66RS0056-01-2023-000506-89

гражданское дело №2-524/8/2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Тавда 19 июля 2023 года

мотивированное решение от 26 июля 2023 года

Тавдинский районный суд Свердловской области в составе

председательствующего судьи Галкина С.В.,

при секретаре судебного заседания Гутковской М.С.,

с участием прокурора Фатьянова В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО20, действующей в своих интересах и как законный представитель несовершеннолетних ФИО5, ФИО6, ФИО7, и Ковалевской ФИО21 к муниципальному казённому дошкольному образовательному учреждению Таборинский детский сад, Администрации Таборинского муниципального района, Управлению образованием Администрации Таборинского муниципального района о взыскании компенсации морального вреда и возмещении вреда в соответствии с нормами градостроительного законодательства,

установил:

ФИО1, действующая в своих интересах и как законный представитель несовершеннолетних ФИО5, ФИО6 и ФИО7, а также ФИО2 обратились в суд с иском к муниципальному казённому дошкольному образовательному учреждению Таборинский детский сад с требованиями о взыскании компенсации морального вреда, и возмещении вреда вследствие нарушения требований к обеспечению безопасной эксплуатации сооружения.

В основание заявленных требований указано, что истица ФИО4 состояла в зарегистрированном браке с ФИО6, с которым воспитывала сына от предыдущего брака – ФИО7, и двух совместных детей – ФИО6 и ФИО5

Истице Ковалевской ФИО22. ФИО6 приходился сыном.

Супруг и сын истцов соответственно – ФИО6 при жизни состоял в трудовых отношениях с МКДОУ «Таборинский детский сад».

ДД.ММ.ГГГГ на территории МКДОУ «Таборинский детский сад» произошёл несчастный случай, в результате которого ФИО6 погиб. По данному факту был составлен Акт о несчастном случае на производстве, и в действиях работодателя были установлены многочисленные нарушения, в том числе, неудовлетворительная организация производства работ.

Смертью ФИО6 истцам, и малолетним детям погибшего, причинены нравственные страдания, связанные с переживаниями в связи с потерей близкого человека. Размер компенсации морального вреда истцы определили в размере по 3 000 000 (три миллиона) рублей каждому из истцов – ФИО2, ФИО4, а также малолетним – ФИО6, ФИО6, и ФИО7

Кроме того, ссылаясь на положения статьи 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации, ФИО4 и ФИО2 просят взыскать с ответчика в свою пользу по 1 500 000 рублей каждой за нарушения требований к обеспечению безопасной эксплуатации сооружения в виде коллектора сточных вод (выгребной ямы) детского сада.

Определением суда к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Администрации Таборинского муниципального района и Управление образованием Администрации Таборинского муниципального района.

Истцы ФИО4, действующая в своих интересах и как законный представитель несовершеннолетних ФИО5, ФИО6 и ФИО7, ФИО2, а также их представитель ФИО10 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ участия не принимают, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Представили письменные заявления о рассмотрении дела в их отсутствие.

Ранее в судебном заседании ФИО4, ФИО2 и их представитель ФИО10 поддержали заявленные требования в полном объёме по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика - МКДОУ «Таборинский детский сад» в судебном заседании участия не принимает, о времени и месте рассмотрения дела извещался по правилам статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Ранее суду были представлены письменные возражения, суть которых сводится к следующему. Заведующий хозяйством МКДОУ «Таборинский детский сад» ФИО6 в нарушение своих должностных обязанностей, закрепленных трудовым договором и должностной инструкцией, несмотря на отстранение от работы на основании приказа №-од от ДД.ММ.ГГГГ «О временной приостановке деятельности в связи с заболеванием сотрудников и детей коронавирусной инфекцией (COVID-19)», ДД.ММ.ГГГГ, в выходной день, прибыл на своё рабочее место, и не поставив в известность своего непосредственного руководителя, в отсутствие задания работодателя, не оформив заказ-наряд на проведение работ, самостоятельно принял решение об очистке ОЗП, при этом привлёк для производства работ комплексного рабочего ФИО11

В результате допущенных ФИО6 нарушений ДД.ММ.ГГГГ произошёл несчастный случай со смертельным исходом. Согласно акту судебно-медицинского освидетельствования трупа ФИО6, в крови последнего обнаружен этиловый спирт в концентрации 2,7%, что соответствует средней степени алкогольного опьянения. Факт распития ФИО6 спиртных напитков в ходе незапланированных работ подтверждён также видеозаписью с камер наружного видеонаблюдения.

