Решение по делу № 2-1507/2022 от 07.02.2023 - о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, по встречному исковому заявлению <ФИО> к <ФИО> об установлении степени вины в дорожно-транспортном происшествии.

№ 2-31/2023

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Сибай 07 февраля 2023 года

Сибайский городской суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Суфьяновой Л.Х.

при секретаре судебного заседания Смирновой Е.И.

с участием представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2,

представителя ответчика ФИО3 - ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО5 к ФИО3, ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, по встречному исковому заявлению ФИО3 к ФИО5 об установлении степени вины в дорожно-транспортном происшествии,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО3, ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием. Исковые требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ инспектором ОГИБДД ОМВД России по г. Сибай РБ ФИО10 составлен протокол об административном правонарушении, а также вынесено постановление о привлечении его к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ за то, что управляя автомобилем марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак «№», препятствовал обгону обгоняющего транспортного средства марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак «№», в результате чего произошло столкновение и вышеуказанные автомобили получили механические повреждения. Решением Сибайского городского суда РБ от ДД.ММ.ГГГГ постановление должностного лица ГИБДД отменено, производство по делу об административном правонарушении прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с отсутствием состава административного правонарушения. Указанное решение оставлено без изменения решением Верховного суда РБ от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, выводы должностного лица о нарушении им ПДД не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, так как он правил дорожного движения не нарушал. В этот день, ДД.ММ.ГГГГ около 13.50 часов, находясь за рулем своего автомобиля, ехал по <адрес> со стороны <адрес> в сторону <адрес> по своей полосе движения на двухполосной дороге (по 1 одной полосе попутного и встречного направления), двигался с небольшой скоростью, так как после проезда <адрес>, заблаговременно включив левый указатель поворота, начал маневр поворота налево на придомовую территорию (в районе <адрес>), в это время, сзади на большой скорости автомобиль марки «<данные изъяты>» начал опережать (обгонять) автомобиль, в это время произошло ДТП. На схеме ДТП отчетливо видно, что первоначальное столкновение произошло на встречной полосе движения для обоих ТС, в момент, когда ФИО5 уже почти завершал маневр поворота налево, на это указывает и тот факт, что ТС ФИО5 получило механические повреждения в заднюю часть. При этом видно, что у ТС «<данные изъяты>» зафиксирован длинный след торможения (12,3 м.), что говорит о высокой скорости у данного ТС. Данное обстоятельство подтвердил свидетель ФИО19, являющийся очевидцем ДТП. Кроме того, имеется видео с камеры наблюдения с дома по <адрес> о дистанции между ТС и о скорости обоих ТС. Тем не менее, сотрудники ГИБДД по неясной причине, признают виновным именно его, хотя виновником ДТП является водитель автомобиля марки «<данные изъяты>», который, не убедившись в безопасности маневра, выехав на полосу встречного движения, начал обгонять его автомобиль, когда он уже завершал маневр поворота налево, в результате чего и произошло ДТП. Суд, вынося решение от ДД.ММ.ГГГГ, верно указал, что доказательств наличия преимуществ у водителя ФИО3 в момент выезда на полосу встречного движения и опережения ТС ФИО5 не имелось, как и не имелось доказательств наличие у ФИО5 безусловной обязанности уступить дорогу ТС ФИО3 Таким образом, в деле доказательства, объективно подтверждающих, что он виновен в ДТП отсутствуют.

Просит взыскать с ответчика ФИО3, ФИО2 в его пользу сумму материального ущерба в размере 703 800 рублей, расходы по оплате услуг эксперта-оценщика в размере 4 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 25 000 рублей.

