Председательствующий: Симахина О.Н.

Дело № 33-4487/2023№ 2-269/202355RS0001-01-2022-007747-67

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Омск

26 июля 2023 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда в составе:

председательствующего Сафаралеева М.Р.,

судей Кирилюк З.Л., Леневой Ю.А.,

при секретаре Жапаровой А.Б.,

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционным жалобам В.И.В. и представителя К.Ю.В.Б.В.В. на решение Кировского районного суда г. Омска от 17.04.2023, которым постановлено:

«Уточненные исковые требования В.И.В. – удовлетворить частично.

Взыскать с К.Ю.В., ИНН № <...> в пользу В.И.В., № <...> ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 93 950 рублей, расходы по оплате государственной пошлины – 2 752 рубля.

В удовлетворении остальной части исковых требований В.И.В.– отказать».

Заслушав доклад судьи Сафаралеева М.Р., судебная коллегия Омского областного суда

УСТАНОВИЛ

А :

В.И.В. обратился с иском о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП), указав, что <...> в районе <...> произошло столкновение принадлежащего ему автомобиля Лада Гранта, государственный регистрационный знак № <...>, под управлением Г.А.В. с транспортным средством Ниссан Санни, государственный регистрационный знак № <...>, под управлением К.Ю.В. Гражданская ответственность водителя Г.А.В.. на момент ДТП была застрахована в АО «АльфаСтрахование», а гражданская ответственность К.Ю.В. застрахована не была. По результатам административного расследования производство по делу об административном правонарушении было прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения. Согласно оценке истца стоимость восстановительного ремонта принадлежащего ему автомобиля без учета износа на заменяемые части составила 230 400 руб. В.И.В. полагал, что ДТП произошло по вине водителя автомобиля Ниссан Санни К.Ю.В., которая при перестроении не уступила дорогу транспортному средству истца под управлением Г.А.В. который имел преимущество в движении. Поскольку автомобиль Ниссан Санни, государственный регистрационный знак Х908МЕ55, на момент столкновения числился за В.М.А., В.И.В. указывал, что именно он обязан возместить причиненный от ДТП вред. На основании изложенного В.И.В. первоначально просил взыскать с В.М.А. в счет возмещения ущерба 230 400 руб.

В ходе рассмотрения дела истец уточнил заявленные требования, предъявив их также к К.Ю.В., поскольку получены сведения о том, что она до ДТП приобрела данное транспортное средство по договору купли-продажи. В окончательном виде В.И.В. просил взыскать сумму ущерба с В.М.А. и К.Ю.В..

В судебном заседании В.И.В. участия не принимал, его представители Г.Е.Н.. и С.Д.К. уточненные требования поддержали. Оспаривали выводы судебной экспертизы о механизме ДТП и расположении транспортных средств на проезжей части. Ссылались на отсутствие доказательств нарушения Правил дорожного движения со стороны Н.А.В..

Ответчик К.Ю.В.. в судебном заседании иск не признала, оспаривала свою вину, ссылаясь на то, что столкновение произошло на ее полосе движения, то есть до перестроения. Поясняла, что Г.А.В.., управляя автомобилем Лада Гранта, двигался во второй полосе позади нее и начал смещаться вправо, в результате чего произошло столкновение. Подтвердила факт приобретения ею автомобиля Ниссан Санни у В.М.А. за несколько дней до ДТП.

Ответчик В.М.А. в судебном заседании иск не признал. Ссылался на то, что на момент столкновения он уже не являлся собственником автомобиля Ниссан Санни, так как продал его К.Ю.В..

Привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица Г.А.В.. в судебном заседании полагал исковые требования В.И.В. подлежащими удовлетворению в полном объеме. Пояснил, что во время движения по полосе он не перестраивался, не смещался вправо. Ссылался на то, что ДТП произошло в результате перестроения автомобиля Ниссан на его полосу движения в нарушение Правил дорожного движения. Полагал, что экспертом неверно определено место столкновения.

Представитель привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица АО «АльфаСтрахование» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Судом постановлено изложенное выше решение.

