Решение по делу № 2-332/2025 от 30.12.2025 - о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате некачественного оказания медицинских услуг, взыскании убытков.

Гражданское дело №2-332/2025

УИД: 66RS0002-01-2024-006169-87

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 декабря 2025 года Кировский районный суд г. Екатеринбурга в составе: председательствующего судьи Евладовой А.А., с участием представителя истца ***5, представителя ответчика ***6. представителя 3-го лица ***7, при секретаре ***3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ***1 к <***> о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате некачественного оказания медицинских услуг, взыскании убытков

УСТАНОВИЛ:

***1 обратилась в суд с иском к <***> о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате некачественного оказания медицинских услуг, взыскании убытков. В обоснование исковых требований указала, что после травмы 30.11.2022 перенесла оперативное вмешательство – артроскопию правого коленного сустава – парциальную резекцию внутреннего мениска правого коленного сустава. Поскольку боль в правом коленном суставе у нее сохранялась, 26.04.2023 она обратилась в <***> на прием к врачу травматологу-ортопеду ***8, который установил ей диагноз: <***>». ***8 произведена ей пункция правого коленного сустава, а также блокада внутренней боковой связки с дипроспаном 1, 0 мл. При этом в заключении специалиста не отражены жалобы ***1, которые могли бы явиться основанием для назначения лечения в виде блокады с дипроспаном. Как считает истец, показаний для назначения ей блокады с дипроспаном не было. Кроме того, перед медицинским вмешательством врачом у истца не было отобрано информированное добровольное согласие на данную процедуру. Перед проведением пункции ***8 не было произведено обеззараживание кожи инъекционного поля с помощью спиртосодержащего антисептика, что, как считает ***1, привело к ухудшению ее состояния – с ночи 27.04.2023 боли в ее правом коленном суставе резко усилились, появилось покраснение кожных покровов, выраженный отек сустава, поднялась температура, в связи с чем 28.04.2023 истец вновь обратилась в травматологу-ортопеду ***8, который вел прием в <***> за консультацией, где данным специалистом был проведен осмотр и установлен диагноз: «Герпетическая нейропатия седалищного нерва, герпетический ганглионит, невралгия тройничного нерва слева, синовит левого коленного сустава, вероятней вирусной природы, болевой синдром», даны рекомендации по лечению. Однако состояние истца продолжало ухудшаться, и 29.04.2023 она была госпитализирована в приемное отделение <***> ***4», где находилась на лечении в хирургическом отделении с 29.04.2023 по 11.05.2023 с диагнозом: <***> А с 15.05.2023 по 16.06.2023 она находилась на стационарном лечении в <***> с диагнозом «гнойный артрит правого коленного сустава, флегмона».

Истец считает, что именно из-за некачественного оказания медицинских услуг сотрудником ответчика, в частности осуществления блокады внутренней боковой связки с дипроспаном в отсутствие к этому показаний, отсутствия добровольного информированного согласия истца на эту медицинскую манипуляцию, несоблюдении санитарных норм при проведении блокады, состояние истца ухудшилось, в частности возникло гнойное воспаление сустава, рожистое воспаление кожи, что привело к необходимости длительного стационарного лечения ***1, причинило ей физические страдания в виде боли, необходимости переносить болезненные медицинские вмешательства, ограничения подвижности, и как следствие, появление лишнего веса, ощущение беспомощности, разочарования в собственной внешности. Поэтому истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 3 000 000 рублей, а также убытки, выразившиеся в транспортных расходах в сумме 6866 рублей.

