Судья Семеркина А.А. УИД 39RS0001-01-2022-006031-86

дело №2-534/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№ 33-4539/2023

22 августа 2023 года г. Калининград

Судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда в составе:

председательствующего Ольховского В.Н.,

судей Королевой Н.С., Никифоровой Ю.С.

при секретаре Кузякиной К.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе ФИО9 на решение Ленинградского районного суда г. Калининграда от 26 мая 2023 года по гражданскому делу по иску ФИО9 к ФИО10 о признании брачного договора недействительным, разделе совместно нажитого имущества.

Заслушав доклад судьи Королевой Н.С., объяснение ФИО11 и ее представителя ФИО12, поддержавших доводы апелляционной жалобы, возражения представителя ФИО10 Мандрыченко П.П., полагавшего решение законным, жалобу неподлежащей удовлетворению, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО13 обратилась в суд с иском с учетом уточнения требований к ФИО10, указав, что стороны состояли в браке с 12 февраля 2010 года, который решением суда расторгнут 23 ноября 2022 года. В период брака были рождены дети: ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ.

10 февраля 2010 года (за два дня до заключения брака) между сторонами был заключен брачный договор, удостоверенный нотариусом Гвардейского нотариального округа Калининградской области, согласно которому, имущество, приобретенное в период брака будет являться собственностью того из супругов, на чье имя оно приобретено (режим отдельной собственности). Другой супруг не будет иметь каких-либо прав на указанное имущество.

Считала, что брачный договор является недействительным, поскольку ставит ее в крайне неблагоприятное положение, после расторжения брака, истец полностью лишается права собственности на имущество, совместно нажитое в период брака с ответчиком, в том числе, пригодного для проживания жилого помещения, а иного имущества, перешедшего к истцу по условиям брачного договора, она не имеет.

Просила признать совместно нажитым следующее имущество: нежилое помещение, кадастровый номер №, общей площадью 41,70 кв.м, расположенное по адресу: <адрес>, рыночной стоимостью 2 640 000 рублей; земельный участок, кадастровый номер №, общей площадью 300 кв.м, расположеннный по адресу: <адрес>, ориентировочно в 18 метрах на восток от дома № 16, рыночной стоимостью 1 890 000 рублей; нежилое здание, кадастровый номер №, общей площадью 28,20 кв.м, расположенное по адресу: <адрес>; жилое помещение (квартира), кадастровый номер №, общей площадью 147,6 кв.м, расположенное по адресу: <адрес>, рыночной стоимостью 13 480 000 рублей; нежилое помещение, кадастровый номер №, общей площадью 84,60 кв.м, расположенное по адресу: <адрес>, рыночной стоимостью 3 480 000 рублей; нежилое здание (магазин), кадастровый номер №, общей площадью 35,70 кв.м, расположенное по адресу: <адрес>, во дворе и земельный участок, кадастровый номер №, общей площадью 62 кв.м, расположенный по адресу: <адрес> рыночной стоимостью 1 410 000 рублей; объект недвижимости, кадастровый номер №, общей площадью 50 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, рыночной стоимостью 1 230 000 рублей; жилой дом, кадастровый номер №, общей площадью 97,80 кв.м, расположенный по адресу: <адрес> и земельный участок, кадастровый номер №, общей площадью 771 кв.м, расположенный по тому же адресу, рыночной стоимостью 3 270 000 рублей; земельный участок, кадастровый номер №, общей площадью 400 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, рыночной стоимостью 380 000 рублей; земельный участок, кадастровый номер №, общей площадью 400 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, рыночной стоимостью 380 000 рублей; автомобиль Фольсваген Туарег, 2005 года выпуска, р.г.з. №, рыночной стоимостью 590 000 руб.

В настоящее время она вместе с детьми проживает в спорной квартире, расположенной по адресу: <адрес>, однако положениями брачного договора не предусмотрено никаких минимальных гарантий для истца в случае расторжения брака, обеспечения ее каким-либо жилым помещением, что ставит ее в крайне неблагоприятное положение.

В то же время, дети посещают школу по месту фактического проживания с матерью в вышеназванной квартире, с учетом положений ст. 39 СК РФ, оставление ее без обеспечения жилым помещением существенно нарушит также интересы несовершеннолетних детей. Просила признать пропуск срока для обращения в суд с иском о признании брачного договора уважительным и восстановить его, поскольку о нарушении своих прав условиями брачного договора, она узнала при расторжении брака.

