Решение по делу № 2А-1654/2022 от 23.11.2022 | Московский районный суд г. Чебоксары (Чувашская Республика)

Дело № 2а-1654/2022

УИД 21RS0025-01-2022-000769-15

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 ноября 2022 года город Чебоксары

Московский районный суд города Чебоксары под председательством судьи Михайловой А.Л., при секретаре судебного заседания Солдатовой Н.В., представителей административных ответчиков ФИО1, ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО3 к Федеральной службе исполнения наказаний, Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Чувашской Республике-Чувашии, Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 6» Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Чувашской Республике-Чувашии о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3 обратился в суд с иском к Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Чувашской Республике-Чувашии (далее УФСИН России по Чувашской Республике-Чувашии) о взыскании компенсации морального вреда в сумме 500 000 руб.

Требования мотивированы тем, что истец отбывал наказание ФКУ ИК-6 УФСИН России по Чувашской Республике-Чувашии в следующих камерах <данные изъяты> - с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в камерах № - с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в камере № - с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, условия содержания в которых не соответствовали нормам, установленным законодательством Российской Федерации и Европейской Конвенции по защите прав человека: в камерах отсутствовали надлежащее освещение, вентиляция, перегородки в туалете, он содержался вместе с больными <данные изъяты>, что вызывало у него чувство страха и опасение за свою жизнь.

В связи с систематическими нарушениями, допускаемыми администрацией учреждения, в отношении виновного должностного лица ДД.ММ.ГГГГ было возбуждено дело об административном правонарушении по части 1 статьи 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Протокольным определением от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Федеральная служба исполнения наказаний (далее ФСИН России), Федеральное казенное учреждение «Исправительная колония № 6» Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Чувашской Республике-Чувашии (далее ФКУ ИК-6 УФСИН России по Чувашской Республике-Чувашии); определением судьи от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечена Чебоксарская прокуратура по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Чувашской Республики.

Административный истец ФИО3, надлежащим образом извещенный о рассмотрении дела, в судебное заседание не явился.

Представители административных ответчиков ФСИН России, УФСИН по Чувашской Республике-Чувашии ФИО1, ФКУ ИК-6 УФСИН России по Чувашской Республике-Чувашии ФИО2 просили отказать в удовлетворении исковых требований по мотивам их необоснованности и пропуска срока исковой давности.

Заинтересованное лицо Чебоксарская прокуратура по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Чувашской Республики, надлежащим образом извещенная о рассмотрении дела, явку представителя в суд не обеспечила.

Заслушав объяснения участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, обозрев наблюдательное производство, суд приходит к следующему.

Согласно статье 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

В соответствии со статьей 1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации предметом регулирования настоящего кодекса являются, в том числе административные дела о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

На основании статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении. При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (часть 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Статьей 2 Конституции Российской Федерации гарантируется, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью, признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В соответствии с частью 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права.

В статье 21 Конституции Российской Федерации, указано, что достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем, чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.

Согласно статье 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и требованиям, содержащимся в постановлениях Европейского суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Аналогичные нормы содержатся и в статье 7 Международного Пакта от 16 декабря 1966 года «О гражданских и политических правах».

Статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами.

В соответствии со статьей 46 Конституции каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд. Каждый вправе в соответствии с международными договорами Российской Федерации обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты.

Каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53 Конституции Российской Федерации).

В развитие указанных положений основного закона частью 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации закреплено право гражданина, организации, иных лиц обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если такие гражданин, организация, иные лица полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

При этом по смыслу положений статьи 226 этого же кодекса для признания решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего незаконными необходимо наличие совокупности двух условий - несоответствие оспариваемых решений, действий (бездействия) нормативным правовым актам и нарушение прав, свобод и законных интересов административного истца. При отсутствии хотя бы одного из названных условий решения, действия (бездействие) не могут быть признаны незаконными.

Таким образом, из содержания статьи 218, пункта 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации в их системном толковании следует, что решения, действия (бездействие) должностных лиц могут быть признаны неправомерными, только если таковые не соответствуют закону и нарушают охраняемые права и интересы граждан либо иных лиц.

По смыслу части 4 статьи 15 Конституции общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, принятые проведенным в Женеве в 1955 году первым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями, одобренные Экономическим и социальным советом ООН в резолюциях 31 января 1957 года и 13 мая 1977 года (далее по тексту - Правила) предусматривают, что санитарные установки должны быть достаточными для того, чтобы каждый заключенный мог удовлетворять свои естественные потребности, когда ему это нужно, в условиях чистоты и пристойности (пункт 12).