Представитель ответчика полагает, что вред здоровью ФИО6 причинён не по вине работодателя, а по собственной вине, в связи с чем, просит в удовлетворении заявленных требований отказать.

Представители ответчиков – Администрации Таборинского муниципального района и Управления образованием Администрации Таборинского муниципального района в судебном заседании участия не принимают, о времени и месте рассмотрения дела извещались по правилам статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Ранее суду были представлены письменные возражения, суть которых сводится к тому, что ФИО6 в нарушение своих должностных обязанностей, закреплённых трудовым договором и должностной инструкцией, несмотря на отстранение сотрудников МКДОУ «Таборинский детский сад» от работы, находясь в состоянии алкогольного опьянения, не имея задания своего руководителя, самостоятельно приступил к выполнению работ в канализационном колодце. В связи с чем, просили в удовлетворении заявленных требований ФИО4 и ФИО2 отказать.

Принимая во внимание, что участвующие в деле лица заблаговременно извещались о времени и месте рассмотрения дела, кроме того, информация о времени и месте слушания дела заблаговременно размещена на сайте Тавдинского районного суда <адрес> в информационно-телекоммуникационной сети « Интернет», суд, руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, счёл возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав пояснения участвующих при рассмотрении дела лиц и заключение прокурора, исследовав предоставленные доказательства, изучив материалы поступившего по запросу уголовного дела №, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных исковых требований, исходя при этом из следующего.

Согласно статье 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В силу статьи 220 Трудового кодекса Российской Федерации государство гарантирует работникам защиту их права на труд в условиях, соответствующих требованиям охраны труда. Условия труда, предусмотренные трудовым договором, должны соответствовать требованиям охраны труда. В случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

На основании статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечивать безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; создание и функционирование системы управления охраной труда; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда; принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, в том числе по оказанию пострадавшим первой помощи;

Статьёй 22 Трудового кодекса Российской Федерации установлена также обязанность работодателя возмещать вред, причинённый работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Компенсация морального вреда согласно действующему гражданскому законодательству (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) является одним из способов защиты субъективных прав и законных интересов, представляющих собой гарантированную государством материально-правовую меру, посредством которой осуществляется добровольное или принудительное восстановление нарушенных (оспариваемых) личных неимущественных благ и прав.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По общему правилу, закрепленному в пункте 2 указанной статьи, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как следует из положений статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда, размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается (абзацы первый и второй пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др - абзац третий пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

В силу пункта 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

По общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 ТК РФ).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

В силу положений абзаца четвертого и абзаца четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации охрана труда - система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Условия труда - это совокупность факторов производственной среды и трудового процесса, оказывающих влияние на работоспособность и здоровье работника (часть 2 статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 216 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из приведённых нормативных положений в их системной взаимосвязи с нормами международного права и нормами Гражданского кодекса Российской Федерации о компенсации морального вреда следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве обязанность по компенсации членам семьи работника вреда, в том числе морального, может быть возложена на работодателя, не обеспечившего работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности.

Как установлено судом и следует из материалов дела, истица ФИО4 состояла в браке с ФИО6, который является отцом малолетних ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается соответствующим свидетельствами о регистрации брака и о рождении.

Истица ФИО2 приходится матерью ФИО6, что также подтверждено соответствующим свидетельством о рождении.

При жизни ФИО6 был трудоустроен в МКДОУ «Таборинский детский сад» в должности заведующего хозяйством на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно должностной инструкции заведующего хозяйством в должностные обязанности ФИО6 входило, в том числе, организация и обеспечение хозяйственного обслуживания детского сада; обеспечение сохранности имущества, его восстановление, ремонт, пополнение; слежение за состоянием помещений, оборудования, принятие мер по их своевременному ремонту. При этом заведующему хозяйством предписано знать правила техники безопасности и правила противопожарной безопасности.

В соответствии с инструкцией № по охране труда для заведующего хозяйством завхоз обязан соблюдать настоящую инструкцию, помнить о личной ответственности за несоблюдение требований техники безопасности, ему запрещается выполнять распоряжения, противоречащие инструкции и техники безопасности (пункт 1.5); запрещается выполнять самому и не давать другим работы, не соответствующие специальности.

