Дело №2-21/2023

75RS0020-01-2023-000001-86

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Верх-Усугли 13 марта 2023 года

Тунгокоченский районный суд Забайкальского края в составе:

председательствующего судьи Затеевой Т.В.,

с участием помощника прокурора Тунгокоченского района Чернобук Ю.Б.,

представителя истца - адвоката Луговского А.Н., действующего на основании ордера,

представителя ответчика ГУЗ «Тунгокоченская ЦРБ» ФИО1, действующей на основании доверенности,

третьего лица ФИО2,

при секретаре Кузнецовой Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ГУЗ «Тунгокоченская центральная районная больница» о взыскании денежной компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с указанным иском, ссылаясь на то, что её мать О.Т.В. в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находилась на стационарном лечении в ГУЗ «Тунгокоченская ЦРБ», была выписана лечащим врачом ФИО2 в удовлетворительном состоянии. Впоследствии в связи с ухудшением состояния здоровья О.Т.В. была госпитализирована в ЧУЗ КБ «РЖД-Медицина» г. Чита. ДД.ММ.ГГГГ, несмотря на интенсивное лечение в условиях стационара, О.Т.В. скончалась. Проведенной Министерством здравоохранения Забайкальского края проверкой и заключениями комиссионных судебно-медицинских экспертиз были выявлены дефекты при оказании медицинской помощи О.Т.В., допущенные врачами ГУЗ «Тунгокоченская ЦРБ». В частности больной был выставлен неполный диагноз, так как не диагностировано основное заболевание - <данные изъяты>. Полагает, что смерть О.Т.В. наступила в результате бездействия врачей ГУЗ «Тунгокоченская ЦРБ», допустивших недооценку состояния больной и дефектов при оказании ей медицинской помощи. Смертью матери истцу причинены глубокие нравственные страдания, связанные с переживанием чувства невосполнимой утраты ввиду потери родного и близкого человека.

Просит суд взыскать в её пользу с ГУЗ «Тунгокоченская ЦРБ» компенсацию морального вреда в размере 10.000.000 рублей, а также судебные расходы по уплате государственной пошлины при подаче иска в суд в размере 300 рублей.

В судебном заседании представитель истца Луговской А.Н. исковые требования поддержал, ссылаясь на доводы, указанные в исковом заявлении.

Представитель ответчика ФИО1 в судебном заседании просила в удовлетворении иска отказать по доводам, указанным в возражениях на исковое заявление.

Третье лицо ФИО2, привлеченный к участию в деле определением суда от 15.02.2023, в судебном заседании пояснил, что являлся лечащим врачом пациентки О.Т.В., поступившей на стационарное лечение в ГУЗ «Тунгокоченская ЦРБ» ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом <данные изъяты>. О.Т.В. заслуживала внимания, так как окончательный диагноз был неясен. В период нахождения на лечении в больнице пациентке была оказана медицинская помощь согласно установленным стандартам, были использованы все имеющиеся в больнице методы диагностики, пациентка была выписана с улучшениями. Неустановление диагноза <данные изъяты>» вызвано отсутствием в штате врача фтизиатра и подтверждающих данных рентгенологического обследования, а также наличием сопутствующих заболеваний. Для уточнения диагноза им осуществлялись консультации с узкими специалистами, а также предпринимались меры для госпитализации пациентки в краевые медицинские учреждения.

Ответчик Департамент государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края, третье лицо Министерство здравоохранения Забайкальского края, привлеченные к участию в деле определением суда от 15.02.2023, в судебное заседание своих представителей не направили, о времени и месте судебного заседания уведомлены надлежаще и своевременно, причины неявки не сообщили, дело рассмотрено в отсутствие их представителей.

Выслушав стороны, заключение прокурора Чернобук Ю.Б., полагавшей иск подлежащим удовлетворению с учетом принципов разумности и справедливости, исследовав имеющиеся письменные материалы дела, суд находит иск подлежащим частичному удовлетворению, исходя из следующего:

Согласно ст.41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

В соответствии со ст.2 названного Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» здоровье – состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан – система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи.

Медицинская помощь – это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент – физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния.