В апелляционной жалобе В.И.В. просит решение изменить, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права, ненадлежащую оценку доказательств. Оспаривает выводы суда о механизме ДТП и расположении транспортных средств. Указывает, что водитель автомобиля Лада Гранта не нарушал ПДД, поскольку двигался по своей полосе. Полагает, что автомобиль Ниссан Санни в момент столкновения находился в движении. Ссылается на то, что водитель К.Ю.В. резко перестроилась на полосу движения Г.А.В., поэтому последний не имел возможности среагировать и остановиться. Полагает, что эксперт не имел полномочий высказываться относительно соблюдения водителями Правил дорожного движения. Оспаривает взысканную судом сумму ущерба, указывая, что она определена экспертом не на дату ДТП. Ссылается на отсутствие в экспертном заключении обоснования стоимости нормо-часа. Полагает, что эксперт Г.Е.А. не имеет необходимой экспертной специальности.

Представитель К.Ю.В.Б.В.В. в своей апелляционной жалобе просит решение отменить, ссылаясь на ненадлежащую оценку доказательств. Оспаривает выводы суда об обоюдной вине водителей. Полагает, что К.Ю.В.. не нарушала Правил дорожного движения, поскольку не выехала на полосу движения автомобиля Лада Гранта и не создала помех, ее автомобиль стоял в момент столкновения. Возражает против выводов судебной экспертизы о размере ущерба. Полагает, что должно быть учтено частичное восстановление истцом автомобиля с использованием неоригинальных деталей.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав представителя В.И.В.Г.Е.Н., а также третье лицо Г.А.В., просивших об удовлетворении исковых требований в полном объеме, представителя К.Ю.В.. Б.В.В.., настаивавшую на отсутствии оснований для удовлетворения иска, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно п.п. 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Как разъяснено п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В силу положений ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской федерации (далее – ГПК РФ) каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

По смыслу ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Из материалов дела следует, что <...> около № <...> часов № <...> минут в районе <...> произошло ДТП с участием автомобилей Лада Гранта, государственный регистрационный знак № <...>, под управлением Г.А.В. и Ниссан Санни, государственный регистрационный знак № <...>, под управлением К.Ю.В.

Г.А.В. в объяснениях инспектору ДПС от <...> указал, что он на автомобиле Лада Гранта двигался по <...> со стороны <...> в сторону <...> по средней полосе трехполосной дороги. Впереди правом ряду проводились ремонтные работы. Неожиданно из правого ряда в средний ряд начал перестраиваться автомобиль Ниссан Санни, с которым произошло столкновение в заднее левое колесо.

В данных в тот же день дополнительных объяснениях Г.А.В. указал, что двигался со скоростью около 50 км/ч. Автомобиль Ниссан Санни двигался в непосредственной близости от его автомобиля в правой полосе в попутном направлении и неожиданно начал перестраиваться на среднюю полосу, по которой ехал его автомобиль Лада Гранта. Применить экстренное торможение Г.А.В. не успел. После ДТП он увидел, что в правом ряду стояли конусы и проводились ремонтные работы.

К.Ю.В. в объяснениях инспектору ДПС от <...> указала, что она двигалась по <...> со стороны <...> в сторону <...> в крайнем правом ряду. Впереди увидела фишки и остановилась, включив левый указатель поворота, начала выворачивать руль в левую сторону, после чего почувствовала удар в заднюю левую часть автомобиля. Автомобиль Лада Гранта начал тянуть ее транспортное средство вперед, она нажала на педаль тормоза, но автомобиль не останавливался.

В данных в тот же день дополнительных объяснениях К.Ю.В. указала, что после обнаружения в своем ряду сигнальных конусов она остановилась перед ними, включила левый указатель поворота, вывернула руль влево и в неподвижном состоянии пропускала движущийся по средней полосе в попутном направлении транспорт. Затем она увидела, как движущийся в среднем ряду со стороны <...> автомобиль бело-зеленого цвета быстро приближается на скорости, смещается вправо в сторону ее автомобиля и допускает наезд на стоящий автомобиль К.Ю.В. в район левого заднего колеса. От удара ее автомобиль продвинулся вперед, а автомобиль бело-зеленого цвета развернулся в обратном направлении.