Как следует из представленных суду материалов, на основании приказа №-од от ДД.ММ.ГГГГ «О временной приостановке деятельности МКДОУ Таборинский детский сад» в связи с заболеванием сотрудников и детей коронавирусной инфекцией и с целью предотвращения дальнейшего распространения заболевания по ДД.ММ.ГГГГ отстранены от работы ряд сотрудников детского сада, в том числе, ФИО6 и ФИО11

Тем не менее, ДД.ММ.ГГГГ (выходной день, суббота) работники МКДОУ «Таборинский детский сад» ФИО6 и ФИО11 прибыли на территорию данного учреждения для осмотра коллектора сточных вод (выгребной ямы). В период с 11:00 до 14:00 часов ими выполнялась подготовка к работе внутри коллектора сточных вод, и непосредственный спуск в коллектор.

При этом наряд-допуск на производство работ в ограниченном и замкнутом пространстве (ОЗП) работникам МКДОУ «Таборинский детский сад» не оформлялся, сведения о возможности выполнения указанных работ без оформления такого наряда-допуска по утверждённым для каждого вида работ в ОЗП инструкциям по охране труда отсутствуют. Распоряжений на производство работ в коллекторе сточных вод (выгребной яме) от работодателя или его руководителя ФИО6 не получал.

Согласно записям с камер наружного видеонаблюдения от ДД.ММ.ГГГГ, расположенных на территории МКДОУ «Таборинский детский сад», ФИО6 в 13:00 часов с надетым противогазом ГП-5 спустился в коллектор сточных вод по приставной деревянной лестнице. Через непродолжительное время вслед за ФИО6 в коллектор сточных вод (выгребную яму) спустился ФИО11

В 22:00 часа ДД.ММ.ГГГГ сотрудниками МСЧ в коллекторе сточных вод (выгребной яме) обнаружено тело погибшего ФИО11, в 04:00 часа ДД.ММ.ГГГГ было обнаружено тело погибшего ФИО6

Согласно выводам судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ причиной смерти ФИО6 явилась асфиксия в виде молниеносной формы гипоксии в результате вдыхания инертных раздражающих газов или паров, вместо богатого кислородом воздуха, то есть от недостатка кислорода во вдыхаемом организмом ФИО6 воздухе (экзогенная гипоксия). При судебно-химическом исследовании в крови трупа ФИО6 обнаружен этиловый спирт с концентрации 2,7%, что соответствует алкогольному опьянению средней степени (уголовное дело №, том 1 л.д.187-191).

Согласно заключению государственного инспектора труда от ДД.ММ.ГГГГ (уголовное дело №, том 4 л.д.5-20) смерть ФИО6 и ФИО11 наступила в выходной день (суббота), нахождение пострадавших в месте группового несчастного случая обусловлено трудовыми отношениями с работодателем и произошло при совершении действий в его интересах. При этом приказы и (или) иные распорядительные документы, устанавливающие необходимость допуска работников к работе в выходной день, работодателем не оформлялись.

Работник ФИО6 допущен к работе работодателем без проведения ему в установленном порядке специального обучения по охране труда в объёме должностных обязанностей, чем нарушены требования статьей 212, 225 Трудового кодекса Российской Федерации, пункта 2.3.1, пункта 3.3 Постановления Минтруда России, Минобразования России от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций» (пункт 12.10 Заключения).

В нарушение требований статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации и пункта 24 «Правил по охране труда при работе в ограниченных и замкнутых пространствах» работодателем не организовано периодическое обучение безопасным методам и приёмам выполнения работ в ОЗП работников 1 и 2 групп (пункт 12.11 Заключения).

В нарушение требований статей 212, 219, 221 Трудового кодекса Российской Федерации работодателем не обеспечено периодическое приобретение и выдача работнику ФИО6 средств индивидуальной защиты, в том числе средств индивидуальной защиты органов дыхания (пункты 14.1, 14.2 Заключения).

По результатам проведённой проверки установлено, что в МКДОУ «Таборинский детский сад» отсутствует локальный нормативный акт, определяющей порядок осуществления контроля за производственной дисциплиной и соблюдение работниками требований безопасности при производстве работ, в части контроля за состоянием здоровья работников, наличие внешних признаков алкогольного, токсического опьянения в течение смены, а также при пребывании на территории работодателя, чем нарушены требования статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации в части не обеспечения организации контроля за состоянием условий труда на рабочих местах (пункт 25). Заведующий хозяйством МКДОУ «Таборинский детский сад» ФИО6 не может нести ответственность за причины группового несчастного случая со смертельным исходом, так как работодателем е осуществлены в установленном порядке ряд требований охраны труда, а также не осуществлено своевременное отстранение работника от работы (своевременное не допущение работника к выполнению работ) (пункт 26 Заключения).