В статье 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

На основании ст.19 «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, на основе клинических рекомендаций, а также с учетом стандартов медицинской помощи (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в РФ».

Согласно ст.98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Основания, порядок, объем и характер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также круг лиц, имеющих право на такое возмещение, определены главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса РФ.

В силу ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В силу ст.150 ГК РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

В силу ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Следовательно, при оказании и получении медицинской помощи, гражданин имеет гарантированное право на качественное ее получение и ожидает получения именно качественной медицинской помощи. Поэтому в случае неполучения качественной медицинской помощи в организации, созданной и имеющей своей целью охрану жизни и здоровья, физические и нравственные страдания гражданина, а также его близких родственников в случае смерти последнего, особенно усугубляются. Это, в силу особого статуса медицинских учреждений по охране здоровья граждан, указывает на их повышенную социальную ответственность при возмещении вреда здоровью и компенсации морального вреда, причиненных в результате некачественного оказания медицинской помощи.

В случае причинения работником медицинской организации вреда жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи медицинская организация обязана возместить причиненный вред лицу, имеющему право на такое возмещение.

Необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинского учреждения за причиненный при оказании медицинской помощи вред являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства (порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинского учреждения (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда - медицинского учреждения или его работников.

Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 ГК РФ. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и причиненным вредом, в том числе моральным, означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде причиненного потерпевшему вреда. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только прямую причинную связь. Характер причинной связи может влиять на размер подлежащего возмещению вреда.

Судом установлено и из материалов дела следует, что О.Т.В. является матерью истца ФИО3 (л.д.14-15).

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ О.Т.В. находилась на стационарном лечении в ГУЗ «Тунгокоченская ЦРБ» с диагнозом: <данные изъяты>, выписана в удовлетворительном состоянии.

ДД.ММ.ГГГГ О.Т.В. в связи с ухудшением состояния обратилась в ЧУЗ КБ «РЖД-Медицина» г. Чита, куда была госпитализирована ДД.ММ.ГГГГ в состоянии средней степени тяжести. По результатам обследования, данных анамнеза, объективного статуса О.Т.В. выставлен клинический диагноз: <данные изъяты>, с сопутствующими осложнениями в виде <данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ, несмотря на интенсивное лечение в условиях стационара, О.Т.В. скончалась.

09.08.2021 Шилкинским межрайонным следственным отделом следственного управления Следственного комитета РФ по Забайкальскому краю по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи О.Т.В. возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ.

По заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы, проведенной ГУЗ «Забайкальское краевое Бюро судебно-медицинских экспертиз» больной О.Т.В. в ГУЗ «Тунгокоченская ЦРБ» был точно и своевременно поставлен диагноз: <данные изъяты>. Однако установленный диагноз был неполным, не был установлен диагноз <данные изъяты>. Медицинское обследование проведено не в полном объеме в связи с отсутствием возможностей материально-технической базы ГУЗ «Тунгокоченская ЦРБ», не проведена компьютерная томография органов грудной клетки и исследование мокроты на микробактерии <данные изъяты>. Неустановленный своевременно диагноз <данные изъяты> (на догоспитальном этапе) привел к прогрессированию и генерализации <данные изъяты> процесса. Основной причиной, послужившей для наступления смерти, явилась тяжесть самого заболевания и острое прогрессирование <данные изъяты> процесса. В причинной связи со смертью О.Т.В. ошибки, допущенные во время диагностики заболевания, не находятся и не могли повлиять на исход заболевания. Учитывая наличие у пациентки множество сопутствующих тяжелых заболеваний, а также острое агрессивное течение <данные изъяты> процесса, исход с высокой вероятностью был бы летальным, не смотря на противотуберкулезную терапию. Медицинская помощь О.Т.В. в соответствии с порядком оказания медицинской помощи больным туберкулезом, утвержденным Приказом Министерства здравоохранения РФ от 15.11.2012 №932 н., по пунктам 8, 9, 11 была оказана не в полном объеме, поскольку лечащий врач, добросовестно заблуждаясь в этиологии синдрома <данные изъяты>, не имея настороженности и подозрений в отношении диагноза <данные изъяты>, не провел необходимые обследования в целях дифференциальной диагностики, не направил пациентку на консультацию узких специалистов в медицинские учреждения г. Читы (л.д.24-52).

