№ 3/12-251/2023 Судья первой инстанции: Кузнецова О.П.

№ 22К-3104/2023 Судья апелляционной инстанции: Глухова Е.М.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

22 сентября 2023 года г. Симферополь

Верховный Суд Республики Крым в составе:

председательствующего судьи – Глуховой Е.М.,

при секретаре судебного заседания – Корохове А.С.,

с участием прокурора – Туробовой А.С.,

обвиняемого – ФИО1,

защитника – адвоката Вербицкой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционным жалобам защитников обвиняемого ФИО1 – адвокатов Яценко А.А. и Вербицкой Е.А. на постановление Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 11 сентября 2023 года, которым в отношении

ФИО1,

ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <данные изъяты>, зарегистрированного и проживающего по <адрес> несудимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 159 ч.4 УК РФ,

продлен срок домашнего ареста на 2 месяца, а всего до 7 месяцев 29 суток, т.е. до 13 ноября 2023 года.

Заслушав доклад судьи о содержании постановления и доводах апелляционных жалоб защитников, выслушав участников судебного разбирательства по доводам апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 11 сентября 2023 года срок домашнего ареста в отношении обвиняемого ФИО1 продлен на 2 месяца, а всего до 7 месяцев 29 суток, т.е. до 13 ноября 2023 года.

В апелляционной жалобе защитник обвиняемого ФИО1 – адвокат Яценко А.А., полагая обжалуемое постановление незаконным и необоснованным, просит его отменить, постановить новое решение, которым отказать в удовлетворении ходатайства следователя о продлении срока домашнего ареста и удовлетворить ходатайство стороны защиты об избрании меры пресечения в виде запрета определенных действий.

В обоснование своих доводов защитник, ссылаясь на положения ст.ст. 7, 14 УПК РФ, ст. 49 Конституции Российской Федерации, правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, разъяснения Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечениях в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», указывает, что суду не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что обвиняемый имеет намерения скрыться от органов следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, оказать давление на свидетелей, а судом не приведено конкретных фактических обстоятельств, обосновывающих вывод о невозможности избрания иной, более мягкой, меры пресечения, в связи с чем необоснованно отклонено ходатайство об изменении меры пресечения с домашнего ареста на запрет определенных действий.

Считает, что судом не учтены данные о личности обвиняемого, являющегося гражданином Российской Федерации, имеющего постоянное место жительства, семью и четверых несовершеннолетних детей на иждивении, ранее несудимого, положительно характеризующегося и имеющего высшее образование.

Полагает немотивированным решение суда о том, что обвиняемый может уклониться от суда, воспрепятствовать установлению истины по делу, продолжить заниматься преступной деятельностью и каким-либо образом оказать давление на свидетелей.

Указывает, что суду не представлено доводов об особой сложности данного уголовного дела, а кроме того полагает, что в настоящее время обвинение не может считаться обоснованным, поскольку согласно выводам судебно-почерковедческой экспертизы подпись и почерк от имени потерпевшего в доверенности на представительство его интересов и в правоустанавливающих документах выполнены разными лицами, что, по мнению защитника, свидетельствует о том, что следствием не установлены существенные обстоятельства по делу.

В апелляционной жалобе защитник обвиняемого ФИО1 – адвокат Вербицкая Е.А., полагая обжалуемое постановление незаконным и необоснованным ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона и несоответствия выводов суда, изложенных в постановлении, фактическим обстоятельствам дела, просит постановление суда отменить, постановить новое решение, которым отказать в удовлетворении ходатайства следователя о продлении срока домашнего ареста и удовлетворить ходатайство стороны защиты об избрании меры пресечения в виде запрета определенных действий.

В обоснование своих доводов защитник, ссылаясь на положения ст.ст. 14, 97, 99, 107, 109 УПК РФ, ст. 49 Конституции Российской Федерации, указывает, что судом не дана надлежащая оценка доводам стороны защиты о нарушении требований ст. 6.1 УПК РФ при расследовании данного уголовного дела, поскольку в период нахождения обвиняемого под домашним арестом следственные действия по делу не проводились, ходатайство следователя о продлении срока домашнего ареста является аналогичным предыдущим ходатайствам, вынесенным неоднократно по мотивам необходимости проведения одних и тех же следственных действий, ни одно из запланированных следственных действий не проведено и не указаны причины их непроведения, и данные обстоятельства судом не выяснялись.

Обращает внимание, что следователем в представленном ходатайстве о продлении срока домашнего ареста не содержится указаний на особую сложность уголовного дела, в выводы суда о том, что особая сложность уголовного дела связана с длительностью производства экспертиз являются необоснованными с учетом несвоевременного назначения следователем двух экспертиз по делу спустя значительный период времени после возбуждения уголовного дела, что, по мнению защитника, свидетельствует о неэффективной организации предварительного расследования.