Причинами, вызвавшим несчастный случай, являются неудовлетворительная организация производства работ в ограниченных и замкнутых пространствах в МКДОУ «Таборинский детский сад», выразившихся в непроведении работодателем организационных и технико-технологических мероприятий.

Выводы, изложенные в Акт о несчастном случае на производстве №, утверждённом ДД.ММ.ГГГГ, повторяют выводы, изложенные в заключении государственного инспектора труда от ДД.ММ.ГГГГ (уголовное дело №, том 4 л.д.21-37).

Таким образом, заключением государственного инспектора труда от ДД.ММ.ГГГГ и Актом о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что его причинами явились не выполнение (ненадлежащее выполнение) обязанностей работодателем по охране труда.

На основании исследованных в совокупности доказательств, суд приходит к выводу, что несчастный случай, послуживший причиной гибели ФИО6, подлежит квалификации как несчастный случай на производстве, так как имел место на территории филиала МКДОУ «Таборинский детский сад», с которым ФИО6 состоял в трудовых отношениях. Последний действовал в интересах работодателя, что подтверждается исследованными материалами.

В этой связи доводы ответчиков о том, что вред здоровью ФИО6 причинён не по вине работодателя, а по его собственной вине, суд находит несостоятельными, поскольку они опровергаются исследованными доказательствами.

Доводы представителей ответчиков в той части, что приказом заведующего МКДОУ «Таборинский детский сад» №-од от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 был отстранён от работы, и работы в выходной день производил самостоятельно, в данном случае не могут быть приняты во внимание, поскольку указанным приказом не определена дата, с которой работники Учреждения отстраняются от работы. Кроме того, исследованными в судебном заседании материалами достоверно установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 находился на территории МКДОУ «Таборинский детский сад» и производил работы с ведома работодателя.

Таким образом, при рассмотрении настоящего гражданского дела установлено, что работодатель ФИО6 не обеспечил в соответствии с требованиями законодательства безопасные условия труда, в связи с чем, несёт ответственность за произошедший с близким родственником истцов несчастный случай на производстве, повлекший его смерть.

При установленных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что заявленные требования ФИО4 и ФИО2 о компенсации морального вреда, причинённого в результате смерти их супруга, отца детей и сына, являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Вместе с тем, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований в части взыскания компенсации морального вреда в пользу несовершеннолетнего ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, поскольку при рассмотрении дела установлено, что отцом данного ребёнка является иное лицо – ФИО12, что установлено решением Тавдинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу №.

В соответствии с Уставом МКДОУ «Таборинский детский сад» учредителем и собственником данного Учреждения является Администрация Таборинского муниципального района, к компетенции которого относится, в том числе, обеспечение содержания зданий и сооружений Учреждения, обустройство прилегающих к ним территорий; осуществление финансового обеспечения.

МКДОУ «Таборинский детский сад» отвечает по своим обязательствам, находящимися в его распоряжении денежными средствами, а при их недостаточности субсидиарную ответственность по обязательствам Учреждения несёт собственник имущества – в данном случае Администрация Таборинского муниципального района (пункт 1.11 Устава).

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что обязанность по возмещению причинённого морального вреда возлагается на работодателя в лице МКДОУ «Таборинский детский сад» и Администрацию Таборинского муниципального района,

При определении размера денежной компенсации морального вреда суд учитывает критерии, предусмотренные статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает обстоятельства причинения вреда, степень родства, возраст истцов на момент гибели ФИО6, характер и тяжесть причиненных истцам нравственных страданий, причинённых в результате смерти их родственника. Смерть родного человека является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, затрагивающие личность, психику, здоровье. Суд соглашается с тем, что смерть супруга, отца и сына явилась для истцов тяжёлым ударом, что вызвало испытание душевных переживаний и страданий.

В то же время в соответствии с требованиями пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации суд учитывает состояние алкогольного опьянения ФИО13 при производстве работ, определённого экспертом средней степени, как свидетельство его грубой неосторожности, которая содействовала возникновению (увеличению) вреда.

С учётом фактических обстоятельств причинения истцам морального вреда, и их индивидуальных особенностей, нарушение их права на семейные связи, и других установленных судом конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесённых ими страданий, степени вины ответчика, требования разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать в пользу ФИО4, несовершеннолетней ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, несовершеннолетней ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО2 компенсацию морального вреда в размере по 500 000 рублей каждому.

При этом суд исходит из того, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддаётся точному денежному подсчету, а соответственно является оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств. Такая компенсация производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, в связи с чем должна отвечать признакам справедливости и разумности.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в заявленном истцами размере, суд не усматривает.

