Дело № 2-5276/2025

УИД № 65RS0001-01-2025-008020-16

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 октября 2025 года город Южно-Сахалинск

Южно-Сахалинский городской суд Сахалинской области в составе:

председательствующего судьи – Абрамовой Ю.А.,

при секретаре – Деникиной Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Южно-Сахалинского городского суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Главному управлению Министерства Российской Федерации по делам Гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Сахалинской области о восстановлении на службе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, денежной компенсации морального вреда

установил:

23 июля 2025 года ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к Главному управлению Министерства Российской Федерации по делам Гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Сахалинской области (далее Главное управление) о восстановлении на службе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, денежной компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указал, что в соответствии с трудовым договором от 01 октября 2018 года он был принят на работу в должности <данные изъяты> в Федеральное государственное казенное учреждение «1 отряд противопожарной службы по Сахалинской области». Позже с ним был заключен контракт от 01 января 2019 года, в соответствии с которым это же учреждение приняло его на службу в качестве <данные изъяты> Федерального государственного казенного учреждения «1 отряд противопожарной службы по Сахалинской области». Постановлением <данные изъяты> городского суда от 01 декабря 2017 года оставленным без изменения постановлением Сахалинского областного суда от 05 марта 2018 года, уголовное дело в отношении него по части № Уголовного кодекса Российской Федерации было прекращено на основании статьи 25.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, с назначением судебного штрафа в размере 50 000 рублей. Об этом факте достоверно было известно руководству Федерального государственного казенного учреждения «1 отряд противопожарной службы по Сахалинской области», в том числе, потому что он представлял письменные пояснения по данному обстоятельству. Вместе с тем, 27 марта 2025 года в отношении, в том числе, него была проведена внеочередная аттестация, где обсуждался вопрос о наличии у него уголовного преследования, являющегося основанием для расторжения с ним контракта. 03 июля 2025 года он был уведомлен об увольнении из Государственной противопожарной службы МЧС России с 03 июля 2025 года по пункту 7 части 3 статьи 83 Федерального закона «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». С основанием увольнения он не согласен, поскольку судимости он не имел. С учетом заявления от 31 июля 2025 года просит суд восстановить его на службе в Главном управлении Министерства Российской Федерации по делам Гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Сахалинской области в должности <данные изъяты> федеральной противопожарной службы с 03 июля 2025 года, взыскать в его пользу средний заработок за время вынужденного прогула в сумме 61 678 рублей 80 копеек, рассчитанную за период с 07 июля 2025 года по дату обращения в суд - 23 июля 2025 года, взыскать компенсацию морального вреда в сумме 300 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 3 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2, требования искового заявления поддержали, настаивали на их удовлетворении. Представитель ответчика ФИО3 возражала относительно заявленных требований, письменные возражения поддержала.

Выслушав истца и его представителя, представителя ответчика, заключение прокурора Елизаровой Л.В., полагавшей, что требования истца о восстановлении на работе подлежат удовлетворению, поскольку работодателем нарушена процедура увольнения работника, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что приказом ФГКУ «1 отряд ФПС по Сахалинской области» по личному составу № <данные изъяты> ФИО1 назначен на должность <данные изъяты> ФГКУ «1 отряда федеральной противопожарной службы» (должность связана с обеспечением деятельности Государственной противопожарной службы) с 01 января 2019 года по контракту.

На основании приказа МЧС России от 26 сентября 2019 года № 524 «О ликвидации некоторых учреждений, находящихся в ведении МЧС России и дислоцированных в Дальневосточном федеральном округе» в отношении ФГКУ «1 отряд федеральной противопожарной службы» была начата процедура ликвидации юридического лица.

01 января 2020 года между Главным управлением и <данные изъяты> ФИО1 заключен контракт о службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы, по условиям которого истец обязался выполнять обязанности по должности <данные изъяты> пожарно-спасательного отряда ФПС ГПС Главного управления.

Согласно приказа № <данные изъяты> ФИО1 перемещен на должность <данные изъяты> пожарно-спасательного отряда ФПС ГПС Главного управления.