Считает, что в нарушение требований уголовно-процессуального закона, суд, принимая решение о продлении срока домашнего ареста в отношении ФИО1, не исследовал и не принял во внимание имеющиеся по делу обстоятельства, влияющие на выводы о наличии достаточных оснований для дальнейшего продления данной меры пресечения, к которым не могут относиться необходимость осуществления дальнейших следственных действий и тот факт, что расследование не завершено.

Полагает необоснованными доводы следователя о том, что ФИО1, находясь на свободе, может продолжить заниматься противоправной деятельностью, оказывать воздействие на свидетелей, поскольку органами предварительного расследования не представлено каких-либо данных, свидетельствующих об этом.

Указывает о необоснованности выводов суда о том, что ФИО1 может скрыться от органов предварительного следствия и суда ввиду отсутствия доказательств, подтверждающих такое обстоятельство, на что указано в постановлении суда от 11 июля 2023 года об избрании в отношении ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста.

Обращает внимание, что об отсутствии возможности и намерений у ФИО1 скрыться от предварительного следствия и суда, свидетельствуют наличие у обвиняемого гражданства Российской Федерации, постоянного места жительства и регистрации, прочных социальных связей (супруги, четверых несовершеннолетних детей, один из которых является малолетним), гарантийное письмо о предоставлении обвиняемому рабочего места, чему судом не дана надлежащая оценка.

Считает, что судом не принято во внимание то обстоятельство, что ФИО1 в период нахождения под домашним арестом не допускал нарушений установленных ему запретов, в связи с чем изменились обстоятельства, послужившие основанием для избрания данной меры пресечения, а кроме того, судом не проанализирована возможность избрания обвиняемому более мягкой меры пресечения в виде запрета определенных действий и не приведены мотивы, свидетельствующие о том, что избрание иной меры пресечения не обеспечит надлежащее поведение обвиняемого.

Проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционных жалоб защитников, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, уголовное дело № возбуждено 12 декабря 2022 года по признакам преступления, предусмотренного ст. 159 ч.4 УК РФ, по которому ФИО1 21 марта 2023 года предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ст. 159 ч.4 УК РФ, как мошенничество, т.е. приобретение права на чужое имущество путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере.

Срок предварительного следствия по данному уголовному делу последовательно продлевался и 6 сентября 2023 года продлен соответствующим руководителем следственного органа на 2 месяца, а всего до 10 месяцев, т.е. до 13 ноября 2023 года.

14 марта 2023 года ФИО1 задержан в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ст. 159 ч.4 УК РФ.

Постановлением Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 16 марта 2023 года ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, срок которого продлевался и постановлением Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 11 июля 2023 года в удовлетворении ходатайства следователя о продлении срока содержания под стражей отказано и обвиняемому ФИО1 избрана мера пресечения в виде домашнего ареста на 2 месяца, т.е. до 13 сентября 2023 года, срок которой обжалуемым постановлением продлен на 2 месяца, а всего до 7 месяцев 29 суток, т.е. до 13 ноября 2023 года.

Согласно ст. 97 УПК РФ дознаватель, следователь, а также суд в пределах предоставленных им полномочий вправе избрать обвиняемому, подозреваемому одну из мер пресечения, предусмотренных настоящим Кодексом, при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый, подозреваемый скроется от дознания, предварительного следствия или суда, может продолжать заниматься преступной деятельностью, может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

В соответствии со ст. 99 УПК РФ при решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления и определения ее вида при наличии оснований, предусмотренных статьей 97 настоящего Кодекса, должны учитываться также тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

В соответствии со ст. 107 ч.ч. 1,2 УПК РФ домашний арест в качестве меры пресечения избирается по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения и заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением запретов и осуществлением за ним контроля.

В случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до двух месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок домашнего ареста может быть продлен по решению суда в порядке, установленном статьей 109 настоящего Кодекса, с учетом особенностей, определенных настоящей статьей.

Согласно ч. 2 ст. 109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей на срок до 6 месяцев. Дальнейшее продление срока может быть осуществлено в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, только в случаях особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения.

Из содержания ст. 110 ч.1 УПК РФ следует, что мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ.

Согласно материалам дела, ходатайство о продлении срока домашнего ареста составлено уполномоченным на то должностным лицом, в рамках возбужденного уголовного дела, в установленные законом сроки, с согласия руководителя соответствующего следственного органа и отвечает требованиям уголовно-процессуального закона.

