УИД 16RS0042-03-2024-014401-82

Дело № 2-1266/2025

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

30 января 2025 года г. Набережные Челны

Набережночелнинский городской суд Республики Татарстан в составе

председательствующего судьи Домрачевой В.А.,

с участием помощника прокурора Лебедевой О.И.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Кляпышевой Н.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «КАМАЗ-Металлургия» о компенсации морального вреда, связанного с причинением вреда здоровью в результате профессионального заболевания,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «КАМАЗ-Металлургия» о компенсации морального вреда, связанного с причинением вреда здоровью в результате профессионального заболевания. В обоснование иска указано, что ФИО1 с 23 ноября 1978 год по 13 мая 1982 год работал ... Камского объединения по производству большегрузных автомобилей (КАМАЗ) МИНАВТОПРОМА. С 19 сентября 1984 года по 23 июля 1987 года работал ... Камского объединения по производству большегрузных автомобилей (КАМАЗ) МИНАВТОПРОМА. С 15 октября 1987 года по 16 апреля 1996 года истец работал обрубщиком фасонного литья на наждаках и вручную 2 разряда в литейном цехе №4 производства серого и ковкого чугуна литейного завода Камского объединения по производству большегрузных автомобилей (КАМАЗ). 25 января 2001 года истец был принят ... ОАО « Камский литейный завод», с 15 августа 2002 года переименованное в ОАО «КАМАЗ-Металлургия», в настоящее время АО «КАМАЗ-Металлургия». С 01 января 2012 года в порядке перевода истец был принят ... Металлургического комплекса ОАО «КАМАЗ», с 14 июля 2015 года переименованное в ПАО «КАМАЗ». 16 апреля 2018 года трудовой договор прекращен в связи с отказом работника от перевода на другую работу, необходимую ему в соответствии с медицинским заключением. В период работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов у истца возникло профессиональное заболевание. Согласно акту о случае профессионального заболевания от 17 июля 2012 года ФИО1 установлен диагноз профессионального заболевания: «...». Кроме того, установлена степень утраты профессиональной трудоспособности – 20 % с 04 апреля 2023 года бессрочно. Профессиональной заболевание истца прогрессирует, с 2023 года диагноз истца указан как «...». В связи с профессиональным заболеванием истец вынужден регулярно обращаться за медицинской помощью, посещать различных медицинских специалистов, ежегодно находиться на обследовании и лечении в ОАО «Городская клиническая больница №12» Республиканского центра профпатологии МЗ РТ. На основании изложенного, истец просит взыскать с ответчика АО «КАМАЗ-Металлургия» компенсацию морального вреда в размере 600 000 руб., расходы по оплате юридических услуг в размере 25 000 руб.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, его представитель ФИО2 в судебном заседании иск поддержала.

Представитель ответчика АО «КАМАЗ-Металлургия» ФИО3 в судебном заседании иск не признала, указав, что требования о компенсации морального вреда являются завышенными.

Представитель Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Татарстан в судебное заседание не явился, извещен судебной повесткой, направил отзыв на исковое заявление, решение оставляет на усмотрение суда.

Выслушав стороны, изучив материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению, оставившего определение размера компенсации морального вреда на разрешение суда, суд приходит к следующему.

На основании статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно статье 220 Трудового кодекса Российской Федерации условия труда, предусмотренные трудовым договором, должны соответствовать требованиям охраны труда.

В случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно абзацу 2 пункта 3 статьи 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (с последующими изменениями) возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно трудовой книжке АТ-II №2383931 ФИО1 с 23 ноября 1978 год по 13 мая 1982 год работал ... Камского объединения по производству большегрузных автомобилей (КАМАЗ) МИНАВТОПРОМА.

С 19 сентября 1984 года по 23 июля 1987 года работал ... Камского объединения по производству большегрузных автомобилей (КАМАЗ) МИНАВТОПРОМА.

С 15 октября 1987 года по 16 апреля 1996 года истец работал ... Камского объединения по производству большегрузных автомобилей (КАМАЗ).

25 января 2001 года истец был принят ... ОАО « Камский литейный завод», с 15 августа 2002 года переименованное в ОАО «КАМАЗ-Металлургия», в настоящее время АО «КАМАЗ-Металлургия». С 01 января 2012 года в порядке перевода истец был принят ... Металлургического комплекса ОАО «КАМАЗ», с 14 июля 2015 года переименованное в ПАО «КАМАЗ».

16 апреля 2018 года трудовой договор прекращен в связи с отказом работника от перевода на другую работу, необходимую ему в соответствии с медицинским заключением.

Актом о случае профессионального заболевания от 17 июля 2012 года установлено, что истец получил профессиональное заболевание: Двусторонняя нейросенсорная тугоухость 1 степени.

Из пункта 17 указанного акта следует, что профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах и условиях: работы во вредных условиях труда более 31 года (в том числе обрубщиком более 20 лет) в производственных цехах с технологическим оборудованием, являющимся источником производственного шума уровни которого при техпроцессе превышают предельно-допустимые уровни (ПДУ) на рабочем месте.

Из пункта 19 акта следует, что вины работника не установлено.

Согласно пункту 15 акта ранее установленных профессиональных заболеваний у истца не имелось.

Согласно справке серии МСЭ-2006 № 0782967, выданной бюро №36 - Федерального казенного учреждения «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Республике Татарстан Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации», в связи с профессиональным заболеванием истцу была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 20% с 04 апреля 2023 года по бессрочно.

В связи с профессиональными заболеваниями истец вынужден находиться на стационарном лечении, ежегодно находиться на обследовании и лечении в ОАО «Городская клиническая больница № 12» Республиканского центра профпатологии Министерства Здравоохранения Республики Татарстан (г. Казань), что подтверждается выписками из медицинской карты стационарного больного.

Согласно выпискам из медицинской карты, программе реабилитации стационарного больного истцу установлен диагноз –двусторонняя нейросенсорная тугоухость 1 степени.

Профессиональное заболевание истца прогрессирует, в пункте 20.1 Программы реабилитации пострадавшего, выданной Бюро МСЭ №36 ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Республике Татарстан» Минтруда России, от 26 июня 2024 года указан диагноз: двусторонняя нейросенсорная тугоухость 2 степени.

Как разъяснено в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Согласно абзацу 1 пункта 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Как указано в абзаце 1 пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В соответствии с пунктом 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ч. 8 ст. 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда (абзац 2 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Согласно пункту 47 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Поскольку заболевания в виде «двустороння нейросенсорная тугоухость 1 степени» истец получил в результате профессиональной деятельности, в том числе в результате действий ответчика, не обеспечившего своего работника безопасными условиями труда, то имеются достаточные основания для возложения на ответчика гражданско-правовой ответственности по компенсации морального вреда истцу.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, характер и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий, требования разумности и справедливости, и считает необходимым определить компенсацию морального вреда, взыскиваемого с ответчика в размере 190 000 руб.

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 этого Кодекса.

Согласно статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

06 декабря 2024 года между ФИО1 и ФИО2 заключен договор на возмездное оказание юридических услуг №79, согласно которому заказчик (ФИО1) поручает, а исполнитель (ФИО2) принимает на себя обязанность представлять за вознаграждение интересы заказчика в суде по иску ФИО1 к АО «КАМАЗ-Металлургия» о компенсации морального вреда вследствие профессионального заболевания работника.

Согласно пункту 4.1 договора сумма вознаграждения исполнителя по договору составляет 25 000 руб. плюс 10% от суммы удовлетворенных судом исковых требований.

Согласно расписке о получении вознаграждения от 06 декабря 2024 года ФИО2 получила от ФИО1 денежные средства в размере 25 000 руб. согласно условиям договора №79.

На основании изложенного, с учетом сложившихся цен на юридические услуги, судебные расходы присуждаются истцу с учетом требований разумности и обоснованности. Таким образом, взысканию с ответчика в пользу истца подлежат расходы по оплате юридических услуг в размере 20 000 руб.

При разрешении вопроса о государственной пошлине суд руководствуется статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, абзацем 5 пункта 2 статьи 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с абзацем 9 пункта 2 статьи 61.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации, на основании которых с ответчика подлежит взысканию в доход бюджета муниципального образования город Набережные Челны государственная пошлина в размере 3 000 руб., от уплаты которой истец был освобожден на основании подпункта 1 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 194-196, 198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковое заявление ФИО1 к акционерному обществу «КАМАЗ-Металлургия» о компенсации морального вреда, связанного с причинением вреда здоровью в результате профессионального заболевания удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «КАМАЗ-Металлургия» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (СНИЛС ...) компенсацию морального вреда, связанного с причинением вреда здоровью в результате профессионального заболевания, в размере 190 000 (сто девяносто тысяч) рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 20 000 (двадцать тысяч) рублей.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с акционерного общества «КАМАЗ-Металлургия» (ИНН <***>, ОГРН <***>) государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования город Набережные Челны в размере 3 000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Татарстан через Набережночелнинский городской суд Республики Татарстан в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья: подпись