Решение по делу № 2-200/2023 от 07.06.2023 - о признании договора купли-продажи и завещания квартиры недействительными, истребовании имущества из незаконного владения и признании права собственности на квартиру, по встречному иску <ФИО> к <ФИО> о признании добросовестным приобретателем.

Дело № 2-200/2023

УИД:48RS0001-01-2022-005335-09

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

7 июня 2023 года город Липецк

Советский районный суд г. Липецка в составе:

председательствующего судьи Устиновой Т.В.

при секретаре Мещеряковой В.Р.,

рассмотрев в судебном заседании в городе Липецке дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора купли-продажи и завещания квартиры недействительными, истребовании имущества из незаконного владения и признании права собственности на квартиру, по встречному иску ФИО2 к ФИО1 о признании добросовестным приобретателем,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился с иском к ФИО2 с учетом уточнения о признании договора купли-продажи квартиры и завещания недействительными, истребовании имущества из незаконного владения и признании права собственности на квартиру, ссылаясь на то, что является племянником ФИО4, которая умерла ДД.ММ.ГГГГ. При жизни в собственности у ФИО4 находилась квартира <адрес>, однако, по договору купли-продажи данная квартиры была продана ответчице, при этом ФИО4 не могла понимать значение своих действий и руководить ими, поскольку ранее по результатам судебной психолого-психиатрической экспертизы, проведенной в 2013 году эксперты пришли к выводу о том, что ФИО4 не может понимать значение своих действий и руководить ими при совершении другой сделки по отчуждению указанной квартиры, договора дарения, оставленного в пользу ФИО5. Также с учетом уточнения иска указал, что помимо договора купли-продажи ФИО4. при жизни составила завещание также в пользу ответчицы, а поэтому окончательно просил признать недействительным завещание от 15 мая 2017 года, составленное от имени ФИО4 в пользу ответчицы, признать недействительным договор купли-продажи спорной квартиры, заключенный между ФИО4 и ответчицей, истребовать из чужого незаконного владения ответчицы спорную квартиру и возвратить в наследственную массу указанную квартиру, признать право собственности на данную квартиру.

ФИО2 обратилась со встречным иском к ФИО1, в котором просила признать ее добросовестным приобретателем спорной квартиры, ссылаясь на то, что право собственности у нее на квартиру возникло на законных основаниях.

В судебном заседании ФИО1 и его представитель по доверенности ФИО6 исковые требования поддержали, ссылаясь на те же доводы, пояснили, что в отношении ФИО4 еще при жизни проводилась судебная психолого-психиатрическая экспертиза, при непосредственном участии ФИО4 и согласно выводам экспертов ФИО4 уже по состоянию на 2013 год при заключении договора дарения своей квартиры находилась в таком состоянии, которое лишало ее способности понимать значение своих действий и руководить ими. При этом в рассматриваемом случае по состоянию и на 2017 год и 2018 год состояние ФИО4 в силу выявленных у нее заболеваний не могло улучшится с учетом также ее возраста-90 лет. Встречные исковые требования полагали не подлежащими удовлетворению.

Представитель ответчика по доверенности ФИО7 в судебном заседании и ранее принимавшая участие в деле ФИО2 исковые требования ФИО1 не признавали, встречные требования поддерживали, ссылаясь на то, что оспариваемые сделки являлись волеизъявлением ФИО4, которую она выразила при жизни и находилась в таком состоянии, которое позволяло ей понимать значение своих действий и руководить ими. Представитель ответчика оспаривал результаты проведённой по делу судебной психолого-психиатрической экспертизы, ссылался на то, что согласно имеющимся данным у ФИО4 никогда не было диагностировано психического заболевания, а имеющиеся у нее заболевания не могли повлиять на искажение ее воли, что также следует из показаний допрошенных свидетелей, согласно которым ФИО4 до самой смерти проживала одна, являлась дееспособной, ее поведение никоим образом не говорило о каком-либо отклонении психического здоровья. ФИО2 осуществляла уход за ФИО4, помогала ей в быту, при этом ФИО1, являющийся племянником, никакого участия в судьбе ФИО4 не принимал и именно данными обстоятельствами обусловлено совершение ФИО4 оспариваемых сделок. Также указал, что эксперты ФИО8 и ФИО9, входящие в состав членов комиссии экспертов ранее также входили в состав комиссии при проведении экспертизы в 2015 году, а поэтому данное обстоятельство может указывать на необъективность проведенной по настоящему делу экспертизы.