Все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию (пункт 10 Правил). Окна должны быть достаточно велики для того, чтобы заключенные могли читать и работать при дневном свете, и сконструированы так, чтобы обеспечить доступ свежего воздуха, независимо от того, существует ли или нет искусственная система вентиляции (подпункт «а» пункта 11 Правил).

Статьей 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года N 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» установлено, что учреждения, исполняющие наказания, обязаны обеспечивать исполнение уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации; создать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала: должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях; обеспечивать привлечение осужденного к труду, условия для получения осужденными общего образования, а также их профессиональное обучение, получение ими профессионального образования; обеспечивать охрану здоровья осужденных; осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы; в пределах своей компетенции оказывать содействие органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность; обеспечивать режим содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу, а также соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей в соответствии с Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации основывается на принципах законности, гуманизма, демократизма.

Согласно положениям части 1 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний.

При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Осужденные не могут быть освобождены от исполнения своих гражданских обязанностей, кроме случаев, установленных федеральным законом (часть 2 статьи 10).

Исходя из положений частей 1, 3 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и законодательством Российской Федерации; администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

Порядок оказания осужденным медицинской помощи, организации и проведения санитарного надзора, использования лечебно-профилактических и санитарно-профилактических учреждений органов здравоохранения и привлечения для этих целей их медицинского персонала устанавливается законодательством Российской Федерации, нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти осуществляющего, функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, и федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 16 декабря 2016 года № 295 утверждены Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, зарегистрированные в Министерстве юстиции Российской Федерации 26 декабря 2016 года № 44930, в соответствии с пунктом 13 которых осужденные имеют право на охрану здоровья и личную безопасность.

Пунктом 15 Правил установлено, что при осуществлении осужденными своих прав администрацией исправительного учреждения не должны нарушаться порядок и условия отбывания наказаний, а также ущемляться права и законные интересы осужденных.

Таким образом, права и обязанности лишенных свободы лиц регулируются законодательством и международными обязательствами Российской Федерации. Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

К таким правам и обязанностям согласно разъяснениям, данным в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года N 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», относятся, в частности, следующие права: права на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, части 1, 2 статьи 27.6 КоАП РФ, статьи 7, 13 Федерального закона от 26 апреля 2013 года N 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», статьи 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статьи 93, 99, 100 УИК РФ, статьи 8 Федерального закона от 24 июня 1999 г. N 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних», часть 5 статьи 35.1 Федерального закона от 25 июля 2002 года N 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», статья 2 Федерального закона от 30 марта 1999 года N 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» (пункт 2).

Любое содержание под стражей должно осуществляться в соответствии с принципами уважения человеческого достоинства и применимыми правовыми требованиями и должно исключать незаконное физическое или психологическое жестокое обращение. Любое нарушение таких требований является нарушением условий содержания под стражей и запрещенное обращение (пункт 3).

Под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, части 1, 2 статьи 27.6 КоАП РФ, статьи 7, 13 Федерального закона от 26 апреля 2013 года N 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», статьи 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статьи 93, 99, 100 УИК РФ, статьи 8 Федерального закона от 24 июня 1999 г. N 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних», часть 5 статьи 35.1 Федерального закона от 25 июля 2002 года N 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», статья 2 Федерального закона от 30 марта 1999 года N 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» (пункт 2).

Нарушение условий содержания является основанием для обращения лишенных свободы лиц за судебной защитой, если они полагают, что действиями (бездействием), решениями или иными актами органов государственной власти, их территориальных органов или учреждений, должностных лиц и государственных служащих (далее - органы или учреждения, должностные лица) нарушаются или могут быть нарушены их права, свободы и законные интересы (статья 46 Конституции Российской Федерации) (пункт 4).

Согласно пункту 14 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, отсутствие естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отсутствие достаточной приватности санитарных помещений, не обусловленное целями безопасности и т.д.

