Дело № 2-2653/2025
УИД 69RS0036-01-2025-006888-02
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
24 декабря 2025 г. город Тверь
Заволжский районный суд г. Твери
в составе председательствующего судьи Почаевой А.Н.
при секретаре судебного заседания Королевой С.Ф.
с участием представителя истцов ФИО2,
представителя ответчика ФИО3,
прокурора Сыкина А.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Заволжского районного суда г. Твери гражданское дело по исковому заявлению ФИО4, ФИО5, ФИО5 к федеральному государственному бюджетному учреждению «Центральный научно-исследовательский институт воздушно-космических сил» Министерства обороны Российской Федерации, Министерству обороны Российской Федерации о компенсации морального вреда,
установил:
ФИО4, ФИО5, ФИО5 обратились в суд с иском к ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Минобороны России, в котором просят суд взыскать по 3000000 рублей каждому в счет компенсации морального вреда, причиненного в результате гибели 21 апреля 2022 г. на работе ФИО1 в результате пожара в здании ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Министерства обороны России, расположенном по адресу: <...>.
В обоснование требований указали, что ФИО4 состояла в браке со ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ до его смерти, их сыновья родились соответственно ФИО6 – ДД.ММ.ГГГГ, ФИО6 – ДД.ММ.ГГГГ
21 апреля 2022 г. во время пожара погибший ФИО1 находился на своем рабочем месте и погиб, исполняя свои трудовые обязанности в интересах своего работодателя – ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Министрства обороны России. Причиной смерти ФИО1 стало отравление окисью углерода (угарным газом). Работодатель надлежащие условия труда не обеспечил, работники работодателя допустили нарушения требований правил пожарной безопасности, что повлекло причинение вреда здоровью и смерть ФИО11 Между бездействием и ненадлежащим исполнением обязанностей работниками ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Минобороны России России, наступлением последствий в виде смерти ФИО6 и нарушением личных неимущественных прав истцов, выразившихся в лишении жизни супруга ФИО4 и отца С-вых, имеется причинная связь.
Смертью ФИО1 им причинены нравственные и моральные страдания. ФИО4 и ФИО6 состояли в браке 47 лет, проживали в городе Твери, вели общее хозяйство, у них была дружная и крепкая семья, построенная на принципах взаимопонимания и взаимопомощи. Старший сын ФИО5 по примеру отца выбрал профессию военнослужащего. Младший сын ФИО5 проживал в г. Твери недалеко от родителей, а последние несколько месяцев перед несчастным случаем совместно с родителями. Старший сын ФИО5 каждые выходные и праздничные дни приезжал в г. Тверь. ФИО4 и ФИО1 часто проводили время вместе всей семьей, в выходные дни регулярно играли с внуками, ходили с ними в театр, помогали с лечением.
Испытали шок, переживания от потери близкого родственника – супруга и отца, негативные эмоции в связи с утратой самого родного, любимого и близкого человека в их жизни. Обстоятельства наступления смерти ФИО1, ее внезапность, трагичность, осознание беспомощности и невозможности помочь ФИО1 во время пожара, осмысление того, что мог чувствовать в тот момент погибший, не только повергали и повергают до настоящего времени их в шок, а каждый раз заставляют переживать страх, боль, негативные волнения и эмоции от потери близкого человека и невозможности восполнить эту утрату.
Определением суда в порядке статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации для дачи заключения привлечен прокурор Заволжского района города Твери.
Определениями суда, занесенными в протокол судебного заседания, к участию в деле привлечены в качестве соответчика Минобороны России, третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика - ФИО7, ФИО8
Истцы ФИО4, ФИО5, ФИО5 при надлежащем извещении о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, просили рассмотреть дело в их отсутствие, доверили представлять свои интересы ФИО2, которая в судебном заседании поддержала заявленные требования по доводам искового заявления и дополнительного пояснения, просила их удовлетворить. Пояснила, что представленными в дело доказательствами подтверждается, что работодатель погибшего ФИО1 – ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Минобороны России не обеспечил надлежащие условия труда, работники работодателя допустили нарушения требований правил пожарной безопасности, что повлекло причинение вреда здоровью и смерть супруга и отца истцов.