Третьи лица – нотариус ФИО10, представитель управления Росреестра по Липецкой области, а также привлечённые к участию в деле в качестве третьих лиц- ФИО11 в лице своего опекуна ФИО12, ФИО13 в судебное заседание не явились, извещались надлежащим образом.

Ранее в судебном заседании опекун ФИО11 – ФИО12 исковые требования ФИО1 полагала необоснованными и не подлежащими удовлетворению, встречные требования ФИО2 полагала обоснованными, ссылаясь на то, что ФИО1 никогда не проявлял заботу о своей тете ФИО4, не навещал ее, не поддерживал с ней какой-либо связи, при этом ФИО4 не доверяла ФИО1 Поясняла, что ФИО2 в последние годы жизни ФИО4 заботилась о ней, помогала ей в быту, а поэтому ФИО4 по своей воле решила переоформить свою квартиру на имя ФИО2 Также поясняла, что ФИО4 при жизни всегда давала отчет своим действиям, и могла руководить ими, у нее не было каких-либо психических отклонений в поведении. Также пояснила, что обратилась к нотариусу от имени своего супруга ФИО11 с заявлением о принятии наследства, поскольку ФИО11 также является племянником ФИО4, а поэтому имеет такие же права наследования, что и ФИО1

Выслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания или заключения наследственного договора. К наследственному договору применяются правила настоящего Кодекса о завещании, если иное не вытекает из существа наследственного договора. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме.

Согласно ч. 5 ст. 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации, завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

На основании ст. 1119 Гражданского кодекса Российской Федерации завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса. Свобода завещания ограничивается правилами об обязательной доле в наследстве.

Согласно ст. 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации, при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием. Оспаривание завещания до открытия наследства не допускается.

Завещание является односторонней сделкой, к нему применяются правила о недействительности сделок, предусмотренные в главе 9 Гражданского кодекса Российской Федерации (ст. 166 - 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст.549 Гражданского кодекса РФ, по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130) (п.1).

В соответствии со ст. 177 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения (пункт 1).

Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно, применяются правила, предусмотренные абзацами 2 и 3 п. 1 ст. 171 настоящего Кодекса (п. 3).

Таким образом, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

Следовательно, имущество, отчужденное первоначальным собственником квартиры, не понимавшим значение своих действий и не способным руководить ими, может быть истребовано от добросовестного приобретателя.

В соответствии со ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В силу положений ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Состязательность предполагает возложение бремени доказывания на сами стороны и снятие по общему правилу с суда обязанности по сбору доказательств.

В данном случае правовое значение имеет выяснение обстоятельств, связанных с тем, отдавала ли отчет ФИО4 своим действиям и могла ли руководить ими в момент заключения спорных сделок- завещания и договора купли-продажи.

Судом установлено, что ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла ДД.ММ.ГГГГ

На момент смерти ФИО4 была зарегистрирована по адресу: <адрес>

Указанная квартира принадлежала ФИО4 на праве собственности, однако 12.04.2018 между ней и ФИО2 был заключен договор купли-продажи указанной квартиры.

Также, ранее 15.05.2017 ФИО4 составила завещание, в соответствии с которым завещала спорную квартиру ФИО2.

Судом также установлено, что истец ФИО1 является наследником к имуществу ФИО4 по праву представления, поскольку является сыном родной сестры ФИО4, умершей ДД.ММ.ГГГГ года.

Также установлено, что в отношении имущества ФИО4 открыто наследственное дело у нотариуса ФИО10, с заявлением о принятии наследства по всем основаниям наследования обратились: 14.09.2022 года - ФИО1, 1.02.2023 года - ФИО2 по завещанию, 13.02.2023 года - ФИО11 по всем основаниям наследования. По состоянию на 2.06.2023 года с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство наследники к нотариусу не обращались, свидетельства о праве на наследство никому не выдавались.