В ходе рассмотрения дела ответчик ФИО3 предъявил встречные исковые требования к ФИО5 об установлении степени вины в ДТП. В обоснование указывает на то, что ДД.ММ.ГГГГ около 13.50 часов в районе <адрес> произошло ДТП между автомобилями марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак «№» и марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак «№». Водитель автомобиля марки «<данные изъяты>» был привлечен к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ. Вместе с тем, в настоящий момент указанное постановление в отношении ФИО5 отменено решением Сибайского городского суда РБ, оставленным без изменения Верховным Судом РБ. При таких обстоятельствах необходимо установление степени вины в ДТП. Считает, что ДТП произошло по вине ФИО5, управлявшего автомобилем марки «<данные изъяты>», который при повороте налево не убедился в безопасности маневра. При этом ФИО6 задолго до того, как ФИО5 совершил резкий поворот налево, находился на встречной полосе движения, осуществляя обгон автомобиля марки «<данные изъяты>» в разрешенном для этого месте. Световую сигнализацию, предупреждающую о повороте налево ФИО5 включил прямо перед самым маневром поворота, когда автомобиль под управлением Бахтиярова уже находился на встречной полосе. Указанные обстоятельства подтверждаются схемой ДТП, согласно которой тормозной путь автомобиля под управлением ФИО7 составил 12,5 метров. При этом весь тормозной путь зафиксирован на встречной полосе движения, то есть ФИО6 начал маневр торможения, уже находясь на встречной полосе и осуществляя маневр обгона. Также отсутствие включенной световой сигнализации у автомобиля марки «<данные изъяты>» подтверждается видеозаписью с места ДТП. При этом расстояние от места установки камеры наблюдения до места ДТП, по открытым данным картографического сервиса Яндекс карты, составляет 35.9 метров (Приложение №), из которых, согласно схеме ДТП, 12.5 метров составил тормозной путь ФИО3 При этом в момент появления на видеозаписи, автомобиль марки «<данные изъяты>» уже находится на встречной полосе, то есть в процессе совершения маневра обгона. Автомобиль марки «<данные изъяты>», выезжая за пределы угла обзора камеры наблюдения, при этом, находится на своей полосе движения, без включения световой сигнализации о повороте. Считает, что степень вины ФИО5 составляет 100%. Также считает завешенной стоимость восстановительного ремонта автомобиля марки «<данные изъяты>». Поскольку гражданская ответственность ответчика ФИО5 застрахована в ПАО «Ингосстрах», на основании п. «б» ст. 7 Закона об ОСАГО в случае признания вины в ДТП за ответчиком, у третьего лица ПАО «Ингосстрах» возникает обязанность произвести страховое возмещение в пользу ФИО6 При этом третье лицо ФИО8 не являлась владельцем автомобиля марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный номер «№» на момент ДТП, поскольку ДД.ММ.ГГГГ данный автомобиль был куплен у нее ФИО3 Данный факт подтверждается договором купли-продажи и актом приема-передачи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ.

Просит назначить комплексную автотехническую экспертизу; установить 100% степень вины ФИО5 в ДТП, произошедшем ДД.ММ.ГГГГ между автомобилями марки «<данные изъяты>», и марки «<данные изъяты>».

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено Страховое публичное акционерное общество «Ингосстрах».

Истец ФИО5, ответчик ФИО3, представитель третьего лица СПАО «Ингосстрах» в судебном заседании участие не принимали, уведомлены о дате и времени судебного разбирательства своевременно и надлежащим образом, что в силу ст. 167 ГПК РФ не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании поддержал исковые требования в полном объеме. В удовлетворении встречного искового заявления просит отказать.

Представитель ответчика ФИО3 - ФИО4 в судебном заседании исковые требования ФИО5 не признал. Утверждает, что вины ФИО3 в произошедшем ДТП не имеется. Встречные исковые требования поддержал в полном объеме.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, изучив и оценив материалы дела, дав оценку всем добытым по делу доказательствам, как в отдельности, так и в их совокупности, приходит к следующему.

Согласно ст. 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как следует из положений ст. ст. 1079, 1064 ГК РФ, при причинении вреда имуществу владельцев источников повышенной опасности в результате их взаимодействия вред возмещается на общих основаниях, то есть по принципу ответственности за вину.

Для возникновения обязанности возместить вред необходимо как установление факта причинения вреда воздействием источника повышенной опасности, причинной связи между таким воздействием и наступившим результатом, так и установление вины, поскольку вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным; при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется с учетом степени вины каждого, а при отсутствии вины обоих владельцев во взаимном причинении вреда ни один из них не имеет права на возмещение вреда за счет другого.

Поскольку в ситуации столкновения транспортных средств каждое из них является источником вредоносного воздействия на другое и на себя само, при возникновении спора каждая из сторон несет обязанность по доказыванию вины (противоправных действий) другого участника ДТП и отсутствия своей вины (противоправных действий) в соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ.

Как установлено в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ в 13.50 часов на <адрес> РБ произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей марки «SKODA <данные изъяты>», государственный регистрационный знак «№», под управлением ФИО5, марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак «№», под управлением ФИО3

Как указано в постановлении № по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 при управлении автомобилем марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак «№», препятствовал обгону обгоняющего транспортного средства марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак «№», в результате чего произошло столкновение, чем нарушил п. 11.3 Правил дорожного движения.

Действия ФИО5 образуют состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, вследствие чего ФИО5 признан виновным в совершении административного правонарушения по указанной статье КоАП РФ, назначено наказание в виде административного штрафа в размере 500 рублей.

Решением судьи Сибайского городского суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ постановление инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по г. Сибай РБ ФИО10 № от ДД.ММ.ГГГГ по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, в отношении ФИО5 отменено, производство по делу об административном правонарушении прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи отсутствием состава административного правонарушения.

Указанным решением судьи апелляционной инстанции с учетом схемы места ДТП, объяснений участников и механических повреждений транспортных средств установлено, что столкновение произошло в тот момент, когда водитель ФИО5 осуществлял и уже завершал маневр поворота налево, а водитель ФИО3 начал осуществлять маневр обгона автомобиля ФИО5, двигавшегося перед ним. На это указывает, в том числе тот факт, что автомобиль ФИО5 получил механические повреждения в заднюю часть, при этом автомобиль от удара развернуло в обратном направлении.

Согласно письменным объяснениям ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ в тот день около 13.50 часов он при управлении автомобилем марки «<данные изъяты>» принял решения заехать в квартал <адрес> При завершении маневра в заднюю часть его автомобиля на скорости въехал автомобиль марки <данные изъяты>», вследствие чего его автомобиль развернуло, водитель объяснил, что торопился и был в нетрезвом состоянии. С протоколом не согласен.

При этом из содержания объяснения видно, что юридически значимые обстоятельства, а именно в какой момент ФИО5 включил левый указатель поворота, видел ли он в зеркала заднего вида, что автомобиль марки «<данные изъяты>» намерен начать маневр обгона, в какой момент он его начал и т.д., у ФИО5 прибывшие на место ДТП инспекторы ДПС не выяснили.

В свою очередь второй участник ДТП ФИО3 в объяснении от ДД.ММ.ГГГГ указал, что начал опережать автомобиль марки «<данные изъяты>», который лишь в последний момент включил указатель левого поворота, из-за чего он не успел среагировать и совершил на него наезд. Факт употребления спиртного при управлении транспортным средством подтвердил.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ИДПС ОГИБД ОМВД России по г. Сибай РБ ФИО10 показал суду, что прибыли на место ДТП с напарником ФИО11, опросили участников ДТП, а поскольку ФИО3 находился в состоянии опьянения, он начал оформлять его отстранение, а ФИО11 в это время составлял схему места ДТП. Почему объяснение ФИО5 не содержит указанных выше юридически значимых обстоятельств, пояснить суду не смог. Оценив на месте все полученные сведения, он принял решение о виновности ФИО5 в данном ДТП, поскольку ФИО3 утверждал, что ФИО5 включил левый указатель поворота в последний момент. Тормозной путь в 12 метров для указанной ФИО3 скорости в 40 км/ч счел соответствующим.

Между тем ФИО5 в своей жалобе указывает, что при повороте налево заблаговременно включил левый указатель поворота, убедился в отсутствии транспортных средств, после чего начал совершать маневр поворота налево, после чего произошел удар в заднюю часть автомобиля, от которого его автомобиль развернуло.

Таким образом, юридически значимый факт включения ФИО5 указателя левого поворота инспектором ГИБДД должным образом не выяснялся, в связи с чем доводы жалобы о ненадлежащем установлении всех обстоятельств по делу послужили основанием для отмены постановления должностного лица ГИБДД.

Решением судьи Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ решение судьи Сибайского городского суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, в отношении ФИО5 оставлено без изменения, жалоба ФИО3 - без удовлетворения

Постановлением мирового судьи судебного участка № 3 по г. Сибай Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ за управление ДД.ММ.ГГГГ в 13.50 часов по <адрес> возле <адрес> РБ автомобилем марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак «№», находясь в состоянии алкогольного опьянения, если такое действие не содержат уголовно наказуемое деяние.

В указанном решении судьей апелляционной инстанции отражены, показания свидетеля ФИО9, который пояснил, что в момент ДТП он намеревался перейти дорогу, когда увидел, что движется автомобиль марки «<данные изъяты>», который заблаговременно включил левый указатель поворота, при этом следом за ним на большом расстоянии и на высокой скорости двигался автомобиль марки «<данные изъяты>».

