УИД № 23RS0036-01-2023-008797-49
Дело № 2-53/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Краснодар 11 февраля 2025 г.
Октябрьский районный суд г. Краснодара в составе:
Председательствующего судьи Прокопенко А.А.
при секретаре Маркарьянц О.С.
с участием:
представителя истца ФИО1,
действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ
ответчика ФИО2,
представителя ответчика ФИО3,
действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным,
УСТАНОВИЛ:
ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании договора дарения недействительным.
В обосновании исковых требований истец указал, что ДД.ММ.ГГГГ между отцом и ответчиком заключен договор дарения недвижимого имущества, по которому в пользу ответчика было отчуждено следующее имущество: земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования: для иных видов жилой застройки, общей площадью 643 кв.м., кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>; здание, назначение: нежилое, обшей площадью 363,2 кв.м. кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес>.
Истец считает указанный договор недействительным, поскольку на момент совершения сделки даритель, хотя и был дееспособным, однако не был способен понимать значение своих действий и руководить ими.
На момент заключения договора дарения у дарителя имелись заболевания, в т.ч. и болезнь Паркинсона, которые могли привести к неадекватности поведения и повлиять на его психическое и психологическое состояние.
Также договор дарения был заключен на крайне невыгодных для истца условиях, поскольку отчужденное имущество является для истца единственным имуществом, а также единственным жильем, а договор дарения не содержит условий о сохранении за дарителем права пользования недвижимым имуществом. Даритель не имеет в настоящее время какого-либо имущества и проживает в квартире супруги.
Кроме того, заключение договора дарения лишило дарителя дохода, получаемого от сдачи в аренду недвижимого имущества в размере 230 000 рублей ежемесячно, который он получал по договору аренды нежилого помещения № от ДД.ММ.ГГГГ. В настоящее время даритель в виде дохода получает только пенсию.
В целях восстановления нарушенного права, просит суд признать недействительным заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО4 договор дарения недвижимого имущества.
В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО1 исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в иске.
Ответчик ФИО2 и её представитель по доверенности ФИО3 в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований, указывая на отсутствие оснований для признания оспариваемого договора дарения недействительным, исходя из проведенной по делу судебной экспертизы.
Суд, выслушав стороны, исследовав материалы гражданского дела, медицинскую документацию, оценив представленные доказательства в их совокупности, приходит к следующим выводам.
В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.
Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.
В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.
Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли (пункт 2 настоящей статьи).
В соответствии с пунктом 1 статьи 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
С учетом изложенного, неспособность дарителя в момент заключения договора дарения понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания данных сделок недействительными, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом отсутствует.
Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у дарителя в момент составления завещания и заключения договора, степень его тяжести, имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.
В судебном заседании установлено, что стороны являются прямыми родственниками, отцом и дочерью.
ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и ФИО2 был заключен договор дарения недвижимого имущества, по которому в пользу последней было отчуждено следующее имущество: земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования: для иных видов жилой застройки, общей площадью 643 кв.м., кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>; здание, назначение: нежилое, обшей площадью 363,2 кв.м. кадастровый №, расположенное по адресу: <адрес>.
По смыслу оспариваемого договора от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 безвозмездно передал в собственность ФИО2 принадлежащее ему недвижимое имущество, действуя добровольно, находясь в здравом уме и твердой памяти. В договоре имеется собственноручная подпись ФИО4, а также документ заверен филиалом ГАУ КК «МФЦ» в <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ.
Договор дарения содержал весь объем соглашений между сторонами в отношении предмета и условий, подписан сторонами договора: лично дарителем и одаряемым. Содержание договора соответствовало их действительным намерениям. Никаких дополнений и изменений к изложенным условиям договора стороны не имели и заявили, что у них отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершить данную сделку на невыгодных для себя условиях. Содержание договора соответствовало волеизъявлению его участников.
Обращаясь в суд с настоящими требованиями, истец ссылается на то, что на момент заключения с ответчиком договора дарения недвижимого имущества ввиду своего болезненного состояния не мог понимать значение своих действий и руководить ими.
Между тем, согласно представленной ГБУЗ «СПБ №» МЗ КК в суд медицинской карте ФИО4 №, первичное освидетельствование врачом психиатром состоялось ДД.ММ.ГГГГ, т.е. спустя год после совершения оспариваемой сделки, пациенту по результатам осмотра, был выставлен диагноз: <данные изъяты>
В ходе судебного разбирательства истец пояснил, что не имел намерения подарить своё имущество ответчику, это имущество ему нужно было, чтобы содержать себя на пенсии. Перед совершением оспариваемой сделки, дочь возила его на массаж, гипноз, давали какой-то порошок из мухоморов, он находился в болезненном состоянии, настраивали против супруги, а следовательно он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими.