В судебное заседание 19.12.2025 истец ***1 не явилась, будучи надлежащим образом извещенной о месте и времени судебного заседания, однако в судебном заседании 20.11.2024 исковые требования поддержала, указала на то, что в мае 2023 года собиралась поехать в отпуск, поэтому в апреле 2023 года обратилась в <***> за консультацией, чтобы ей порекомендовали какой-либо антибиотик или обезболивающее средство, чтобы она могла в период отпуска свободно передвигаться. Ей были даны рекомендации, доктор сделал ей инъекцию препарата, название которого он ей не сообщил, не взял с нее информированное добровольное согласие на медицинскую манипуляцию. Через несколько часов после инъекции она почувствовала сильную боль, в дальнейшем у нее поднялась температура, она вновь обратилась к хирургу-ортопеду ***8, который вел прием в <***> <***> он назначил ей лечение, но оно ей не помогло, боль усилилась, температура еще более повысилась, поэтому ее экстренно госпитализировали сначала в <***> ***4», а потом - в госпиталь <***> по ***», всего она находилась на стационарном лечении больше месяца, перенесла серьезные моральные страдания. Считает, что при проведении манипуляции ***8 внес ей инфекцию. Кроме того, полагает, что никаких показаний для проведения ей блокады с дипроспаном не было.

Представитель истца по доверенности ***5 исковые требования поддержал по указанным в иске основаниям.

Представитель ответчика ***6 исковые требования не признала, пояснила, что медицинские услуги были оказаны истцу в <***> надлежащим образом, у нее имелось хроническое заболевание, по поводу которого она обратилась в клинику, было проведено обследование и даны рекомендации, в том числе выполнение пункции коленного сустава, блокады внутренней боковой связки. Указанные медицинские манипуляции были ей выполнены в тот же день с ее информированного добровольного согласия, показания для выполнения этих манипуляций были – они определялись диагнозом заболевания, установленного истцу и клинической картиной, противопоказаний для выполнения пункции коленного сустава и блокады коленной связки с дипроспаном у ***1 не было. Доводы истца о несоблюдении санитарных требований при выполнении манипуляций, действительности не соответствуют. При прохождении лечения ***1 в хирургическом отделении <***>» по результатам анализов дважды отмечено отсутствие роста микроорганизмов в посеве отделяемого из коленного сустава, что свидетельствует о безосновательности доводов истца о внесении ей инфекции при проведении манипуляций. Использованный при блокаде препарат «дипроспан» применен в соответствии с инструкцией, среди побочных эффектов его применения указан асептический абсцесс в месте введения, кроме того любые препараты из ряда кортикостероидов обладают подавляющим иммунитет действием, в связи с чем нельзя исключить развитие гнойного артрита, как нежелательного явления, что является действием непреодолимой силы и от действий врача не зависит.

Представитель 3-го лица <***> ***» ***7 в судебном заседании полагал, что оснований к удовлетворению исковых требований не имеется, инфекционный процесс шел в колене у истца давно, ***8 оказал медицинскую помощь качественно, однако по независящим от него причинам состояние истца ухудшилось.

3-е лицо ***8 в судебном заседании исковые требования не признал. Указал, что он качественно оказал истцу медицинскую помощь – было проведено обследование, по показаниям ей была сделана пункция коленного сустава, поставлена инъекция дипроспана в связку коленного сустава для уменьшения боли и отека. Перед проведением манипуляций он обработал кожу пациентки в месте инъекций антисептиком, также он разъяснял ***1, для чего необходимы данные манипуляции. Считает, что ухудшение состояние здоровья истца вызвано развитием ее основного заболевания.

Суд, заслушав мнение участников процесса, изучив материалы гражданского дела, приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст.4 Закона об охране здоровья граждан основными принципами охраны здоровья являются, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий (п.1); приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи (п.2); доступность и качество медицинской помощи (п.6).

