Дело№2-476/2023 УИД №56RS0010-01-2023-000466-84

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 июня 2023 год город Гай

Гайский городской суд Оренбургской области в составе

председательствующего судьи Шошолиной Е.В.,

при секретаре Романенко К.Д.,

с участием старшего помощника Гайского межрайонного прокурора Резепкиной М.А.,

при участии представителя истцов ФИО1, представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетних детей: П.Е., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, П.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО4 к публичному акционерному обществу «Гайский горно-обогатительный комбинат» о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3, действуя в своих интересах и интересах несовершеннолетних детей П.Е., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, П.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО4 обратились в суд с вышеназванным исковым заявлением, указав, что 16.01.2020 г. в подземном руднике ПАО «Гайский ГОК» произошел несчастный случай на производстве, в результате которого погиб рабочий ПАО «Гайский ГОК» И.В.

Несчастный случай произошел при следующих обстоятельствах: по заданию работодателя, И.В. приступил к заряжанию забоя северного бурового штрека. В 06 час. 45 мин. И.В. пошел в заезд <данные изъяты> для того, чтобы выгнать буровую установку. В результате обрушения горной массы, И.В. погиб.

По данному факту составлен акт о несчастном случае на производстве, который был обжалован ПАО «Гайский ГОК» в суд.

Решением <адрес> от 19 мая 2020 года в удовлетворении административного искового заявления ПАО «Гайский ГОК» отказано.

Актом о несчастном случае на производстве установлены следующие причины произошедшего:

- недостаточная надежность кровли заезда <данные изъяты>, возникшая в результате ослабления горных пород при бурении шпуров под крепление <данные изъяты>;

- неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в не определении и не указании в наряде конкретного объема работ по бурению шпуров под ЖБШ в заезде <данные изъяты>, в не определении технической документации порядка производства работ в двух забоях.

В действиях И.В. какой-либо неосторожности не установлено.

ФИО3 является супругой И.В., ФИО5 – являются детьми И.В.

С учетом близких родственных отношений истцов, факта совместного проживания истцов, 100% вины работодателя в несчастном случае на производстве, так и в не обеспечении безопасных условий труда, считают, что в их пользу подлежит возмещению моральный вред.

Просят суд взыскать с ПАО «Гайский ГОК»%

- в пользу ФИО3 в счет компенсации морального вреда 3 000 000 руб.; компенсацию, предусмотренную п.7.5.1 главы 7 отраслевого соглашения по горно-металлургическому комплексу Российской Федерации на 2020-2022 г. в размере 600 000 руб.; компенсацию, предусмотренную ст.60 Градостроительного кодекса РФ в размере 3 000 000 руб.,

- в пользу ФИО4 в счет компенсации морального вреда 3 000 000 руб.; компенсацию, предусмотренную п.7.5.1 главы 7 отраслевого соглашения по горно-металлургическому комплексу Российской Федерации на 2020-2022 г. в размере 600 000 руб.;

- в пользу ФИО3, действующей как законный представитель П.Е. в счет компенсации морального вреда 3 000 000 руб.; компенсацию, предусмотренную п.7.5.1 главы 7 отраслевого соглашения по горно-металлургическому комплексу Российской Федерации на 2020-2022 г. в размере 600 000 руб.;

- в пользу ФИО3, действующей как законный представитель П.В. в счет компенсации морального вреда 3 000 000 руб.; компенсацию, предусмотренную п.7.5.1 главы 7 отраслевого соглашения по горно-металлургическому комплексу Российской Федерации на 2020-2022 г. в размере 600 000 руб.

В судебное заседание истец ФИО3 не явилась, о времени и месте слушания дела извещена была надлежащим образом. В ходе судебного разбирательства давала пояснения, согласно которым, на момент смерти супруга они проживали одной семьей, вели совместное хозяйство. Супруг делал все дела по дому, помогал в выполнении её обязанностей. После смерти супруга, она потеряла смысл жизни, возникли проблемы со здоровьем, началась бессонница. Не понимает, как дальше жить и воспитывать детей. Младшие дети очень переживают, в связи со смертью отца, скучают по нему.

Истец ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте слушания дела извещена была надлежащим образом. В ходе судебного разбирательства поясняла, что с отцом была очень близка, его смерть причинила ей страдания, которые сказываются на ее здоровье.