Принимая обжалуемое решение, суд первой инстанции правильно указал, что ФИО1 обвиняется в совершении тяжкого преступления, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше 3 лет.

В исследованных судом первой инстанции материалах содержатся достаточные данные об обоснованности подозрения в причастности ФИО1 к деянию, в совершении которого он обвиняется, что подтверждается сведениями, содержащимися в представленных органом предварительного расследования и исследованных судом материалах, в том числе протоколе допроса представителя потерпевшего ФИО6 о причастности ФИО1 к обстоятельствам инкриминируемого деяния.

При этом вопросы об обоснованности либо необоснованности, доказанности либо недоказанности деяния, достаточности и достоверности доказательств по уголовному делу подлежат разрешению судом при рассмотрении уголовного дела по существу предъявленного обвинения, в связи с чем суд первой инстанции в обсуждение данных вопросов обоснованно не входил, в обсуждение которых не входит и суд апелляционной инстанции в рамках проверки судебного решения о продлении срока домашнего ареста, в связи с чем не могут быть приняты во внимание доводы апелляционной жалобы защитника о необоснованности обвинения и неустановлении следствием всех существенных обстоятельств.

В постановлении суда указаны конкретные фактические обстоятельства, которые послужили основанием для продления ФИО1 срока домашнего ареста.

Суд первой инстанции на основании оценки приведенных в ходатайстве следователя мотивов, с учетом того, что ФИО1 обвиняется в совершении тяжкого преступления, в совокупности с данными о его личности, пришел к правильному выводу о том, что основания, по которым была избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, на момент рассмотрения ходатайства следователя о продлении срока домашнего ареста не изменились, поскольку вышеизложенные обстоятельства дают достаточные основания полагать, что при применении иной, более мягкой, меры пресечения, в том числе в виде запрета определенных действий, о возможности избрания которой указывает сторона защиты, ФИО1 может воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Данные о личности ФИО1, на которые ссылается сторона защиты, а также на те обстоятельства, что обвиняемый не имеет намерений скрываться от органов предварительного расследования, не допускал нарушений условии нахождения под домашним арестом, не опровергают вышеуказанных выводов суда первой инстанции о том, что иная, более мягкая, мера пресечения не обеспечит надлежащего процессуального поведения ФИО1, поскольку на данном этапе уголовного судопроизводства указанные стороной защиты обстоятельства не являются достаточными основаниями, которые исключали бы реальную возможность совершения обвиняемым действий, указанных в ст. 97 УПК РФ, послуживших основанием для продления срока домашнего ареста, и которые давали бы возможность для беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства при применении в отношении него иной, более мягкой, меры пресечения.

Суд апелляционной инстанции находит, что судебное решение принято, исходя не только из тяжести инкриминируемого деяния, но и из анализа всей совокупности обстоятельств, с учетом правовой позиции сторон, то есть с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, регламентирующих разрешение судом данного вопроса.

Выводы суда о необходимости продления срока домашнего ареста надлежаще мотивированы, оснований не согласиться с которыми не усматривается ввиду наличия вышеуказанных обстоятельств, свидетельствующих о невозможности применения в отношении ФИО1 иной, более мягкой, меры пресечения.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции о необходимости продления срока домашнего ареста в отношении ФИО1, суд апелляционной инстанции также не находит оснований для изменения меры пресечения на иную, более мягкую.

Доводы апелляционной жалобы о том, что выводы суда о необходимости продления в отношении ФИО1 срока домашнего ареста не основаны на материалах дела, являются несостоятельными. Так, в обоснование заявленного ходатайства следователем были представлены материалы, которые были предметом исследования в суде первой инстанции, что подтверждается протоколом судебного заседания.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, принимая решение по ходатайству следователя, суд строго руководствовался требованиями уголовно-процессуального закона, с учетом правовой и фактической сложности уголовного дела, необходимости проведения указанных в ходатайстве следователя следственных и процессуальных действий, в том числе связанных с производством судебных экспертиз с существенными сроками их проведения, их объема, обуславливающего особую сложность данного уголовного дела, и каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о нарушений требований ст. 6.1 УПК РФ о разумном сроке уголовного судопроизводства, а также о необоснованном продлении в отношении ФИО1 срока домашнего ареста, как и свидетельствующих о неэффективной организации предварительного расследования по данному уголовному делу, судом первой инстанции обоснованно не установлено, о чем указано в обжалуемом постановлении.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований полагать о неэффективной организации предварительного расследования по данному уголовному делу, поскольку из представленных материалов следует, что ранее следователем выполнен ряд следственных и процессуальных действий, и с учетом фактических обстоятельств предъявленного обвинения и объема собираемых по делу доказательств, причины, по которым следствием не окончено расследование уголовного дела в ранее установленный срок, являются объективными.

