Дело № 2-92/2025
66RS0007-01-2024-003635-61 Мотивированное решение изготовлено 03 марта 2025 года РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
13 февраля 2025 года Орджоникидзевский районный суд города Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Нагибиной И.А. при секретаре Брик Д.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Уралтрансмаш» о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, взыскании судебных издержек,
установил:
Истец обратился в суд с иском к ответчику о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, взыскании судебных издержек, в обоснование иска указывая, что 16.02.2024 по адресу: <...>, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «КАМАЗ», гос. < № >, принадлежащего ответчику, под управлением ФИО2, автомобиля «Ауди Q7», гос. < № >, принадлежащего истцу и под его управлением. Виновным в ДТП является водитель ФИО2 – работник ответчика. Автомобилю истца причинены механические повреждения. Автогражданская ответственность участников ДТП застрахована, страховщиком потерпевшего выплачено страховое возмещение в сумме 400000 рублей (в пределах лимита ответственности), чего недостаточно для возмещения ущерба в полном объеме, поскольку стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца составила 1012500 рублей. Расходы истца на оценку ущерба составили 10500 рублей. Разница между стоимостью восстановительного ремонта и суммой выплаченного страхового возмещения в размере 612500 рублей должна быть взыскана с ответчика, как работодателя виновника ДТП.
Истец просит взыскать с ответчика сумму материального ущерба в размере 612500 рублей, на оценку ущерба – 10500 рублей, на оплату юридических услуг 40000 рублей, на нотариальное удостоверение доверенности – 2690 рублей, на уплату государственной пошлины – 9325 рублей, почтовые расходы 266 рублей 65 копеек и 560 рублей 48 копеек.
В судебном заседании представитель истца на исковых требованиях настаивал по доводам, изложенным в исковом заявлении и с учетом результатов проведенной по делу судебной экспертизы, которая подтвердила размер материального ущерба истца.
Представитель ответчика ООО «Уралтрансмаш» возражал против удовлетворения исковых требований, не оспаривая вину своего работника в причинении истцу материального ущерба в результате совершенного ДТП, не согласен с размером материального ущерба, указывая, что в настоящем случае он должен определяться исходя из фактически понесенных истцом расходов на восстановительный ремонт транспортного средства и с учетом его восстановления, размер которых сторона истца скрывает от суда, просил назначить по делу дополнительную судебную экспертизу для установления фактических расходов на восстановительный ремонт. Поддержал доводы, изложенные в письменном отзыве на исковое заявление, приобщенном к делу (л.д. 91-94).
Третье лицо ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежаще и в срок причина неявки суду неизвестна.
Заслушав представителей сторон, пояснения судебного эксперта ФИО3, пояснившего, что определить стоимость фактически выполненного восстановительного ремонта автомобиля истца не представляется возможным в отсутствие методик такого определения и документов о стоимости работ и материалов использованных при ремонте, исследовав материалы дела и представленные доказательства, суд приходит к следующему.
Согласно ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
В силу ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению лицом, причинившим вред.
Согласно п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, в том числе с использование транспортных средств, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Исходя из данной правовой нормы, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления, либо в силу иного законного основания.
В силу п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).
Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности, на основании представленных суду доказательств, виды которых перечислены в статье 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Судом установлено и подтверждается административным материалом, приобщенным к делу (л.д. 78-90), не оспаривается сторонами, что 16.02.2024 в 10:10 по адресу: <...>, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «КАМАЗ», гос. < № >, принадлежащего АО «Уралтрансмаш», под управлением ФИО2, транспортного средства «Ауди», гос. < № >, принадлежащего истцу и под его управлением.
В отношении водителя ФИО2 вынесено определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении в связи с отсутствием в его действиях состава административного правонарушения, за которое Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрена административная ответственность.
В письменных объяснениях по обстоятельствам ДТП ФИО2 вину в ДТП признал (л.д. 83-84), в качестве места работы указал АО «Уралтрансмаш».
В судебное заседание ФИО2 не явился, вину в ДТП не оспаривает.
В судебном заседании представитель ответчика не оспаривал вину водителя ФИО2 в рассматриваемом ДТП, а также то обстоятельство, что на момент ДТП указанный водитель являлся работником ответчика.
При таком положении действия водителя ФИО2, являющегося работником ответчика АО «Уралтрансмаш» являются непосредственной причиной ДТП и возникшим у истца материальным ущербом при повреждении принадлежащего ему автомобиля «Ауди», гос. < № >.