Представитель истцов ФИО1, действующий по доверенности от 30.03.2023 г., в судебном заседании требования поддержал в полном объеме, по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика ФИО2 (доверенность) в судебном заседании возражала против заявленных требований, указав, что между истцами и ПАО «Гайский ГОК» было заключено соглашение о компенсации морального вреда в размере 2 852 000 руб. по 713 000 руб. каждому. При заключении соглашения истцами было реализовано право на получение компенсации и прекращено обязательство ПАО «Гайский ГОК» перед ними. Помимо компенсации морального вреда, ПАО «Гайский ГОК» оказало помощь ФИО3: по организации похорон И.В., оплату памятника и облагораживанию территории захоронения, погашению кредитных обязательств на сумму 353 000 руб. Указала, что положения ст. 60 ГрК РФ к сложившимся правоотношениям сторон не применяется. Полагает, что в действиях истцов имеется злоупотребление правом. Просила в иске отказать в полном объеме.

Представитель третьего лица ОАО «УГМК» в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен был надлежащим образом.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, заслушав заключение старшего помощника прокурора, полагавшей о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований с учетом степени разумности и справедливости, суд приходит к следующему.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В статье 209 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что охрана труда - система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. В случае, если все же работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, федеральными законами и иными правовыми актами (статьи 22, 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" в силу положений статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ и статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В связи с этим для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства: относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (часть вторая статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации); указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (часть третья статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации); соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части третьей статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации; произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 5 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ); имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части шестой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации), и иные обстоятельства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Таким образом, работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, члены семьи работника имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой родственника.

Материалами дела установлено, что И.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, работал в ПАО «Гайский ГОК» в должности <данные изъяты>

16 января 2020 года в 07 час. 00 мин. с работником ПАО «Гайский ГОК» И.В. произошел несчастный случай на производстве, при следующих обстоятельствах: И.В. совместно с работником А.П., при окончании бурения в забое <данные изъяты>, переехали в <данные изъяты> для бурения под ЖБ штанги. При подготовке к взрывным работам, после получения взрывчатых материалов, приступили к заряжанию забоя <данные изъяты> И.В. пошел в заезд <данные изъяты>., для того, чтобы выгнать буровую установку, в то время произошло обрушение горной массы, в результате чего наступила смерть И.В.

Согласно выписке из Акта исследования трупа, смерть И.В. наступила от <данные изъяты>

По данному факту работодателем составлен Акт № о несчастном случае на производстве от 14 августа 2020 года.

Причинами несчастного случая явились: недостаточная надежность кровли заезда <данные изъяты>, возникшая в результате ослабления горных пород при бурении под крепление ЖБШ; неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в не определении и не указании в наряде количества объема работ по бурению шпуров под ЖБШ в заезде <данные изъяты>, в не определении в технической документации порядка производства работ в 2-х забоях.

Вина работника И.В. в произошедшем несчастном случае не установлена.

В связи со смертью работника ПАО «Гайский ГОК» И.В., в результате несчастного случая на производстве, его супруга и дети, обратились в суд с требованием о компенсации морального вреда.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная <данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная <данные изъяты> и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной <данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи со смертью брата при выполнении трудовых обязанностей, заявлено истцом, является одним из видов гражданско-правовой ответственности, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1064), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда, применимы к возмещению морального вреда.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Материалами дела установлено, что И.В. приходился ФИО3 супругом, брак заключен 27 августа 2004 года.

ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, П.Е., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, П.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являются детьми И.В. и ФИО3

В судебном заседании истец ФИО3 пояснила, что с супругом проживали одной семьей, вели совместное хозяйство, занимались воспитанием детей, вместе проводили время. Супруг делал все дела по дому, помогал в выполнении её обязанностей. После смерти супруга, она потеряла смысл жизни, возникли проблемы со здоровьем, началась бессонница. Не понимает, как дальше жить и воспитывать детей. Младшие дети очень переживают, в связи со смертью отца, скучают по нему.

Истец ФИО4 пояснила, что с отцом были очень тесные отношения, много времени проводили вместе. Не может поверить в его смерть, переживает по этому поводу, скучает по нему.

Таким образом, по делу установлено, что между истцами, несовершеннолетними детьми и И.В. имелись тесные семейные взаимоотношения, он заботился о своей семье, любил супругу и детей.

Судом учитывается, что истцам, безусловно причинены моральные и нравственные страдания, связанные с потерей близкого человека, характер родственных связей, безвозвратной утратой связи супругов, отца и детей, семейных отношений, возраст истцов, а также степень помощи, поддержки, заботы которую оказывал при жизни И.В. своей семье.