По ходатайству сторон, судом были допрошены приглашенные ими свидетели: ФИО5, ФИО6 и ФИО7
Допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ свидетель ФИО5 пояснила, что является супругой истца. В 2019 году они с ФИО4 попали в аварию, разбили машину, в результате аварии, он сильно стукнулся головой, но к врачу они не обращались, и после этого она стала замечать, что состояние здоровья её супруга не только физическое, но и психическое, значительно ухудшилось. Иногда он не понимал, где находится, часто забывался. Перед днем совершения сделки по дарению ФИО2 имущества, он был как под гипнозом, вел себя как больной человек, с ней не разговаривал, в основном молчал, у него были галлюцинации. В основном в период 2022 года он общался со своей дочерью ФИО2. Когда последняя появлялась у них дома, то постоянно случались какие – то неприятности, несчастья, ссоры. У психиатра её супругу ФИО4 поставили диагноз: болезнь Паркинсона.
Свидетель ФИО6 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ пояснила, что знает истца давно у них товарищеские отношения, в 90-х годах она была свидетелем на свадьбе у ФИО5, она её подруга. Примерно года 2 назад она стала замечать, что ФИО4 резко похудел и стал как-то странно себя вести. Ногами перебирал, разговор в сторону стал уводить, не совсем понимал о чем с ним разговаривают, вел себя как потерянный, при встрече на улице мог не узнать знакомого человека. О том, что он намеревается подарить свое имущество дочери ФИО2, он ничего не говорил.
Свидетель ФИО7 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ пояснила, что она приходится подругой ФИО2 Отца последней ФИО4 знает с лета 2021 года, они с ФИО2 приезжали к ней в гости пару раз. Общались, много разговаривали. Каждое посещение длилось час-два. Взаимоотношения между отцом и дочерью были теплые, добрые. Он показался ей доброжелательным, интересным мужчиной. Последний раз она видела ФИО4 с ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, они заезжали к ней в гости перед массажем в поселке. В период их посещения она не заметила ничего необычного в поведении ФИО4 О заключении ДД.ММ.ГГГГ договора дарения имущества отцом дочери ей также известно, это обсуждалось, отец ФИО2 говорил об этом. ФИО4 говорил, что принял такое решение и хочет подарить своей любимой дочери недвижимость, он уже ознакамливал её с делами и с арендатором познакомил. По поводу своей супруги, ФИО4 говорил, что она невнимательна к нему, что не заботится о нем, т.е. ему не хватает внимания, теплоты, доброты со стороны супруги. Супруга отца ФИО2 относилась к его дочери с неприязнью, об этом говорил сам ФИО4, когда заезжал к ней в гости. ФИО2 финансово поддерживала отца, общаются ли они в данный момент в связи со сложившейся ситуацией ей не известно.
Давая оценку показаниям свидетелей как со стороны истца, так и со стороны ответчика, суд находит их радикально противоположными, носящими противоречивый характер и основывает свое видение сложившейся ситуации на показаниях не заинтересованного свидетеля ФИО7, которая видела ФИО4 накануне сделки ДД.ММ.ГГГГ и которой он сам говорил о намерении подарить имущество ФИО2 и на письменных доказательствах (медицинских документах), поскольку свидетель ФИО5 является супругой истца ФИО4, в связи с чем имеет заинтересованность в исходе дела, а именно вернуть подаренное истцом своей дочери ФИО2 недвижимое имущество, расположенное по адресу: <адрес>, и доход от сдачи его в аренду в семью.
Заинтересованность ФИО5 в исходе дела также подтверждается тем, что представителя истца ФИО8 на представительство интересов ФИО4 в суде уполномочила именно ФИО5 путём передоверия.
Также не могут являться допустимыми доказательствами по данному делу показания свидетеля ФИО6 так как в юридически значимый период, когда был заключен договор дарения, она истца не видела, а видела только осенью 2022 г., при этом свидетель просто высказала свое субъективное мнение о том, что истец при встрече был потерянный и странный, что не может являться доказательством наличия у ФИО4 психических расстройств.
Свидетель ФИО7 не заинтересована в исходе дела, из показаний которой суд делает вывод о том, что даритель вел себя адекватно, отдавал отчет своим действиям и мог руководить ими.
Достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что даритель, распоряжаясь имуществом, находился в таком состоянии, когда он не была способен понимать значение своих действий или руководить ими, истцом в соответствии с положениями статьи 56 ГПК РФ не предоставлено.
Для того, чтобы оценить степень того, насколько истец был способен понимать значение своих действий в момент подписания оспариваемого договора дарения недвижимого имущества, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена судебная психиатрическая экспертиза, производство которой поручено экспертам ГБУЗ «СКПБ №» МЗ КК.
Из заключения комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № однородной амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы, следует, что на момент исследования (апрель 2024г.) у истца имелось психическое расстройство в форме <данные изъяты>, впервые вышеуказанное психическое расстройство было диагностировано у ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ. В связи с тем, что объективные сведения о психическом состоянии ФИО4 в период, приближенный к оформлению сделки (составления и подписания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ) отсутствуют, оценить психическое состояние ФИО4 в юридически значимый период, а также решить экспертные вопросы для экспертов не представляется возможным.
В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ представителем истца ФИО1 было заявлено ходатайство о проведении по делу дополнительной экспертизы, мотивированное тем, что в ходе судебного разбирательства была проведена судебная экспертиза, согласно выводам которой выяснить, когда началось и как развивалось имеющееся в настоящее время заболевания у ФИО4 не представляется возможным, так как в материалах дела отсутствует первичная медицинская документация, достаточная для установления таких обстоятельств. Для разрешения вопроса о возможности ФИО4 осознавать значимость своих действий на период подписания спорной сделки необходимо проведения комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы. После проведения вышеуказанной экспертизы в суд представлены иные медицинские документы на истца, в которых отражены первичные сведения по заболеванию с 2019 года по настоящий период, с учетом динамики протекания заболевания и назначений врача. Также, в материалах дела представлены документы о ДТП с участием ФИО4, произошедшее незадолго до проявления первичных признаков заболевания. Представленный дополнительные доказательства в своей совокупности имеют существенное значение для установления состояния ФИО4 на юридически значимый период и должны быть исследованы в рамках судебной экспертизы. В связи с чем, у суда возникла необходимость в проведении дополнительной судебной комплексной психолго-психиатрической экспертизы для установления возможности ФИО4 осознавать последствия своих действий на период заключения спорной сделки.
Заключением комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № дополнительной комплексной амбулаторной, судебной психолого-психиатрической экспертизы установлено, что на период составления и подписания (договора дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ) ФИО4 каким-либо психическим заболеванием не страдал и поэтому был способен понимать значение своих действий и руководить ими ДД.ММ.ГГГГ, нарушения когнитивных функций у ФИО4 не было.
Болезнь Пакркинсона и психические расстройства, выявленные ГБУЗ «СПБ №» у ФИО4 обнаружились в ноябре-декабре 2023 года, уже после подписания договора дарения.
Представленные истцом в материалы дела медицинские документы, уже после проведенной по делу экспертизы, не доказывают наличие у истца психического расстройства до заключения спорного договора.
Кроме того сам истец в ходе судебного разбирательства (в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ) пояснил, что впервые обратился к психиатру несколько месяцев назад, т.е. в конце 2023 г., ранее истец к психиатру не обращался так как не было такого состояния.
Убедительных доказательств того, что на момент заключения спорного договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ у истца имелись психические расстройства, в следствие которых у него были нарушения интеллектуального и (или) волевого уровня, ФИО4 в суд не представлено.
Таким образом, сам истец подтвердил, что психическими расстройствами до конца 2023 г. не страдал, в том числе и в декабре 2022 г. в момент заключения спорного договора. В ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что воля на заключение договора дарения спорных объектов ответчице у него была и то, что на момент заключения спорного договора симптомов психических расстройств у него не обнаруживалось.
Доводы истца о том, что ответчица до заключения спорного договора предложила ему помощь в лечении в виде нетрадиционной медицины, возила его к знахарям и на сеансы гипноза, от которых емустановилось хуже и он находился в максимально невменяемом состоянии, а также то что ответчица давала ему есть порошок из мухоморов не соответствуют действительности, являются голословными и не были подтверждены истцом никакими доказательствами.
То обстоятельство, что ФИО4 в момент заключения договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ осознавал значение своих действий и мог руководить ими подтверждается также имеющимся в материалах дела Заключением психо-графологического исследования специалистов № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного специалистами ООО «Центр Экспертных исследований», в котором специалисты пришли к твердому выводу, что ФИО4 в момент оформления и подписания договора дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, мог в полной мере руководить своими действиями, осознавать характер и значение своих действий и возможные для себя последствия.
То обстоятельство что ФИО4 в юридически значимый период чувствовал себя хорошо, понимал значение своих действий и мог руководить ими подтверждается тем, что в период с 2020 г. по 2023 г. ФИО4 заключал иные сделки, в том числе нотариально удостоверенные, а также подписывал официальные документы, копии которых имеются в материалах дела: паспорт, выданный ДД.ММ.ГГГГ; брачный договор № от ДД.ММ.ГГГГ, договор аренды нежилого помещения № от ДД.ММ.ГГГГ, с Фондом защиты прав граждан-участников долевого строительства в <адрес> истцом были подписаны: акты приема-передачи к договору аренды нежилого помещения с марта 2022 по ноябрь 2022 г., акты сверки взаимных расчетов за период: ДД.ММ.ГГГГ - ДД.ММ.ГГГГ; доверенность на управление и распоряжение имуществом от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенную ФИО9 врио нотариуса Краснодарского нотариального округа ФИО10
Однако ни у кого из присутствующих при подписании ФИО4 указанных документов, в том числе и у нотариусов, не возникало сомнений в его дееспособности и в том, что он осознавал значение своих действий и мог руководить ими.
Кроме того, имеющимися в материалах дела: объяснениями Фонда защиты прав граждан - участников долевого строительства в <адрес> исх. № от ДД.ММ.ГГГГ, подтверждается, что ФИО4 лично осуществлял права и обязанности арендодателя, лично подписывал -акты сверки взаимных расчетов и другие необходимые документы, перед подписанием все документы внимательно изучал. ФИО4 часто приезжал со своей дочерью ФИО2 Когда возникала необходимость ФИО4 своими силами осуществлял текущий ремонт здания, расположенного по адресу: <адрес>. На переговорах и при подписании документов ФИО4 всегда вел себя спокойно, рассудительно, понимал значение своих действий, на вид был здоров, на встречи приезжал на личном автомобиле. В декабре 2022 г. ФИО4 лично поставил в известность арендатора о том, что ДД.ММ.ГГГГ он подарил принадлежащие ему на праве собственности нежилое здание с кадастровым номером №,общей площадью 363,2 кв.м. и земельный участок, площадью 643 кв.м, с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>, своей дочери ФИО2 В связи с чем ФИО2 приняла на себя права и обязанности арендодателя по договору аренды нежилого помещения № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между ФИО4 и Фондом защиты прав граждан – участников долевого строительства в <адрес>, что подтверждается дополнительным соглашением № от ДД.ММ.ГГГГ к Договору аренды нежилого помещения № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенным между ФИО2 и Фондом защиты прав граждан - участников долевого строительства в <адрес>. Все время владения недвижимым имуществом ФИО2 осуществляет права и обязанности арендодателя, получает арендную плату, лично подписывает все документы, своими силами осуществляет текущий ремонт здания, расположенного по адресу: <адрес>.
Договор дарения и переход права собственности на земельный участок и нежилое здание к ответчице зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес>, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним сделана запись регистрации от ДД.ММ.ГГГГ№ и запись регистрации от ДД.ММ.ГГГГ. №.
В соответствии с частью 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Обязанность доказывания обстоятельств, изложенных в статьях 177, 178, 179 ГК РФ, лежит на лице, обратившемся за защитой нарушенного права.
Между тем, истцом доказательств того, что он в момент подписания договора находился в таком состоянии, когда не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, не представлено.
Не представлено истцом и доказательств того, что подписывая договор дарения, он заблуждался относительно природы сделки, а именно: относительно совокупности свойств сделки, характеризующих ее сущность; а также доказательств отсутствия его воли на совершение сделки дарения либо того, что воля сформировалась под влиянием факторов, нарушающих нормальный процесс такого формирования. Как и не представлено доказательств, что сделка совершена под влиянием обмана, насилия, угрозы, вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка).
При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения заявленных требований о признании договора дарения недействительным, суд не находит.
Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, - отказать.
Решение может быть обжаловано в Краснодарский краевой суд в апелляционном порядке через Октябрьский районный суд г. Краснодара в течение месяца со дня принятии решения суда в окончательной форме.
Мотивированное решение изготовлено 14.02.2025.
Судья: