УИД: 31RS0016-01-2023-000221-59 дело № 22-903/2023

БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Белгород 19 июля 2023 года

Апелляционная инстанция Белгородского областного суда в составе:

председательствующего судьи Шведова А.Н.,

судей Кононенко Ю.В., Федоровской Е.В.,

при ведении протокола секретарем Свистельниковым А.А.,

с участием:

прокурора Алиева Р.В.,

осужденной ФИО1,

защитника – адвоката Ампилова А.И.,

представителя потерпевшего ФИО3,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Ампилова А.И., в интересах осужденной ФИО1, на приговор Красногвардейского районного суда Белгородской области от 18 мая 2023 года, которым

ФИО1, <данные изъяты>,

осуждена:

- по ч. 3 ст. 159.2 УК РФ к лишению свободы на срок <данные изъяты>.

В соответствии со ст. 73 УК РФ лишение свободы постановлено считать условным с испытательным сроком <данные изъяты>.

На основании ч. 5 ст. 73 УК РФ на ФИО1 возложены обязанности в течение испытательного срока не менять постоянное место жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденной, один раз в месяц являться в специализированный государственный орган на регистрацию в установленные инспекцией дни.

Гражданский иск прокурора Белгородской области удовлетворен, взыскано с ФИО1 в пользу Российской Федерации в лице Отделения Фонда пенсионного и социального страхования России по Белгородской области в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, денежные средства в сумме <данные изъяты>.

Сохранен арест, наложенный на принадлежащие ФИО1 автомобили <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты> регион и <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты> регион до исполнения приговора в части удовлетворенного гражданского иска.

Приговором суда разрешен вопрос о мере пресечения и судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Шведова А.Н., выступления: осужденной ФИО1 и ее защитника – адвоката Ампилова А.И., поддержавших доводы апелляционной жалобы; представителя потерпевшего ФИО12, возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы; прокурора Алиева Р.В., полагавшего оставить приговор без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО1 признана виновной в совершении мошенничества при получении выплат, то есть в хищении денежных средств при получении социальных выплат, установленных законами и иными нормативными правовыми актами, путем предоставления заведомо ложных и недостоверных сведений, в крупном размере.

Преступление совершено в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении инкриминируемого ей преступления не признала.

В апелляционной жалобе адвокат Ампилов А.И., действующий в интересах осужденной ФИО1 считает приговор суда незаконным и необоснованным, как постановленный с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, а также ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Ссылается, что обвинением не установлены обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, составляющие объективную сторону преступления, а именно, при содействии каких лиц и при каких обстоятельствах ФИО1 незаконно получила направление на медико-социальную экспертизу, заведомо подложные осмотры и обследования врачей невролога, терапевта и окулиста, содержащие недостоверные сведения об остром нарушении мозгового кровообращения.

Полагает, что ни одно из доказательств, положенных в основу приговора, не подтверждает прямо вину ФИО1 в инкриминируемом ей преступлении. Свидетели в своих показаниях описали порядок прохождения медико-социальной экспертизы, необходимой для получения группы инвалидности и социальные выплат, заключение медицинской экспертизы содержит лишь предположение о возможном отсутствии у ФИО1 заболевания на момент установления ей инвалидности.

Обращает внимание, что врачи-эксперты ФКУ «<данные изъяты>» Свидетель №1, Свидетель №5, Свидетель №7, Свидетель №9, Свидетель №10, Свидетель №11, Свидетель №12, Свидетель №13, Свидетель №14, а также врачи МБУЗ «Муниципальная городская клиническая больница № <адрес>» Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №22, Свидетель №18, Свидетель №15 подтвердили свои подписи в документах 2014 и 2015 годов – заключениях по результатам осмотров ФИО1 и направлении ее на медико-социальную экспертизу, и других, по результатам которых осужденной установлена инвалидность, отрицали получение вознаграждений за ложные записи, а врачи МБУЗ «Муниципальная городская клиническая больница № <адрес>» Свидетель №21, Свидетель №6, Свидетель №20, хотя и отрицали принадлежность подписей в документах, связанных с осмотром ФИО1, но не смогли пояснить, откуда на этих документах появились оттиски их врачебных печатей, а заключением судебной почерковедческой экспертизы категорично не исключено исполнение записей и подписей именно ими, в отношении врача Свидетель №21 сделан однозначный вывод об исполнении записей именно ей.

Отмечает, что доказательств осведомленности ФИО1 о подложности ее медицинских документов не имеется.