Согласно выводам повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы №СК/061/04/22, проведенной ООО «Межрегиональный центр экспертизы и оценки» г. Москва непосредственной причиной смерти О.Т.В. послужила дыхательная недостаточность, явившаяся осложнением основного заболевания: <данные изъяты>. Лечащий врач ГУЗ «Тунгокоченская ЦРБ» не заподозрил <данные изъяты> и не провел необходимые обследования с целью дифференциальной диагностики для исключения заболевания <данные изъяты> у пациентки, а также не направил пациентку на консультацию узких специалистов в медицинские учреждения краевого центра. В связи с этим имелась поздняя диагностика <данные изъяты> процесса, давность возникновения которого по имеющимся данным установить не представляется возможным. Острое агрессивное течение <данные изъяты> процесса, возраст умершей, тяжелая сопутствующая патология практически исключали благоприятный исход заболевания О.Т.В. – <данные изъяты>. Основной дефект лечения ФИО4. В. заключается в поздней диагностики основного заболевания (л.д.54-101).

Постановлением следователя по ОВД первого следственного отделения третьего отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета РФ по Забайкальскому краю от 29.06.2022 уголовное дело, возбужденное по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи О.Т.В., прекращено по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях ФИО2 признаков состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ. В постановлении следователем указывается на отсутствие прямой причинно-следственной связи между установленными дефектами лечения и наступившими последствиями в виде смерти О.Т.В. (л.д.___).

По обращениям ФИО3 Министерством здравоохранения Забайкальского края в отношении ГУЗ «Тунгокоченская ЦРБ» проведена документарная целевая проверка, в ходе которой при оказании О.Т.В. специализированной медицинской помощи в ГУЗ «Тунгокоченская ЦРБ» выявлены нарушения приказа Министерства здравоохранения РФ от 15.11.2012 №932н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи больным туберкулезом», приказа Минздрава России от 29.03.2019 №173н «Об утверждении прядка проведения диспансерного наблюдения за взрослыми», приказа Минздрава России от 10.05.2017 №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи». Главному врачу ГУЗ «Тунгокоченская ЦРБ» выдано предписание об устранении нарушений, выявленных при проведении проверки (л.д.22-23,____).

Установив указанные фактические обстоятельства дела и проанализировав имеющиеся по делу доказательства, в том числе заключения экспертов, акт проверки органа ведомственного контроля подведомственной медицинской организации, суд приходит к выводу о том, что лечащим врачом ГУЗ «Тунгокоченская ЦРБ» в период нахождения О.Т.В. на стационарном лечении не был установлен полный и верный диагноз – <данные изъяты>

Лечащий врач, добросовестно заблуждаясь в этиологии синдрома <данные изъяты>, не имея настороженности и подозрений в отношении диагноза <данные изъяты>, не провел необходимые обследования в целях дифференциальной диагностики, не направил пациентку на консультацию узких специалистов в медицинские учреждения г. Читы.

Неправильная диагностика и последующее отсутствие оказания целенаправленной медицинской помощи, не позволили остановить развитие клинических проявлений заболевания, чем значительно уменьшили шансы больной на благоприятный исход её заболевания.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что сотрудниками ГУЗ «Тунгокоченская ЦРБ» не были приняты все необходимые и возможные меры, в том числе предусмотренные порядками оказания медицинской помощи, для своевременного и квалифицированного обследования О.Т.В. целях установления правильного диагноза, правильного обследования и её лечения, в связи с чем, выявленные по результатам судебно-медицинских экспертиз дефекты оказания медицинской помощи косвенно способствовали развитию неблагоприятных для жизни О.Т.В. последствий в виде её смерти вследствие оказания ей ненадлежащей медицинской помощи.

С учетом того, что здоровье – это состояние полного социального, психологического и физического благополучия человека, которое может быть нарушено ненадлежащим оказанием пациенту медицинской помощи, наличие указанных недостатков оказания медицинской помощи в организации, созданной и имеющей своей целью охрану жизни и здоровья, не может не причинять физические и нравственные страдания близким родственникам в случае смерти пациента, что свидетельствует о причинении истцу ФИО3 морального вреда, который подлежит возмещению за счет ответчиков.

