факт, что <данные изъяты> сообщил заведомо ложные сведения о состоянии своего здоровья.
Как указано судом первой инстанции, одним из условий представления кредита являлось заключение договора страхования. В стоимость кредита включена стоимость страховой премии, которая перечислена ответчику. Оплата страховой услуги произведена в полном объеме. После наступления событий, имеющих признаки страхового случая и обращений истца за страховой выплатой, ответчик неоднократно направлял запросы о предоставлении информации, а впоследствии, принял решение об отказе в страховой выплате со ссылкой на пункты 4.2.1 и 4.5.4 Условий страхования по страховому продукту «Финансовый резерв».
Разрешая требования в части взыскания штрафа, районный суд исходил из положений пункта 6 статьи 13 Закона «О защите прав потребителей» и, принимая во внимание заявление ответчика о применения положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, общую сумму присужденных денежных средств, срок неисполнения обязательства, компенсационную природу штрафных санкций, и необходимость соблюдения баланса интересов сторон, пришел к правильному выводу о снижении размера штрафа до суммы 400 000 рублей. Правовых оснований для еще большего снижения данного размера и повторного применения положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется. Размер штрафа определен в соответствии с требованиями закона, оснований для его снижения с учетом обстоятельств дела не установлено.
Согласно статье 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.
С учетом обстоятельств дела, степени разумности и справедливости, суд первой инстанции пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 20 000 рублей.
Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда, соответствующими требованиям закона и фактическим обстоятельствам дела.
Судебная коллегия также отклоняет доводы апелляционной жалобы о необходимости проведения по делу судебной экспертизы, поскольку достаточные основания для этого, применительно к правилам статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, отсутствуют.
Кроме того, как следует из материалов дела, сторона истца не оспаривала тот факт, что <данные изъяты> в 2011 году перенес инфаркт миокарда. При этом, истец также указал и представил доказательства о том, что на протяжении 10 лет <данные изъяты> в лечебные учреждения не обращался, вел активный образ жизни. Указанные обстоятельства подтверждаются справками из медицинских учреждений, приказами о командировках, в связи с разъездным характером работы, а также характеристикой с места работы, в которой указано что <данные изъяты> часто направлялся в командировки для осуществления координации деятельности филиалов, при этом показывал очень высокую интенсивность. Вел активный образ жизни, не имел вредных привычек, за период работы ни разу не находился на больничном листе.
В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (часть 1).
Доказательств, подтверждающих, что страхователь умышленно ввел страховщика в заблуждение или сообщил ложные сведения относительно года постройки, не представлено.
Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, являлись предметом исследования и оценки суда первой инстанции, им дана надлежащая правовая оценка в обжалуемом судебном постановлении. По существу доводы направлены на иную оценку собранных по делу доказательств и оспаривают правильность выводов суда об установленных обстоятельствах. Оснований не согласиться с выводами суда не имеется, а иных доводов апелляционная жалоба не содержит.
Спор разрешен судом в соответствии с требованиями закона и установленными обстоятельствами дела и оснований для отмены судебного решения по доводам жалобы не установлено.
Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда
ОПРЕДЕЛИЛА:
решение Советского районного суда г. Астрахани от 25 апреля 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу АО «Согаз» - без удовлетворения.
.
.
.