Представитель ответчика ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Минобороны России ФИО3 в суде возражала по заявленным требованиям, просила отказать в искае по доводам возражений на него о том, что что несчастный случай произошел в результате действий сотрудника, не связанных с выполнением им своих трудовых функций. По факту произошедшего несчастного случая возбуждено уголовное дело, по итогам рассмотрения которого установлено лицо, виновное в случившемся. В качестве причины возгорания каких-либо действий (бездействия) учреждения не установлено. ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Минобороны России привлечено к участию в уголовном деле в качестве потерпевшего в лице своего учредителя Минобороны России.
Истцами не приведены доводы, в чем проявилось незаконность действий ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Минобороны России, повлекших смерь ФИО1, кроме как сам факт наличия трудовых отношений между учреждением и непосредственным причинителем вреда. Должностные обязанности ФИО7, занимавшего на момент пожара должность начальника отдела военно-научной информации ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Минобороны России, определены в трудовом договоре. Однако возгорание началось в результате осуществления им бытовых действий в виде использования им своего личного неисправного электрического чайника. Данные действия, повлекшие за собой наступление несчастного случая, не связаны с выполнением им возложенных на него должностных обязанностей, совершены в своих личных интересах как человека, а не как сотрудника ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Минобороны России. Сам факт его нахождения в трудовых отношениях с ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Минобороны России и нахождение на территории учреждения в указанный промежуток времени при совершении указанных действий в своих личных целях, не могут быть рассмотрены как служебные, и совершенные при исполнении служебных обязанностей по заданию работодателя.
Таким образом, оснований для возложения ответственности на ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Минобороны России как на работодателя непосредственного причинителя вреда, в рамках статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.
Доказательств, подтверждающих причинение истцам нравственных страданий, которые выразились в дискомфортном душевном состоянии, эмоциональных переживаниях, в перенесении серьезной психотравмирующей ситуации, не представлено. Каких-либо медицинских препаратов по итогам консультации у врачей не назначалось, также нет доказательств, что истцы на эмоциональном уровне не могли самостоятельно справиться со сложившейся жизненной ситуацией и нуждались в помощи.
Взыскание заявленной суммы компенсации морального вреда приведет к необоснованному обогащению истцов за счет ответчика. Руководство ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Минобороны России в качестве оказания содействия и помощи членам семьи погибших взяло на себя расходы по погребению, а также произвело выплаты в качестве пожертвования членам семьи погибших людей. Истцу ФИО4 произведена выплата в сумме 200000 рублей, оплачены услуги по организации похорон.
В случае принятия решения об удовлетворении заявленных исковых требований, просила снизить размер компенсации до 300000 рублей, учитывая, что ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Минобороны России после произошедшего несчастного случая произвело выплаты всем, кто пострадал в пожаре и родственникам погибших, независимо от наличия трудовых отношений с институтом. ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Минобороны России является бюджетным учреждением Минобороны России, выполняющим специальные задачи в области обороны страны, а в настоящее время активно привлекаемым к выполнению специальных задач СВО, финансируемым за счет средств федерального бюджета по целевым статьям расходов. Таким образом, финансирование ограничено, и взыскание денежных средств, не включенных в лимиты бюджетных ассигнований, может привести к срыву выполнения государственного задания.
Ответчиком Минобороны России при надлежащем извещении о времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание представитель не направлен, об отложении судебного заседания не заявлено.
Третьи лица ФИО7 и ФИО8, будучи надлежащим образом извещёнными о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, ходатайств не направили.
Судом определено о рассмотрении дела в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц в соответствии с положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Заслушав представителей сторон, исследовав материалы гражданского дела, с учетом заключения прокурора Сыкина А.В., который полагал заявленные требования обоснованными и подлежащими удовлетворению в разумных пределах, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований.