В результате смерти О.Т.В. было нарушено личное неимущественное право истицы – право на семейные, родственные отношения между ними. Смерть близкого человека является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие нравственные страдания, переживания, вызванные такой утратой.

Учитывая характер и объем дефектов оказания медицинской помощи, степень вины причинителя вреда, не имевшего умысла на причинение вреда, принимавшего меры по оказанию медицинской помощи пациенту, обстоятельства того, что острое агрессивное течение туберкулезного процесса с учетом возраста умершей и тяжелой сопутствующей патологии, практически исключало благоприятный исход основного заболевания О.Т.В., характер нравственных страданий истицы, степень родства с умершей, и руководствуясь принципом разумности и справедливости, суд полагает необходимым в качестве компенсации морального вреда взыскать в пользу истца 250.000 рублей.

По мнению суда, компенсация морального вреда в названном размере в пользу истца является справедливой и в полной мере согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности, а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой – не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд не усматривает, поскольку определенная к взысканию сумма соответствует установленным по делу обстоятельствам и способствует восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику.

Доводы стороны ответчика об отсутствии причинно-следственной связи между недостатками оказания медицинской помощи и смертью О.Т.В., и как следствие отсутствии причинной связи между нравственными страданиями истца в результате смерти ФИО5 и действиями работников ГУЗ «Тунгокоченская ЦРБ», суд не принимает во внимание, поскольку вывод о том, что основанием для возмещения вреда, включая моральный вред, может являться только прямая причинная связь между выявленными дефектами оказания медицинской помощи О.Т.В. в ГУЗ «Тунгокоченская ЦРБ» и её смертью, противоречит приведенному правовому регулированию спорных отношений, которым возможность возмещения вреда, в том числе морального вреда, не поставлена в зависимость от наличия только прямой причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

В данном случае юридическое значение может иметь и косвенная (опосредованная) причинная связь, если дефекты (недостатки) оказания работниками ГУЗ «Тунгокоченская ЦРБ» помощи О.Т.В. могли способствовать ухудшению состояния её здоровья и привести к неблагоприятному для неё исходу, то есть к смерти. При этом ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов ее оказания (непроведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, ненадлежащий уход за пациентом и т.п.), причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации такого вреда.

В соответствии с п.5 ст.123.22 ГК РФ бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

По обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

Таким образом, по обязательствам бюджетного учреждения, которым в рассматриваемом споре является ГУЗ «Тунгокоченская ЦРБ», связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

Из Устава ГУЗ «Тунгокоченская ЦРБ» следует, что Учреждение является бюджетным. Функции учредителя и собственника имущества учреждения от имени Забайкальского края осуществляют Министерство здравоохранения Забайкальского края в части определения структуры, целей и задач учреждения и Департамент государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края, в части наделения учреждения имуществом.

При таких обстоятельствах, при недостаточности имущества у ГУЗ «Тунгокоченская ЦРБ», на которое может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность по его обязательствам несет Департамент государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края.

В силу ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

При подаче иска истец уплатил государственную пошлину в размере 300 рублей, которая подлежит взысканию с ответчика.

Руководствуясь ст.ст.194, 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с ГУЗ «Тунгокоченская центральная районная больница» (ОГРН: <***>) в пользу ФИО3 (паспорт <данные изъяты>) денежную компенсацию морального вреда в размере 250.000 рублей, а также судебные расходы в размере 300 рублей, а всего 250.300 (двести пятьдесят тысяч триста) рублей.

При недостаточности денежных средств у ГУЗ «Тунгокоченская центральная районная больница» субсидиарную ответственность по обязательствам перед ФИО3 возложить на Департамент государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края (ОГРН: <***>).

В остальной части иска – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Забайкальский краевой суд через Тунгокоченский районный суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Председательствующий – судья

Тунгокоченского районного суда Т.В. Затеева

Мотивированное решение составлено 17 марта 2023 г.