Постановлением ИДПС ПДПС ГИБДД УМВД России по г. Омску от <...> производство по делу об административном правонарушении прекращено на основании п. 2 ч.1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Решением командира 2 батальона ПДПС ГИБДД УМВД России по г. Омску от <...> по результатам рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении от <...>, указанное постановление оставлено без изменения, жалоба К.Ю.В. и ее представителя Б.В.В. – без удовлетворения.

По сведениям МОТН и РАС ГИБДД УМВД России по Омской области автомобиль Ниссан Санни, государственный регистрационный знак № <...>, числится за В.М.А.

Однако судом установлено, что на основании договора купли-продажи от <...> он продан К.Ю.В. (т. 1 л.д. 143), которая не успела поставить его на регистрационный учет в органах ГИБДД и застраховать свою гражданскую ответственность. Таким образом, собственником автомобиля Ниссан Санни, государственный регистрационный знак № <...> на момент ДТП являлась К.Ю.В.. Ее гражданская ответственность застрахована не была.

Что касается автомобиля Лада Гранта, государственный регистрационный знак № <...>, то его собственником является В.И.В. Гражданская ответственность водителя была застрахована в АО «АльфаСтрахование». В результате столкновения данному автомобилю причинены повреждения.

Согласно представленному истцом заключению ИП П.А.В. № <...> от <...> стоимость восстановительного ремонта автомобиля Лада Гранта без учета износа заменяемых деталей составляет 230 400 руб., а с учетом износа – 139 700 руб.

В связи с наличием спора о вине в ДТП и о размере ущерба по делу была назначена судебная экспертиза, производство которой поручено ООО «Автомир-Эксперт».

Согласно заключению судебной экспертизы № <...> от <...> автомобиль Ниссан Санни в момент первичного контакта находился в неподвижном состоянии. Он располагался вдоль оси проезжей части левыми колесами на второй полосе в районе расположения линии дорожной разметки, делящей транспортные потоки первой (крайней правой) и второй полос попутных направлений, а правыми колесами на первой (крайней правой) полосе. Автомобиль Лада в момент первичного контакта располагался на второй полосе вдоль оси проезжей части дороги правой стороной по линии дорожной разметки, делящей транспортные потоки первой (крайней правой) и второй полос попутных направлений. При столкновении транспортные средства располагались параллельно друг другу, то есть угол взаимного расположения автомобилей был около 0 градусов.

В заключении судебной экспертизы указано, что автомобиль Лада Гранта совершал перестроение, сближение транспортных средств обусловлено исключительно действиями водителя автомобиля Лада Гранта. При этом средняя полоса движения, по которой двигался автомобиль Лада Гранта, позволяла беспрепятственно проехать мимо автомобиля Ниссан Санни (т. 2 л.д. 73-75, 87).

Допрошенные в судебном заседании суда первой инстанции эксперты Г.Е.А. и С.Е.И. подтвердили изложенные в заключении выводы.

Оценив собранные по делу доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу об обоюдной вине обоих водителей в ДТП. Так, с учетом неподвижного состояния автомобиля Ниссан Санни в момент столкновения, движения автомобиля Лада Гранта со смещением вправо и отсутствия препятствий движению для последнего, пришел к выводу о том, что водитель автомобиля Лада Гранта Г.А.В. нарушил требования п. п. 9.7, 9.10 Правил дорожного движения, в связи с чем установил виновность последнего в произошедшем ДТП в размере 50 %.

Также суд первой инстанции пришел к выводу о том, что рассматриваемое ДТП произошло не только по вине водителя автомобиля Лада Гранта, но и в связи с тем, что автомобиль Ниссан Санни в момент столкновения в нарушение п.п. 1.5, 8.1, 8.4 Правил дорожного движения располагался левыми колесами на линии разметки 1.5 либо заступая ими на среднюю полосу около 20 сантиметров, что не обеспечивало безопасности маневра. С учетом изложенного вина водителя К.Ю.В.. установлена в размере 50 %.

Определяя размер причиненного автомобилю истца ущерба, суд руководствовался выводами судебной экспертизы ООО «Автомир-Эксперт» № <...>, согласно которой стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Лада Гранта на дату ДТП без учета износа заменяемых деталей составляет 187 900 руб.

В такой ситуации, приняв во внимание установленную в ходе рассмотрения дела степень вины, суд первой инстанции взыскал с К.Ю.В. 50% от указанной определенной экспертом суммы в размере 93 950 руб. (187 900 * 50 % = 93 950)

В соответствии со ст. ст. 88, 98 ГПК РФ с учетом частичного удовлетворения требований с К.Ю.В. в пользу В.И.В. взысканы судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 2 752 руб.

Проверяя выводы районного суда в пределах доводов апелляционных жалоб истца и ответчика, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены или изменения решения.

Ссылки В.И.В. на то, что автомобиль Ниссан Санни в момент столкновения находился в движении, перестраиваясь с правой крайней на среднюю полосу движения, отклоняются, поскольку какими-либо доказательствами не подтверждены.

Напротив, пояснения К.Ю.В. о том, что автомобиль Ниссан Санни не двигался в момент первого контакта, подтверждаются выводами судебной экспертизы и показаниями свидетеля.

Так, в заключении судебной экспертизы указано, что точка первичного контакта с автомобилем Лада Гранта на автомобиле Ниссан Санни располагалась на заднем бампере слева в районе под левым указателем заднего левого фонаря (т. 2 л.д. 87). При последующем контакте переднего правого колеса автомобиля Лада Гранта и заднего левого колеса автомобиля Ниссан Санни произошел блокирующий эксцентричный удар: возникли пары сил, стремящиеся развернуть автомобили Лада и Ниссан по ходу часовой стрелки (т. 2 л.д. 70). Следовательно, результате столкновения повреждено в том числе заднее левое колесо автомобиля Ниссан Санни (т. 2 л.д. 60-62). При этом установлено, что ударное воздействие по колесу произошло при неподвижном (не вращающемся) колесе. Зафиксированные на шине колеса статические следы контакта его с аркой правого заднего колеса, также свидетельствуют о неподвижном (без вращения) состоянии колеса автомобиля Ниссан Санни в момент удара (т. 2 л.д. 74-75).

Установленная экспертом траектория последующего (после первичного контакта) смещения автомобилей Лада Гранта и Ниссан Санни (т. 2 л.д. 71-72) сторонами не оспаривалась.

При этом, вопреки доводам В.И.В., по мнению эксперта, последующее смещение транспортных средств Лада и Ниссан в разные стороны не противоречит неподвижному состоянию автомобиля Ниссан в момент начала контакта с автомобилем Лада (т. 2 л.д. 75).

Ссылки В.И.В. на то, что при статичном положении автомобиля Ниссан Санни в момент ДТП он должен был повредить установленные на крайней правой полосе конусы и допустить наезд на рабочих, не принимаются во внимание, поскольку основаны на предположениях и какими-либо доказательствами не подтверждены.

Доводы В.И.В. о том, что экспертом не подтвержден факт повреждения заднего левого колеса автомобиля Ниссан Санни в результате именно данного ДТП, несостоятельны.

Повреждения заднего левого колеса автомобиля Ниссан Санни в результате столкновения <...> подтверждается заключением судебной экспертизы, имеющимися в деле фотоматериалами и схемой ДТП (т. 1 л.д. 99).

Кроме того, неподвижное положение автомобиля Ниссан Санни в момент первичного контакта подтверждено свидетелем С.О.А., предупрежденной об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний (т. 1 л.д. 212, 215-217).

Указание в апелляционной жалобе на пояснения К.Ю.В., в которых она, перечисляя последовательность своих действий, назвала нажатие на педаль тормоза после столкновения с автомобилем Лада Гранта, не подтверждает факт движения транспортного средства Ниссан Санни. Данные доводы истца основаны на попытке трактовать пояснения ответчика без учета контекста и общего смысла объяснений.

При этом К.Ю.В. как в объяснениях инспектору ДПС непосредственно после ДТП, так и в судебном заседании последовательно указывала на то, что остановилась перед перестроением, пропуская транспортные средства, двигавшиеся по средней полосе в попутном направлении.

Судебная коллегия также учитывает, что несмотря на наличие видеорегистратора в автомобиле Лада Гранта, Г.А.В. не представил видеозапись, ссылаясь на отсутствие установленной карты памяти.

В такой ситуации суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о неподвижном состоянии автомобиля Ниссан Санни в момент первичного контакта с транспортным средством Лада Гранта. Пояснения третьего лица Г.А.В., оспаривавшего данное обстоятельство, сами по себе к иным выводам не ведут, так как собранными по делу доказательствами не подтверждаются.

С учетом неподвижного состояния автомобиля Ниссан Санни юридическое значение для определения вины участников ДТП имеет место столкновения.

Из схемы ДТП усматривается, что водители давали противоречивые пояснения по данному вопросу. Так водитель автомобиля Лада Гранта Г.А.В. указывал, что место столкновения находится на расстоянии 4,5 м от правого края проезжей части (то есть на средней полосе), а водитель автомобиля Ниссан Санни К.Ю.В. указывала, что место первичного контакта расположено на расстоянии 3,7 м от правого края проезжей части (то есть на правой полосе) (т. 1 д.д. 98).

В ходе проведения судебной экспертизы на основании анализа пояснений водителей, осыпи осколков, части колпака автомобиля Лада Гранта, следов от колес и автомобилей, взаимного расположения транспортных средств и их последующего смещения установлено, что место столкновения располагалось на расстоянии 4,2 м от правого края проезжей части (т. 2 л.д. 70, 73), что соответствует фактическому расстоянию прохождения линии разметки между правой и средней полосой движения.

Поскольку подтвержденное в результате исследования место первичного контакта автомобилей Лада Гранта и Ниссан Санни определено непосредственно на линии разметки, разделяющей правую и среднюю полосу движения, а согласно п. 9.7 ПДД наезжать на прерывистые линии разметки, по общему правилу, не допускается, судебная коллегия соглашается с выводами районного суда о наличии обоюдной вины обоих водителей в ДТП.

Доводы В.И.В. о том, что смещение автомобиля Лада Гранта под управлением Г.А.В. вправо в пределах своей полосы не противоречит Правилам дорожного движения, отклоняются.

С учетом установленного выше места столкновения автомобилей судебная коллегия приходит к выводу о том, что оба водителя допустили наезд на прерывистую линию разметки.

Однако в соответствии с п.п. 9.7 и 9.10 ПДД, если проезжая часть разделена на полосы линиями разметки, движение транспортных средств должно осуществляться строго по обозначенным полосам. Наезжать на прерывистые линии разметки разрешается лишь при перестроении.

Водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.

В нарушение указанных норм водитель Г.А.В. допустил наезд на прерывистую линию разметки без перестроения на другую полосу, не соблюдая необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.

Следовательно, районный суд обоснованно указал на нарушение водителем автомобиля Лада Гранта Г.А.В. п.п. 9.7 и 9.10 ПДД.

Что касается доводов представителя К.Ю.В.. Б.В.В. об отсутствии ее вины, то они также не могут быть признаны состоятельными.

В соответствии с п. 1.5 ПДД участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Согласно п. 8.1 ПДД при начале движения, выполнении маневра перестроения, поворота (разворота) и остановкой не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

В силу п. 8.4 Правил дорожного движения при перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения.

Между тем, как установлено выше, автомобиль Ниссан Санни, сместившись с намерением перестроения влево, наехал на прерывистую линию разметки и остановился на ней, создав тем самым опасность в движении транспортным средствам, двигавшимся по средней полосе.

В такой ситуации вывод районного суда о наличии в ДТП вины в том числе водителя К.Ю.В., управлявшей автомобилем Ниссан Санни, судебная коллегия признает правильным.

Ссылки ответчика на то, что ее транспортное средство в момент первого контакта находилось в неподвижном состоянии, не свидетельствует об отсутствии ее вины, так как К.Ю.В. допустила наезд на прерывистую линию разметки, создав тем самым при перестроении помехи и опасность для других участников движения.

Так как вопросы о квалификации действий участников ДТП на предмет соответствия Правилам дорожного движения, а также о связи допущенных нарушений с причиненным вредом являются правовыми, суд при их разрешении не связан выводами экспертов, которые исследовали лишь технические аспекты происшествия.

В связи с этим доводы апелляционных жалоб в данной части не принимаются во внимание.

