Дело № 2-361/2025 (2-6878/2024)
УИД 65RS0001-01-2024-009924-11
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ Федерации
06 марта 2025 года город Южно-Сахалинск
Южно-Сахалинский городской суд Сахалинской области в составе
председательствующего судьи Абрамовой Ю.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем Деникиной Т.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Южно-Сахалинского городского суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Сахалинский государственный университет», министерству образования Сахалинской области, Министерству науки и высшего образования Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
13 августа 2024 года ФИО3 в рамках рассмотрения уголовного дела в отношении ФИО2 обратилась с исковым заявлением о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением.
В обоснование заявленных требований указала, что преступлением, совершенным ФИО2 при исполнении трудовых обязанностей, была причинена смерть ее сыну ФИО4 С момента потери близкого человека она испытывает нравственные страдания, потеря является невосполнимой утратой. Просит суд взыскать с ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме 20 000 000 рублей. Приговором Южно-Сахалинского городского суда от 25 марта 2024 года гражданский иск ФИО3 удовлетворен частично. С ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в размере 1 000 000 рублей. Апелляционным постановлением Сахалинского областного суда от 22 июля 2024 года приговор в части взыскании компенсации морального вреда отменен, уголовное дело в этой части передано на новое судебное рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства в Южно-Сахалинский городской суд иным составом.
Определением судьи от 14 августа 2024 года исковое заявление ФИО3 принято к производству суда.
Протокольными определениями суда от 18 сентября 2024 года и 19 декабря 2024 года, 10 января 2025 года к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Сахалинский государственный университет» (далее ФГБОУ ВО «СахГУ»), министерство образования Сахалинской области, Министерство науки и высшего образования Российской Федерации соответственно.
В судебном заседании представители ФГБОУ ВО «СахГУ» ФИО5 и ФИО6 полагали, что требования к ФГБОУ ВО «СахГУ» не подлежат удовлетворению, поскольку заявлены к ненадлежащему ответчику. Кроме того, заявленную сумму компенсации морального вреда полагали завышенной. В случае удовлетворения исковых требований заявленных к указанному ответчику просил учесть субсидиарную ответственность собственника имущества.
Истец ФИО1, ответчик ФИО2, представители министерства образования Сахалинской области, Министерства науки и высшего образования Российской Федерации в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, о причинах неявки не сообщили. Истец от получения почтовой корреспонденции уклонилась. Ответчик ФИО2 отбывает наказание в местах лишения свободы, в удовлетворении его ходатайства о проведении судебного заседания посредством ВКС судом отказано, в связи с отсутствием технической возможности (занятостью зала ВКС в Южно-Сахалинском городском суде).
Суд, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников судебного разбирательства.
Выслушав явившихся участников процесса, заключение прокурора Теремковой Л.В., полагавшей требования подлежащими удовлетворению частично, с учетом требований разумности и справедливости, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства с учетом положений статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению частично по следующим основаниям.
Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации (статьи 20, 41 Конституции Российской Федерации).
В силу статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми (пункт 1).
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 1, 12, 14, 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», разъяснено, что при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Из материалов дела следует, что приговором Южно-Сахалинского городского суда от 25 марта 2024 года, оставленным без изменения апелляционным постановлением Сахалинского областного суда от 22 июля 2024 года в указанной части, ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 293 Уголовного кодекса Российской Федерации и ему назначено наказание в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с обеспечением эксплуатации электрических сетей, зданий и сооружений, на срок 2 года, с отбыванием основного наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении.
Из указанного приговора следует, что в период с 29 декабря 2018 года до 26 марта 2021 года ФИО2, состоял с ФГБОУ ВО «СахГУ» в трудовых отношениях в должности директора Департамента по жизнеобеспечению имущественного комплекса СахГУ. В период исполнения ФИО2 трудовых обязанностей, руководствуясь своей должностной инструкцией, проявив преступную небрежность, ненадлежащим образом исполняя свои должностные обязанности по обеспечению эксплуатации и своевременного ремонта технического оборудования (электрических сетей, систем отопления, вентиляции и т.д.) в общежитии № СахГУ, достоверно зная, что имеющиеся в помещениях общежития электро-водонагреватели установлены с нарушением Правил устройства электроустановок, утвержденных Приказом Министерства энергетики Российской Федерации от 08 июля 2002 года № 204, без подсоединения предусмотренного изготовителем заземления, а имеющаяся в здании общежития электропроводка не отвечает требованиям технических регламентов и нормативно-правовых актов, регламентирующих ее безопасное использование, в том числе достоверно зная об отсутствии заземляющего контура, в связи с чем о необходимости установки устройств защитного отключения, что в свою очередь представляет опасность для жизни и здоровья лиц, проживающих в указанном общежитии, имея в своем прямом подчинении электромонтеров, занимающихся текущим обслуживанием здания общежития, а также ремонтом и подключением электрооборудования, располагая материальными средствами и возможностями для устранения имеющихся нарушений, в том числе для замены электрооборудования, установленного в общежитии, а также его надлежащего подключения, достоверно зная, что в помещении общежитий на период учебного года проживают лица из числа студентов университета, а также его работники, которые на постоянной основе пользуются установленным в общежитии электрооборудованием, своевременных мер к устранению данных нарушений не принял, не обеспечив тем самым безопасность проживающих в общежитиях лиц, в том числе от поражения электрическим током вследствии эксплуатации ненадлежащим образом установленных электро-водонагревателей.
Также в ходе рассмотрения уголовного дела судом установлено, что 26 августа 2019 года между ФИО4 и ФГБОУ ВО «СахГУ», заключен договор найма жилого помещения в общежитии №, в соответствии с которым ФИО4 передана за плату в пользование комната № в студенческом общежитии, расположенном по <адрес>
26 марта 2021 года в период времени примерно с 02 часов 30 минут до 02 часов 46 минут в секторе №, расположенном на 3 этаже здания общежития ФГБОУ ВО «СахГУ» по <адрес>, учащийся указанного учебного заведения ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, находился в душевой комнате, где принимал водные процедуры при использовании электрического водонагревателя марки «ВМ 390» фирмы ООО ПФ «Реал-Термо», приобретенного Университетом в 2008 году, установка и эксплуатация которого осуществлялась потребителями в нарушение пунктов 1.1.20, 1.2.20, 1.7.76, 1.7.82, 1.7.119, 1.7.143, 2.1.21, 2.1.26, 2.1.31, 2.1.56, 2.1.57, 2.1.58, 3.1.3, 3.1.18, 7,1.13, 7.1.36, 7.1.82, 7.1.87, 7.1.88 Правил устройств электроустановок (шестое и седьмое издания), утвержденных приказом Минэнерго России от 08.07.2002 № 204; пунктов 5.1, 18.1 СП 31-110-2003 «Проектирование и монтаж электроустановок жилых и общественных зданий»; пункта 701.512.4 ГОСТ Р 50571.7.701.-2013 Электроустановки низковольтные. Часть 7. Требования к специальным установкам или местам их размещения. Раздел 701. Помещения для ванных и душевых комнат»; подпункта д) пункта 35 Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства РФ от 16.09.2020 № 1479; пунктов 2.2.16, 2.4.5. Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей, утвержденных приказом Министерства энергетики Российской Федерации от 13.012003 № 6 (в редакции приказа Минэнерго России от 13.09.2018 № 757).
В процессе принятия указанным студентом ФГБОУ ВО «СахГУ» ванных процедур, у электрического водонагревателя, не оборудованного заземлением, подключенного к электросети общежития № без устройства защитного отключения, возник критический дефект, в соответствии с заключением эксперта № от 31.03.2021, в виде неисправности трубчатого электронагревателя (ТЭН), выраженной в наличии неполного короткого замыкания между защитной оболочкой ТЭНа и нагревательным элементом внутри ТЭНа, по которому проходит электрический ток.
Далее, находящийся в тот же период времени в помещении указанного сектора №, учащийся Университета ФИО4, с целью оказания помощи ФИО7, зашел в помещение душевой комнаты, где в следствии продолжающегося функционирования указанного электро-водонагревателя, подключенного к электросети общежития №, также получил поражение техническим электричеством и скончался на месте происшествия.
В соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы № от 15 апреля 2021 года, у ФИО4 выявлены следующие телесные повреждения: электрометки (в области левой кисти (1), и предплечья (2)), механизмом образования которых является воздействие техническим электричеством и которое состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти. Указанные телесные повреждения квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью; кровоизлияния теменной области; ссадина левой кисти (1), ссадины в проекции левого коленного сустава (3), которые квалифицируются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека, поскольку не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности.
В силу части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
На основании части 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Применительно к правилам, предусмотренным указанной нормой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (часть 1).
В соответствии со статьей 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.
Из приведенных выше норм права, регулирующих спорные правоотношения и установленных приговором суда обстоятельств следует, что непосредственной причиной смертельного поражения ФИО4 электрическим током явилась возникшая неисправность нагревательного элемента электрического водонагревателя, исправность которого является основным условием безопасной эксплуатации электрических приборов. Смерть молодого парня наступила в результате ненадлежащего исполнения работником ФГБОУ ВО «СахГУ» ФИО2 своих трудовых обязанностей. Таким образом, несмотря на незаконность действий работника, установленных приговором суда обязанность по возмещению вреда, причиненного ФИО2 при исполнении им трудовых обязанностей, возлагается на работодателя - ФГБОУ ВО «СахГУ».