По смыслу положений статьи 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации и статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации в случае нарушения предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания лица, отбывающие наказание, имеют право обратиться в суд с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Требование о взыскании компенсации морального вреда истец обосновывает содержанием его в ФКУ ИК-6 в ненадлежащих условиях, выразившихся в необеспечении надлежащей вентиляцией, освещением, отсутствии перегородки в туалете и содержании в камерах вместе с больными <данные изъяты>

Из объяснений участвующих в деле лиц, содержания справок ФКУ ИК-6 судом установлено, что административный истец, осужденный ДД.ММ.ГГГГ Ленинским районным судом г. Чебоксары по части 1 статьи 30, пункту «а» части 3 статьи 228-1 (2 эпизода), части 2 статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации к <данные изъяты> лишения свободы, отбывал наказание в ФКУ ИК-6 УФСИН России по Чувашской Республике в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

За неоднократные нарушения установленного порядка отбывания наказания административный истец неоднократно водворялся в <данные изъяты>, содержался в следующих камерах: № - в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; № - в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; № - в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; № - в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; № - в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Указанные камеры <данные изъяты> находятся в составе <данные изъяты>, расположенным на территории ФКУ ИК-6 по адресу: <адрес>

Чебоксарской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Чувашской Республики ДД.ММ.ГГГГ проведена проверка соблюдения требований законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения в ФКУ ИК-6 с привлечением специалистов центральной производственной и измерительной техники Центральной лаборатории ФКУ БМТиВС УФСИН России по Чувашской Республике.

По результатам проверки в камерах <данные изъяты> выявлены нарушения статей 99, 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, которые являются неисполнением требований СанПиН 1.2.3685-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания».

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ возбуждено дело об административном правонарушении по части 1 статьи 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, предусматривающих ответственность за нарушение законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, выразившееся в нарушении действующих санитарных правил и гигиенических нормативов, невыполнении санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий, в отношении начальника отдела коммунально-бытового обеспечения ФКУ ИК-6 ФИО4

Касаемо камер <данные изъяты>, в которых находился истец, в постановлении отражено, что согласно протоколу измерений искусственной освещенности от ДД.ММ.ГГГГ № <данные изъяты> ФКУ ИК-6 Центральной лаборатории производственной и измерительной техники (ФКУ БМТиВС УФСИН России по Чувашской Республике) на момент проверки (ДД.ММ.ГГГГ - в указании года допущена опечатка) уровень искусственной освещенности в камерах ШИЗО вместо положенных 150 лк составлял: камера № лк; камера № лк; камера № лк; камера № лк; камера № лк.

К наблюдательному производству прокуратурой приложен указанный протокол.

В ходе рассмотрения дела об административном правонарушении виновное лицо - начальник отдела коммунально-бытового обеспечения ФКУ ИК-6 ФИО4 признал наличие выявленных нарушений. Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ он признан виновным в совершении административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 1 статьи 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, назначено наказание в виде предупреждения.

По результатам проведения проверки ДД.ММ.ГГГГ Чебоксарским прокурором за соблюдением законов в исправительных учреждениях в адрес ФКУ ИК-6 внесено представление об устранении нарушений уголовно-исполнительного законодательства, выявленного при проверке помещений ШИЗО и ПКТ. В представлении, в частности, указано на то, что параметры уровня искусственной освещенности в камерах не соответствуют требованиям СанПиН 1.2.3685-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания» и составляют от <данные изъяты> до <данные изъяты> лк.

В последующей переписке с прокуратурой ФКУ ИК-6 фактически признало наличие выявленных нарушений, сообщив ДД.ММ.ГГГГ об их устранении.

Как указал Европейский Суд по правам человека в постановлении от 3 июля 2012 года по делу «Развязкин против Российской Федерации», камеры, используемые для одиночного заключения (ПКТ, ШИЗО), должны соответствовать тем же минимальным стандартам, которые применяются к бытовым удобствам других осужденных. Они должны быть соответствующего размера, в них должен быть обеспечен доступ естественному освещению, и они должны быть оборудованы лампами искусственного освещения (в обоих случаях достаточными для чтения), иметь соответствующую систему отопления и вентиляции.

Учитывая выраженную в постановлении позицию Европейского Суда по правам человека, разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 47 от 25 декабря 2018 года и принимая во внимание круглосуточный режим пребывания осужденных в помещениях камерного типа и штрафных изоляторах, суд приходит к выводу о том, что в период содержания административного истца в помещениях ШИЗО ФКУ ИК-6 он не был обеспечен достаточной освещенностью на протяжении всего времени.

В обоснование довода о том, что на момент проведения проверки в ДД.ММ.ГГГГ в камерах ШИЗО, в том числе в камере №, где содержался истец, уровень искусственного освещения соответствовал нормативам, представителем ФКУ ИК-6 суду был представлен протокол измерений параметров искусственной освещенности в ШИЗО от ДД.ММ.ГГГГ. Указанный документ, содержащий ссылку на ГОСТ 304940-2016 «Здания и сооружения. Методы измерения освещенности» и СП 17-02 «Инструкция по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста России», в котором установлено соответствие результатов измерений нормативным значениям 100 лк, не может быть принят судом в качестве доказательства отсутствия нарушений со стороны администрации исправительного учреждения, поскольку согласно пункту 2.1.1 СанПиН 2.2.1/2.1.1.1278-03 "Гигиенические требования к естественному, искусственному и совмещенному освещению жилых и общественных зданий", утвержденных постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 8 апреля 2003 г. N 34 и действовавших до 1 марта 2021, в жилых комнатах при искусственном освещении освещенность рабочих поверхностей должна составлять не менее 150 лк.

Таким образом, материалами дела подтверждается факт нарушения прав истца недостаточным освещением в период его нахождения в камерах <данные изъяты> в период ДД.ММ.ГГГГ Обратное административным ответчиком не доказано. Доводы представителя административного ответчика ФКУ ИК-6 об отсутствии оснований для удовлетворения требований административного истца опровергаются исследованными доказательствами, следовательно, административный истец имеет право на компенсацию за такое нарушение.

В пункте 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии с абзацем первым статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 указанного Кодекса (пункт 1 статьи 1099).

В силу статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, действия (или бездействие) органов государственной власти, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий (бездействия) органов государственной власти наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда (определение от 4 июня 2009 года N 1005-О-О).

Применение статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации предполагает одновременное наличие ряда условий: факта причинения вреда, вины причинителя вреда и причинно-следственной связи между незаконными действиями (бездействием) и причинением вреда.

На основании статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размера компенсации вреда суд учитывает требования разумности и справедливости. Кроме того, суд учитывает, что, поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает его точное выражение в деньгах и полное возмещение, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения истца за перенесенные страдания.

Пунктом 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года N 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» разъяснено, что в соответствии со ст. 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству (абз. 4). Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности (абз. 5). При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания (абз. 6). Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению (абз. 7).

В постановлениях от 10 января 2012 года по делу «ФИО5 и другие против Российской Федерации» (§ 139-142) и по делу «Колунов против Российской Федерации» от 9 октября 2012 года (§ 30 и 37) Европейским судом по правам человека дается толкование содержания статьи 3 Конвенции. Так, Европейский Суд указывал, что статья 3 Конвенции закрепляет одну из основополагающих ценностей демократического общества. Она в абсолютных выражениях запрещает бесчеловечное или унижающее достоинство обращение или наказание независимо от обстоятельств или поведения жертвы. Для отнесения к сфере действия статьи 3 Конвенции жестокое обращение должно достигнуть минимального уровня суровости. Оценка указанного минимального уровня зависит от всех обстоятельств дела, таких как длительность обращения, его физические и психологические последствия и, в некоторых случаях, пол, возраст и состояние здоровья жертвы.

Жестокое обращение, которое достигает такого минимального уровня суровости, обычно включает в себя интенсивные физические и нравственные страдания. Тем не менее, даже в отсутствие этого, если обращение унижает или оскорбляет лицо, свидетельствуя о неуважении или умалении человеческого достоинства, или вызывает чувства страха, тоски или неполноценности, способные повредить моральному или физическому сопротивлению лица, оно может характеризоваться как унижающее человеческое достоинство и подпадает под действие статьи 3 Конвенции.

В контексте лишения свободы Европейский Суд последовательно подчеркивает, что для отнесения к сфере действия статьи 3 Конвенции испытываемые страдания и унижения в любом случае должны выходить за пределы неизбежного элемента страдания или унижения, связанного с содержанием под стражей. Государство должно обеспечить содержание лица под стражей в условиях, которые совместимы с уважением его человеческого достоинства, и способ и метод исполнения этой меры не должны подвергать его страданиям и трудностям, превышающим неизбежный уровень, присущий содержанию под стражей.

При оценке условий содержания под стражей учитывается совокупное влияние этих условий, длительность периода, в течение которого лицо находилось под стражей в конкретных условиях, а также конкретные утверждения заявителя.