Согласно объяснениям сторон ФИО11 также является племянником ФИО4

Также согласно объяснениям ФИО1 и ФИО12 у ФИО1 имеется родная сестра ФИО13, с которой ФИО1 не общается, однако, она может также являться наследником той же очереди, что и ФИО1, в связи с чем ФИО13 и была привлечена судом к участию в деле, однако, каких-либо данных о том, что она претендует на наследственное имущество суду представлено не было.

Других родственников ФИО4 не имеет.

В данном случае ФИО1, заявляя требования о признании как завещания, так и договора купли-продажи спорной квартиры недействительными указал именно на состояние ФИО4, которая в момент совершения оспариваемых сделок не могла понимать значение своих действий и руководить ими в силу имеющихся у нее заболеваний. При этом сторона истца по первоначальному иску ссылалась на результаты судебной амбулаторной психолого-психиатрической экспертизы, проведенной в отношении ФИО4 в рамках другого гражданского дела еще при жизни самой ФИО4

Судом установлено, что, действительно, 24.02.2015 году ФИО4 обращалась в Советский районный суд города Липецка с иском к ФИО5 о признании недействительным договора дарения квартиры <адрес>, заключенного 10.04.2013 между ней и ФИО5

В рамках рассмотрения указанного дела судом была назначена судебная амбулаторная психолого-психиатрическая экспертиза.

В соответствии с выводами судебно-психиатрической комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № № ФИО4 страдала на день проведения экспертизы и на дату заключения договора дарения 10.04.2013 сосудистой деменцией. Во время заключения договора дарения 10.04.2013 находилась в состоянии, которое лишало ее способности понимать значение своих действий и руководить ими.

Решением Советского районного суда г. Липецка от 21.07.2015 договор дарения, заключенный 10.04.2013 между ФИО4 и ФИО5 был признан недействительным при доказанности доводов истца, что в момент совершения сделки дарения, 10.04.2013, она находилась в таком состоянии, что не способна была понимать значение своих действий и руководить ими.

Решение вступило в законную силу.

В данном случае представитель ФИО1 ссылалась на то, что в момент составления оспариваемых завещания и договора купли-продажи спорной квартиры состояние здоровья ФИО4 с учетом возраста и имеющихся заболеваний не позволяло ей в полной мере отдавать отчет своим действиям, поскольку она находилась под влиянием ФИО2, которая могла оказывать на нее давление и убедить совершить указанные сделки без истинной воли самой ФИО4, состояние здоровья ФИО4 после 2013 года не улучшилось и не могло улучшится с учетом выявленных заболеваний и возраста ФИО4

Судом также установлено и следует из информационной медицинской системы «Квазар», что ФИО4 с 21 по 25 февраля 2022 года проходила стационарное лечение в Липецкой областной клинической больнице с диагнозом «Первичный коксартоз двусторонний», «Стенокардия неучтенная»; деформирующий артроз правого тазобедренного сустава.

04.03.2022 была осмотрена на дому, выставлен диагноз - острая инфекция верхних дыхательных путей.

07.04.2022 была осмотрена на дому и ей был выставлен диагноз атеросклеротическая болезнь сердца (основное заболевание).

Также согласно ответу ГУЗ «Липецкая городская поликлиника № 1» медицинская карта ФИО4 в ГУЗ «Липецкая городская поликлиника № 1» отсутствует.

На учетах в ГУЗ «ЛОНД», «ЛОПНБ» не состояла.

Согласно объяснениям стороны ответчика по первоначальному иску ФИО2 осуществляла уход за ФИО4, помогала ей в быту, по хозяйству, поддерживала общение и данное обстоятельство предопределило волеизъявление ФИО4 по распоряжению своим имуществом в пользу ФИО2, поскольку родственники, включая ФИО1, проявляли полное равнодушие к судьбе ФИО4, не общались с ней, не помогали ей.

Для определения состояния ФИО4 на момент составления оспариваемых сделок судом были допрошены свидетели.