Необходимо отметить, что несчастный случай на производстве с И.В. произошел исключительно по вине работодателя, в связи с ненадлежащей организацией рабочего процесса и не зависел от действий (бездействия) работника.

Учитывая, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету, а соответственно является оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, такая компенсация производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, в связи с чем, должна отвечать признакам справедливости и разумности.

Определяя размер компенсации, учитывая степень физических и нравственных страданий истцов, несовершеннолетних детей, связанных с невосполнимой потерей близкого человека, учитывая, что смерть супруга и отца само по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие членов семьи, глубокие переживания истцов, привязанность к супругу и отцу, который постоянно заботился о своей семьей, являлся единственным кормильцем, обстоятельства преждевременной смерти И.В. в возрасте <данные изъяты>, возраст детей умершего на момент произошедших событий: ФИО4 – <данные изъяты>, П.Е. и П.В. – <данные изъяты>; принимая во внимание обстоятельства несчастного случая при выполнении погибшим трудовых функций по поручению работодателя, степень вины ответчика в произошедшем случае, в отсутствие вины самого работника, наличие прямой причинно-следственной связи между выполнением по поручению работодателя трудовых обязанностей И.В. и наступившими последствиями в виде его трагической смерти, которую возможно было избежать при создании работодателем ПАО «Гайский ГОК» безопасных условий труда и осуществлении должного контроля за рабочим процессом, а также требования разумности и справедливости, суд определяет подлежащую взысканию с ответчика в пользу истцов компенсацию морального вреда равной – 3 000 000 рублей каждому.

Несчастный случай с И.В., в результате которого наступила его смерть, произошел в период исполнения трудовых обязанностей, в связи с чем, именно у работодателя возникла обязанность по выплате семье умершего компенсации морального вреда.

Довод представителя ответчика о том, что ФИО3, заключено соглашение от 21 января 2020 г. о компенсации морального вреда в соответствии с п.7.2.7 коллективного договора ПАО «Гайский ГОК», согласно которому расчет суммы компенсации морального вреда осуществляется как произведение среднемесячного заработка по профессии по которой получено трудовое увечье на 12 месяцев, в размере 2 852 000 руб. (по 713 000 руб. каждому), отклоняется, поскольку не препятствует истцам для обращения в суд с требованиями о компенсации морального вреда, в случае несогласия с выплаченной работодателем суммы.

При этом, суд отмечает, что такое соглашение с ФИО3 заключено 21.01.2020 года, тогда как несчастный случай с И.В. наступил ДД.ММ.ГГГГ, следовательно, в силу эмоционального состояния, ФИО3 не в полном объеме осознавала природу выплаченных сумм, что истец подтвердила в ходе рассмотрения дела.

Несение ПАО «Гайский ГОК» расходов, связанных с погребением работника по причине несчастного случая на производстве, оказание семье погибшего иной материальной помощи, является общеизвестной практикой Общества, закрепленной в локальных документах предприятия, и не может служить основанием для отказа в удовлетворении требований о компенсации морального вреда.

Доказательств, подтверждающих злоупотребление правом в действиях истцов, в связи с обращением в суд с настоящим исковым заявлением, стороной ответчика представлено не было.

Доказательств, освобождающих ответчика от возмещения морального вреда истцу, в материалы дела не представлено.

Кроме того, истцами заявлено требование о компенсации морального на основании ст. 60 ГрК РФ,

Согласно части 1 статьи 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации в случае причинения вреда личности или имуществу гражданина, имуществу юридического лица вследствие разрушения, повреждения здания, сооружения либо части здания или сооружения, нарушения требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения, требований безопасности при сносе здания, сооружения собственник такого здания, сооружения, если не докажет, что указанные разрушение, повреждение, нарушение возникли вследствие умысла потерпевшего, действий третьих лиц или чрезвычайного и непредотвратимого при данных условиях обстоятельства (непреодолимой силы), возмещает вред в соответствии с гражданским законодательством и выплачивает компенсацию сверх возмещения вреда: родственникам потерпевшего (родителям, детям, усыновителям, усыновленным), супругу в случае смерти потерпевшего - в сумме три миллиона рублей; потерпевшему в случае причинения тяжкого вреда его здоровью - в сумме два миллиона рублей; потерпевшему в случае причинения средней тяжести вреда его здоровью - в сумме один миллион рублей

Из приведенной нормы следует, что основанием для взыскания компенсации, предусмотренной названной статьей, является причинение вреда жизни или здоровью потерпевшего в результате нарушения законодательства о градостроительной деятельности, в том числе вследствие разрушения, повреждения здания, сооружения или их частей.