Кроме того, в постановлении Европейского Суда по делу «ФИО5 и другие против Российской Федерации» (§ 229) разъяснено, что установление несоответствия условий содержания под стражей с требованиями статьи 3 Конвенции создает прочную правовую презумпцию о том, что такие условия причиняют моральный вред потерпевшему.

Из приведенных правовых позиций следует, что сам по себе факт необеспечения исправительным учреждением надлежащим освещением в камерах является достаточным, чтобы стать причиной нравственных страданий истца.

Принимая во внимание изложенное выше, а также фактические обстоятельства и характер допущенных нарушений, срок нахождения административного истца в ненадлежащих условиях (более 3 лет 9 месяцев), суд полагает разумным и справедливым определить размер компенсации в сумме 30 000 руб., которая в большей степени будет способствовать восстановлению нарушенных в результате ненадлежащих условий содержания в исправительном учреждении прав административного истца и не приведет к его неосновательному обогащению, отказав в удовлетворении указанных требований в остальной части.

Частью 4 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации предусмотрено, что при рассмотрении судом требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении интересы Российской Федерации представляет главный распорядитель средств федерального бюджета в соответствии с ведомственной принадлежностью органа (учреждения), обеспечивающего условия содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

На основании статьи 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В соответствии с подпунктом 1 части 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц выступает главный распорядитель средств соответствующего бюджета по ведомственной принадлежности.

В силу положений статьи 9 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» финансовое обеспечение функционирования уголовно-исполнительной системы, прав, социальных гарантий ее сотрудникам в соответствии с данным законом и федеральными законами является расходным обязательством Российской Федерации.

В подпункте 6 пункта 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, указано, что задачей ФСИН России является создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров РФ и федеральных законов.

Согласно подпункту 6 пункта 7 Положения ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

Главным распорядителем бюджетных средств в отношении ФКУ ИК-6 является ФСИН России, что с учетом подпункта 12.1 пункта 1 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации подтверждает, что это лицо является надлежащим ответчиком, имеющим право действовать от имени Российской Федерации по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

В соответствии с нормами пункта 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Предъявление иска к ненадлежащему ответчику является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Таким образом, надлежащим ответчиком по требованию истца является Российская Федерация в лице ФСИН России как представитель казны Российской Федерации и присужденная истцу сумма компенсации морального вреда подлежит взысканию с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет казны Российской Федерации. Соответственно, УФСИН по Чувашской Республике-Чувашии, ФКУ ИК-6 УФСИН по Чувашской Республике-Чувашии являются ненадлежащим ответчиками по делу, что влечет отказ в его удовлетворении к указанным административным ответчикам.

Европейский суд, рассматривая жалобы осужденных на материально-бытовые условия содержания, трактует как безусловное нарушение статьи 3 Конвенции при необеспечении присутствующей перегородки между жилой зоной и унитазом возможности уединения при использовании заключенным туалета, поскольку он мог быть виден другими заключенными, сидящими на кроватях или надзирателям.

Отклоняя довод истца, приведенный в судебном заседании, об отсутствии в камерах такой перегородки, суд исходит из следующего.

ДД.ММ.ГГГГ между УФСИН России по Чувашской Республике-Чувашии и ФКУ ИК-6 заключен государственный контракт №, предметом которого являются работы по капитальному ремонту здания <данные изъяты> исправительного учреждения согласно локальной смете. В представленной локальной смете, являющейся приложением к госконтракту, значатся работы по окраске дверей туалета из фанеры. Таким образом, наличие перегородок, отделяющих помещение камер от санитарных узлов, и, следовательно, обеспечение приватности при посещении санитарного места подтверждается представленными доказательствами.

Кроме того, представитель ответчика пояснил, что такие перегородки имелись с самого начала периода отбывания наказания истцом, однако по прошествии времени отсутствует возможность представить подтверждающие документы ввиду их несохранения. В подтверждение им представлен журнал регистрации договоров (соглашений) № за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в котором содержится запись о регистрации госконтракта № от ДД.ММ.ГГГГ на капитальный ремонт <данные изъяты> и акт на уничтожение номенклатурных дел и журналов бухгалтерии, в том числе хозяйственных договоров за ДД.ММ.ГГГГ

В силу пункта 4.7 СанПиН 2.1.2.2645-10 "Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях. Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы", утвержденных постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 10 июня 2010 года N 64, естественная вентиляция жилых помещений должна осуществляться путем притока воздуха через форточки, фрамуги, либо через специальные отверстия в оконных створках и вентиляционные каналы. Вытяжные отверстия каналов должны предусматриваться на кухнях, в ванных комнатах, туалетах и сушильных шкафах.

