Гражданское дело № 2-432/2025

УИД 62RS0001-01-2024-001696-35

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 декабря 2025 года г. Рязань

Железнодорожный районный суд г.Рязани в составе судьи Ивановой Е.Ю.,

при секретаре ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда дело по иску ФИО1 к ФИО2 о защите чести и достоинства,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о защите чести и достоинства, мотивируя требования тем, что истец ФИО1 является собственником <адрес> доме, расположенном по адресу: <адрес>.

Ответчик ФИО2 является соседкой истца и проживает в <адрес> доме, расположенном по адресу: <адрес>.

В общедомовом чате многоквартирного дома (<адрес> в мессенджере TELEGRAM, в котором состоит 495 участников, ответчик, зарегистрированная под именем «ФИО2 С», с номера телефона № опубликовала в адрес истца фразы оскорбительного характера, содержащие негативную субъективную оценку её личности и её семьи, а именно:

ДД.ММ.ГГГГ в 10 часов 01 минута «56 свинячая берлога, уберите за собой. Почему я должна открывать дверь и ходить по Вашему налитому дерьму! То мусором воняет во весь этаж из за построенной перегородки, то вот ещё... наплевали выходя а убирать не надо!».

ДД.ММ.ГГГГ в 23 часа 36 минут «<адрес>. Я сейчас полицию вызову! Сколько можно долбить уже. Сделали пристройку, чтобы там малолетние пьяные ребята собирались, бегали по коридору и долбили дверью. Не понимаете, что у меня тоже дети и вы долбите о мою стену! Наглые и бестыжие!».

ФИО1 полагает, что негативные сообщения ответчика, совершенные в публичном чате, отправлены с целью обидеть, унизить и вызвать негативные эмоции у истца.

Распространение таких высказываний противоречит нормам общественной морали, направлено на унижение чести и достоинства истца ФИО1 в глазах окружающих людей - соседей, и является оскорблением личности истца.

Помимо того, сведения, содержащиеся в высказываниях ответчика, являются недостоверными. Истец и её семья отсутствовали в квартире и просто не имели возможности сделать то, о чем пишет в публичном чате ответчик.

В результате действий ответчика по опубликованию таких высказываний ФИО1 испытала нравственные страдания, стыд и унижение. Истице было неудобно и стыдно перед другими участниками общедомового чата, она длительное время находилась в подавленном состоянии, очень переживала, испытывала стресс.

Кроме того, из-за агрессии ответчика, ФИО1 беспокоится за своих несовершеннолетних детей, потому что ответчик, помимо негативных высказываний, всяческими способами портит жизнь истцу и её семье.

На основании изложенного, с учетом уточнений искового заявления в порядке ст. 39 ГПК РФ, просит суд:

Возложить на ФИО2 обязанность опровергнуть сведения, порочащие честь и достоинство ФИО1, путем размещения текста опровержения в мессенджере Telegram в общедомовом чате многоквартирного дома по адресу: <адрес>, путем публикации резолютивной части судебного решения в срок десять дней с момента вступления настоящего решения суда в законную силу; взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 25 000 рублей; взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 государственную пошлину в размере 600 рублей; Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 оплату судебной экспертизы в размере 27500 рублей; Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 оплату за совершение нотариального действия в размере 8010 рублей; взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 оплату юридических услуг в размере 80 000 рублей.

Истец ФИО1, ее представитель и ответчик ФИО2 и ее представитель в судебное заседание не явились‚ о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом, причины неявки суду не известны.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу статьи 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. При этом осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В соответствии со статьей 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени.

Статьей 29 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется свобода мысли и слова, а также свобода массовой информации.

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ предусмотрено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Пунктами 1,5 и 9 статьи 152 ГК РФ предусмотрено, что гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом (пункт 1).

Если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, оказались после их распространения доступными в сети "Интернет", гражданин вправе требовать удаления соответствующей информации, а также опровержения указанных сведений способом, обеспечивающим доведение опровержения до пользователей сети "Интернет" (пункт 5).

Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений (п. 9).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005г. №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» суды при разрешении споров о защите чести, достоинства и деловой репутации должны обеспечивать равновесие между правом граждан на защиту чести, достоинства, а также деловой репутации, с одной стороны, и иными гарантированными Конституцией Российской Федерации правами и свободами - свободой мысли, слова, массовой информации, правом свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, правом на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, правом на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления (статьи 23, 29, 33 Конституции Российской Федерации), с другой.

Как следует из материалов дела и установлено судом, истец ФИО1 является собственником и зарегистрирована в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, что подтверждается сведениями из ЕГРН и копией паспорта №.

Ответчик ФИО2 зарегистрирована по адресу: <адрес>, что подтверждается ответом на запрос суда из ОАСР УВМ УМВД России по Рязанской области.

Судом также установлено и сторонами не оспаривалось, что в мессенджере Telegram (Телеграм) был создан общедомовой чат многоквартирного дома по адресу: <адрес> под названием «<адрес>».

ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ минуту в чате (группе) мессенджера Telegram (Телеграм) в сообществе под названием «<адрес>», ответчик ФИО2 опубликовала сообщение следующего содержания: «56 свинячая берлога, уберите за собой. Почему я должна открывать дверь и ходить по Вашему налитому дерьму!». В 10 часов 03 минуты сообщение: «То мусором воняет во весь этаж из за построенной перегородки, то вот ещё... наплевали выходя а убирать не надо!».

ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ в чате (группе) мессенджера Telegram (Телеграм) в сообществе под названием «<адрес>», ответчик опубликовала сообщение следующего содержания: «56 КВ. Я сейчас полицию вызову! Сколько можно долбить уже. Сделали пристройку, чтобы там малолетние пьяные ребята собирались, бегали по коридору и долбили дверью. Не понимаете, что у меня тоже дети и вы долбите о мою стену! Наглые и бестыжие!».

Изложенные обстоятельства сторонами не оспаривались, а также подтверждаются скриншотами из мессенджера Telegram, протоколом осмотра доказательств от ДД.ММ.ГГГГ.

Истец полагает, что сведения, содержащиеся в чате (группе) мессенджера Telegram (Телеграм) в сообществе под названием «<адрес>», опубликованные ФИО2, унижают честь и достоинство истца ФИО1 в глазах окружающих людей - соседей и оскорбляют личность истца.

С целью установления, содержатся ли в высказываниях ответчика ФИО2 лингвистические признаки унижения чести и достоинства истца ФИО1, выраженные в неприличной или иной противоречащей общепринятым нормам морали и нравственности форме по ходатайству представителя истца по данному гражданскому делу была назначена судебная экспертиза.

Согласно выводам эксперта ФГБОУ ВО «Рязанский государственный университет имени С.А. Есенина» от ДД.ММ.ГГГГ в высказываниях ответчика ФИО2 содержатся лингвистические признаки унижения чести и достоинства истца ФИО1, распространенные публично - через общедомовый чат, представляющие собой сведения порочащего характера, указывающие на нарушения поведения в быту, норм общежития (что-то («дерьмо») пролили перед дверью ФИО2, «наплевали выходя» и не убирают, «мусором воняет во весь этаж»; ночью «долбили» о стену квартиры ФИО2), данные сведения по форме являются утверждением о фактах; выраженные в неприличной или иной противоречащей общепринятым нормам морали и нравственности форме («свинячья берлога»), характеризующие истицу как человека нечистоплотного, неряшливого, плохо содержащего квартиру.

Не согласившись с указанным заключением, стороной ответчика было представлено рецензионное заключение специалиста АНО Экспертно-правовой помощи «Независимый эксперт» № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого эксперт ФГБОУ ВО «Рязанский государственный университет имени С.А. Есенина» ФИО5 провела исследование не полностью, «произвольно» ограничив круг вопросов, поставленных судом, объект исследования экспертом определен неверно, при проведении экспертизы эксперт вышел за пределы своей компетенции, заключение не соответствует требованиям ст. 25 Федерального закона от 31.05.2001 г. №73-ФЗ (последняя редакция) «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Также в заключении отсутствуют подробный и полный лексико-семантический и лексикографичский анализ спорных фрагментов, то есть в заключении отсутствуют словарные значения подавляющего большинства слов в спорных высказываниях, при этом делается вывод о том, что информация носит негативный характер. Отсутствие лексико-семантического и семантико-стилистического и лексико-графического анализов спорных фрагментов не могло не сказаться на объективности полученных результатов, поскольку в семантике анализируемых единиц мог, как присутствовать, так и отсутствовать неодобрительный компонент значения, и при их объективной оценке эксперт мог бы сделать противоположный вывод. В заключении эксперт делает вывод о том, что негативные сведения о ФИО1 как хозяйке <адрес> имеют порочащий характер. При этом оценивать сведения как порочащие может только судебная инстанция – это правовая, а не лингвистическая характеристика.