В соответствии с абз. 1 п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Абзацем 2 указанной статьи установлено, что применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются не только граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), но и граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.
В абзаце втором пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъясняется, что работодатель несет ответственность за вред, причиненный лицами, выполняющими работу не только на основании заключенного с ними трудового договора (контракта), но и на основании гражданско-правового договора при условии, что в этом случае лица действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.
По смыслу положений ст.ст. 1068, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.
На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (п. 2 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Таким образом, исходя из вышеприведенных положений закона, учитывая, что спора относительно нахождения водителя ФИО2, управлявшего автомобилем «КАМАЗ», гос. < № >, принадлежащим АО «Уралтрансмаш», в трудовых отношениях с последним, и причинившего вред имуществу истца в результате совершения ДТП, не имеется, лицом, ответственным за вред, в настоящем случае является ООО «Уралтрансмаш».
Никем не оспаривается, подтверждается материалами дела, что автогражданская ответственность при управлении автомобилем ответчика застрахована в АО «СОГАЗ», автогражданская ответственность истца – в АО «АльфаСтрахование».
В соответствии со ст. 931 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена. В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.
Страховщик автогражданской ответственности истца осуществил выплату страхового возмещения по прямому возмещению убытка в сумме 400000 рублей, что следует из справок по операции от 03.05.2024 (л.д. 25, 26).
Согласно преамбуле Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» данный закон определяет правовые, экономические и организационные основы обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств в целях защиты прав потерпевших.
Однако в отличие от норм гражданского права о полном возмещении убытков причинителем вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) Закон об ОСАГО гарантирует возмещение вреда, причиненного имуществу потерпевших, в пределах, установленных этим законом (абзац второй статьи 3 Закона об ОСАГО). При этом страховое возмещение вреда, причиненного повреждением транспортных средств потерпевших, ограничено названным законом как лимитом страхового возмещения, установленным статьей 7 Закона об ОСАГО, так и предусмотренным пунктом 19 статьи 12 Закона об ОСАГО специальным порядком расчета страхового возмещения, осуществляемого в денежной форме - с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов, и агрегатов), подлежащих замене, и в порядке, установленном Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной положением Центрального банка Российской Федерации от 19 сентября 2014 г. N 432-П.
В то же время пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
В силу статьи 1072 названного кодекса юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.
В пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 58 указано, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страхового возмещения недостаточно для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072 и пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Как следует из представленного стороной истца экспертного заключения < № > от 18.04.2024, выполненного ИП ФИО4, стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца составила 1012500 рублей (л.д. 27-61).
По результатам проведенной по делу судебной экспертизы, изложенным в заключении эксперта ООО «МирЭкс» < № > от 19.12.2024, назначенной по ходатайству ответчика и эксперту, кандидатура которого у стороны ответчика сомнений не вызвала, стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца составила 1042500 рублей.
Представленные в дело заключения о рыночной стоимости восстановительного ремонта автомобиля истца согласуются между собой, разница в сумме не превышает 10% погрешности, находится в пределах статистической достоверности.
В судебном заседании эксперт ФИО3 пояснил, что фактическую стоимость восстановительного ремонта с учетом имеющихся в деле материалов установить не представляется возможным в виду отсутствия данных о фактически понесенных расходах. Кроме того, методик определения фактической стоимости восстановительного ремонта транспортных средств не существует. Стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца определена на основании существующей методики.
В силу закрепленного в статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации принципа полного возмещения причиненных убытков лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Гражданско-правовое регулирование возникших между сторонами правоотношений основано на предписаниях Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 35 (часть 1) и 52, и направлено на защиту прав и законных интересов граждан, право собственности которых оказалось нарушенным иными лицами при осуществлении деятельности, связанной с использованием источника повышенной опасности. Применительно к случаю причинения вреда транспортному средству это означает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, т.е. ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.
Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).
Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 2 пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации», размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.
В пункте 13 указанного Постановления разъяснено, что если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения; размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.
Оспаривая размер материального ущерба, именно ответчик, в силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должен доказать то обстоятельство, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления причиненных истцу повреждений автомобиля, однако таких доказательств стороной ответчика суду не представлено.
Ссылка представителя ответчика на непредоставление истцом доказательств фактической стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства несостоятельна как основанная на неверном распределении бремени доказывания обстоятельств, имеющих значение для дела, законом не установлен запрет на определение материального ущерба экспертным путем.
При таком положении, поскольку истцом по результатам проведенной по делу судебной экспертизы исковые требования не увеличивались, а в соответствии со ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию сумма материального ущерба в размере 612500 рублей как разница между стоимостью восстановительного ремонта и суммой выплаченного страхового возмещения (1012500 – 400000).