В нарушение п. 2 ст. 1064 ГК РФ стороны не представили доказательств полного отсутствия своей вины. В такой ситуации судебная коллегия соглашается с установлением равной степени вины обоих участников ДТП.

При определении размера причиненного истцу ущерба суд первой инстанции руководствовался выводами судебной экспертизы ООО «Автомир-Эксперт», согласно которым стоимость восстановительного ремонта автомобиля Лада Гранта на дату ДТП без учета износа заменяемых деталей округленно составляет 187 900 руб. (т. 2 л.д. 91).

Данная стоимость определена экспертом с учетом рыночных цен на новые оригинальные детали и запасные части, что соответствует разъяснениям п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которым в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Следует также учитывать, что уменьшение стоимости имущества истца по сравнению с его стоимостью до нарушения ответчиком обязательства или причинения им вреда является реальным ущербом даже в том случае, когда оно может непосредственно проявиться лишь при отчуждении этого имущества в будущем (например, утрата товарной стоимости автомобиля, поврежденного в результате дорожно-транспортного происшествия).

Доводы В.И.В. о том, что стоимость восстановительного ремонта определена экспертом не на дату ДТП, а на <...>, несостоятельны, поскольку опровергаются буквальным смыслом выводов судебной экспертизы (т. 2 л.д. 91). В приложениях № 3-№ 5 к заключению экспертизы (на которые ссылается истец в апелляционной жалобе) не указано, что расчеты выполнены на <...>. При этом в заключении экспертом неоднократно указано, что расчеты производятся на дату происшествия (т. 2 л.д. 81, 82). Данное обстоятельство также подтверждено экспертом в ходе допроса в судебном заседании (т. 2 л.д. 213).

На вопросы представителя истца относительно стоимости нормо-часа работ и использования цен других регионов экспертом в суде первой инстанции были даны пояснения и представлены документы (т. 2 л.д. 214-217).

Кроме того, использованная при проведении судебной экспертизы стоимость нормо-часа (т. 2 л.д. 81) превышает стоимость нормо-часа, используемую в представленном истцом расчете ИП П.А.В. (т. 1 л.д. 30).

Ссылки в апелляционной жалобе на то, что эксперт не пригласил истца на осмотре автомобиля Ниссан Санни, не принимаются во внимание.

При разрешении вопроса о назначении судебной экспертизы стороны не просили о предоставлении им возможности участвовать при осмотре, в связи с этим такая обязанность на экспертов судом в определении не возлагалась. Сведений о том, что отсутствие истца при осмотре привело к искажению фактических обстоятельств, имеющих значение для исследования, не имеется.

Довод истца об отсутствии у эксперта Г.Е.А. сертификата соответствия по экспертной специальности 13.4 «Исследование транспортных средств в целях определения их стоимости и стоимости восстановительного ремонта» отклоняется.

В ч. 1 ст. 41 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» определено, что в соответствии с нормами процессуального законодательства Российской Федерации судебная экспертиза может производиться вне государственных судебно-экспертных учреждений лицами, обладающими специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла, но не являющимися государственными судебными экспертами.

На судебно-экспертную деятельность указанных лиц распространяется действие ст. ст. 2, 3, 4, 6 - 8, 16 и 17, ч. 2 ст. 18, ст. ст. 24 и 25 этого федерального закона, в частности задача судебно-экспертной деятельности, правовая основа судебно-экспертной деятельности, принципы судебно-экспертной деятельности, необходимость обеспечения независимости эксперта, необходимость обеспечения объективности, всесторонности и полноты исследований и др. (ч. 2 ст. 41 указанного закона).

Приказ Минюста России от 27.12.2012 № 237 «Об утверждении Перечня родов (видов) судебных экспертиз, выполняемых в федеральных бюджетных судебно-экспертных учреждениях Минюста России, и Перечня экспертных специальностей, по которым представляется право самостоятельного производства судебных экспертиз в федеральных бюджетных судебно-экспертных учреждениях Минюста России» (Зарегистрировано в Минюсте России 29.01.2013 № 26742), действовавший на момент проведения экспертизы, вопреки доводам жалобы затрагивает вопросы производства судебных экспертиз в федеральных бюджетных судебно-экспертных учреждениях Минюста России, устанавливает перечень экспертных специальностей, по которым представляется право самостоятельного производства судебных экспертиз в федеральных бюджетных судебно-экспертных учреждениях Минюста России и не содержит требований в отношении вне государственных судебно-экспертных учреждений.