Допрошенная в судебном заседании эксперт ФИО5 пояснила, что действительно, как верно указано в рецензии, она в своем заключении не указала на основании каких конкретных документов, она установила, что спорные высказывания ФИО2 имеют отношение к ФИО1 В списке литературы она забыла указать «Словарь русского языка (Малый академический словарь, МАС) под редакцией ФИО4, на который она ссылалась по тексту заключения. В своем заключении она исследовала не все слова в высказываниях ФИО2, а только те слова, которые явно выражают негативную характеристику. В заключении действительно сделала вывод о порочащем характере высказываний, руководствуясь разъяснениями п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005г. №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц».

В связи с изложенным, данное заключение суд не может принять во внимание, поскольку эксперт по своему усмотрению исследовала только часть слов, содержащихся в спорных высказываниях.

По мнению суда, такое исследование не соответствовало целям проведения экспертизы, заключающимся в необходимости исследования конкретных фрагментов текстов, указанных истцом в исковом заявлении, а не определенных экспертом.

Кроме того, эксперт ФИО5 вышла за пределы компетенции эксперта в определении характера сведений как порочащих и формы их выражения как неприличной или иной противоречащей общепринятым нормам морали и нравственности.

По ходатайству представителя ответчика определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена повторная судебная экспертиза, проведение которой было поручено ФБУ «Рязанская лаборатория судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации.

Согласно заключения эксперта ФБУ Рязанская ЛСЭ Минюста России № от ДД.ММ.ГГГГг.:

Вопрос: «Имеются ли в высказываниях ответчика ФИО2 лингвистические признаки унижения чести и достоинства истца ФИО1, выраженные в неприличной или иной противоречащей общепринятым нормам морали и нравственности форме?»

Ответ: В связи с тем, что поставленный вопрос выходит за пределы компетенции эксперта, в соответствии с требованиями ст. 85 ГПК РФ и руководствуясь п. 3 ст. 16 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №-Ф3 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», эксперт сообщил о невозможности дать заключение в части установления «неприличной или иной противоречащей общепринятым нормам морали и нравственности формы».

Вопросы 1, 2 (в редакции эксперта): Содержится ли в высказываниях ответчика ФИО2 значение унизительной оценки истца ФИО1? Если да, то в какой форме они выражены?

Ответ: В высказываниях ответчика ФИО2 содержится значение унизительной оценки истца ФИО1 в номинации «56 свинячья берлога» и высказывании «Наглые и бесстыжие!». Лингвистические признаки неприличной формы выражения отсутствуют.

Вопросы 3, 4 (по инициативе эксперта): Содержится ли в высказываниях ответчика ФИО2 негативная информация в отношении истца ФИО1? Если да, то в какой форме она выражена: утверждения о фактах и событиях, мнения, оценочного суждения, предположения?

Ответ 3, 4: В высказываниях ответчика ФИО2 содержится негативная информация в отношении истца ФИО1:- жильцы <адрес>, в том числе ФИО1, - скверные, грязные, неопрятные, нечистоплотные люди, неряхи, запустившие свою квартиру, превратившие ее в грязное, убогое жилище («56 свинячья берлога») (оценочное суждение);

- жильцы <адрес>, в том числе ФИО1, налили перед дверью ФИО2 нечто, вызывающее ее отвращение, испачкали пол («Почему я должна открывать дверь и ходить по Вашему налитому дерьму!») (утверждение о фактах и событиях);

- жильцы <адрес>, в том числе ФИО1, наплевали, выходя, и не убрали за собой («то вот ещё... наплевали выходя, а убирать не надо!») (утверждение о фактах и событиях);

- из-за построенной перегородки воняет мусором («То мусором воняет во весь этаж из за построенной перегородки») (утверждение о фактах и событиях);

- жильцы <адрес>, в том числе ФИО1, ударяют, колотят дверыо о стену квартиры ФИО2 («<адрес> Я сейчас полицию вызову! Сколько можно долбить уже. Сделали пристройку, чтобы там малолетние пьяные ребята собирались, бегали по коридору и долбили дверью. Не понимаете, что у меня тоже дети и вы долбите о мою стену!») (утверждение о фактах и событиях);

- жильцы <адрес>, в том числе ФИО1, - дерзко беззастенчивые, нахальные, лишенные чувства стыда люди («Наглые и бестыжие!») (оценочное суждение).

В статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законодатель закрепляет дискреционное полномочие суда по оценке доказательств, необходимое для эффективного осуществления правосудия.

Согласно приведенной норме суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы; суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении» заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами.

Таким образом, экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Поскольку экспертиза по делу проводилась с соблюдением установленного порядка - экспертом, обладающим познаниями в области лингвистических экспертиз, который был предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, выводы эксперта не содержат неясностей, суд приходит к выводу о том, что заключение судебной экспертизы отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, и отсутствуют основания для сомнений в его правильности.

В судебном заседании эксперт ФИО12 свое заключение подтвердила, суду пояснила, что вопросы скорректировала с учетом компетенции эксперта, также пояснила, что унизительная оценка лица – это неотъемлемая часть, составляющая оскорбительные высказывания, значение унизительной оценки можно приравнять к оскорбительности. В высказываниях ответчика: «56 свинячья берлога» и «Наглые и бесстыжие!» содержится значение унизительной оценки истца.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце шестом пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», на ответчика, допустившего высказывание в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статьи 150, 151 ГК РФ).

В соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности (абз. 3 указанного постановления).

Из пункта 6 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 марта 2016 года, следует, что содержащиеся в оспариваемых высказываниях ответчиков оценочные суждения, мнения, убеждения не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса, если только они не носят оскорбительный характер.

В абз. 2 п. 7 постановления указано, что под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

В данном случае сведения о ФИО1 были сообщены ФИО2 в чате (группе) мессенджера Telegram (Телеграм) в сообществе под названием «<адрес>», при этом в указанном чате (группе) на момент публикации состояло 495 участников.

Таким образом, спорные сведения были сообщены нескольким лицам, что свидетельствует о доказанности распространения данных сведений ответчиком.

По мнению суда, распространенные ответчиком об истце сведения являются оценочными суждениями относительно личности истца. Данные сведения не являются фактами, соответствие действительности которых можно проверить, в связи с чем требования истца в части возложения на ответчика обязанности опровергнуть сведения путем размещения текста опровержения в мессенджере Telegram в общедомовом чате многоквартирного дома по адресу: <адрес>, путем публикации резолютивной части судебного решения удовлетворению не подлежат.

Вместе с тем высказывания «<адрес> свинячья берлога» и «Наглые и бесстыжие!», касающиеся истца, содержащие значение унизительной оценки и негативной информации в отношении истца, по мнению суда, носят оскорбительный характер, унижают честь, достоинство истца, в связи с чем имеются основания для взыскания с ответчика компенсации морального вреда.

Исходя из степени нравственных страданий истца, содержания и смысловой направленности сведений, степени их влияния на формирование негативного мнения об истце, суд считает возможным требования истца о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично и взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

Довод стороны ответчика о том, что ФИО2 обращалась с заявлением в полицию, в котором просила привлечь ФИО1 к административной и уголовной ответственности, что подтверждается материалами КУСП -7921, не является основанием для отказа в удовлетворении требований.

Согласно ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй ст. 96 ГПК РФ.