Оснований для назначения по делу дополнительной судебной экспертизы для определения фактических расходов на восстановительный ремонт автомобиля истца суд не усматривает, поскольку из пояснений судебного эксперта, оснований не доверять которому у суда не имеется, следует, что методик проведения исследования для ответа на такой вопрос не существует, более того, выводы экспертизы о фактической стоимости восстановительного ремонта, положенные в основу судебного решения, не приведут к восстановлению права истца на полное возмещение лицом, ответственным за вред, материального ущерба.
Расходы истца на оценку ущерба, подтвержденные документально на сумму 10500 рублей (л.д. 23-24), на уплату государственной пошлины – на 9325 рублей (л.д. 12), почтовые расходы – 560 рублей 40 копеек (л.д. 64), являются судебными издержками истца, связанными со сбором доказательств и представлением их суду, в связи с чем, указанные расходы относится судом к судебным издержкам в силу положений ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, которые надлежит взыскать с ответчика в пользу истца на основании ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при полном удовлетворении материального требования.
Расходы истца на нотариальное удостоверение доверенности в сумме 2690 рублей, на направление претензии ответчику в сумме 266 рублей 65 копеек, на составление претензии в сумме 5000 рублей не являются судебными издержками, поскольку доверенность < № > требованиям относимости не соответствует, содержит широкий спектр полномочий представителя, в том числе, не связанных с разрешением настоящего спора, обязательный досудебный порядок разрешения настоящего спора законом не установлен. В удовлетворении данных требований должно быть отказано.
На оплату юридических услуг в связи с ведение настоящего дела истцом затрачено 35000 рублей (л.д. 15-16). Указанную сумму суд находит разумной, справедливой, объему проделанной представителями истца работы по делу соответствующей, в связи с чем, взыскивает с ответчика в пользу истца на основании статей 100, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в счет компенсации расходов на оплату юридических услуг 35000 рублей.
Судебным экспертом заявлено о распределении его издержек в связи с выходом в суд для дачи пояснений в сумме 8000 рублей.
В соответствии с ч. 1 ст. 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации эксперт обязан принять к производству порученную ему судом экспертизу и провести полное исследование представленных материалов и документов; дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам и направить его в суд, назначивший экспертизу; явиться по вызову суда для личного участия в судебном заседании и ответить на вопросы, связанные с проведенным исследованием и данным им заключением.
Согласно ч. 4 ст. 95 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации эксперты, специалисты получают вознаграждение за выполненную ими по поручению суда работу, если эта работа не входит в круг их служебных обязанностей в качестве работников государственного учреждения. Размер вознаграждения определяется судом по согласованию со сторонами и по соглашению с экспертами, специалистами.
Положения части первой статьи 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, действуя в системной связи с положениями части четвертой статьи 95 данного Кодекса, закрепляющими необходимость определения судом размера вознаграждения эксперта по согласованию со сторонами и по соглашению с самим экспертом, не предполагают необходимости оплаты вызова эксперта в суд для дачи пояснений по содержанию проведенного им экспертного исследования, поскольку данная процессуальная обязанность эксперта должна приниматься им во внимание при согласовании размера вознаграждения, а потому не могут расцениваться как дополнительные издержки эксперта, принимая во внимание, что стоимость услуг эксперта определена им в письме от 19.12.2024 (л.д. 141) и составила 45000 рублей.
При таких обстоятельствах, оснований для взыскания в пользу эксперта дополнительных расходов на выезд в суд для дачи пояснений по составленному им экспертному заключению у суда не имеется.
На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 12, 56, 167, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
Исковые требования об ФИО1 (СНИЛС < № >) к акционерному обществу «Уралтрансмаш» (ИНН <***>) о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, взыскании судебных издержек, удовлетворить частично.
Взыскать с акционерного общества «Уралтрансмаш» в пользу ФИО1 в счет возмещения материального ущерба 612500 рублей, расходы на оценку ущерба – 10500 рублей, расходы на уплату государственной пошлины – 9325 рублей, расходы на оплату юридических услуг – 35000 рублей, почтовые расходы – 560 рублей 40 копеек.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
В удовлетворении требования ООО «МирЭкс» о распределении издержек в связи с выходом эксперта в суд для дачи пояснений по составленному экспертом заключению, отказать.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца с даты изготовления мотивированного решения, в Свердловский областной суд через Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга.
Судья И.А. Нагибина