В силу ст.98 Закона об охране здоровья граждан медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

По общему правилу, в силу ст.1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред; лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно ст.1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации морального вреда определяется правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса РФ и ст.151 Гражданского кодекса РФ.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

На основании пункта 1 статьи 1 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон Российской Федерации «О защите прав потребителей») отношения в области защиты прав потребителей регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации, настоящим Законом, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно п. 9 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 28.06.2012 года №17 к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

В соответствии со ст. 15 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

Согласно п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

Как установлено в судебном заседании объяснениями истца, а также ее медицинскими документами, ***1 в ноябре 2022 году перенесла травму коленного сустава, после чего ей была проведена операция – артроскопия правого коленного сустава, парциальная резекция внутреннего мениска, артропластика коленного сустава. 26.04.2023 года истец обратилась в <***> для консультации, травматологом-ортопедом ***8 был проведен осмотр пациентки, выставлен диагноз «синовит правого коленного сустава, состояние после артроскопической менискэктомии, медиальный гонартроз 3 степени справа, энтезопатия внутренней боковой связки правого коленного сустава, болевой синдром», выданы рекомендации по ношению компрессионного трикотажа, применению медикаментов, физиолечению, а также для снятия болевого синдрома – блокады внутренней боковой связки с дипроспаном. В этот же день ***8 произвел истцу пункцию правого коленного сустава, а также ввел дипроспан во внутреннюю боковую связку правого колена.

Истец, указывая на то, что после проведенных манипуляций ее состояние ухудшилось – поднялась высокая температура, появились отек и покраснение коленного сустава, а также боль, что потребовало ее госпитализации первоначально в <***>», а затем в госпиталь <***> ***», полагает, что оснований для проведения блокады с дипроспаном не имелось, врач при проведении манипуляции не обработал ее кожу спиртосодержащим раствором и внес инфекцию, поэтому просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда и транспортные расходы.

Представитель ответчика и 3-е лицо ***8 возражая против исковых требований, указали на то, что причиной ухудшения состояния ***1 являлось имеющееся у нее заболевание, все манипуляции были произведены по показаниям и в строгом соответствии с инструкцией к препарату, операционное поле было обработано надлежащим образом.

Суд для разрешения вопросов о том – правильно ли был установлен диагноз ***1, выбрана тактика лечения при ее обращении к ответчику 26.04.2023 года, а также какова причина ухудшения состояния истца, судом была назначена судебно-медицинская экспертиза.

В соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы №131-Е диагноз <***> врачом травматологом-ортопедом <***> 26.04.2023 г. в целом был установлен правильно, тактика лечения была выбрана верно, с учетом инструкции препарата «дипроспан» противопоказаний для применения его для введения в парартикулярные (околосуставные) ткани – в область средней трети внутренней боковой связки в связи с энтезопатией, не имелось, техника процедуры соблюдена, метод введения дипроспана с лидокаином соответствует инструкции по использованию данного препарата. Ухудшение состояния здоровья ***1 27-29.04.2023 года было обусловлено прогрессированием заболевания артрозо-артрита (что подтверждается результатами проведенного обследования ***1 при поступлении в <***> с последующим лечением, наблюдением в динамике, результатами пункции коленного сустава и артроскопической санации коленного сустава), а так же индивидуальной особенностью организма ***1 – нетипичной аллергической реакцией и побочным действием дипроспана: указанное подтверждается клиническими данными (прогрессирующее развитие асептического воспалительного процесса в коленном суставе/двукратный посев синовиальной жидкости не дал роста микрофлоры/, кожного покрова коленного сустава и голени с формированием гнойной полости в парартикулярных тканях коленного сустава и верхней трети голени; развитием в последующем рецидивирующих аллергических реакций, частично купировавшихся введением преднизолона.

Однако экспертной комиссией были установлены и недостатки оказания медицинской помощи врачом травматологом-ортопедом ***8:

- неполнота сбора жалоб и анамнеза (не отражены характер, длительность и выраженность болевого синдрома, отсутствуют сведения о температуре тела/повышенная либо норма/ и др.;

- не полнота ортопедического обследования (в записи осмотра не отражены; наличие или отсутствие признаков гнойного артрита правого коленного сустава, ограничение движений в правом коленном суставе из-за боли, напряжение, инфильтрация и гиперемия кожных покровов правого коленного сустава; изменение контура правого коленного сустава и др., отсутствуют сравнительные измерения окружности голеней, коленных суставов и бедер; не направлена полученная при пункции коленного сустава синовиальная жидкость на лабораторное исследование;

- неполнота формулировки диагноза, установленного на первичном приеме; с учетом имеющихся данных (судя по описанным в записи осмотра жалоб, изменение температуры кожного покрова сустава – «стенки правого коленного сустава повышенной температуры в сравнении с левым») наиболее целесообразным был диагноз - «артрозо-артрит правого коленного сустава».