Суд первой инстанции с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон оценил доводы всех участников процесса, предоставив сторонам равные возможности для реализации своих прав. Ограничений прав участников уголовного судопроизводства допущено не было, тем самым нарушений норм уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации допущено не было.

Каких-либо данных, подтверждающих невозможность нахождения ФИО1 под домашним арестом по состоянию здоровья не имеется.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что обжалуемое постановление подлежит изменению, исходя из следующего.

Так, суд первой инстанции в обжалуемом постановлении, указав в качестве основания для продления срока домашнего ареста то, что ФИО1 может скрыться от следствия и суда, вышел за пределы заявленного следователем ходатайства, в котором не указывалось о наличии такого риска, предусмотренного ст. 97 УПК РФ, и наличие такого обстоятельства объективно не подтверждено представленными материалами, которых не представлено и в судебном заседании, в связи с чем суд апелляционной инстанции полагает необходимым исключить указание суда первой инстанции о том, что ФИО1 может скрыться от следствия и суда.

Исключение из постановления суда указания на возможность обвиняемого скрыться от следствия и суда не свидетельствует о незаконности принятого судом решения, поскольку в постановлении суда приведены иные основания для продления срока домашнего ареста в отношении обвиняемого ФИО1

Внесение данных изменений в постановление в данном случае не ставит под сомнение выводы суда о необходимости продления ФИО1 срока домашнего ареста.

Кроме того, согласно положениям ст. 107 ч. 2.1 УПК РФ в срок домашнего ареста засчитывается время содержания под стражей. Совокупный срок домашнего ареста и содержания под стражей независимо от того, в какой последовательности данные меры пресечения применялись, не должен превышать предельный срок содержания под стражей, установленный статьей 109 настоящего Кодекса.

Как следует из разъяснений п. 41 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 41 от 19 декабря 2013 года «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», исходя из положений части 2 статьи 107 УПК РФ, течение срока домашнего ареста начинается в день вынесения судебного решения об избрании этой меры пресечения. В постановлении об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста или о продлении срока ее действия необходимо указывать продолжительность срока и дату его окончания.

Для правильного определения времени окончания срока домашнего ареста следует учитывать положения части 2.1 статьи 107 УПК РФ, в соответствии с которыми в срок домашнего ареста засчитывается время содержания лица под стражей.

Согласно материалам дела, ФИО1 в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ был задержан 14 марта 2023 года с последующим избранием ему меры пресечения в виде заключения под стражу и с продлением срока содержания под стражей, и мера пресечения в виде домашнего ареста ему была избрана постановлением суда от 11 июля 2023 года на 2 месяца, т.е. до 13 сентября 2023 года.

Вместе с тем, суд первой инстанции, продлевая срок домашнего ареста обвиняемого ФИО1 с общей продолжительностью такого срока 7 месяцев 29 суток, ошибочно указал, что такой срок продлевается на 2 месяца, т.е. до 13 ноября 2023 года, тогда как с учетом содержания ФИО1 под стражей в указанный период, общий срок продолжительностью 7 месяцев 29 суток с учетом положений ст. 107 ч. 2.1 УПК РФ истекает 11 ноября 2023 года, а следовательно резолютивная часть постановления подлежит уточнению с указанием о том, что срок домашнего ареста продлен в отношении обвиняемого на 1 месяц 30 суток, а всего до 7 месяцев 29 суток, т.е. до 12 ноября 2023 года.

Поскольку данные изменения не ухудшают положение обвиняемого и не требуют дополнительного исследования, они могут быть внесены судом апелляционной инстанции без возвращения материалов дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

Каких-либо иных нарушений уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, а также нарушений прав, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, влекущих отмену данного постановления, не имеется.

С учетом изложенного решение суда о необходимости продления срока домашнего ареста в отношении ФИО1 суд апелляционной инстанции находит законным, обоснованным и мотивированным.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 11 сентября 2023 года о продлении срока домашнего ареста в отношении обвиняемого ФИО1 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части постановления указание о том, что ФИО1 может скрыться от следствия и суда.

Уточнить резолютивную часть постановления указанием о том, что срок домашнего ареста продлен в отношении обвиняемого ФИО1 на 1 месяц 30 суток, а всего до 7 месяцев 29 суток, т.е. до 12 ноября 2023 года.

В остальной части постановление суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы защитников обвиняемого ФИО1 – адвокатов Яценко А.А. и Вербицкой Е.А. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК Российской Федерации.

Судья Е.М. Глухова