Приказом Главного управления № ФИО1 назначен на должность <данные изъяты> пожарно-спасательного отряда ФПС ГПС Главного управления.

Вопросы прохождения службы в федеральной противопожарной службе, прекращение службы в федеральной противопожарной службе и иные вопросы регламентируются Федеральным законом «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 12 поименованного выше Федерального закона сотрудник ФПС обязан знать и соблюдать законодательные и иные нормативно-правовые акты Российской Федерации, обеспечивать их исполнение.

Пунктом 3 части 1 статьи 14 Федерального закона «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» установлены ограничения, запреты и обязанности, связанные со службой в федеральной противопожарной службе.

Данный пункт статьи дает прямое указание на то, что сотрудник федеральной противопожарной службы не может находиться на службе в федеральной противопожарной службе (быть принят на службу в федеральную противопожарную службу) и в силу пункта 7 части 3 статьи 83 этого же Федерального закона основанием прекращения или расторжения контракта является прекращение в отношении сотрудника уголовного преследования за истечением срока давности, в связи с примирением сторон (кроме уголовных дел частного обвинения), вследствие акта об амнистии, в связи с деятельным раскаянием (кроме уголовных дел частного обвинения), за исключением случаев, если на момент рассмотрения вопроса о возможности нахождения сотрудника на службе в федеральной противопожарной службе преступность деяния, ранее им совершенного, устранена уголовным законом.

При этом работодатель не вправе и не обязан давать оценку судебному акту, которым прекращено уголовное преследование на предмет его законности. Основание увольнения по указанным нормам не признается дисциплинарным проступком.

Увольнение по данному основанию основано на обстоятельствах, не зависящих от воли сторон, и дает прямое указание закона в виде ограничения по прохождению службы в федеральной противопожарной службе, то есть сотрудник подлежит увольнению, при этом увольнение по данному основанию не ограничено каким-либо сроком, а связано исключительно с получением работодателем сведений о наличии обстоятельств, являющихся основанием к увольнению.

Такое правовое регулирование обусловлено спецификой данного вида государственной службы, направлено на формирование подразделений федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы лицами, обладающими не только надлежащим уровнем профессиональной подготовки, но и морально-нравственными качествами, позволяющими им в полной мере реализовывать возложенные на федеральную противопожарную службу государственной противопожарной службы публичные задачи по обеспечению безопасности личности, общества и государства.

Таким образом, императивными требованиями Федерального закона «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ» установлен запрет на прохождение службы не только для лиц, вновь поступающих на нее, но и для сотрудников, проходящих данную службу. Закон не связывает время привлечения к уголовной ответственности или освобождение от нее по не реабилитирующим основаниям со временем наступления правовых последствий при разрешении вопроса увольнения со службы.

Судом установлено, что постановлением <данные изъяты> городского суда от 01 декабря 2017 года уголовное дело в отношении ФИО1 обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью № Уголовного кодекса Российской Федерации (<данные изъяты>) прекращено в соответствии со статьей 25.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, он освобожден от уголовной ответственности, ему назначено наказание в виде судебного штрафа в размере 50000 рублей в доход государства.

27 марта 2025 года в отношении истца была проведена внеочередная аттестация, на которой был рассмотрен вопрос на соответствие ФИО1 занимаемой должности.

В судебном заседании представитель ответчика пояснила, что поводом для проведения заседания внеочередной аттестационной комиссии явилась докладная записка начальника ОК, ВР и ПО Главного управления, в связи с поступившими сведениями из ИЦ МВД по Сахалинской области о выявлении случая уголовного преследования в отношении сотрудников ФПС подразделений Главного управления, в том числе истца.

Перечень оснований для проведения в отношении сотрудника органов внутренних дел внеочередной аттестации и порядок ее проведения установлены статьей 33 Федерального закона «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и Порядком проведения аттестации сотрудников федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы, утвержденным Приказом Министерства РФ по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий от 06 октября 2017 года № 431 (далее по тексту Порядок № 431).

Внеочередная аттестация сотрудника федеральной противопожарной службы проводится, в частности, при решении вопроса об увольнении (пункт 8 Порядка № 431).