В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации № 33 от 15 ноября 2022 г. «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.
Согласно пункту 14 указанного постановления под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями – страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 21 апреля 2022 г. в здании ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Минобороны России, расположенном по адресу: <...>, произошел пожар в кабинете на втором этаже и распространился по другим корпусам здания, соединенных переходами. В ходе пожара произошло обрушение конструкций.
В результате пожара погиб ФИО1 – сотрудник ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Минобороны России, который в момент происшествия находился при исполнении трудовых обязанностей.
Приговором Заволжского районного суда г. Твери от 22 октября 2024 г., вступившим в законную силу 07 ноября 2024 г., ФИО7 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 109 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Указанным приговором установлено, что 21 апреля 2022 г. около 10 часов 10 минут ФИО7, являясь начальником отдела военно-научной информации ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Минобороны России, находясь в здании ЦНИИ по адресу: <...>, а именно в своем служебном кабинете № 258, расположенном на втором этаже западного крыла корпуса № 1 ЦНИИ, решил приготовить чай и в нарушение подп. «и» пункта 35 Правил противопожарного режима, предписывающих запрет оставлять без присмотра включенными в электрическую сеть электронагревательные приборы, подключил в электрическую сеть электронагревательный прибор в виде чайника, после чего около 10 часов 20 минут покинул свой служебный кабинет, оставив электронагревательный прибор без присмотра.
После этого, через промежуток времени до 40-45 минут в данном помещении возник пожар в результате воспламенения сгораемых материалов (пластикового корпуса, изоляции электрошнура, деревянной столешницы и других предметов вещной обстановки служебного кабинета № 258), при контакте с горячим тэном, оставленного ФИО7 включенным в электрическую сеть электронагревательного прибора, после выкипания в нем воды.
Таким образом, действия ФИО7, проявившего преступную небрежность, а именно не соблюдение им пожарной безопасности, которые находятся в причинной связи с возникновением пожара в здании ЦНИИ, повлекли по неосторожности смерть 23 человек, в том числе ФИО1, смерть которого наступила в результате отравления окисью углерода (угарным газом).
Согласно выводам, изложенным в заключении эксперта № нормативной пожарно-технической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, пожарная безопасность в ЦНИИ соответствовала требованиям нормативных правовых актов РФ не в полном объеме. Следствием нарушений организации пожарной безопасности начальником ЦНИИ ФИО9 явились нарушения требований пожарной безопасности как режимного, так и технического характера, способствующие развитию пожара и приведшие к последствиям, указанным в постановлении о назначении экспертизы: отсутствие в здании системы оповещения и управления эвакуацией людей при пожаре; частичное (не в полном объеме) оборудование помещений автоматической пожарной сигнализацией (отсутствие пожарного извещателя в кабинете № 258 главного корпуса ЦНИИ, в котором произошел пожар); наличие на ряде эвакуационных выходов металлических решеток, закрытых на навесные замки, а также закрытые на замки часть запасных эвакуационных выходов; самовольное снятие предусмотренных проектной документацией дверей в коридорах и холлах; отсутствие доводчиков дверей на лестничных клетках; загромождение мебелью и захламление путей эвакуации различными материалами и предметами; отсутствие систем вытяжной противодымной вентиляции для удаления продуктов горения при пожаре в коридорах без естественного проветривания длиной более 15 метров; самовольно устроенные на путях эвакуации кладовые помещения; отсутствие свободного подъезда пожарной техники к зданию (забор по периметру здания и припаркованные к зданию автомобили).
Возникновению пожара в кабинете № 258 здания № 1 ЦНИИ предшествовали действия ФИО7, запрет на выполнение которых сформулирован в подпунктах «г», «и» пункта 35 Правил противопожарного режима, которые находятся в причинной связи с возникновением пожара. Последующему развитию пожара способствовало, в том числе отсутствие систем противопожарной защиты в здании, наличие которых регламентировано положениями Федерального закона от 22 июля 2008 г. № 123-ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности».