Указала, что жилой дом с кадастровым номером №, общей площадью 97,80 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, и земельный участок, с кадастровым номером №, общей площадью 771 кв.м, расположенный по тому же адресу были приобретены с использованием средств материнского капитала. Однако до настоящего времени, ответчик доли членам семьи не выделил.

Просила произвести раздел совместно нажитого в браке имущества в следующем порядке: признать за ответчиком право собственности на следующее имущество: нежилое помещение, кадастровый номер №, общей площадью 41,70 кв.м, расположенное по адресу: <адрес>, рыночной стоимостью 2 640 000 рублей; земельный участок, кадастровый номер №, общей площадью 300 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, ориентировочно в 18 метрах на восток от дома № 16, рыночной стоимостью 1 890 000 рублей; нежилое здание, кадастровый номер №, общей площадью 28,20 кв.м, расположенное по адресу: <адрес>; нежилое помещение, кадастровый номер №, общей площадью 84,60 кв.м, расположенное по адресу: <адрес>, рыночной стоимостью 3 480 000 рублей; нежилое здание (магазин), кадастровый номер №, общей площадью 35,70 кв.м, расположенное по адресу: <адрес>, во дворе и земельный участок, кадастровый номер №, общей площадью 62 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, рыночной стоимостью 1 410 000 рублей; объект недвижимости, кадастровый номер №, общей площадью 50 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, рыночной стоимостью 1 230 000 рублей; земельный участок, кадастровый номер №, общей площадью 400 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, рыночной стоимостью 380 000 рублей; земельный участок, кадастровый номер №, общей площадью 400 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, рыночной стоимостью 380 000 рублей; ? доли жилого дома, кадастровый номер: №, общей площадью 97,80 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, и ? долю земельного участка, кадастровый номер: №, общей площадью 771 кв.м, расположенный то тому же адресу, стоимость доли – 1635 000 рублей; ? доли жилого помещения (квартиры), кадастровый номер: № общей площадью 147,6 кв.м, расположенной по адресу: <адрес>, стоимость доли 6 740 000 рублей.

Просила признать за истцом право на следующее имущество: ? доли жилого помещения (квартиры), кадастровый номер: №, общей площадью 147,6 кв.м, расположенной по адресу: <адрес>, стоимость доли 6 740 000 рублей; автомобиль Фольсваген Туарег, 2005 года выпуска, р.г.з. №, рыночной стоимостью 590 000 руб.; ? доли жилого дома, кадастровый номер: №, общей площадью 97,80 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, и ? долю земельного участка, кадастровый номер: №, общей площадью 771 кв.м, расположенный по тому же адресу, стоимость доли – 1635 000 руб.; взыскать с ФИО10 в ее пользу компенсацию стоимости совместно нажитого имущества в размере 7 340 000 руб., расходы по уплате государственной пошлине; из долей истца и ответчика в жилом доме, кадастровый номер: №, общей площадью 97,80 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, и земельном участке, кадастровый номер: №, общей площадью 771 кв.м, расположенном по тому же адресу, - выделить доли несовершеннолетним детям ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ, и ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ, в связи с использованием средств материнского капитала.

Решением Ленинградского районного суда г. Калининграда от 26 мая 2023 года исковые требования ФИО11 оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе ФИО11 просит решение отменить, произвести раздел имущества по заявленному ею в апелляционной жалобе варианту. Продолжая настаивать на доводах иска о том, что на заключении брачного договора настаивал ФИО10, подписав его, она полагала, что будет обеспечена жилым помещением, однако внестоящее время оказалось, что какого-либо жилого помещения для проживания она не имеет. ФИО10 на протяжении семейной жизни, осуществлял множество сделок с недвижимостью, иногда он просил ее оформлять на себя некоторые объекты недвижимости, а затем их продавал. При этом всеми вопросами оформления, покупки, продажи недвижимости, занимался ФИО10 У нее не было оснований не доверять супругу в период брака, у них были хорошие отношения. После того, когда она поставила вопрос о выделении ей долей в квартире, отношения между ними испортились. Просила признать пропуск срока на обжалование брачного договора уважительным, срок восстановить, признать недействительным брачный договор. Просила признать за истцом право собственности на ? долю в праве за собой на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, автомобиля Фольсваген Туарег, 2005 года выпуска, взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию стоимости совместно нажитого имущества в размере 7340000 руб.

В возражениях на апелляционную жалобу ФИО10 просит решение оставить без изменения.

ФИО11 и ее представитель ФИО12 доводы апелляционной жалобы поддержали, просили ее удовлетворить.

Представитель ФИО10 Мандрыченко П.П. полагал решение законным, жалобу неподлежащей удовлетворению.

ФИО10 в заседание судебной коллегии не явился, о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции извещен надлежащим образом, с заявлением об отложении судебного заседания не обращался, в связи с чем суд апелляционной инстанции в соответствии с ч.3 ст.167, ч.1, 2 ст.327 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции с учетом доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия находит решение подлежащим оставлению без изменения.

Судом установлено, что стороны состояли в браке с 12 февраля 2010 года. Решением мирового судьи от 23 ноября 2022 года, брак между сторонами расторгнут.

ФИО10 и ФИО11 являются родителями несовершеннолетних ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ и ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ.

Из материалов дела следует, что 10 февраля 2010 года между ФИО11 и ФИО10 был заключен брачный договор, удостоверенный нотариусом Гвардейского нотариального округа Калининградской области ФИО14, согласно которому стороны изменили установленный законом режим совместной собственности на имущество, которое будет приобретено ими в период брака, и установили, что имущество, приобретенное ими в период брака, будет являться собственностью того из супругов, на чье имя оно будет приобретено (режим раздельной собственности). Другой супруг не будет иметь каких-либо прав на указанное имущество. Супруг, на имя которого приобретено имущество, управляет и распоряжается им, в том числе производит его отчуждение, без согласия другого супруга (п.1). Пунктом 2 договора предусмотрено, что он действует с момента его нотариального удостоверения, может быть изменен или расторгнут в любое время по соглашению сторон. Соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форм, что и сам договор. Односторонний отказ от исполнения данного договора не допускается. Указано, что смысл и значение данного договора сторонам нотариусом разъяснены, договор прочитан ими лично и нотариусом вслух (т. 1л.д. 14).

Разрешая спор и отказывая ФИО11 в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что на момент заключения брачного договора ФИО11 располагала полной информацией об условиях договора, изменяющих режим совместной собственности супругов на индивидуальную, добровольно в соответствии со своим волеизъявлением приняла на себя все права и обязанности, определенные договором, собственноручно подписала договор, имела возможность отказаться от подписания брачного договора; в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ФИО11 не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что брачный договор ставит ее в неблагоприятное положение. Также со ссылкой на статьи 181, 196, 199 Гражданского кодекса Российской Федерации суд пришел к выводу о пропуске истцом срока исковой давности, о чем было заявлено стороной ответчика, исчислив начало течения срока исковой давности с даты подписания брачного договора.

С выводами суда первой инстанции суд апелляционной инстанции соглашается, находит их законными и обоснованными в силу следующего.

Согласно статье 40 Семейного кодекса Российской Федерации брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения.

Статьей 44 Семейного кодекса Российской Федерации установлены общие и специальные основания для признания брачного договора недействительным.

Согласно пункту 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации суд может также признать брачный договор недействительным полностью или частично по требованию одного из супругов, если условия договора ставят этого супруга в крайне неблагоприятное положение.

В соответствии с абзацем вторым пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", если брачным договором изменен установленный законом режим совместной собственности, то суду при разрешении спора о разделе имущества супругов необходимо руководствоваться условиями такого договора. При этом следует иметь в виду, что в силу пункта 3 статьи 42 Семейного кодекса Российской Федерации условия брачного договора о режиме совместного имущества, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение (например, один из супругов полностью лишается права собственности на имущество, нажитое супругами в период брака), могут быть признаны судом недействительными по требованию этого супруга.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Семейного кодекса Российской Федерации на требования, вытекающие из семейных отношений, исковая давность не распространяется, за исключением случаев, если срок для защиты нарушенного права установлен указанным кодексом.

Семейным кодексом Российской Федерации срок исковой давности для требований об оспаривании брачного договора не установлен.