Не соглашается с гражданским иском в отношении ФИО1, поскольку, согласно закону, признание недействительным решения об установлении социальных выплат лицу не влечет безусловной обязанности такого лица возместить излишне выплаченные ему на основании этого документа денежные средства при отсутствии факта противоправности в его действиях.

Просит приговор суда отменить и оправдать ФИО1 в связи с недоказанностью события преступления.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника ФИО1 - адвоката ФИО34 государственный обвинитель ФИО13 просит оставить ее без удовлетворения, а приговор суда без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения приговора суда.

Уголовное дело рассмотрено судом первой инстанции с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, в приговоре суд в соответствии со ст. 307 УПК РФ описал преступное деяние, признанное доказанным с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, а также привел доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении осужденной ФИО1, в полном объеме раскрыл их содержание.

Вина ФИО1 в совершении преступления подтверждена исследованными в судебном заседании доказательствами.

Допрошенная в ходе предварительного следствия ФИО1 полагала, что денежные средства она получила законно, в связи с установленной ей инвалидностью 2 группы по результатам медицинского обследования. Категорически отрицала знакомство с членами врачебной комиссии Поликлиники № МБУЗ «Муниципальная городская клиническая больница №» <адрес> и передачу кому-либо денежного вознаграждения за установление ей 2 группы инвалидности. При этом подтвердила, что при прохождении в 2016 году медицинского осмотра врачам жалобы на состояние здоровья не высказывала, о наличии 2 группы инвалидности не сообщала.

Несмотря на занятую позицию, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о нарушении ФИО1 установленного п. 20 Постановления Правительства РФ от 20 февраля 2006 года № 95 «О порядке и условиях признания лица инвалидом» порядка проведения медико-социальной экспертизы.

В судебном заседании на основании показаний свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №6, Свидетель №15, Свидетель №16, Свидетель №17 и Свидетель №18 установлено, что ФИО1, как житель <адрес>, должна была проходить медико-социальную экспертизу в бюро № <адрес> ФИО2 <адрес> по направлению врачебной комиссией ОБГУЗ «Красногвардейская ЦРБ». Направление ФИО1 в бюро МСЭ в <адрес> могло произойти только в случае ее прикрепления к соответствующему лечебному заведению. Бессрочное установление инвалидности предполагает необратимость процесса заболевания и нарушения состояния здоровья.

Вместе с тем, материалами дела объективно доказано, что ФИО1 к лечебным учреждениям <адрес> временно никогда не прикреплялась, направление об этом ей не выдавалось. При обращении к врачам-специалистам Красногвардейской ЦРБ ей не устанавливался диагноз, подтверждающий наличие у нее стойкого расстройства функций организма и ограничения жизнедеятельности либо острого нарушения мозгового кровообращения, дающих право на обращение в МСЭ для установления группы инвалидности. Лечение, а также обследование с применением соответствующего медицинского оборудования по поводу данного заболевания, что является обязательным условием перед направлением гражданина на МСЭ, она не проходила.

Показания указанных свидетелей соответствуют данным осмотра медицинских карт ФИО1 из Красногвардейской ЦРБ, согласно которым в них отсутствуют какие-либо сведения о заболеваниях, выявленных при установлении осужденной 2 группы инвалидности, в том числе диагнозов, установленных врачебными комиссиями и экспертными составами МСЭ по Белгородской области.

Из показаний свидетелей Свидетель №18 и Свидетель №3 суд установил, что МСЭ № <адрес> не курировало поликлинику № <адрес>, а также клиническую больницу № <адрес>, специалисты данного медицинского учреждения не могли направить ФИО1 на МСЭ в бюро № <адрес>.

Медицинская сестра неврологического отделения поликлиники № <адрес> Свидетель №22 при допросе в качестве свидетеля подтвердила, что посыльной лист для прохождения МСЭ в отношении ФИО1 заполнила под диктовку заведующего отделением Свидетель №4, в который от имени врача-невролога Свидетель №20 внесла ложные сведения о наличии у осужденной заболевания в виде острого нарушения мозгового кровообращения при отсутствии объективных данных для установления такого диагноза.

Врачи-специалисты поликлиники № <адрес> Свидетель №6, Свидетель №21, Свидетель №20 пояснили, что прием и осмотр ФИО1 не осуществляли, направление осужденной на МСЭ не оформляли и не подписывали. Печать на направлении от их имени выполнена другими, неизвестными им лицами. Кроме того, данные свидетели отметили, что записи от их имени в направлении составлены неграмотно при отсутствии сведений и документов о проведенных обследованиях, подтверждающих наличие у осужденной заболевания в виде острого нарушения мозгового кровообращения.

Эти показания согласуются с материалами ОРМ «Обследование помещений», протоколами осмотров журналов учета клинико-экспертной работы №№ ОГКУЗ «Городская поликлиника <адрес>» и ответами из медицинских учреждений о том, что в период с января 2014 года по декабрь 2020 года ФИО1 в ОБГУЗ «Городская поликлиника № <адрес>», а также в другие лечебные учреждения <адрес> и области, ЦРБ Алексеевского, Валуйского и <адрес>ов на прием по поводу имеющихся заболеваний, не обращалась.

По заключению почерковедческих судебных экспертиз №№, № и №, подпись от имени Свидетель №21 в листе осмотра врача окулиста от ДД.ММ.ГГГГ выполнена не Свидетель №21, а другим лицом, подпись от имени Свидетель №21 в листе осмотра врача-окулиста без даты, выполнена Свидетель №21 Рукописный текст в направлении ФИО1 на МСЭ от ДД.ММ.ГГГГ, в том числе на листе осмотра врача невролога, выполнен Свидетель №22 Доподлинно установить, кем были выполнены подписи в листах осмотров врача невролога Свидетель №20 и врача терапевта Свидетель №6, ими или иными лицами, не представилось возможным, однако врачи Свидетель №20 и Свидетель №6 категорически настаивали на том, что ФИО1 они не осматривали и подписи в медицинских документах не ставили.

Вопреки доводам жалобы, показания вышеуказанных свидетелей логичны, последовательны, согласуются с другими материалами дела, в связи с чем, они обоснованно признаны относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами по делу и положены в основу приговора.

Изложенные доказательства бесспорно подтверждают, что ФИО1 получила направление для прохождения медико-социальной экспертизы в нарушение установленного законом порядка без посещения врачей-специалистов, от имени которых оно составлено. Осужденная знала об этих обстоятельствах, как и о том, что никогда не проходила стационарного лечения и обследований по поводу острого нарушения мозгового кровообращения, то есть знала, что направление на МСЭ содержит заведомо ложные сведения о состоянии ее здоровья.

Допрошенные в качестве свидетелей Свидетель №5, Свидетель №10, Свидетель №8, Свидетель №9, Свидетель №14 и Свидетель №4 настаивали, что процедура освидетельствования ФИО1 при установлении инвалидности была соблюдена.

Суд обоснованно не принял во внимание показания свидетеля Свидетель №5, поскольку, данный свидетель осуждена за должностной подлог и получение взяток при незаконном установлении гражданам группы инвалидности в период работы руководителем бюро №, а показания свидетелей Свидетель №10, Свидетель №8, Свидетель №9, Свидетель №14 и Свидетель №4 о личном присутствии ФИО1 при проведении освидетельствования и наличии у нее заболеваний, необходимых для получения 2 группы инвалидности опровергаются совокупностью исследованных судом первой инстанции доказательств.

Вина ФИО1 также подтверждается заключением комплексной судебно-медицинской экспертизы № о том, что на момент ее проведения у осужденной отсутствовали указанные при установлении инвалидности заболевания, а также не имелось таких заболеваний и на момент установления осужденной инвалидности.

Кроме того, эксперты указали, что указанное в посыльном листе ФИО1 заболевание - <данные изъяты>

Учитывая не обратимость диффузного поражения вещества головного мозга при указанной патологии, влекущее за собой нарушение работы головного мозга, что в свою очередь влияет на приспособленные возможности организма, полное излечение от дисциркулярной энцефалопатии невозможно.

Также невозможно полное излечение от гипертонической болезни, являющейся хроническим прогрессирующим заболеванием, ключевым проявлением которого является стойкое повышение артериального давления, что в свою очередь приводит к функциональным и органическим поражениям важнейших органов человека – сердца, почек, центральной нервной системы.

Заболевания, послужившего основанием для установления инвалидности, не имелось и лечения от него не требовалось.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО33 не только полностью подтвердил правильность своих выводов, но и обратил внимание на бездоказательность выставленных у осужденной диагнозов, в том числе на отсутствие в медицинских документах ФИО1 данных о конкретных и объективных методах ее обследования и доказательств проведенного лечения. Указанное заболевание осужденной не могло пройти бесследно, очаги повреждения при остром нарушении мозгового кровообращения обязательно должны оставаться, чего не установлено проведенным дообследованием последней. Эксперт также отметили, что с выставленными диагнозами ФИО1 не могла не лечиться стационарно.