Ч. 1 ст. 88 ГПК РФ установлено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Ст. 100 ГПК РФ установлено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцом по данному делу при рассмотрении дела в суде первой инстанции были понесены расходы по оплате услуг представителя в размере 80 000 руб., которые подтверждаются соглашением об оказании юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ, договором на оказание юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ. и квитанцией № от ДД.ММ.ГГГГ.

Суд учитывает правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в Определении от 17 июля 2007 года № 382 О-О, согласно которой обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 100 ГПК Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Учитывая всё вышеизложенное, а также иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе сложность и длительность рассмотрения дела, степень участия представителя, представление доказательств, составление документов по настоящему гражданскому делу, стоимость аналогичных услуг в Рязанской области, а также принцип разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца в возмещение судебных расходов на представителя 70 000 рублей. Определение судом судебных расходов истца на представителя в указанном размере не является завышенным и не нарушает баланс прав и интересов сторон.

Доводы возражений ответчика о том, что в соглашении на оказание юридической помощи не указан конкретный адвокат, которому адвокат ФИО8 вправе перепоручать защиту интересов ФИО1, не могут служить основанием для отказа во взыскании расходов на услуги представителя, так как пунктом 2.7 соглашения от ДД.ММ.ГГГГ. установлено, что адвокат ФИО8 вправе самостоятельно и за свой счет привлекать для выполнения поручения Доверителя третьих лиц, в том числе для участия в судебных заседаниях. При этом между адвокатом ФИО8 и ФИО11 был заключен договор на оказание юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ, согласно условиям которого исполнитель ФИО11 обязуется по поручению заказчика ФИО8 оказать следующие юридические услуги: участие в судебных заседаниях в Железнодорожном районному суде г.Рязани по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО1 о защите чести и достоинства, представляя интересы истца по данному делу.

Суд считает также связанными с рассмотрением настоящего дела и подлежащими удовлетворению требования истца о взыскании с ответчика расходов за совершение нотариального действия в размере 8010 рублей, которые подтверждаются протоколом осмотра доказательств от ДД.ММ.ГГГГ. Суд полагает, что указанные расходы являются необходимыми издержками по делу, в связи с чем, они подлежат взысканию с ответчика.

Также с ответчика в пользу истца подлежат расходы по оплате за проведение судебной экспертизы в размере 27500 руб., которые подтверждаются чеком ПАО Сбербанк от ДД.ММ.ГГГГ.

Вопреки доводам представителя ответчика суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика судебных расходов по проведению первичной судебной экспертизы, поскольку обстоятельства того, что по ходатайству ответчика судом назначена повторная экспертиза, выводы которой были учтены судом при принятии решения, первичная экспертиза отклонена судом при рассмотрении спора, не свидетельствуют об исключении из состава судебных расходов вознаграждения эксперту за первичную экспертизу, поскольку процессуальным законом не предусмотрено условий, при которых расходы, связанные с проведением судебной экспертизы, результаты которой не признаны судом недопустимым доказательством, не подлежат компенсации. В реализации данного права не может быть отказано по причине несогласия суда с экспертным заключением.

Истцом при подаче иска уплачена государственная пошлина в размере 600 руб., что подтверждается чеком от ДД.ММ.ГГГГ

Учитывая, что в удовлетворении требований в части возложения обязанности опровергнуть сведения ФИО1 отказано, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о защите чести и достоинства – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 (паспорт №) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей.

Взыскать с ФИО2 (паспорт №) в пользу ФИО1 (паспорт №) расходы по оплате судебной экспертизы в размере 27500 рублей.

Взыскать с ФИО2 (паспорт №) в пользу ФИО1 (паспорт №) расходы по оплате нотариального действия в размере 8010 рублей.

Взыскать с ФИО2 (паспорт №) в пользу ФИО1 (паспорт №) расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Взыскать с ФИО2 (паспорт №) в пользу ФИО1 (паспорт №) расходы на оплату услуг представителя в размере 70 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятии решения суда в окончательной форме в судебную коллегию по гражданским делам Рязанского областного суда через Железнодорожный районный суд г. Рязани.

Мотивированное решение суда изготовлено 30 декабря 2025 года.

Судья-подпись

Копия верна. Судья Е.Ю. Иванова