Однако по своей правовой природе брачный договор является разновидностью двусторонней сделки, но имеющей свою специфику, обусловленную основными началами (принципами) семейного законодательства. Поскольку для требования супруга по пункту 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации о признании брачного договора недействительным этим кодексом срок исковой давности не установлен, то к такому требованию супруга исходя из положений статьи 4 Семейного кодекса Российской Федерации в целях стабильности и правовой определенности гражданского оборота применяется срок исковой давности, предусмотренный статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, по требованиям о признании сделки недействительной.

Согласно пункту 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Из изложенного следует, что при оспаривании супругом действительности брачного договора или его условий по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации, срок исковой давности следует исчислять с момента, когда этот супруг узнал или должен был узнать о том, что в результате реализации условий брачного договора он попал в крайне неблагоприятное имущественное положение.

В связи с этим с учетом требований статей 195, 200, 205 Гражданского кодекса Российской Федерации правовое значение имеет установление того, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении своего права и имелись ли какие-либо объективные препятствия для его обращения в суд, которые могут рассматриваться в качестве уважительных причин пропуска срока исковой давности.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен принцип свободы договора.

Возможность отступления от равенства долей посредством заключения брачного договора предусмотрена положениями семейного законодательства, а несоразмерность выделенного каждому из супругов имущества не является безусловным основанием для признания брачного договора недействительным.

Использование федеральным законодателем такой оценочной характеристики, как наличие в брачном договоре условий, ставящих одного из супругов в крайне неблагоприятное положение, преследует своей целью эффективное применение нормы к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций. Вопрос же о том, ставят ли условия конкретного брачного договора одну из сторон в крайне неблагоприятное положение, решается судом в каждом конкретном случае на основе установления и исследования фактических обстоятельств дела и оценки представленных сторонами доказательств по правилам, установленным статьями 67, 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Оценивая представленный нотариально удостоверенный брачный договор, суд пришел к правильному выводу о том, что названный договор супругами исполнялся, действует в настоящее время, сторонами по взаимному соглашению не расторгнут, как предусмотрено в 2 брачного договора.

Перечисленные в п. 1 условия договора в их совокупности предусматривают, что недвижимое имущество, приобретенное в период брака на имя каждого из супругов, является собственностью того, на чье имя оно оформлено и на него сохраняется режим раздельной собственности независимо от того, по чьей инициативе и по каким причинам расторгнут брак. При этом каждый из супругов вправе приобретать недвижимое имущество на свое имя и распоряжаться им по собственному усмотрению без согласия второго супруга.

Судом было установлено, что ФИО11 в период брака приобретала и отчуждала недвижимое имущество, а именно: в 2011 году приобрела земельный участок, общей площадью 800 кв.м, расположенный по адресу: Калининградская область, Гвардейский район (л.д. 82-86), который был продан ФИО15

Также в материалы дела представлено соглашение об уступке прав и обязанностей по договору аренды земельного участка № 20130137 от 23 августа 2013 года, согласно которому ФИО16 передала ФИО15 земельный участок по договору аренды (т.1 л.д. 89-91). 21 сентября 2017 года ФИО16 приобрела в собственность земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, в 50 местах на восток у дома № 2, который впоследствии был ею продан 2 декабря 2017 года ФИО17 (т.1 л.д. 44). Также в период брака, ФИО16 23 августа 2013 года заключала договоры аренды земельных участков (т.1 л.д. 147-152). 6 июля 2017 года ФИО16 заключала соглашение об уступке прав и обязанностей по договору аренды земельного участка (т.1 л.д. 187-188).

Также в ее собственность приобретались транспортные средства – автомобиль Пежо 206 -1 октября 2013 года, который был продан в 2017 году и автомобиль Фольсваген Туарег, 2005 года выпуска, приобретенный в 2017 году, и который в настоящее время находится в собственности истицы (т.1 л.д. 209-210).

Установив изложенные обстоятельства, суд пришел к верному выводу о том, что в период брака истица также имела возможность беспрепятственно приобретать в свою собственность недвижимое имущество и транспортные средства.

Вопреки доводам апелляционной жалобы о том, что всем оформлением документов для приобретения и отчуждения недвижимого имущества, занимался ФИО10, вышеназванные сделки были совершены лично ФИО11, ею собственноручно подписаны все документы по регистрации и отчуждению недвижимого имущества, в том числе, в 2017 году.