Так, ранее допрошенная в качестве свидетеля ФИО12 суду показала, что ФИО4 является родной тетей её супруга и они навещали ее. Около 20 лет назад был разговор о том, что ФИО4 намерена была подарить квартиру свидетелю, но потом эта договоренность не состоялась. ФИО4 была одинокой женщиной, за ней ухаживала ФИО2 С племянником ФИО1 у ФИО4 были очень плохие отношения, он к ней не приходил, помощь не оказывал. Ей известно, что ФИО4 его боялась. Когда решался вопрос о том, кто будет ухаживать за ФИО4, то было решено, что это будет ФИО2, соответственно, было принято решение, что квартира после смерти ФИО4 также достанется ответчику. Свидетелю было известно, что ФИО4 составила на имя ответчика завещание, а также о том, что в последующем ответчик эту квартиру приобрела. ФИО4 была пожилым человеком, однако, она понимала значение своих действий и находилась в здравом уме. Когда ФИО4 умерла, её похоронами занималась она. ФИО1 участия в похоронах не принимал.

Свидетель также показала, что в квартире на момент смерти ФИО4 находилась старая мебель, холодильник большой и маленький, один телевизор старой модели и стиральная машинка. Все это имущество оставалось в квартире. ФИО2 планировала продать квартиру вместе с мебелью.

Свидетель ФИО14 суду показала, что около 5 лет до дня смерти ФИО4, осуществляла уход за ФИО4, за это ФИО2 платила ей ежемесячно по 7000 рублей. В её обязанности входило покормить, помыть и переодеть ФИО4 Охарактеризовала ФИО4 как доброго, веселого человека, которая всё помнила, никаких психических отклонений у ФИО4 она не замечала. Ей известно, что ФИО4 приняла решение завещать квартиру ФИО2, а затем между ними состоялся договор купли-продажи. Она никогда не видела родственников ФИО4, полагала, что у нее родственников не было. В квартире ФИО4 находились старый телевизор, два холодильника большой и маленький, стиральная машинка.

Свидетель ФИО15 показала, что является социальным работником, последние 2 года ухаживала за ФИО4, приносила ей продукты, разговаривала с ней. ФИО4 была позитивным человеком, никаких отклонений у нее не было. Ей известно, что ФИО4 жила одна, помогала ей соседка по имени Татьяна, она ей готовила еду, убирала у нее, стирала вещи. ФИО4 ей рассказывала, что она одинокая и никого кроме соседки Тани у нее нет, также она ей рассказывала, что хочет, чтобы квартира после её смерти досталась Татьяне. Продукты питания она покупала по списку, заранее составленному ФИО4, за траты она отчитывалась ФИО4, она этот вопрос контролировала. За продукты питания и за свои услуги с ней расплачивалась ФИО4 самостоятельно.

Свидетель ФИО16 суду показал, что является отцом ответчика. В 2017 году он давал ответчику деньги на покупку квартиры. Ему известно, что ответчик ухаживала за женщиной, которую он никогда не видел.

Свидетель ФИО17 показала, что ФИО4 её соседка, знакомы с ней более 40 лет. ФИО4 всегда была веселая, здоровалась. В последние годы она ФИО4 почти не видела, но с ней общалась её мама. Ей не известно, что у ФИО4 были родственники, всегда считала её одинокой. За ней ухаживали соседки Татьяна и Светлана, приходил ещё социальный работник. Последний год она ФИО4 вообще не видела, а в пределах 4х лет может сказать, что ФИО4 выходила на улицу, сидела с соседками на лавочке, ходила вместе с соседками в магазин.

Свидетель ФИО18 суду показала, что её брат женат на ФИО2 Когда у них родился ребенок, ФИО4 с ребенком сидела, поэтому свидетель бывала у ФИО4 дома. Она может охарактеризовать ФИО4 как веселого человека, никогда не наблюдала у нее признаков агрессии. Ей также известно, что в 2018 году ФИО4 предложила Татьяне купить у нее квартиру за 450 0000 рублей. Она давала Татьяне деньги в долг и они вместе с оформляли договор в МФЦ, при юристе, который оформлял сделку, ФИО4 были переданы денежные средства, составлена расписка.