Оснований не доверять выводам, изложенным в заключении экспертизы у суда нет – экспертной комиссией изучены и подробно проанализированы все медицинские документы истца, даны исчерпывающие ответы на все поставленные вопросы.

Поэтому, основываясь на заключении экспертизы, суд находит, что доводы истца о том, что доктор ***8 безосновательно произвел ей блокаду с применением препарата «дипроспан» и при этом не обработал антисептиком место инъекции, не нашли своего подтверждения – как указано в экспертном заключении, тактика лечения была выбрана верно, противопоказаний к применению этого препарата у истца не было. Доводы ***1 о том, что ей была внесена инфекция при проведении ***8 медицинских манипуляций, опровергаются заключением экспертизы, согласно которого двукратный посев синовиальной жидкости из коленного сустава, взятый у ***1 при стационарном лечении, не дал роста микрофлоры. В то же время причинами ухудшения состояния истца названы: прогрессирование имеющегося у нее заболевания артрито-артроза, нетипичная аллергическая реакция истца на препарат «дипроспан» и его побочное действия.

При этом, истец не сообщала ***8 о том, что на данный препарат у нее имеется аллергическая реакция, то есть доктор при введении этого препарата о возможности возникновения у ***1 аллергической реакции не был осведомлен.

Поэтому доводы истца о том, что ответчик оказал ей медицинскую услугу ненадлежащего качества, вследствие чего ее состояние ухудшилось, не нашли своего подтверждения в судебном заседании. Ортопед-травматолог ***8, осмотрев ***1, верно установил ей диагноз, правильно выбрал тактику лечения, ввел дипроспан с лидокаином с соблюдением требований инструкции, при этом ***8 не мог прогнозировать развитие у истца нетипичной аллергической реакции и побочного действия препарата, что является обстоятельствами непреодолимой силы.

Однако, так как в ходе проведения судебно-медицинской экспертизы установлены недостатки оказания сотрудником ответчика медицинской помощи истцу, кроме того в нарушение ст.20 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" с истца не было взято информированное добровольное согласия на проведение пункции коленного сустава, а также не были разъяснены возможные побочные последствия введения препарата «дипроспан», что не позволило ***1 сделать осознанный выбор – соглашаться на применение этого препарата или нет, суд находит, что исковые требования ***1 о взыскании компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению – в сумме 100000 рублей. Указанную сумму суд находит разумной и достаточной в качестве компенсации морального вреда.

Требование о взыскании с ответчика в пользу истца понесенных ею транспортных расходов удовлетворению не подлежит, так как истцом не представлено никаких доказательств несения соответствующих расходов.

В силу ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с <***> подлежит взысканию государственная пошлина в местный бюджет в размере 3 000 рублей, а также в пользу Государственного автономного учреждения здравоохранения <***> расходы на производство экспертизы в сумме 55022 рубля.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ***1 к <***> о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате некачественного оказания медицинских услуг, взыскании убытков – удовлетворить частично.

Взыскать с <***> в пользу ***1 в качестве компенсации морального вреда, причиненного в результате некачественного оказания медицинских услуг 100 000 (сто тысяч) рублей.

В удовлетворении оставшейся части исковых требований к <***> ***1 – отказать.

Взыскать с <***> в пользу <***> расходы на производство экспертизы в сумме 55022 рубля.

Взыскать с <***> государственную пошлину в размере 3000 рублей в доход местного бюджета.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 30.12.2025.

Судья: