УИД 78RS0001-01-2023-002888-20

№ 2-380/2024 (2-4578/2023) 22 августа 2024 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Резолютивная часть

Василеостровский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Дерягиной Д.Г.,

при секретаре Щелкановой Э.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании ущерба от ДТП,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, в котором, уточнив требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, просил взыскать с ответчика в пользу истца ущерб от ДТП в сумме 2 897 744,18 руб., стоимость экспертизы в сумме 12 000 руб., расходы по оплате госпошлины в размере 22 628,72 руб., расходы на составление рецензии в сумме 28 200 руб., компенсацию морального вреда, вызванного повреждением здоровья, в размере 20 000 руб.

В обоснование требований истец ссылался на обстоятельства ДТП по вине ответчика и причинение автомобилю истца ущерба

В ходе рассмотрения спора от требований о компенсации морального вреда истец отказался.

Представитель истца в судебное заседание явился, поддержал требования в полном объеме.

Представители ответчика в судебное заседание явились, возражали против удовлетворения иска.

Третье лицо извещено надлежащим образом, в судебное заседание не явилось, об отложении разбирательства дела не ходатайствовало.

Руководствуясь положениями ст.ст. 113, 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 165.1 Гражданского кодекса РФ, суд полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Суд, выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, считает иск подлежащим удовлетворению частично по следующим основаниям.

Статьей 7 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» установлен законодательный лимит страхового возмещения в части имущественного вреда в размере 400 000 рублей.

Согласно статье 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В предмет доказывания убытков входит наличие в совокупности четырех необходимых элементов: факт нарушения права истца; вина ответчика в нарушении права истца; факта причинения убытков и их размера; причинно-следственная связь между фактом нарушения права и причиненными убытками.

В соответствии со статьей 1079 названного кодекса граждане, деятельность которых связана с использованием транспортных средств, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2, 3 статьи 1083 настоящего кодекса. Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

По смыслу приведенных выше норм права, общим основанием ответственности за причинение вреда являются наличие вреда, противоправность действий его причинителя, причинно-следственная связь между такими действиями и возникновением вреда, а также вина причинителя вреда.

В отсутствие вины ответственность за причинение вреда может быть возложена только в установленных законом случаях.

При этом вред, причиненный взаимодействием источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях, т.е. при наличии вины причинителя вреда.

При этом необходимо иметь в виду, что в п. 2 ст. 1064 ГК РФ содержится указание на презумпцию вины причинителя вреда, в силу чего доказыванию подлежит не наличие, а отсутствие вины, и обязанность доказать ее отсутствие возлагается на причинителя вреда.

Так, в абзаце третьем 3 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Как усматривается из материалов дела, <данные изъяты> по адресу: <данные изъяты> произошло ДТП с участием водителей ФИО1, управлявшего ТС <данные изъяты>, г.р.з. <данные изъяты>, и водителя ФИО2, управлявшего ТС <данные изъяты>, г.р.з. <данные изъяты>.

В результате рассмотрения дело об административном правонарушении было прекращено за отсутствием состава административного правонарушения, однако в постановлении о прекращении производства инспектор ГИБДД указал на то, что в действиях ФИО2 усматривается нарушение ПДД: «При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения», и «Перед поворотом налево или разворотом водитель обязан заблаговременно принять крайнее левое положение».

Межу тем, решением Всеволожского городского суда Ленинградской области от <данные изъяты> по делу № <данные изъяты> из постановления инспектора исключены выводы о том, что в действиях ФИО2 усматривается нарушение ПДД: «При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения», и «Перед поворотом налево или разворотом водитель обязан заблаговременно принять крайнее левое положение».

В результате ДТП автомобилю ФИО1 были причинены механические повреждения, стоимость устранения которых согласно заключению <данные изъяты> от <данные изъяты> без учета износа составляет 12 211 185,92 руб. Рыночная стоимость аналогичного транспортного средства составляет 3 273 744,18 руб., стоимость годных остатков – 707 090,12 руб.

В рамках обязательств по договору ОСАГО истец обратился в САО «РЕСО-Гарантия», которое признало событие страховым случаем, осуществило выплату страхового возмещения в сумме 400 000 руб.

Не согласившись с виной в ДТП, а также размером убытков, ответчик ФИО2 ходатайствовал о назначении по делу судебной комплексной автотехнической и автотовароведческой экспертизы.

В ходе рассмотрения вопроса о назначении по делу судебной экспертизы судом были получены объяснения истца и ответчика относительно версий ДТП, схемы ДТП по версиям водителей.

Определением суда от 22.12.2023 по делу назначена комплексная автотехническая и тератологическая судебная экспертиза, проведение которой поручено <данные изъяты>

Согласно выводам заключения экспертов <данные изъяты> № <данные изъяты> от <данные изъяты> и № <данные изъяты> от <данные изъяты>:

Версии водителей-участников столкновения (водителя ФИО1, управлявшего ТС <данные изъяты>, г.р.з. <данные изъяты> и водителя ФИО2, управлявшего ТС <данные изъяты>, г.р.з. <данные изъяты>) противоречивы по существу, что влияет на вывод эксперта. Экспертным путем в данном случае по изложенным в исследовании причинам не представилось возможным разрешить имеющиеся противоречия, а равно решить вопрос о состоятельности/несостоятельности той или иной версии, за исключением указанного водителем автомобиля <данные изъяты> параметра (расстояние 10 м….15 м), не представляется возможным. В связи с чем исследование проводилось по двум версиям развития событий – по версии каждого водителя.