На видеозаписи с камеры наружного видеонаблюдения зафиксирован автомобиль марки «<данные изъяты>», который снижает скорость движения, однако его левую сторону и указатели поворота на записи не видны, при этом в момент, когда автомобиль марки «<данные изъяты>» скрывается за пределами обзора камеры, в поле зрения камеры появляется автомобиль марки «<данные изъяты>», который движется со скоростью большей, чем у автомобиля марки «<данные изъяты>».

В силу части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Вопрос о том, кем из водителей нарушено требование ПДД, и находится ли данное нарушение в причинно-следственной связи с наступившими последствиями, является правовым вопросом, который надлежит установить суду по результатам оценки совокупности доказательств.

В целях реализации права стороны на представление доказательств, учитывая, что для правильного и объективного разрешения возникшего спора требуются специальные познания в области автотехники, учитывая необходимость экспертного исследования обстоятельств ДТП и установления судом степени вины каждого водителя в дорожно-транспортном происшествии, механизма столкновения, определением от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена судебная оценочная автотовароведческая и автотехническая экспертиза, проведение которой поручено эксперту ООО «Центр оценки и судебной экспертизы».

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ:

1. Механизм столкновения транспортных средств - это комплекс связанных объективными закономерностями обстоятельств, определяющих процесс сближения транспортных средств перед столкновением, взаимодействие в процессе удара и последующее движение до остановки.

Механизм столкновения транспортных средств можно разделить на три стадии: сближение транспортных средств перед столкновением, взаимодействие при ударе, отбрасывание (движение после столкновения).

Анализируя первую фазу - приближение автомашины марки «<данные изъяты>» к автомашине марки «<данные изъяты>», при столкновении двух транспортных средств, эксперт пришел к выводу, что столкновение автомобиля марки «<данные изъяты>» с автомобилем марки «<данные изъяты>» произошло передней правой частью автомашины марки «<данные изъяты>» в заднюю левую часть (заднее левое колесо) автомашины марки «<данные изъяты>».

Со слов ФИО3, «увидев поворачивающий налево автомобиль марки «<данные изъяты>», во избежание столкновения стал уходить налево, тем самым точкой первоначального контакта стала выступающая часть переднего бампера с правой стороны.

То есть точкой первоначального контакта была выступающая часть переднего бампера с правой стороны автомобиля марки «<данные изъяты>» и выступающая часть заднего левого крыла (колеса) автомобиля марки «<данные изъяты>».

Анализируя вторую фазу - взаимодействие транспортных средств по общим признакам столкновения, эксперт пришел к выводу, что удар в точку первоначального контакта - в заднее левое крыло (колесо) автомобиля марки «<данные изъяты>», выступающей частью переднего бампера с правой стороны автомобиля марки «<данные изъяты>» был блокирующим, а направление удара было эксцентрично левое, т.е основной удар пришелся на заднюю левую сторону автомобиля марки «<данные изъяты>», где в первой фазе - скорости на участках контакта к моменту завершения деформации снижаются до нуля, а во второй фазе - транспортные средства смещаются один относительно другого под действием сил упругих деформаций, а также сил взаимного отталкивания

Анализируя третью фазу - процесс отбрасывание (движение после столкновения), эксперт пришел к выводу, что в результате бокового столкновения, при эксцентричном левом направлении удара, медленно движущий автомобиль марки «<данные изъяты>» развернуло в левую сторону под силой удара транспортного средства марки «<данные изъяты>» на большой скорости, и транспортные средства сомкнулись. Транспортное средство марки «<данные изъяты>» под управлением ФИО5 получило значительные повреждения в боковой части автомобиля, а транспортное средство марки «<данные изъяты>», под управлением ФИО3 получило значительные повреждения в передней части автомобиля.

2. В сложившейся ситуации, а именно в дорожно-транспортном происшествии от ДД.ММ.ГГГГ водитель транспортного средства марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак «№» ФИО3, согласно требованиям ПДД РФ должен был:

1) не садится за руль в алкогольном опьянении - нарушение п. 2.7. ПДД РФ «Водителю запрещается:

- управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения»;

- не превышать скорость согласно установленного ограничения - нарушение п. 10.1, п. 10.2. ПДД РФ

- п. 10.1. Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

- п. 10.2. В населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах, велосипедных зонах и на дворовых территориях не более 20 км/ч».