Аттестация проводится, как правило, в присутствии сотрудника федеральной противопожарной службы. В случае неявки на аттестацию без уважительных причин или отказа от аттестации сотрудник привлекается к дисциплинарной ответственности в соответствии со статьями 49 и 51 «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а его аттестация переносится (часть 10 статьи 33 поименованного Федерального закона).

По результатам аттестации сотрудника федеральной противопожарной службы аттестационная комиссия вправе принять рекомендацию, в частности, о том, что сотрудник не соответствует замещаемой должности и подлежит увольнению со службы в федеральной противопожарной службе (пункт 6 части 13 статьи 33 Федерального закона «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»).

Согласно выписке из протокола заседания аттестационной комиссии № заседание проведено с участием ФИО1, им даны пояснения. Факт о возбуждении и прекращении уголовного дела последний не оспаривал. Рекомендовано выйти с предложением об увольнении его из ФПС ГПС по пункту 7 части 3 статьи 83 Федерального закона «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (в связи с осуждением сотрудника за преступление).

Приказом Главного управления № с ФИО1 расторгнут контракт о прохождении службы в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и он уволен со службы в федеральной противопожарной службе по пункту 7 части 3 статьи 83 Федерального закона «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» 03 июля 2025 года. Приказ истец получил, о чем имеется его подпись.

Проверяя основания увольнения истца со службы, суд приходит к следующему.

Из постановления <данные изъяты> городского суда от 01 декабря 2017 года следует, что ФИО1 обвинялся в совершении преступления, предусмотренного частью № Уголовного кодекса Российской Федерации - <данные изъяты>.

Согласно части 1 статьи 25.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции на 01 декабря 2017 года) суд по собственной инициативе или по результатам рассмотрения ходатайства, поданного следователем с согласия руководителя следственного органа либо дознавателем с согласия прокурора, в порядке, установленном настоящим Кодексом, в случаях, предусмотренных статьей 76.2 Уголовного кодекса Российской Федерации, вправе прекратить уголовное дело или уголовное преследование в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, если это лицо возместило ущерб или иным образом загладило причиненный преступлением вред, и назначить данному лицу меру уголовно-правового характера в виде судебного штрафа.

В соответствии с пунктом 28 Постановлением Пленума Верховного суда Российской Федерации № 19 от 27 июня 2013 года «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», освобождение лица от уголовной ответственности, в том числе в случаях, специально предусмотренных примечаниями к соответствующим статьям Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, не означает отсутствие в деянии состава преступления, соответственно, прекращение уголовного дела и (или) уголовного преследования в таких случаях не влечет за собой реабилитацию лица, совершившего преступление.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 15 января 2008 года № 292-О-О пришел к выводу о том, что отказ в возбуждении уголовного дела или его прекращение в связи с освобождением лица от уголовной ответственности и наказания по нереабилитирующему основанию не влекут признание лица виновным или невиновным в совершении преступления. Принимаемое в таких случаях процессуальное решение не подменяет собой приговор суда и по своему содержанию и правовым последствиям не является актом, которым устанавливается виновность подозреваемого или обвиняемого (подсудимого) в том смысле, как это предусмотрено статьей 49 Конституции Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июля 2015 года № 1823-О, постановление о прекращении уголовного дела является письменным доказательством (часть первая статьи 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) и подлежит оценке судом наряду с другими доказательствами (статья 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом (часть 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации).

Анализируя приведенные нормы права, а также позицию Конституционного суда Российской Федерации, суд полагает, что, несмотря на то, что прекращение уголовного преследования в отношении ФИО1 по такому нереабилитирующему основанию, как освобождение от уголовного преследования с уплатой судебного штрафа не подменяет собой приговор и не влечет признание лица виновным или невиновным в совершении преступления, однако, оно является отказом от дальнейшего доказывания виновности лица, несмотря на то, что основания для осуществления в отношении него уголовного преследования сохраняются, соответственно, по отношению к истцу прекращение уголовного дела и освобождение от уголовной ответственности c уплатой штрафа по части 1 статьи 25.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации может указывать на наличие оснований для прекращения с ним контракта по пункту 7 части 3 статьи 83 Федерального закона «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Вместе с тем, приведенным выше пунктом 7 части 3 статьи 83 поименованного Федерального Закона установлен запрет на расторжение контракта в связи с осуждением сотрудника за преступление, если на момент расторжения контракта и увольнения со службы в федеральной противопожарной службе преступность деяния, ранее им совершенного, устранена уголовным законодательством.

Согласно редакции Уголовного кодекса Российской Федерации на дату вынесения <данные изъяты> судом 01 декабря 2017 года постановления, часть № указывала, что состав преступления образуют действия, <данные изъяты>.

Однако, 27 декабря 2018 года Федеральным законом № 519-ФЗ «О внесении изменения в статью № Уголовного кодекса Российской Федерации» внесены изменения. В соответствии с редакцией указанной статьи, действующей на дату расторжения с истцом контракта, действия, <данные изъяты>, образуют состав преступления по пункту «а» только после привлечения лица к административной ответственности за аналогичное деяние в течение одного года, а также по пункту «б» <данные изъяты>.

Из вышесказанного следует, что после внесения Законом №519-ФЗ изменений по пункту «а» субъект преступления, предусмотренного статьей № Уголовного кодекса Российской Федерации, стал относиться к категории специальных, при этом лицо, совершившее преступление впервые, может быть привлечено к уголовной ответственности по пункту «б», если его действия <данные изъяты>.

Из постановления <данные изъяты> городского суда от 01 декабря 2017 года следует, что ФИО1 ранее не привлекался к административной ответственности, указания на то, что его действия были сопряженные <данные изъяты>, не имеется.

При таких основаниях, суд приходит к выводу о том, что по отношению к ФИО1 преступность деяния, ранее им совершенного, устранена уголовным законодательством и оснований для расторжения с ним контракта 03 июля 2025 года у работодателя не имелось.

Доводы стороны истца о том, что прекращение уголовного дела по части 1 статьи 25.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации исключает наличие судимости у истца и соответственно, к нему не могло быть применено основание для прекращения контракта по пункту 7 части 3 статьи 83 Федерального закона «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» не принимается судом в качестве основания для иных выводов.

По своей правовой природе институт судимости как уголовно-правового средства в первую очередь имеет значение для реализации уголовной ответственности и наказания при совершении преступления, усиления исправительного воздействия на осужденного, предупреждения новых преступлений. Вместе с тем последствия судимости могут проявлять себя в административном, трудовом, семейном и иных отраслях права и заключаться в установлении ограничительных условий для реализации тех или иных прав и свобод (постановления от 19 марта 2003 года № 3-П и от 10 октября 2013 года № 20-П).

Из вышесказанного, очевидно, что в данном случае отсутствие у истца судимости, учитываемое в качестве уголовно-правовых последствий может ограничивать трудовую правосубъектность, поскольку Федеральный закон «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» предусматривает основания ограничений прав гражданина в отношениях, не регулируемых уголовным законом.

Кроме того, прекращая в отношении истца уголовное дело и освобождая его от уголовной ответственности, судом в постановлении от 01 декабря 2017 года указано, что последний свою вину в инкриминируемом деянии признал, уголовное дело назначено в особом порядке.

В соответствии с частями 1, 3, 5, 6, статьи 75 Федерального закона «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» сотрудник федеральной противопожарной службы, признанный в установленном порядке незаконно уволенным со службы в федеральной противопожарной службе, освобожденным, отстраненным от должности или переведенным на другую должность в федеральной противопожарной службе либо незаконно лишенным специального звания, подлежит восстановлению в прежней должности и (или) специальном звании.

Основанием для восстановления сотрудника федеральной противопожарной службы на службе в федеральной противопожарной службе является решение руководителя федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности или уполномоченного руководителя либо вступившее в законную силу решение суда.