Непосредственной причиной несчастного случая с И.В. на производстве, явилось нарушение требований трудового законодательства в области безопасности труда со стороны ПАО «Гайский ГОК», производстве работ по бурению шпуров и без определения в технической документации порядка выполнения работ в 2-х забоях, то есть, при отсутствии разработанной последовательности производства работ, тогда как для применения последствий, установленных в статьей 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации необходимо нарушение градостроительных норм. Таким образом, заявленные правоотношения не связаны с осуществлением градостроительной деятельности.

Отраслевым тарифным соглашением по горно-металлургическому комплексу Российской Федерации на 2020 - 2022 годы предусмотрено, что в случае гибели работника в результате несчастного случая на производстве либо острого отравления, связь с производственной деятельностью которого подтверждена соответствующими материалами, работнику выплачивается (сверх установленных законодательством сумм) единовременное пособие в размере не менее годового заработка на каждого члена семьи погибшего работника, включая нетрудоспособных и родившихся после его смерти детей (в случае беременности вдовы на момент гибели работника), исчисленного за последние 12 месяцев, за счет средств работодателя. Коллективным договором указанные нормы материальной поддержки семьи погибшего могут быть повышены

Названное соглашение является обязательным для применения организациями горно-металлургического комплекса, в том числе золотодобывающих, алмазодобывающих, аффинажных, ювелирных и иных организаций, в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Пунктом 1.4.1. предусмотрено, что Соглашение заключено на 2020 - 2022 годы, раздел 5 "Оплата труда" - на 2020 год (с пересмотром норм раздела на последующие годы в пределах срока действия Соглашения), действует с момента его подписания и до заключения нового Соглашения, но не более трех лет. Действие Соглашения распространяется на работодателей и работников организаций горно-металлургического комплекса, в том числе золотодобывающих, алмазодобывающих, аффинажных, ювелирных и иных организаций, в порядке, установленном законодательством РФ.

Положения Соглашения обязательны при заключении трудовых договоров, коллективных договоров и при разрешении индивидуальных и коллективных трудовых споров.

В соответствии с данным Соглашением, в ПАО «Гайский ГОК» заключен коллективный договор, предусматривающий возмещение морального вреда семье, потерявшей кормильца вследствие трудового увечья.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, компенсация морального вреда в размере не менее одного среднего годового заработка по профессии, предусмотренная коллективным договором ПАО «Гайский ГОК» выплачена истцам 20 января 2020 г. Оснований для повторного взыскания указанной компенсации, не имеется.

Учитывая положения ст. 103 ГПК РФ, с ответчика в доход местного бюждета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб., от уплаты которой истцы освобождены.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО3, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетних детей: П.Е., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, П.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО4 к публичному акционерному обществу «Гайский горно-обогатительный комбинат» о компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с публичного акционерного общества «Гайский горно - обогатительный комбинат» в пользу ФИО3 в счет компенсации морального вреда – 3 000 000 руб.

Взыскать с публичного акционерного общества «Гайский горно - обогатительный комбинат» в пользу П.Е., ДД.ММ.ГГГГ года рождения в интересах которого действует ФИО3 в счет компенсации морального вреда – 3 000 000 руб.

Взыскать с публичного акционерного общества «Гайский горно - обогатительный комбинат» в пользу П.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения в интересах которой действует ФИО3 в счет компенсации морального вреда – 3 000 000 руб.

Взыскать с публичного акционерного общества «Гайский горно - обогатительный комбинат» в пользу ФИО4 в счет компенсации морального вреда – 3 000 000 руб.

В остальной части иска ФИО3, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетних детей: П.Е., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, П.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО4 к публичному акционерному обществу «Гайский горно-обогатительный комбинат» о компенсации морального вреда – отказать.

Взыскать с публичного акционерного общества «Гайский горно - обогатительный комбинат» в доход государства государственную пошлину – 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Гайский городской суд Оренбургской области в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья: Е.В. Шошолина

Мотивированный текст решения изготовлен: 27 июня 2023 года.

Судья: Е.В. Шошолина