Нарушения ПДД РФ водителя ФИО5 - не установлены, т.к. отсутствуют доказательства по препятствованию обгона обгоняющего транспортного средства марки «<данные изъяты>», по совершению поворота налево не убедившись в безопасности маневра, по включению световой сигнализации, предупреждающей о повороте налево перед самым маневром поворота.

ФИО3 - водитель марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак «№», имел возможность предотвратить ДТП если бы:

- не был в состоянии алкогольного опьянения, что подтверждается актом № освидетельствования на состояние алкогольного опьянения ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, показание прибора составляет 0,743мг/л.

- смог среагировать и направить свой автомобиль не в левую сторону (в сторону поворота), а в правую свободную сторону.

- двигался со скоростью, не превышающей установленного ограничения – 60 км/ч.

3. Нарушения правил дорожного движения, а именно п. 2.7, п. 10.1, п. 10.2 ПДД РФ имеются только в действиях водителя ФИО3, которые имеют причинно-следственную связь с дорожно-транспортным происшествием от ДД.ММ.ГГГГ.

Действия водителя ФИО3 не соответствуют требованиям Правил дорожного движения по данным пунктам.

4. Только действия водителя ФИО3 в не соблюдении п. 2.7, п. 10.1, п. 10.2 ПДД РФ служили причиной ДТП.

Дорожно-транспортное происшествие от ДД.ММ.ГГГГ произошло на перекрестке <адрес> (поворот на <адрес>).

5. Стоимость восстановительного ремонта/размер причиненного ущерба без учета износа транспортному средству - автомобилю марки «марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак «№», поврежденного в результате ДТП, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, составляет 662 838 рублей.

Судебная экспертиза проведена в порядке, установленном ст. 84 ГПК РФ, заключение эксперта выполнено в соответствии с требованиями ст. 86 ГПК РФ. Суд не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность заключения судебной экспертизы, поскольку экспертиза проведена компетентным экспертом, имеющий значительный стаж работы в соответствующей области экспертизы. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. При таких обстоятельствах суд полагает, что заключение судебной экспертизы отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, основания сомневаться в ее правильности отсутствуют.

Для выяснения обстоятельств, имеющих значение для разрешения гражданского дела, судом по ходатайству представителя ответчика был допрошен эксперт ФИО13, которая ответила на вопросы, связанные с проведенным исследованием и данным ею заключением. Эксперт подтвердил выводы проведенной ею судебной оценочной автотовароведческой и автотехнической экспертизы.

В частности на вопрос представителя ответчика ФИО4 относительно произведенной экспертизы, пояснила, что на стр. 19 заключения, эксперт иллюстрирует фото включенного левого подворотника у автомобиля марки «<данные изъяты>», по предоставленным стороной истца фото и видеоматериалам.

Данной иллюстрацией, эксперт показывает, что у транспортного средства марки «<данные изъяты>» был включен поворотник и именно левый поворотник, который указывает в какую сторону поворачивал автомобиль истца.

Так как установить, в какое время был включен поворотник ФИО5 по представленным материалам не представляется возможным, то эксперт пункт 8.1 ПДД «Перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а, если они отсутствуют или неисправны, рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения» в выводах по вопросу № «Как должны были действовать водители в данной дорожно-транспортной ситуации согласно требованиям ПДД РФ? Имели ли водители возможность предотвратить ДТП?», в выводах по вопросу № «Имеются ли нарушения правил дорожного движения в действиях водителей ФИО5 и ФИО3 и имеется ли причинно-следственная связь между выявленными нарушениями ПДД и дорожно-транспортным происшествием? Соответствовали ли действия водителей требованиям Правил дорожного движения?» заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ не указывает. В своем заключении эксперт опирается только на доказательные правонарушения.

Поскольку законодательством не определен исчерпывающий перечень доказательств, на основании которых устанавливается виновность водителя либо водителей в дорожно-транспортном происшествии, при этом вина лица, причинившего вред, устанавливается судом.

Проанализировав дорожно-транспортную ситуацию, оценив представленные сторонами доказательства по делу, суд приходит к выводу о наличии вины водителя ФИО3 в ДТП, в связи с нарушением п. 2.7, п. 10.1, п. 10.2 ПДД РФ.