Проверяя доводы истца об отсутствии в камерах надлежащей вентиляции, суд приходит к выводу об их несостоятельности, поскольку в материалах дела имеется акт за ДД.ММ.ГГГГ о приемке выполненных работ по капитальному ремонту системы вентиляции <данные изъяты> ФКУ ИК-6, свидетельствующий об оборудовании помещения штрафного изолятора приточно-вытяжной системой вентиляции.

Кроме того, в силу части 6 статьи 12 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные имеют право на охрану здоровья.

<данные изъяты>

<данные изъяты>. Такие лица могут содержаться совместно с основной массой подозреваемых, обвиняемых и осужденных, пользуясь без ограничений коммунально-бытовыми объектами.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 20.12.1994 г. «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Руководствуясь требованиями действующего законодательства, оценив по правилам статьи 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации собранные по делу доказательства в их совокупности, суд не находит законных оснований для удовлетворения заявленных административным истцом требований о компенсации морального вреда в связи с отсутствием вентиляции, перегородок и содержанием в одной камере с больными <данные изъяты>, поскольку в ходе судебного разбирательства не установлено достаточных доказательств, с бесспорностью подтверждающих допущенные в отношении истца нарушения условий его содержания под стражей, в связи с чем отказывает в удовлетворении требований.

Незаконность действий государственных органов либо их должностных лиц, наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчиков и перенесенными истцом моральными страданиями, а также факт нарушения личных неимущественных прав истца, в этой части не установлены.

Неудобства, которые истец претерпел в связи с нахождением его в камерах <данные изъяты> связаны с осуждением за совершенное преступление, что ведет к ограничению привычного образа жизни, к бытовым неудобствам, пребывании в состоянии стресса, ограничению свободы передвижения, вынужденному нахождению в замкнутом пространстве и другим последствиям, которые не являются следствием незаконных действий должностных лиц.

Статьей 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов (часть 1).

Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (часть 8).

Исходя из пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания", проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Аналогичные сроки обращения в суд были установлены и главой 25 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, регламентировавшей производство по делам об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего до введения в действие Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Положения, закрепляющие возможность обращения в суд с административным исковым заявлением с требованием о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении одновременно предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих, как в Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации, так и в Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации введены в действие Федеральным законом от 27.12.2019 N 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

В силу статьи 5 Федерального закона N 494-ФЗ в течение 180 дней со дня вступления в силу настоящего Федерального закона лицо, подавшее в Европейский Суд по правам человека жалобу на предполагаемое нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, в отношении которой не вынесено решение по вопросу ее приемлемости или по существу дела либо по которой вынесено решение о неприемлемости ввиду неисчерпания национальных средств правовой защиты в связи с вступлением в силу настоящего Федерального закона, может обратиться в суд в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, с заявлением о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении с указанием в нем даты обращения с жалобой в Европейский Суд по правам человека и номера этой жалобы.

Европейский Суд по правам человека сформулировал правило о шестимесячном сроке для обращения с жалобой, который начинает течь с момента окончания последнего нахождения заявителя под стражей в одном и том же исправительном учреждении при одних и тех же нарушающих его права условиях (постановление ЕСПЧ от 10 января 2012 года «Дело «А. и другие против Российской Федерации»).

Учитывая правовую позицию, изложенную в приведенном пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Европейским судом (постановления от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ), длящийся характер нарушений, доводы о пропуске административным истцом срока обращения в суд с административным иском судом признаются несостоятельными, поскольку в ФКУ ИК-6 УФСИН по Чувашской Республике-Чувашии истец находился по ДД.ММ.ГГГГ, а административное исковое заявление подано ДД.ММ.ГГГГ, то есть даже до истечения трех месяцев после освобождения из исправительного учреждения.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 174-178, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО3 удовлетворить частично:

взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб., в удовлетворении остальной части исковых требований к Федеральной службе исполнения наказаний отказать;

отказать в удовлетворении исковых требований ФИО3 к Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Чувашской Республике-Чувашии, Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 6» Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Чувашской Республике-Чувашии о взыскании за счет средств казны Российской Федерации компенсации морального вреда в сумме 500 000 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Чувашской Республики через Московский районный суд города Чебоксары в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий судья А.Л. Михайлова

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Решение01.12.2022