В действиях (бездействиях) начальника ЦНИИ ФИО8 имеются нарушения требований пожарной безопасности, которые находятся в причинной связи с интенсивным развитием пожара в ЦНИИ.
Согласно заключению комиссионной пожарно-технической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, наиболее вероятной причиной пожара послужило воспламенение сгораемых материалов (пластикового корпуса, изоляции электрошнура, деревянной столешницы других предметов вещной обстановки) при контакте с горячим тэном после выкипания воды в кружке-кипятильнике. Возникновению пожара способствовали следующие обстоятельства: оставление включенного в сеть электронагревательного прибора без присмотра; размещение прибора на сгораемом основании журнального столика; отсутствие в кабинете извещателя автоматической пожарной сигнализации. Очаг пожара находился в кабинете № левого крыла главного корпуса ЦНИИ, в его дальнем левом от входа углу, в месте расположения журнального столика. Продолжительность пожара составила порядка 20,5 часов. Быстрому распространению пожара по зданию способствовало: отсутствие противопожарных преград между корпусами; наличие горючей отделки, как в коридорах, так и в кабинетах; наличие деревянных пустотных перекрытий; наличие каналов общеобменной вентиляции, проходящей по всему зданию, как в горизонтальном, так и вертикальном направлениях; наличие не заделанных отверстий и щелей в местах прокладки трубопроводов, кабелей. Путями распространения пожара в кабинете № послужила сгораемая поверхность внутренней отделки, мебели и межэтажного перекрытия, вентканал, а также взломанный дверной проём. Впоследствии горение распространялось по сгораемой отделке общего коридора, деревянным дверям кабинетов, по пустотам перекрытия и вентканалу, через незаполненные дверные проёмы в переходе 3-го этажа из главного корпуса в 5-й корпус и далее 4-й корпус, через отверстия для прохождения коммуникаций и трасс кабелей, а также с наружной стороны с этажа на этаж через вскрывшиеся оконные проёмы под воздействием факельного горения. Под временем наступления опасных факторов пожара понимается блокирование путей эвакуации опасными факторами пожара, которое определялось как время достижения опасными факторами пожара критических значений на высоте 1,7 м от пола. В соответствии с результатами моделирования наиболее вероятного сценария развития пожара время полного блокирования путей эвакуации на этажах главного корпуса с момента вскрытия двери в помещении очага пожара составило: 1 этаж - 515 с; 2 этаж - 165 с; 3 этаж - 540 с; 4 этаж - 155 с.
Согласно абзацу 1 пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
В силу положений статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно абзацу второму части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда.
Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).
Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда.
На основании изложенного, оценив представленные в дело доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о возложении на работодателя погибшего ФИО1 – ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Минобороны России обязанности компенсации морального вреда, так как именно работодатель обязан обеспечить и создать безопасные условия для работы, а в случае причинения вреда работнику вследствие несчастного случая на производстве – возместить причиненный вред.
Доводы ответчика ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Минобороны России о том, что не установлена вина работодателя в гибели ФИО1, не имеют юридического значения при разрешении настоящего спора, поскольку обязанность возместить причиненный вред в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве возложена на работодателя. Вина работника ФИО1 в несчастном случае не установлена и представители ответчиков на неё не ссылаются.
В соответствии с положениями статьи 151, пункта 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет ни минимальный, ни максимальный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду.
Судом установлено, что истец ФИО4 является супругой, истцы ФИО5 и ФИО5 – сыновьями погибшего ФИО1, с которым у них были близкие, теплые отношения.
Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу каждого истца, суд принимает во внимание, что ФИО4 вследствие гибели супруга, С-вы – отца безусловно испытывали нравственные страдания и связанные с ними переживания, поскольку смерть близкого человека - невосполнимая утрата, нарушено их неимущественное право на родственные и семейные связи.