Нарушения правил дорожного движения водителем ФИО3 состоят в прямой причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием и причинением автомобилю ФИО5 механических повреждений.

Разрешая спор по существу, суд, руководствуясь приведенными выше нормами материального права полагает, что ответственность за причиненный вред должна быть возложена на владельца источника повышенной опасности автомобиля марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак «№», ФИО3, поскольку ФИО2 в судебном заседании подтвердила передачу автомобиля во владение ФИО3, что не оспаривалось и представителем ответчика ФИО4

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 19 и 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Согласно статьям 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

По смыслу статьи 1079 ГК РФ, лицо, в отношении которого оформлена доверенность на управление транспортным средством, признается его законным владельцем, если транспортное средство передано ему во временное пользование, и он пользуется им по своему усмотрению.

Если в обязанности лица, в отношении которого оформлена доверенность на право управления, входят лишь обязанности по управлению транспортным средством по заданию и в интересах другого лица, за выполнение которых он получает вознаграждение (водительские услуги), такая доверенность может являться одним из доказательств по делу, подтверждающим наличие трудовых или гражданско-правовых отношений. Указанное лицо может считаться законным участником дорожного движения (пункт 2.1.1 Правил дорожного движения), но не владельцем источника повышенной опасности.

Гражданско-правовой риск возникновения вредных последствий при использовании источника повышенной опасности возлагается на собственника при отсутствии вины такого собственника в непосредственном причинении вреда, как на лицо, несущее бремя содержания, принадлежащего ему имущества.

Таким образом, владелец источника повышенной опасности, принявший риск причинения вреда таким источником, как его собственник, несет обязанность по возмещению причиненного этим источником вреда.

По смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником передано им иному лицу в установленном законом порядке.

В случае передачи источника повышенной опасности во владение иного лица, пусть и временное, ответственность за причинение вреда данным источником повышенной опасности возлагается именно на владельца, но не на собственника.

Поскольку в настоящее время отсутствует нормативное требование об оформлении доверенности на право владения автомобилем, передача автомобиля собственником во временное владение иному лицу может подтверждаться иными доказательствами, в том числе факт передачи во владение, а не только лишь в пользование (управление) может быть подтвержден доверенностью, соответствующим договором, а также полисом страхования. Бремя доказывания факта передачи принадлежащего ему источника повышенной опасности во владение иному лицу лежит на собственнике. Передача документов и ключей от автомобиля не означает передачу автомобиля во владение иному лицу.

Поскольку в данном деле ответчик ФИО2 доказала передачу автомобиля ФИО3 на основании договора купли-продажи автомототранспортных средств от ДД.ММ.ГГГГ во владение, ответственность за причиненный вред следует возложить на ФИО3

С учетом распределения степени вины водителей, на ответчике ФИО3 лежит обязанность по возмещению ущерба истцу ФИО5 в размере 662 838 рублей.

В соответствии с пунктом 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, к которым согласно ст. 94 ГПК РФ относятся расходы, непосредственно связанные с собиранием и исследованием доказательств.

В силу ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Истцом ФИО5 понесены расходы по оплате юридических услуг в размере 25 000 руб. Данные расходы документально подтверждены и признаны обоснованными, понесенными в связи с рассмотрением настоящего дела, а потому подлежат возмещению истцу за счет ответчика в полном объеме

Кроме того истцом ФИО5 понесены расходы по оплате услуг оценщика в размере 4 000 руб.

Поскольку, разрешая возникший между сторонами спор, суд за основу для определения размера ущерба принял во внимание заключение эксперта ООО «Центр оценки и судебной экспертизы» ФИО13 № от ДД.ММ.ГГГГ, а не экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, составленного экспертом-техником ФИО14, по заказу истца ФИО5, понесенные ФИО5 расходы по оплате услуг оценщика в размере 4 000 рублей не подлежат удовлетворению.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО5 к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 (<данные изъяты>) в пользу ФИО5 (<данные изъяты>) материальный ущерб, причиненный дорожно-транспортным происшествием, в размере 662 838 руб., расходы по оплате юридических услуг – 25 000 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО5 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, – отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО5 к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием в размере 703 800 руб., взыскании расходов по оплате услуг эксперта–оценщика в размере 4 000 руб. - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан через Сибайский городской суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий: Л.Х.Суфьянова