Экспертиза проведена с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения; в их распоряжении находились материалы уголовного дела, медицинские и иные документы в отношении ФИО1, а также ее дело.

Суд обоснованно признал выводы экспертов относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами по делу, поскольку они подробно изложены, научно обоснованы и мотивированы, логичны, согласуются с другими доказательствами по делу; даны специалистами, имеющими высшее медицинское образование, сертификаты по специальностям: судебно-медицинская экспертиза, неврология, кардиология, значительный стаж работы.

Достоверность выводов экспертов подтверждается результатами медицинского осмотра в 2016 году по направлению ООО «<данные изъяты>», в ходе которого ФИО1 признана годной к выполнению своих трудовых обязанностей. При этом, жалоб на состояние здоровья осужденная врачам не высказывала, о наличии 2 группы инвалидности не сообщала, что свидетельствует об осознании ФИО1 своего состояния здоровья, как не соответствующего установленным диагнозам и степени утраты трудоспособности, а также о ее осведомленности о подложности медицинских документов, послуживших основанием для установления инвалидности.

Сведения из отделения Пенсионного фонда по Белгородской области и информация из ПАО «<данные изъяты>» подтверждают, что по заявлениям ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ей произведены выплаты пенсии, единовременные выплаты и единовременные выплаты ОПРФ по ФИО2 <адрес> на сумму <данные изъяты>, поступившие на ее счет в ПАО «<данные изъяты>».

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены полно и объективно.

С учетом установленных обстоятельств суд первой инстанции правильно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 3 ст. 159.2 УК РФ как мошенничество при получении выплат, то есть хищение денежных средств при получении социальных выплат, установленных законами и иными нормативными правовыми актами, путем предоставления заведомо ложных и недостоверных сведений, совершенное в крупном размере.

Оснований для изменения такой квалификации действий виновной суд апелляционной инстанции не усматривает.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст. 6, ст. 60 УК РФ с учетом имеющих значение для дела сведений, характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности виновной, наличия смягчающего и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на ее исправление и на условия жизни ее семьи, что нашло отражение в мотивировочной части приговора.

В соответствии с требованиями ст. 61 УК РФ суд первой инстанции признал обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1: наличие несовершеннолетнего ребенка у виновной (ч. 2 ст. 61 УК РФ).

Помимо этого суд первой инстанции учел: отсутствие у ФИО1 судимостей, ее трудоустройство в ООО «<данные изъяты>», положительные характеристики по месту жительства и работы, отсутствие учетов у врачей психиатра и нарколога, а также невролога и терапевта.

Решая вопрос о виде и размере наказания, суд первой инстанции в полной мере учел данные о личности виновной.

Принимая во внимание, что исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного преступления, либо других обстоятельств, которые возможно расценить как основания для применения ч. 6 ст. 15, ст.ст. 64, 53.1 УК РФ, не имеется, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что цели наказания, предусмотренные ст. 43 УК РФ, могут быть достигнуты при назначении ФИО1 наказания в виде лишения свободы.

Вместе с тем, приняв во внимание положительные сведения о личности ФИО1, в том числе отсутствие у нее судимостей и наличие несовершеннолетнего ребенка, суд первой инстанции правильно применил положения ст. 73 УК РФ, посчитав возможным исправление осужденной без реального отбывания наказания в местах лишения свободы, постановив считать назначенное последней наказание условным.

С мотивами такого решения, подробно изложенными в приговоре, суд апелляционной инстанции соглашается.

Назначенное ФИО1 наказание является справедливым и соразмерным содеянному. Оснований для его смягчения суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.ст. 37, 44 УПК РФ и ст. 1064 ГК РФ, пришел к верному выводу о наличии законных оснований для удовлетворении исковых требований прокурора ФИО2 <адрес> и взыскании с ФИО1 в пользу Российской Федерации в лице Отделения Фонда пенсионного и социального страхования России по ФИО2 <адрес> денежных средств в сумме <данные изъяты>, в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, по делу не установлено. Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы адвоката ФИО34 не имеется.

Руководствуясь ст. 389.20, ст. 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ:

Приговор Красногвардейского районного суда Белгородской области от 18 мая 2023 года в отношении ФИО1 - оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Ампилова А.И. - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора.

Председательствующий

Судьи