Учитывая конкретные обстоятельства произошедшего несчастного случая, при котором погиб ФИО1, степень вины ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Минобороны России, а также, что приговором суда непосредственным причинителем смерти по неосторожности признан ФИО7, характер и степень причиненных истцам нравственных страданий, длительность и тяжесть психотравмирующей ситуации, требования разумности и справедливости, необходимости соблюдения баланса сторон, суд приходит к выводу о том, что размер компенсации морального вреда – 3000000 рублей, требуемый истцами, в данном случае завышен и подлежит снижению до 2000000 рублей.
Указанный размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой – не допустить неосновательного обогащения истцов и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.
Доводы представителя ответчика ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Минобороны России об оказании материальной помощи истцу ФИО4 и оплате расходов на погребение, не являются основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда.
На основании изложенного, с ответчика ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Минобороны России подлежит взысканию компенсация морального вреда в сумме 2000000 рублей в пользу каждого истца.
В остальной части требования о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.
Согласно абзацу второму части 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации по обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым данного пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.
При этом каких-либо ограничений, касающихся вида вреда, Гражданский кодекс Российской Федерации не содержит (например, вред, причиненный жизни или здоровью гражданина, причиненный из-за наличия недостатков в товаре, работе или услуге, либо моральный вред).
В соответствии с пунктом 5 Устава ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Минобороны России полномочия собственника имущества учреждения осуществляет Минобороны России.
На основании изложенного, при недостаточности имущества ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Минобороны России, на которое в соответствии с абзацем первым пункта 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность по обязательствам ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Минобороны России перед С-выми в части возмещения компенсации морального вреда подлежит возложению на собственника имущества – Минобороны России.
Согласно статье 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела и государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
На день подачи искового заявления размер государственной пошлины по требованию о компенсации морального вреда составлял 3000 рублей.
На основании изложенного, с ФГБУ «ЦНИИ ВКС» Минобороны России подлежит взысканию в бюджет муниципального образования Тверской области городской округ г. Тверь государственная пошлина в размере 9000 рублей (из расчета: 3000 рублей х 3).
Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил :
исковые требования ФИО4, ФИО5, ФИО5 удовлетворить частично.
Взыскать с федерального государственного бюджетного учреждения «Центральный научно-исследовательский институт Воздушно-космических сил» Министерства обороны Российской Федерации (ИНН <***>) в пользу ФИО4 (паспорт гражданина РФ №) компенсацию морального вреда в размере 2000000 рублей.
Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения «Центральный научно-исследовательский институт воздушно-космических сил» Министерства обороны Российской Федерации в пользу ФИО5 (паспорт гражданина РФ №) компенсацию морального вреда в размере 2000000 рублей.
Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения «Центральный научно-исследовательский институт воздушно-космических сил» Министерства обороны Российской Федерации в пользу ФИО5 (паспорт гражданина РФ №) компенсацию морального вреда в размере 2000000 рублей.
При недостаточности имущества Федерального государственного бюджетного учреждения «Центральный научно-исследовательский институт воздушно-космических сил» Министерства обороны Российской Федерации, на которое в соответствии с абзацем первым пункта 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность по обязательствам Федерального государственного бюджетного учреждения «Центральный научно-исследовательский институт Воздушно-космических сил» Министерства обороны Российской Федерации (ИНН <***>) перед ФИО4, ФИО5, ФИО5 в части возмещения компенсации морального вреда возложить на собственника имущества – Министерство обороны Российской Федерации (ИНН <***>).
В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО4, ФИО5, ФИО5 к Федеральному государственному бюджетному учреждению «Центральный научно-исследовательский институт воздушно-космических сил» Министерства обороны Российской Федерации, Министерству обороны Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда – отказать.
Взыскать с федерального государственного бюджетного учреждения «Центральный научно-исследовательский институт Воздушно-космических сил» Министерства обороны Российской Федерации (ИНН <***>) государственную пошлину в бюджет муниципального образования Тверской области городской округ г. Тверь в размере 9000 рублей.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд через Заволжский районный суд г. Твери в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Председательствующий А.Н. Почаева
Мотивированное решение составлено 23 января 2025 г.
Председательствующий А.Н. Почаева