Эксперт Г.Е.А. имеет высшее техническое образование, прошел профессиональную переподготовку по программам «Оценочная деятельность», «Профессиональная переподготовка экспертов-техников», внесен в государственный реестр экспертов-техников. Квалификация и образование эксперта Г.Е.А. подтверждаются представленными в материалы дела доказательствами и не вызывают сомнений.

В целом выводы судебной экспертизы правомерно приняты судом первой инстанции как допустимое доказательство. Заключение судебной экспертизы, выполненное ООО «Автомир-Эксперт» отвечает требованиям относимости и допустимости доказательств, соответствует предъявляемым законом требованиям, оснований не доверять выводам экспертов не имеется, поскольку эксперты предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, имеют специальную квалификацию и образование, стаж работы по специальности, их выводы мотивированы, носят последовательный и обоснованный характер, согласуются с исследовательской частью заключения. Процессуальный порядок проведения экспертизы соблюден. Экспертное заключение соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ.

При этом суд правомерно отдал предпочтение выводам судебной экспертизы перед представленной истцом оценкой ИП П.А.В., поскольку последний об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения не предупреждался. Кроме того, в сведениях о стоимости запасных частей из системы МАРОМАТ ИП П.А.В. не указан период расчета (т. 1 л.д. 40), в отличие от заключения судебной экспертизы (т. 2 л.д. 94).

Представленная истцом рецензия ООО «Экспрус» на заключение судебной экспертизы ООО «Автомир-Эксперт» правомерно отклонена судом первой инстанции.

Судебная коллегия исходит из того, что вопрос о соответствии заключения судебной экспертизы требованиям гражданского процессуального законодательства относится к компетенции суда, поэтому соответствующие выводы рецензентов не имеют юридического значения.

Выводы рецензентов о ненадлежащем установлении судебными экспертами траектории движения транспортных средств после столкновения (т. 3 л.д. 27) не принимаются во внимание, поскольку данные выводы судебной экспертизы фактически участниками ДТП не оспаривались.

Мнение рецензентов о том, что следы на шине и диске заднего левого колеса автомобиля Ниссан Санни не являются достаточным подтверждением его статичного расположения при столкновении несостоятельны, поскольку данный вывод экспертов подтвержден также показаниями свидетеля. Кроме того, в рецензии не указано на наличие иных, динамических следов, которые бы свидетельствовали о движении автомобиля Ниссан Санни в момент первичного контакта.

Также судебная коллегия учитывает, что рецензенты транспортные средства непосредственно не осматривали в то время, как выводы судебной экспертизы, в том числе с учетом доводов рецензии, подтверждены в ходе допроса эксперта в судебном заседании.

Ссылки в апелляционной жалобе К.Ю.В. на то, что автомобиль истца был восстановлен частично с использованием неоригинальных деталей, отклоняются.

В заключении эксперт прямо указывает на невозможность определения фактической стоимости проведенного истцом восстановительного ремонта, а ссылается на определение лишь его вероятной, предположительной стоимости.

Кроме того, вынужденное частичное использование истцом при ремонте неоригинальных запасных частей (переднего бампера и правой блок-фары) не лишает его права на полное возмещение ущерба, то есть получение денежных средств, необходимых для приведения автомобиля в состояние, в котором он находился до ДТП. Тем более, что автомобиль истца используется для обучения вождению. Данное обстоятельство обуславливает обязательность соответствия установленным требования в том числе элементов кузова и осветительных приборов.

В такой ситуации доводы апелляционных жалоб истца и ответчика не могут быть признаны состоятельными, выводы районного суда по существу спора являются правильными, постановлены при верном применении норм материального и процессуального права, при надлежащей оценке доказательств, в связи с чем решение не подлежит отмене или изменению по доводам апелляционных жалоб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А :

решение Кировского районного суда г. Омска от 17.04.2023 оставить без изменения, апелляционные жалобы В.И.В. и представителя К.Ю.В.Б.В.В. – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи областного суда

Апелляционное определение в окончательной форме принято 04.08.2023