Свидетель ФИО5 суду показала, что является соседкой ФИО4 и ФИО2, знает их более 40 лет, между ними были нормальные отношения. У ФИО4 был сложный характер. Когда-то она оформила на нее договор дарения, а через некоторое время потребовала его признать недействительным. ФИО4 была очень странная, постоянно боялась, что к ней кто-то по ночам ходит, хочет её убить, обвиняла её в том, что она (свидетель) воровка, кричала в подъезде. Потом за ФИО4 стала ухаживать ФИО2 Больше было некому, так как ни она, ни другие соседи с ФИО4 не общались. Со своим племянником ФИО4 не общалась, когда он приходил или его мать, ФИО4 дверь не открывала. Она в целом ко всем относилась с подозрением. Очень щепетильно относилась к квитанциям по оплате коммунальных услуг. Хотя память на тот момент уже была очень плохой. Полагает, что ФИО2 не оформляла квитанции на себя, а потому ФИО4 не понимала, что квартира уже ей не принадлежит. Ей показывали расписки, какие писала ФИО4, считает, что они были фиктивными. Татьяна просила у нее заключение эксперта и решение, ей было известно, что ранее договор дарения квартиры между ней и ФИО4 признавался недействительным в связи с тем, что ФИО4 не понимала значение своих действий и не руководила ими. Деньгами ФИО4 распоряжалась самостоятельно, оплачивала коммунальные расходы, продукты ей приносил социальный работник, записывал все траты, а ФИО4 передавала ему деньги. Родственники не хотели ухаживать за ФИО4, племянник к ней более 10 лет не приходил.

Также судом установлено, что материалах наследственного дела открытого к имуществу ФИО4 помимо оспариваемого завещания имеется еще два завещания, одно от 1994 года, согласно которому ФИО4 завещала свое имущество ФИО19, второе от 14.12.2012 года, согласно которому ФИО4 завещала свое имущество ФИО20, которое по распоряжению ФИО4 было отменено 17.01.2013 года. В последующем ФИО4 оформила договор дарения принадлежащей ей квартиры на имя ФИО5, который оспорила в судебном порядке.

В связи с этим, проверяя доводы истца и возражения ответчика, судом была назначена комплексная судебная посмертная психолого-психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ года № выполненному ГУЗ «Липецкая областная психоневрологическая больница», ФИО4 страдала в последние годы своей жизни, в том числе и на период 12.05.2017 года и 16.04.2018 года сосудистой деменцией (F 01.8). об этом свидетельствует материалы гражданского дела и медицинской документации о наличии у нее на протяжении длительного времени сосудистой патологии в виде артериальной гипертензии, диагностирование у нее так же признаков атеросклероза сосудов головного мозга в 1984 году, дисциркуляторной энцефалопатии (в 1993 году), сердечной патологии (ишемическая болезнь сердца, перенесенный в 1984 году инфаркт миокарда), что выражалось в предъявляемых ею жалобах на головные боли, головокружение, шум в голове, пошатывание при ходьбе, общую слабость, что служило основанием для наблюдения и лечения врачами невропатологами и терапевтами, установления в 1993 году бессрочной группы инвалидности. Течение сосудистой патологии носило неблагоприятный и прогрессирующий характер, сопровождалось гипертоническими кризами и в апреле 2012 года наблюдаемые ее на дому врачами отмечалось снижение памяти и внимания, рассеяность. Данный диагностический вывод подтверждается результатами предыдущего клинического психолого-психиатрического исследования от 20.05.2015 года в рамках проведения АКСППЭ по гражданскому делу на предмет оценки ее способности понимать значение своих действий или руководить ими в момент составления договора дарения от 10.04.2013 года, в ходе которого были выявлены на фоне внешней личностной сохранности затруднения воспроизведения хронологии событий, дат, сведений из личного опыта, замедленность темпа психических процессов, торпидное, замедленное, обстоятельное мышление, снижение психической активности, пассивность, истощаемость психических процессов, нарушение критики с выраженным интелектуально-мнестическим снижением способности к пониманию, анализу сложных проблемных ситуаций, критической оценке и прогнозированию результатов своих действий, высказыванием мелкомасштабных бредовых идей отношения, воровства в адрес определенного лица. Таким образом, с учетом психологического заключения, экспертная комиссия считает, что совокупность имеющихся у нее психических нарушений в сочетании с присущей ей повышенной внушаемостью и подчиняемостью в момент составления завещания 15.05.2017 года и подписания договора купли-продажи квартиры 16.04.2018 года ФИО4 находилась в таком состоянии, которое лишало ее способности понимать значение своих действий или руководить ими.

Медицинский психолог пришла к выводу о том, что ретроспективный психологический анализ материалов гражданского дела и мед.документации позволяет сделать вывод о том, что в исследуемые периоды времени на первый план у ФИО4 выступало снижение тонуса общего соматического состояния. На фоне преклонного возраста отмечались прогрессирующие нарушения когнитивных функций и эмоционально-волевой сферы по органическому типу, которые носили выраженный характер, проявлялись в виде интелектуально-мнестическогно снижения, эмоциональной лабильности и определяли повышенную внушаемость и подчиняемость, что в свою очередь, с учетом специфики и сложности правовой ситуации, оказывали существенной влияние на способность руководить своими действиями (15.05.2017 года и 16.04.2018 года).

Суд принимает во внимание данное заключение судебной экспертизы, поскольку данное экспертное заключение научно обосновано, выполнено экспертами, имеющими необходимую квалификацию в области психиатрии, сделано на основании подробного изучения всей медицинской документации и материалов гражданского дела, отвечает требованиям ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ. Эксперты предупреждены судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения и оснований не доверять выводам судебной экспертизы у суда не имеется.

Доводы представителя ФИО2 о том, что в состав комиссии экспертов входили эксперты, которые ранее по другому гражданскому делу также входили в состав экспертов, не может повлиять на законность сделанных ими выводов при проведении экспертизы по настоящему делу, поскольку нормами гражданского-процессуального законодательства не предусмотрено запрета на участие эксперта при рассмотрении дела, если он ранее принимал участие при рассмотрении другого гражданского дела с участием тех же сторон.

Так, согласно ч. 2 ст. 18 Гражданского процессуального кодекса РФ предусмотрено, что участие прокурора, помощника судьи, секретаря судебного заседания, эксперта, специалиста, переводчика в предыдущем рассмотрении данного дела в качестве соответственно прокурора, помощника судьи, секретаря судебного заседания, эксперта, специалиста, переводчика не является основанием для их отвода. Участие секретаря судебного заседания в предыдущем рассмотрении данного дела в качестве помощника судьи или участие помощника судьи в предыдущем рассмотрении данного дела в качестве секретаря судебного заседания не является основанием для их отвода.

При этом указанная норма закрепляет положения относительно участия эксперта при рассмотрении того же дела, тогда как в данном случае рассматривается другое гражданское дело.

Все эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

То обстоятельство, что эксперты в своем заключении основывались на выводах амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, проведенной в мае 2015 года, не свидетельствует о незаконности заключения комплексной судебной (посмертной) психолого-психиатрической экспертизы проведенной по данному делу, с учетом также того, что медицинская документация в настоящее время отсутствует. При проведении амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы в 2015 году эксперты непосредственно обследовали ФИО4 и уже на тот момент пришли к выводам о наличии у ФИО4 психических нарушений, которые повлияли на искажение ее волеизъявления. После проведения указанной экспертизы на момент совершения оспариваемых сделок прошло 2 года к моменту составления завещания и 3 года к моменту заключения договора купли-продажи, и доказательств того, что психическое состояние ФИО4 значительно улучшилось, что позволило ей понимать значение своих действий и руководить ими суду представлено не было.

Из материалов гражданского дела следует, что на протяжении своей жизни ФИО4 были совершены ряд сделок, направленных на распоряжение своим имуществом, а именно три завещания, договор дарения, который был оспорен, договор купли-продажи, что также свидетельствует о том, что ФИО4 в период своей жизни совершала сделки в пользу лиц, которые находились в ее окружении, осуществляли за ней определенный уход, однако, данное обстоятельство безусловно не может свидетельствовать об истинной воле ФИО4

В данном случае судом также принимаются во внимание и те обстоятельства, что ранее в 2015 году у ФИО4 посредством проведенной экспертизы было выявлено такое состояние, которое повлияло на снижение способности к пониманию своих действий при совершении ею сделки.

В заключении экспертов содержатся выводы о состоянии ФИО4 на момент совершения юридически значимого действия по договору купли-продажи квартиры от 16.04.2018 года, тогда как в данном случае оспариваемый договор купли-продажи был заключен 12.04.2018 года, при этом эксперты отвечали на поставленные судом вопросы, однако, в резолютивной части определения суда о назначении по делу соответствующей экспертизы судом была допущена описка в дате заключения договора вместо правильной 12.04.2018 года, судом была указана дата договора 16.04.2018 года.

Однако, указанные обстоятельства также не могут повлиять на законность выводов экспертов, поскольку с очевидностью допущенная описка в определении суда повлекла описку в экспертном заключении, в связи с тем, что эксперты отвечали на поставленные судом вопросы.

С учетом установленных по делу обстоятельств, правоотношений сторон, а также закона, подлежащего применению по данному делу, исходя из того, что на момент составления завещания 15.05.2017 года и заключения договора купли-продажи квартиры 12.04.2018 года ФИО4 не могла понимать значение своих действий и руководить ими, суд в силу положений ст. 177 ГК РФ признает договор купли-продажи квартиры <адрес> от 12 апреля 2018 года, заключенный между ФИО4 и ФИО2 недействительным, а также признает завещание от 15 мая 2017 года, составленное в пользу ФИО2, по распоряжению принадлежащей ей квартиры <адрес>, удостоверенное нотариусом ФИО21 недействительным, а поэтому в этой части исковые требования подлежат удовлетворению.

ФИО1 также заявлены требования об истребовании имущества из незаконного владения ФИО2, включении квартиры в наследственную массу и признании права собственности на квартиру.

Судом установлено, что согласно выписке из ЕГРН ФИО2 с 16.04.2018 года является собственником спорной квартиры. Основанием возникновения права собственности у ФИО2 послужил оспариваемый договор купли-продажи квартиры от 12.04.2018 года.

В данном случае регистрация права собственности у ФИО2 произошла на законном основании –представленном в Россрестр по Липецкой области договора купли-продажи квартиры, что подтверждается материалами регистрационного дела.

Согласно ст. 301 Гражданского кодекса РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" применяя статью 301 ГК РФ, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении. Иск об истребовании имущества, предъявленный к лицу, в незаконном владении которого это имущество находилось, но у которого оно к моменту рассмотрения дела в суде отсутствует, не может быть удовлетворен.

Также согласно п. 34 названного Пленума Верховного Суда РФ спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения.

В случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301, 302 ГК РФ.

С учетом данных обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что данные требования не подлежат рассмотрению применительно к ст. 301 Гражданского кодекса РФ, поскольку ФИО1 оспаривается право собственности ФИО2 на квартиру, которое возникло из договорных правоотношений, и которое истец по первоначальному иску оспаривает, а поэтому данные требования как самостоятельно заявленные удовлетворению не подлежат, поскольку при рассмотрении данного дела как раз и проверялась законность права собственности ФИО2 на спорное имущество.

Относительно требований ФИО1 о включении квартиры в наследственную массу, то в этой части исковых требований суд приходит к выводу о том, что они подлежат удовлетворению.

Согласно ст. 1111 Гражданского кодекса РФ наследование осуществляется по завещанию, по наследственному договору и по закону.

Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

Согласно ст. 1112 Гражданского кодекса РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается настоящим Кодексом или другими законами.

Не входят в состав наследства личные неимущественные права и другие нематериальные блага.

Согласно ст. 1113 Гражданского кодекса РФ наследство открывается со смертью гражданина. Объявление судом гражданина умершим влечет за собой те же правовые последствия, что и смерть гражданина.

В силу ст. 1143 Гражданского кодекса РФ если нет наследников первой очереди, наследниками второй очереди по закону являются полнородные и неполнородные братья и сестры наследодателя, его дедушка и бабушка как со стороны отца, так и со стороны матери.

Дети полнородных и неполнородных братьев и сестер наследодателя (племянники и племянницы наследодателя) наследуют по праву представления.

В данном случае ФИО1 является племянником ФИО4, а поэтому является наследником по закону второй очереди.

Как указано выше ФИО1 своевременно обратился с заявлением о вступлении в наследство.

Таким образом, с учетом того, что судом признаны недействительными договор купли-продажи квартиры, а также завещание, суд приходит к выводу о том, что спорная квартира должна входить в состав наследственного имущества, а поэтому исковые требования о включении указанной квартиры в наследственную массу в этой части подлежат удовлетворению.