При этом, как следует из содержания абзаца 2 пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, одним из условий ответственности работодателя является причинение вреда работником именно при исполнении им трудовых (служебных, должностных) обязанностей, то есть вред причиняется не просто во время исполнения трудовых обязанностей, а в связи с их исполнением. К таким действиям относятся действия производственного (хозяйственного, технического) характера, совершение которых входит в круг трудовых обязанностей работника по трудовому договору или гражданско-правовому договору. Именно поэтому действия работника расцениваются как действия самого работодателя, который и отвечает за вред. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
Вместе с тем, требования истца о взыскании с ответчика ФИО2 компенсации морального вреда являются необоснованными, удовлетворению не подлежат, поскольку он является ненадлежащим ответчиком по заявленным требованиям.
Согласно положениям Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью.
Судом установлено, что ФИО1 приходится ФИО4 матерью.
При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении физических или нравственных страданий лицу, заявившему требование. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
В ходе рассмотрения дела истец, будучи надлежащим образом извещенной о времени и месте рассмотрения дела, в судебные заседания не являлась, письменно пояснений относительно степени моральных страданий, близости отношении с сыном при его жизни, не представляла. Вместе с тем, в телефонограмме от 19 декабря 2024 года она указала на невозможность явки в судебное заседание из-за тяжести моральных страданий, сильнейшего нервного потрясения, связанного с гибелью сына, испытывающих по настоящее время и невозможностью вновь переживать трагические моменты произошедшего.
Оценивая обстоятельства смерти ФИО4, доводы истца о невозможности явиться в судебное заседание, суд признает ее неявку уважительной и полагает возможным определить размер компенсации морального вреда, принимая во внимание следующее.
Гибель близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие членов семьи на родственные и семейные связи, а в случае истца, которая лишилась сына, являвшегося для нее самым близким и любимым человеком, подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания. Утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, влекущего состояние субъективного стресса и эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам.
Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает, что в результате смерти сына истец претерпела сильное потрясение, шок, связанный с невосполнимой утратой близкого человека, смерть наступила неожиданно и при трагических обстоятельствах, которые причинили ей дополнительные страдания, неизбежно мать будет испытывать на протяжении всей жизни глубокие нравственные страдания в связи с безвозвратной утратой, степень нравственных страданий истца, связанных с индивидуальными особенностями, ее возраст, а также требования разумности и справедливости, в связи с чем считает возможным требования о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично и взыскать с ФГБОУ ВО «СахГУ» в счет компенсации морального вреда 4 000 000 рублей.
По мнению суда, этот размер компенсации морального вреда согласуется и с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости в рассматриваемых правоотношениях.
В остальной части иска суд считает необходимым отказать, полагая, что требования истца являются завышенными.
Согласно пункту 3 статьи 123.21, пункту 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации по обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.
Из пункта 6.12. устава ФГБОУ ВО «СахГУ» следует, что по обязательствам Университета, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества Университета, субсидиарную ответственность несет собственник. Собственником имущества Университета является Российская Федерации в лице Министерства науки и высшего образования Российской Федерации (пункт 1.4. Устава)
Согласно пункту 3 Положения о Министерстве науки и высшего образования Российской Федерации, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации № 682 от 15 июня 2018 года, Министерство науки и высшего образования Российской Федерации осуществляет свою деятельность непосредственно, а также через подведомственные организации в данном случае через министерство образования Сахалинской области.
Пунктом 4.3.13 указанного Положения предусмотрено, что Министерство науки и высшего образования Российской Федерации осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание Министерства и реализацию возложенных на него функций.
В соответствии с пунктом 800 Перечня организаций, подведомственных Министерству науки и высшего образования Российской Федерации, утвержденного распоряжением Правительства Российской Федерации N 1293-р от 27 июня 2018 года, ФГБОУ ВО «СахГУ» находится в ведении Министерства науки и высшего образования Российской Федерации.
Таким образом, при недостаточности денежных средств у ФГБОУ ВО «СахГУ» субсидиарную ответственность по его обязательствам перед истцом необходимо возложить на Министерство науки и высшего образования Российской Федерации.
При таких основаниях, исковое заявление подлежит удовлетворению частично.
В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина, от уплаты которой истец была освобождена, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
В связи с чем, с надлежащего ответчика - ФГБОУ ВО «СахГУ» подлежит взысканию в доход бюджета городского округа «город Южно-Сахалинск» государственная пошлина в размере 300 (триста) рублей.
Руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
исковое заявление ФИО1 (<данные изъяты>) к ФИО2 (<данные изъяты>), Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Сахалинский государственный университет» (№), министерству образования Сахалинской области (№), министерству науки и высшего образования Российской Федерации (№) о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.
Взыскать с Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Сахалинский государственный университет», а при недостаточности имущества у Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Сахалинский государственный университет» взыскать субсидиарно с министерства науки и высшего образования Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 4 000 000 (четыре миллиона) рублей.
В удовлетворении остальных исковых требований, а также в удовлетворении исковых требований заявленных к ФИО2 - отказать.
Взыскать с Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Сахалинский государственный университет в бюджет городского округа город Южно-Сахалинск государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.
Решение может быть обжаловано в Сахалинский областной суд через Южно-Сахалинский городской суд Сахалинской области в течение 1 месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Председательствующий судья Ю.А. Абрамова