Сотруднику федеральной противопожарной службы, восстановленному на службе в федеральной противопожарной службе, время вынужденного прогула засчитывается в стаж службы в федеральной противопожарной службе, дающий право на дополнительный отпуск, ежемесячную надбавку за стаж службы (выслугу лет), пенсию за выслугу лет и на иные социальные гарантии, установленные законодательством Российской Федерации, а также в срок выслуги в специальном звании для присвоения очередного специального звания.

Сотруднику федеральной противопожарной службы, восстановленному на службе в федеральной противопожарной службе, выплачивается неполученное (недополученное) им за время вынужденного прогула денежное довольствие, установленное по замещаемой им ранее должности, и (или) компенсируется разница между денежным довольствием, получаемым им по последней должности, и фактическим заработком, полученным в период вынужденного перерыва в службе.

В ходе рассмотрения дела истцом не было заявлено требование о признании незаконным приказа № о расторжении с ним контракта, однако учитывая, что суд по приведенным выше основаниям пришел к выводу о незаконности увольнения последнего со службы, то ФИО1 подлежит восстановлению на службе в прежней должности со следующего дня даты увольнения. При этом обязанность по отмене незаконного приказа является обязанностью работодателя.

В исковом заявлении истец просил восстановить его на службе с 03 июля 2025 года, однако как следует из приказа №, последним днем работы указан 03 июля 2025 года, соответственно, ФИО1 подлежит восстановлению на службе с 04 июля 2025 года, а его требованию в данной части подлежат удовлетворению частично.

В соответствии со статьей 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор. Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

В силу положений статьи 396 Трудового кодекса Российской Федерации, 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение о восстановлении на работе незаконно уволенного работника и взыскании в его пользу заработной платы за время вынужденного прогула за 3 месяца, подлежит немедленному исполнению.

В силу части 1 статьи 67 Федерального закона «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» оплата труда сотрудника федеральной противопожарной службы производится в виде денежного довольствия, являющегося основным средством его материального обеспечения и стимулирования служебной деятельности по замещаемой должности.

Расчет невыплаченного денежного довольствия истца за время вынужденного прогула производится следующим образом.

Правила обеспечения денежным довольствием лиц рядового и начальствующего состава федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы при поступлении сотрудников на службу, в период ее прохождения и при увольнении со службы, предоставления им отдельных выплат, а также членам их семей определяются Порядком обеспечения денежным довольствием сотрудников федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы, предоставления им отдельных выплат, а также членам их семей, утвержденным приказом МЧС России от 27 июня 2024 № 539 (далее Порядок № 539).

Стороной ответчика представлена справка от 25 сентября 2025 года, в соответствии с которой месячное денежное довольствие истца составляет 71 832 рубля 89 копеек.

Пунктом 172 Правил № 539 указано, что при выплате денежного довольствия за неполный месяц размер выплат за каждый календарный день исчисляется путем деления суммы денежного довольствия за полный месяц на количество календарных дней в данном месяце. Дневное денежное довольствие определяется путем деления суммы оклада денежного содержания, ежемесячных и иных дополнительных выплат (без учета дополнительной премии и единовременных поощрительных выплат), установленных на день осуществления выплаты, в составе денежного довольствия сотрудника за тот месяц, в котором производится выплата, на среднемесячное число календарных дней, установленное в соответствии со статьей 139 Трудового кодекса Российской Федерации.

Истцом расчет ответчика месячного довольствия не оспорен, при этом расчет ФИО1 произведен неверно, без учета приведенных выше положений Правил № 539 и за неверный период, учитывая, что дата восстановления на работе 03 июля 2025 года им определена неправомерно.

Расчет ответчика судом проверен и признан арифметически верным.

При этом суд производит расчет денежного довольствия ФИО1 за время вынужденного прогула за период с 04 июля 2025 года по 13 октября 2025 года (по дату принятия судом решения), что составляет 238 670 рублей 57 копеек (71832,89 х 2 полных месяца август, сентябрь 2025 года) + (71832,89 / 31 календарных дней в июле 2025 года х 28 количество календарных дней вынужденного прогула в июле 2025 года) + (71832,89 / 31 количество календарных дней в октябре 2025 года х 13 количество календарных дней вынужденного прогула в октябре 2025 года).