При рассмотрении заявленных требований истцов о взыскании компенсации в соответствии с положениями статьи 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации, суд исходит из следующего.

Возмещение вреда, причиненного вследствие разрушения, повреждения объекта капитального строительства, нарушения требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства, требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения регламентировано положениями статьи 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 части 1 указанной статьи в случае причинения вреда личности или имуществу гражданина, имуществу юридического лица вследствие разрушения, повреждения здания, сооружения либо части здания или сооружения, нарушения требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения собственник такого здания, сооружения (за исключением случая, предусмотренного частью 2 настоящей статьи), если не докажет, что указанные разрушение, повреждение, нарушение возникли вследствие умысла потерпевшего, действий третьих лиц или чрезвычайного и непредотвратимого при данных условиях обстоятельства (непреодолимой силы), возмещает вред в соответствии с гражданским законодательством и выплачивает компенсацию сверх возмещения вреда родственникам потерпевшего (родителям, детям, усыновителям, усыновленным), супругу в случае смерти потерпевшего - в сумме три миллиона рублей.

По смыслу указанной статьи собственник, застройщик или технический заказчик здания возмещает вред в случаях, если вред причинен вследствие разрушения, повреждения здания либо его части, нарушения требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания или нарушения требований безопасности при строительстве.

В силу положений статьи 62 Градостроительного кодекса Российской Федерации в случае причинения вреда жизни или здоровью физических лиц, имуществу физических или юридических лиц в результате нарушения законодательства о градостроительной деятельности в течение десяти дней со дня причинения такого вреда создаются технические комиссии для установления причин такого нарушения и определения лиц, допустивших такое нарушение. По итогам установления причин нарушения законодательства утверждается заключение, содержащее выводы:

1) о причинах нарушения законодательства, в результате которого был причинен вред жизни или здоровью физических лиц, имуществу физических или юридических лиц и его размерах;

2) об обстоятельствах, указывающих на виновность лиц;

3) о необходимых мерах по восстановлению благоприятных условий жизнедеятельности человека.

Указанное заключение подлежит опубликованию.

Между тем, материалами дела установлено, что техническая комиссия для установления причин нарушения законодательства о градостроительной деятельности и определения лиц, допустивших такое нарушение, в результате которых был причинен вред жизни или здоровью ФИО6, не создавалась, расследование в соответствии со статьей 62 Градостроительного кодекса Российской Федерации не проводилось.

Кроме того, материалами дела установлено, что смерть ФИО6 не связана с разрушением, повреждением сооружения либо нарушений требований к обеспечению его безопасной эксплуатации, а обусловлена нарушением требований трудового законодательства в области безопасности труда.

Обеспечение безопасности труда не является одним из элементов, входящих в понятие «безопасность при строительстве» и попадающих в предмет регулирования градостроительного законодательства.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для применения к спорным правоотношениям положений статьи 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 ФИО23, действующей в своих интересах и как законный представитель несовершеннолетних ФИО5, ФИО6, ФИО7, и Ковалевской ФИО24 к Муниципальному казённому дошкольному образовательному учреждению Таборинский детский сад, Администрации Таборинского муниципального района, Управлению образованием Администрации Таборинского муниципального района о взыскании компенсации морального вреда и возмещении вреда в соответствии с нормами градостроительного законодательства, удовлетворить частично.

Взыскать с Муниципального казённого дошкольного образовательного учреждения Таборинский детский сад (ИНН №, ОГРН №), а при недостаточности денежных средств - с Администрации Таборинского муниципального района (ИНН №, ОГРН №):

- в пользу ФИО1 ФИО25 компенсацию морального вреда в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей,

- в пользу несовершеннолетней ФИО8 ФИО26, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в лице её законного представителя ФИО1 ФИО27, компенсацию морального вреда в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей;

- в пользу несовершеннолетней ФИО8 ФИО28, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в лице её законного представителя ФИО1 ФИО29, компенсацию морального вреда в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей;

- в пользу Ковалевской ФИО30 компенсацию морального вреда в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

В удовлетворении остальных требований ФИО4, действующей в своих интересах и как законный представитель несовершеннолетних ФИО5, ФИО6, ФИО7, и ФИО2 – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд через Тавдинский районный суд Свердловской области в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, то есть 26 июля 2023 года.

Председательствующий подпись С.В. Галкин

Верно. И.О.Председателя суда Н.С.Федотова