По версии водителя ФИО1: водитель ФИО2 должен был действовать в соответствии с требованиями п. 8.1 (ч. 1), и п. 8.7 ПДД РФ, при выполнении которых он мог/имел возможность не допустить столкновение с автомобилем <данные изъяты>, уступив ему дорогу, воздержавшись от разворота, обеспечив тем самым безопасность движения.

Водитель автомобиля ФИО1 по исследуемой версии должен был действовать в соответствии с требованиями п. 9.1 (1) и п. 10.2 (ч.2) ПДД РФ, при выполнении которых (т.е. в случае применения им торможения на опасность на правой полосе без маневрирования на левую полосу) столкновение автомобилей <данные изъяты> и <данные изъяты> на стороне встречного движения исключалось.

Решить вопрос о том, произошло бы столкновение указанных ТС на правой полосе движения (т.е. в случае принятия водителем автомобиля <данные изъяты> мер к торможению и не маневрирования на сторону встречного движения), не представляется возможным по указанным в исследовании причинам.

По версии водителя ФИО2: водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО1 должен был действовать в соответствии с требованиями п. 9.1 (1), п. 9.10 и п. 11.2 (ч. 2) ПДД РФ, при выполнении которых он мог/имел возможность не допустить данного ДТП, воздержавшись от обгона автомобиля <данные изъяты>.

Водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО2 должен был действовать в соответствии с требованиями п. 8.1 (ч. 1) ПДД РФ. В данной ситуации он не имел возможности избежать ДТП.

Рыночная стоимость ТС <данные изъяты> г.р.з. <данные изъяты> на дату составления заключения 3 506 000 руб.

Стоимость годных остатков ТС <данные изъяты> г.р.з. <данные изъяты> на дату составления заключения 484 000 руб.

Судебная экспертиза проведена в порядке, установленном ст. 84 ГПК РФ, заключения экспертов выполнены в соответствии с требованиями ст. 86 ГПК РФ, в связи с чем, суд не усматривает в данном случае оснований ставить под сомнение достоверность заключения судебной экспертизы, поскольку она проведена компетентными экспертами, имеющими значительный стаж работы в соответствующих областях экспертизы, рассматриваемая экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона № 73-ФЗ от 31.05.2001 года «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о проведении экспертизы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

При таких обстоятельствах суд полагает, что заключение судебной экспертизы отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, основания сомневаться в ее правильности отсутствуют.

Представленная стороной истца рецензия <данные изъяты>, не опровергает выводов судебной экспертизы и не ставит их под сомнение.

Заключение специалиста ФИО3, представленное стороной ответчика, также не опровергает выводов судебной экспертизы и не ставит их под сомнение.

Кроме того, специалисты не предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

В ходе рассмотрения спора по делу был допрошен свидетель – инспектор ГИБДД ФИО4, который показал суду, что непосредственно момент столкновения не видел, схему ДТП и постановление по делу об административном правонарушении выполняли разные сотрудники.

Данные показания суд полагает возможным учесть при разрешении спора, поскольку они не противоречивы и подтверждаются письменными доказательствами, в частности материалов ДТП. Однако показания данного свидетеля не подтверждают обстоятельства непосредственно самого ДТП.

Разрешая заявленные исковые требования, оценив представленные по делу доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения иска, поскольку факт причинения имуществу истца вреда нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела.

При этом суд учитывает, что при рассмотрении дела сторонами не представлено доказательств, свидетельствующих об исключительной вине одного из водителей в ДТП, имевшем место <данные изъяты>.

Принимая решение о вине водителей, суд учитывает результаты судебной экспертизы, согласно которой ни одна из версий водителей об обстоятельствах ДТП от <данные изъяты> не является по существу состоятельной, а также то обстоятельство, что иных бесспорных доказательств, подтверждающих механизм ДТП (видеоматериалов, свидетельских показаний очевидцев), в материалы дела не представлено, что не позволяет провести по делу повторную или дополнительную судебную экспертизу.

Таким образом, суд приходит к выводу об обоюдной вине водителей автомобилей <данные изъяты> и <данные изъяты> в ДТП от <данные изъяты>, в связи с чем полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца лишь 50% суммы ущерба согласно заключению <данные изъяты> в размере 1 110 600 руб. (3 506 000 руб. за вычетом годных остатков ТС 484 400 руб. = 3 021 000 руб./2 = 1 510 600 и за вычетом страхового возмещения, полученного истцом в сумме 400 000 руб.).

Пропорционально удовлетворенной части иска в соответствии со ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы в общей сумме 24 063,39 руб., что составляет 38,3 % от заявленных требований (от заявленных 62 828,72 руб. из которых 12 000 руб. расходы на составление заключения, 22 628,72 руб. расходы по оплате госпошлины, 28 200 руб. расходы на составление рецензии).

Поскольку от требований о взыскании компенсации морального вреда истец отказался, последствия отказа от иска ему были разъяснены и понятны, то в соответствии со ст. 220 ГПК РФ производство по делу в данной части требований подлежит прекращению.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 ущерб в сумме 1 110 600 руб., судебные расходы в размере 24 063 руб. 40 коп.

В оставшейся части иск оставить без удовлетворения.

Производство в части требований о взыскании компенсации морального вреда прекратить.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Василеостровский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья: Д.Г. Дерягина

Мотивированное решение изготовлено 31 марта 2025 года.