Согласно пункту 4 статьи 226 Налогового Кодекса Российской Федерации налоговые агенты обязаны удержать начисленную сумму налога на доходы физических лиц непосредственно из доходов налогоплательщика при их фактической выплате.

Удержание у налогоплательщика начисленной суммы налога производится налоговым агентом за счет любых денежных средств, выплачиваемых налоговым агентом налогоплательщику, при фактической выплате указанных денежных средств налогоплательщику либо по его поручению третьим лицам.

Поскольку суд не является налоговым агентом по отношению к истцу, он не вправе при вынесении решения производить удержания НДФЛ из взысканных денежных сумм, обязанность по уплате установленных законом налогов, в соответствии со статьей 23 Налогового Кодекса Российской Федерации, возлагается на налогоплательщиков, в данном случае, на истца, таким образом, суд при определении задолженности по заработной плате обязан рассчитать ее без вычета подоходного налога.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, приведенные правовые нормы, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию неполученное ФИО1 за время вынужденного прогула денежное довольствие в размере 238 670 рублей 57 копеек (НДФЛ не исчислен).

Вместе с тем, решение в части взыскания с ответчика в пользу истца неполученного им за время вынужденного прогула денежного довольствия за период с 04 июля 2025 года по 03 октября 2025 года в размере 215 498 рублей 67 копеек (НДФЛ не исчислен) подлежит немедленному исполнению.

В соответствии с частью 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в случае нарушения трудовых прав работников суд в силу статьи 21 и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из обстоятельств причинения вреда, степени и характера допущенных ответчиком нарушений трудовых прав истца, значимости защищаемого права.

Определяя размер компенсации морального вреда с учетом требований разумности и справедливости, доказанность вины ответчика в нарушении трудовых прав истца суд полагает подлежащей взысканию с последнего суммы компенсации морального вреда в размере 30 000 рублей.

Из вышесказанного следует, что исковое заявление подлежит удовлетворению частично.

В соответствии со статьей 393 Трудового кодекса Российской Федерации, подпункта 1 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, работники освобождаются от оплаты пошлин и судебных расходов. Ответчик, являясь государственным органом, в соответствии с подпунктом 19 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации также освобожден от уплаты государственной пошлины.

Вместе с тем, при обращении с иском в суд ФИО1 оплатил государственную пошлину в сумме 3 000 рублей, которая подлежит возврату из бюджета «городского округа город Южно-Сахалинск».

Руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 <данные изъяты> к Главному управлению Министерства Российской Федерации по делам Гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Сахалинской области (ИНН №) о восстановлении на службе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, денежной компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Восстановить ФИО1 на службе в Главном управлении Министерства Российской Федерации по делам Гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Сахалинской области в должности <данные изъяты> федеральной противопожарной службы с 04 июля 2025 года.

Взыскать с Главного управления Министерства Российской Федерации по делам Гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Сахалинской области в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула за период с 04 июля 2025 года по 13 октября 2025 года в размере 238 670 (двести тридцать восемь тысяч шестьсот семьдесят) рубля 57 копеек (НДФЛ не исчислен), компенсацию морального вреда в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 - отказать.

Решение суда в части восстановления ФИО1 на службе в Главном управлении Министерства Российской Федерации по делам Гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Сахалинской области в должности <данные изъяты> федеральной противопожарной службы с 04 июля 2025 года и взыскании в его пользу заработной платы за три месяца (с 04 июля 2025 года по 03 октября 2025 года) в размере 215 498 (двести пятнадцать тысяч четыреста девяносто восемь) рублей 67 копеек (НДФЛ не исчислен) подлежит немедленному исполнению.

Вернуть ФИО1 из бюджета городского округа «город Южно-Сахалинск» государственную пошлину в сумме 3 000 (три тысячи) рублей уплаченную при обращении с иском в суд.

Решение может быть обжаловано в Сахалинский областной суд через Южно-Сахалинский городской суд Сахалинской области в течение 1 месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий судья Ю.А. Абрамова