ФИО1 также заявлены требования о признании за собой права собственности на указанную квартиру.

Судом установлено, что с заявлением о принятии наследства по всем основаниям наряду с ФИО1 также обратился ФИО11, который является наследником второй очереди, ФИО2 обратилась с заявлением о принятии наследства по завещанию.

Принимая во внимание, что суд пришел к выводу о недействительности завещания, составленного в пользу ФИО2, то в данном случае она не имеет права наследования по указанному основанию, равно как у нее отсутствует право наследования по закону.

Таким образом, к имуществу ФИО4 имеются два наследника одной очереди, соответственно у них имеется равное право на наследство. Иных наследников судом не установлено.

Согласно ст. 1164 Гражданского кодекса РФ при наследовании по закону, если наследственное имущество переходит к двум или нескольким наследникам, и при наследовании по завещанию, если оно завещано двум или нескольким наследникам без указания наследуемого каждым из них конкретного имущества, наследственное имущество поступает со дня открытия наследства в общую долевую собственность наследников.

Согласно п. 51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 N 9 (ред. от 24.12.2020) "О судебной практике по делам о наследовании"Наследственное имущество со дня открытия наследства поступает в долевую собственность наследников, принявших наследство, за исключением случаев перехода наследства к единственному наследнику по закону или к наследникам по завещанию, когда наследодателем указано конкретное имущество, предназначаемое каждому из них.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что у ФИО1 возникло право на наследование имущества ФИО4 в ? доле, а поэтому его требования в этой части подлежат частичному удовлетворению, поскольку у суда отсутствуют правовые основания для признания за ФИО1 права собственности на всю квартиру.

Таким образом, суд приходит к выводу о признании за ФИО1 права собственности на спорную квартиру в размере ? доли.

Встречные требования ФИО2 о признании ее добросовестным приобретателем удовлетворению не подлежат.

Согласно п. 1 ст. 302 гражданского кодекса РФ если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В силу п. 37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" в соответствии со статьей 302 ГК РФ ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель).

В то же время возмездность приобретения сама по себе не свидетельствует о добросовестности приобретателя.

Также согласно разъяснениям, содержащимся в п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем.

Принимая во внимание указанные положения, суд приходит к выводу о том, что ФИО2 в данном случае не может быть признана добросовестным приобретателем спорного имущества, поскольку право собственности у ФИО2 возникло на основании сделки, по которой ФИО4 имела права отчуждать свое имущество, являясь собственником своей квартиры, однако, эта сделка совершена с пороком ее воли, а поэтому признана судом недействительной.

Кроме того, согласно показаниям свидетеля ФИО5 она сообщала ФИО2 о том, что ФИО4 составляла в пользу свидетеля договор дарения, который был признан недействительным по решению суда. У суда отсутствуют основания не доверять показаниям данного свидетеля. Таким образом, ФИО2 не была лишена возможности проверить те данные, о которых ей сообщала свидетель, а поэтому казанные обстоятельства также не могут свидетельствовать о ее добросовестном приобретении спорного имущества.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании договора купли-продажи, завещания квартиры недействительными, истребовании имущества из незаконного владения и признании права собственности на квартиру, удовлетворить частично.

Признать завещание ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, от 15 мая 3017 года, составленное в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, по распоряжению принадлежащей ей квартиры <адрес>, удостоверенное нотариусом ФИО21, и зарегистрированное в реестре № 3-463, недействительным.

Признать договор купли-продажи квартиры № <адрес> от 12 апреля 2018 года, заключенный между ФИО4 и ФИО2 недействительным.

Включить в наследственную массу, открывшуюся после смерти ФИО4 - квартиру <адрес>.

Признать за ФИО1 право собственности на ? долю квартиры <адрес> в порядке наследования по закону после смерти ФИО4.

Данное решение является основанием для внесения соответствующих записей в ЕГРН по квартире № <адрес> Росреестром по Липецкой области.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 об истребовании из незаконного владения ФИО2 квартиры № <адрес> отказать.

В удовлетворении встречного иска ФИО2 к ФИО1 о признании добросовестным приобретателем отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Липецкий областной суд через Советский районный суд города Липецка в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: /подпись/ Т.В.Устинова

Мотивированное решение принято

15.06.2023