Также, истица 10 сентября 2013 года подавала собственноручно написанное заявление главе муниципального образования «Гвардейское городское поселение» об изменении вида разрешенного строительства в отношении земельного участка, расположенного по адресу: <адрес> (т. 1 л.д. 96), которое было удовлетворено. При этом, при подаче данного заявления, ФИО11 прикладывала копию оспариваемого брачного договора (т.1 л.д.99).

Вопреки доводам апелляционной жалобы, брачный договор не содержит условий, которыми ФИО11 поставлена в крайне неблагоприятное имущественное положение, поскольку указанным договором установлен режим раздельной собственности супругов, названные права стороны в период брака реализовали.

В нарушение требований ст. 56 ГПК РФ ФИО11 не представлено доказательств, указывающих на то, каким именно образом условия брачного договора поставили ее в крайне неблагоприятное положение, а отсутствие у нее жилого помещения таковыми не являются.

Доводы ФИО11 о том, что в результате исполнения брачного договора она не имеет жилого помещения для проживания с детьми, что поставило его в крайне неблагоприятное положение и противоречит основным началам семейного законодательства, не могут быть приняты во внимание, поскольку названным брачным договором приобретение истицей жилого помещения на свое имя не ограничивалось.

Ссылка ФИО11 на то, что при заключении брачного договора она находилась на седьмом месяце беременности, и поэтом в полной мере не осознавала последствия его заключения, судом была отклонена, поскольку доказательств тому, что истица страдает какими-либо заболеваниями в материалы дела не представлено.

Из пояснений истицы следовало, что вопрос о признании брачного договора недействительным она поставила после ухудшения отношений с ответчиком и расторжения брака, до этого времени брачный договор ею не оспаривался.

Также, разрешая спор, суд первой инстанции пришел к выводу о пропуске истцом срока исковой давности для признания брачного договора недействительным в части, что явилось самостоятельным основанием для отказа в иске. При этом суд исходил из того, что о нарушении своих прав ФИО11 должна была узнать не позднее даты заключения оспариваемого брачного договора, а именно: 10 февраля 2010 года.

Исковое заявление о признании брачного договора недействительным было подано ФИО11 в суд 20 сентября 2022 года.

Оснований для восстановления срока признания брачного договора недействительным судом не усмотрено, поскольку доводы ФИО16 о том, что срок исковой давности необходимо исчислять с момента, когда стороны расторгли брак, и она узнала, что осталась без какого-либо имущества в собственности, уважительными причинами для восстановления срока не являются, поэтому обоснованно отклонены судом

Разрешая исковые требования ФИО11 о выделе доли несовершеннолетним детям сторон – ФИО7 и ФИО8, а также выделе ее доли в жилом доме, расположенном по адресу: <адрес> и земельном участке с кадастровым номером: №, общей площадью 771 кв.м, расположенного по тому же адресу, в связи с тем, что на строительство вышеуказанного дома были потрачены денежные средства, полученные ФИО11 по материнскому капиталу, судом отказано в удовлетворении названных требований, поскольку в настоящее время данный дом и земельный участок по договору дарения от 9 сентября 2022 года зарегистрирован за ФИО18, исковых требований к ФИО18 ФИО11 о признании сделки недействительной заявлено не было. Земельный участок приобретался до получения средств материнского каптала.

Кроме того, в суде апелляционной инстанции стороны пояснили, что в настоящее время на рассмотрении в суде имеется дело по иску прокурора в интересах несовершеннолетних детей сторон о выделении им долей в жилом доме в связи с использованием на его строительство средств материнского капитала. С самостоятельным иском в суд обратилась ФИО11 о выделении ей доли в спорном доме соразмерной сумме материнского капитала, приходящейся на ее долю.

Учитывая изложенное, вывод суда о том, что ФИО11 не лишена возможности вновь обратиться в суд с требованиями о выделе доли ей и детям в указанном индивидуальном жилом доме, в том числе к ФИО18 о признании договора дарения недействительным, судебная коллегия соглашается.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта, влияли на его обоснованность и законность, направлены на переоценку установленных судом обстоятельств и представленных доказательств, поэтому не могут служить основанием для отмены оспариваемого решения суда.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.328, 330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Ленинградского районного суда г. Калининграда от 26 мая 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 28 августа 2023 года.

Председательствующий:

Судьи: