УИД 11RS0002-01-2022-002000-22

г. Сыктывкар Дело № 2-29/2023

(33-4772/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ КОМИ

в составе председательствующего Нагорновой О.Н.,

судей Перминовой Н.А. и Слободянюк Т.А.,

при секретаре Микушевой А.И.,

с участием прокурора Шевелёвой М.Г.,

рассмотрела в открытом судебном заседании 20 июля 2023 года дело по апелляционным жалобам ФИО1 и ФИО2 на решение Воркутинского городского суда Республики Коми от 2 февраля 2023 года, по которому исковые требования ФИО1 удовлетворены частично:

с ФИО2 в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 50 000 руб., утраченный заработок за период с 7 ноября 2019 года по 30 декабря 2019 года в размере 172 945,18 руб., материальный ущерб в размере 29 700 руб., расходы на оплату адвоката в размере 20 000 руб., а всего 272 645 (двести семьдесят две тысячи шестьсот сорок пять) рублей 18 копеек,

в удовлетворении остальных исковых требований ФИО1 отказано,

с ФИО2 в бюджет муниципального образования городского округа «Воркута» взыскана государственная пошлина в размере 4 958 (четыре тысячи девятьсот пятьдесят восемь) рублей 90 копейки.

Заслушав доклад судьи Нагорновой О.Н., заключение прокурора Шевелёвой М.Г., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 и с учетом уточнения исковых требований просил: взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в размере 400 000 руб., утраченный заработок - 121 386,66 руб., материальный ущерб в размере 29 700 руб., расходы на оплату услуг адвоката - 30 000 руб.

В обоснование иска указал, что приговором мирового судьи Паркового судебного участка г. Воркуты Республики Коми от 2 марта 2022 года ФИО2 признан виновным в умышленном причинении вреда здоровью ФИО1 средней тяжести. В результате преступных действий ответчика и наступивших последствий от них ФИО1 испытал физические и нравственные страдания, а именно: сильную боль, беспокойство о состоянии своего здоровья, нарушение обычного распорядка дня, необходимость приема лекарственных препаратов. Кроме того, вследствие случившегося он был лишен возможности трудиться, что повлекло для него утрату заработка за период с 7 ноября 2019 года по 30 декабря 2019 года в размере 121 386,66 руб., а также понес расходы на протезирование зуба в сумме 29 700 руб., которые подлежат взысканию с ответчика.

Суд постановил приведённое решение, оспоренное сторонами.

В апелляционной жалобе ФИО1 выражает несогласие с размером взысканных в его пользу с ответчика сумм компенсации морального вреда и расходов на оплату услуг представителя, полагая их необоснованно заниженными.

В свою очередь, ФИО2 выражает несогласие с суммой рассчитанного судом утраченного по его вине заработка истца, а также наличием оснований для взыскания с него убытков в размере стоимости лечения ФИО1 в мае 2022 года в платной стоматологической клинике.

В суд апелляционной инстанции стороны не явились. В направленных в адрес суда заявлениях доводы своих жалоб поддержали, требования встречных жалоб просили отклонить.

Дело в суде апелляционной инстанции рассматривается в соответствии со статьями 167 и 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие неявившихся в судебное заседание лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства и не сообщивших об уважительных причинах неявки.

Проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с требованиями частей 1 и 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установил суд, и подтверждается материалами дела, вступившим в законную силу приговором мирового судьи Паркового судебного участка г. Воркуты Республики Коми от 2 марта 2022 года ФИО2 признан виновным по части 1 статьи 112 Уголовного кодекса Российской Федерации за умышленное причинение вреда здоровью ФИО1

Согласно приведенному приговору мирового судьи 6 ноября 2019 года в период времени с ... часов ФИО2, находясь ..., на почве ссоры и внезапно возникших личных неприязненных отношений к ФИО1 с целью причинения вреда здоровью умышленно, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий, нанес ФИО1 не менее 1 удара кулаком в область лица и причинил ..., который по признаку длительности расстройства здоровья продолжительностью более 21 дня квалифицируется как вред средней тяжести.

В связи с полученной травмой ФИО1 6 ноября 2019 года обращался в травмпункт ...», от госпитализации отказался, в периоды с 7 ноября 2019 года по 15 ноября 2019 года находился на стационарном лечении в ..., с 16 ноября 2019 года по 18 ноября 2019 года - на амбулаторном лечении у врача - хирурга ..., с 19 ноября 2019 года по 17 декабря 2019 года - на амбулаторном лечении в ...»; с 18 декабря 2019 по 30 декабря 2019 года - на амбулаторном лечении в ....

Согласно заключению эксперта ... № 8/1260-19/1273-19 от 2 декабря 2019 года при обследовании ФИО1 и по данным его медицинской документации (выписка из медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № 103 травматологического пункта ...», заведенной 6 ноября 2019 года в 16:00, медицинская карта № 6041 стационарного больного, заведенная в хирургическом отделении ...», медицинская карта стоматологического больного № 23847 ...», медицинская карта амбулаторного больного № 477808 ...») у потерпевшего при обращении за медицинской помощью в травмпункт имелись объективные телесные повреждения: ... что подтверждается объективными клиническими данными и данными рентгенологического исследования, явившийся к показанию оперативного лечения в объеме «металлоостеосинтез нижней челюсти» от 8 ноября 2019 года. Данные повреждения квалифицируются как вред здоровью средней тяжести. Выставленный диагноз «...» объективными клиническими и неврологическими данными не обоснован.

В дополнительном заключении ... № 8/5 86-20/602-20-Д от 26 июня 2020 года по

данным заключения № 8/1260-19/1273-19 от 2 декабря 2019 года и медицинской документации освидетельствуемого экспертом сделаны выводы о том, что у ФИО1 при обращении за медицинской помощью в травмпункт (6 ноября 2019 года в 16 час.) имелись объективные телесные повреждения: ... что подтверждается объективными клиническими данными и данными рентгенологического исследования, явившийся к показанию оперативного лечения в объеме «металлоостеосинтез нижней челюсти» от 8 ноября 2019 года. Данная локализация переломов нижней челюсти характерна для ударного воздействия тупого предмета с приложением травмирующей силы в область левой ветви челюсти. Причинение данного перелома при однократном падении подэкспертного из положения «стоя» исключена.

В заключении эксперта ...» № 8/92-21/86-21-Д-2 от 26 января 2021 года содержатся те же выводы. В исследовательской части заключения от 26 января 2021 года имеются указания на подвижность 32-го зуба при осмотре пациента 6 ноября 2019 года в травмопункте и удаление ему 38 зуба в стационарных условиях в ...» при лечении ....

Судом также установлено, что ФИО1 с <Дата обезличена> состоял в трудовых отношениях ...) по должности ... по договору, заключенному на неопределенный срок и действующему на дату причинения ответчиком вреда его здоровью. В периоды времени с 7 ноября 2019 года по 20 ноября 2019 года, с 21 ноября 2019 года по 2 декабря 2019 года, с 4 декабря 2019 года по 11 декабря 2019 года и с 18 декабря 2019 года по 30 декабря 2019 года ФИО1 в связи с полученной травмой освобождался от трудовой деятельности, произведенные ему выплаты по листкам нетрудоспособности составили: с 7 ноября 2019 года по 20 ноября 2019 года: за счет работодателя - ... руб., за счет ФСС - ... руб., с 21 ноября 2019 года по 2 декабря 2019 года: за счет ФСС - ... руб., с 4 декабря 2019 года по 11 декабря 2019 года: за счет работодателя - ... руб., за счет ФСС - ... руб., с 18 декабря 2019 года по 30 декабря 2019 года: за счет работодателя - ... руб., за счет ФСС - ... руб. Общий размер полученного ФИО1 пособия по нетрудоспособности составил ... руб.

Помимо выплат по больничным листам, работодателем истцу была выплачена заработная плата за отработанные дни: ...

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При разрешении иска ФИО1 суд признал доказанным наличие всего юридического состава деликта, включающего факт причинения истцу вреда в результате преступных действий ответчика, повлекшего получение повреждения его здоровья в виде двустороннего перелома нижней челюсти, наличие прямой причинно-следственной связи между физическими и нравственными страданиями истца и действиями ответчика.

Руководствуясь положениями главы 59 части II Гражданского кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данными в Постановлении от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», которые суд привел в оспариваемом решении, он взыскал с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 50 000 руб.

Вопреки доводам апелляционных жалоб сторон, при определении размера компенсации суд первой инстанции учёл все заслуживающие внимания и юридически значимые обстоятельства по делу, а именно, обстоятельства происшествия, носившего характер взаимного конфликта, поведение в нем каждой из спорящих сторон, степень вины ответчика в причинении вреда здоровью истцу, степень физических и нравственных страданий ФИО1 в связи с полученной травмой, в частности, испытанную физическую боль, длительность расстройства здоровья, вынужденность изменения в указанный период обычного образа жизни.

Оснований для изменения установленного судом первой инстанции размера компенсации морального вреда судебная коллегия по доводам апелляционных жалоб ФИО1 и ФИО2 не усматривает, полагая, что он, исходя из обстоятельств рассматриваемого дела, отвечает критерию разумности, справедливости, определен с учетом соблюдения требуемого в данном случае баланса интересов сторон.

Разрешая исковые требования ФИО1 в части взыскания с ответчика утраченного заработка, суд обоснованно руководствовался правилами, установленными для этого положениями статей 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации. Вместе с тем, суд ошибочно не учел в расчете суммы полученных ФИО1 в рассматриваемый период времени (ноябрь-декабрь 2019 года) пособий по временной нетрудоспособности и выплаченной заработной платы за отработанные дни, сославшись на положениям статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определение в рамках действующего гражданско-правового регулирования объема возмещения вреда, причиненного здоровью, исходя из утраченного заработка (дохода), который потерпевший имел или определенно мог иметь, предполагает, - в силу компенсационной природы ответственности за причинение вреда, обусловленной относящимися к основным началам гражданского законодательства принципом обеспечения восстановления нарушенных прав (пункт 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также требованием возмещения вреда в полном, по общему правилу, объеме, - необходимость восполнения потерь, объективно понесенных потерпевшим в связи с невозможностью осуществления трудовой (предпринимательской) деятельности в результате противоправных действий третьих лиц (абзац третий пункта 3 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 5 июня 2012 года N 13-П «По делу о проверке конституционности положения пункта 2 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО3»).

В подпункте «а» пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что под утраченным потерпевшим заработком (доходом) следует понимать средства, получаемые потерпевшим по трудовым и (или) гражданско-правовым договорам, а также от предпринимательской и иной деятельности (например, интеллектуальной) до причинения увечья или иного повреждения здоровья. При этом надлежит учитывать, что в счет возмещения вреда не засчитываются пенсии, пособия и иные социальные выплаты, назначенные потерпевшему как до, так и после причинения вреда, а также заработок (доход), получаемый потерпевшим после повреждения здоровья.

Исходя из приведенных нормативных положений, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации лицо, причинившее вред здоровью гражданина (увечье или иное повреждение здоровья), обязано возместить потерпевшему в том числе утраченный заработок - заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, то есть причинитель вреда обязан восполнить потерпевшему те потери в его заработке, которые были объективно им понесены (возникли у потерпевшего) в связи с невозможностью осуществления им трудовой (предпринимательской), а равно и служебной деятельности в результате противоправных действий причинителя вреда.

В состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом. Не учитываются выплаты единовременного характера, в частности компенсация за неиспользованный отпуск и выходное пособие при увольнении. За период временной нетрудоспособности или отпуска по беременности и родам учитывается выплаченное пособие. Все виды заработка (дохода) учитываются в суммах, начисленных до удержания налогов (пункт 2 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суждение суда о том, что не полученная ФИО1 за период временной нетрудоспособности заработная плата является утраченным заработком, который подлежит возмещению вне зависимости от размера выплаченного истцу пособия по временной нетрудоспособности, нельзя признать правомерным. Это суждение сделано без учета положений Федерального закона от 29 декабря 2006 года № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством», которым в том числе регламентированы условия и порядок выплаты пособия по временной нетрудоспособности и определен круг лиц, подлежащих обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством. Обратная позиция суда первой инстанции, выраженная в оспариваемом решении, ошибочна и привела к неверному расчетному размеру утраченного истцом по вине ответчика заработка.

С учетом положений статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации среднемесячный заработок ФИО1 согласно представленной в материалы дела справки формы 2 -НДФЛ (л. д. 166 тома 1) составил ... Утраченный заработок, исчисленный по правилам статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации - ...

При обращении в суд ФИО1 заявил ко взысканию с ФИО2 утраченный заработок в размере 121 386,88 руб.

Согласно части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение только по заявленным истцом требованиям, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 5 Постановления от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» выходом за пределы заявленных требований является, в том числе, удовлетворение требования истца в большем размере, чем оно было заявлено.

Учитывая предмет и характер заявленного ФИО1 к ФИО2 судебного спора, его субъектный состав, а также то, что в ходе судебного разбирательства размер своих исковых требований истец не изменял и не уточнял, оснований для выхода за пределы заявленного истцом размера исковых требований при их удовлетворении в соответствующей части судебная коллегия не усматривает.

Таким образом, исковые требования ФИО1 о взыскании с ФИО2 утраченного заработка подлежат удовлетворению на сумму 121 386, 66 руб. с изменением решения суда в указанной части.

Судебная коллегия также не может согласиться с правильностью выводов суда первой инстанции в части удовлетворения исковых требований ФИО1 о взыскании с ФИО2 убытков в размер стоимости платных стоматологических услуг, полученных истцом в клинике ...» по договору № <Номер обезличен> от 20 мая 2022 года.

При этом исходит из следующего.

Общими условиями наступления деликтной ответственности являются: наличие вреда, противоправность действий его причинителя, наличие причинно-следственной связи между возникновением вреда и противоправными действиями, вины причинителя вреда (пункт 82 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года N 50, определение Конституционного Суда Российской Федерации от 4 июня 2009 года N 1005-0-0, определение Конституционного Суда Российской Федерации от 17 января 2012 года N 149-0-0 и др.).

По настоящему делу по требованиям ФИО1 о взыскании с ФИО4 расходов на лечение зубов, понесенных в июне 2022 года, доказано только наличие у истца вреда, при этом оставшиеся три элемента юридического состава деликта не установлены.

Сам по себе факт причинения ответчиком травмы в ноябре 2019 года в виде перелома нижней челюсти не свидетельствуют о наличии причинно-следственной связи между противоправными действиями ФИО2 в ноябре 2019 года и проведенным в ...» по договору от 20 мая 2022 года истцу лечением 12-того зуба верхней челюсти.

В силу требований части 2 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

В силу части 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

По настоящему делу суд первой инстанции не поставил на обсуждение сторон вопрос о назначении по делу соответствующей судебной экспертизы исходя из возражений ответчика, а также их обоснования, вследствие чего его возражения остались

нерассмотренными и неопровергнутыми.

Согласно части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных главой 39 данного Кодекса.

Повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию (пункт 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года N 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции»).

Согласно пункту 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года N 16, если судом первой инстанции неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 1 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), то суду апелляционной инстанции следует поставить на обсуждение вопрос о представлении лицами, участвующими в деле, дополнительных (новых) доказательств и при необходимости по их ходатайству оказать им содействие в собирании и истребовании таких доказательств. Суду апелляционной инстанции также следует предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные (новые) доказательства, если в суде первой инстанции не установлены обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 2 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), в том числе по причине неправильного распределения обязанности доказывания (часть 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Во исполнение приведенной процессуальной обязанности судебной коллегией перед ФИО1 и ФИО2 был поставлен вопрос о назначении и проведении по делу судебно-медицинской экспертизы.

Обе спорящие стороны от проведения экспертизы отказались, о чем представили свои письменные заявления в адрес суда.

Учитывая присущий гражданскому судопроизводству принцип диспозитивности, согласно которому эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается, в первую очередь, поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности, где наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации) стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (часть первая статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий, дело рассматривается судом апелляционной инстанции по имеющимся доказательствам.

Так, в представленных в дело заключениях судебно-медицинских экспертиз (как в части «выводы», так и в исследовательской части) какие- либо упоминания о повреждении у ФИО1 6 ноября 2019 года 12- того зуба верхней челюсти отсутствуют.

В изученной судебной коллегией медицинской документации ФИО1 таких сведений и жалоб пациента также не отмечено.

В медицинской карте истца, заведенной ООО «Денталика» при его обращении за лечением 12-го зубы верхней челюсти в мае 2022 года, в дневнике лечения (жалобы, анамнез, объективные, диагноз, лечение и рекомендации) зафиксированы жалобы пациента на расцементировку коронки, объективно: зуб разрушен на 3/4, остатки Me штифта, корневые каналы запломбированы до апекса, на рентгенограмме на верхушках корней патологических изменений нет, перекуссия безболезненная, кариес.

В таблице осмотра полости рта по 12-тому зубу верхней челюсти у пациента ФИО1 лечащим врачом проставлено обозначение «R» (корень), выставлен диагноз: ... отмечена длительность течения заболевания.

Таким образом, учитывая отсутствие доказательств причинно- следственной связи между противоправными действиями ФИО2, совершенными им в отношении ФИО1 в ноябре 2019 года, и понесенными истцом расходами на лечение и восстановление в июне 2022 года 12-го зуба верхней челюсти, следует признать, что наличие такой причинно-следственной связи применительно к рассматриваемому предмету иска и его основаниям не доказана, а потому удовлетворение иска в соответствующей части судом первой инстанции нельзя признать правомерным и обоснованным.

Решение Воркутинского городского суда Республики Коми от 2 февраля 2023 года в части взыскания с ФИО2 в пользу ФИО1 материального ущерба в размере 29 700 руб. подлежит отмене с вынесением нового об отказе в удовлетворении исковых требований.

Размер судебных расходов ФИО1 на оплату помощи представителя определен судом на основании исследованных документов об их обосновании, с учетом сложности спора, времени и объема проделанной представителем истца работы, размера частичного удовлетворения заявленных требований.

Установленная судом соответствующая сумма отвечает критерию разумности, сложившимся в Республике Коми расценкам на оплату помощи представителей (адвокатов по гражданским делам), а потому основания для её изменения по доводам апелляционной жалобы ФИО1 судебная коллегия не усматривает.

Учитывая выводы судебной коллегии о частичном изменении и отмене решения суда первой инстанции, исходя из разъяснений, данных в абзаце пятом пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года N 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства,

регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», при вынесении апелляционного определения подлежит изменению размер государственной пошлины, взысканной с ФИО1 в доход бюджета МО ГО «Воркута до суммы 3 928 руб. (3627,73 + 300).

На основании изложенного, руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Воркутинского городского суда Республики Коми от 2 февраля 2023 года в части взыскания с ФИО2 в пользу ФИО1 утраченного заработка изменить: взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 утраченный заработок в связи с причинением вреда здоровью в размере 121 386 руб. 66 коп.,

решение Воркутинского городского суда Республики Коми от 2 февраля 2023 года в части взыскания с ФИО2 в пользу ФИО1 материального ущерба в размере 29 700 руб. отменить, вынести в указанной части новое решение об отказе ФИО1 в иске,

решение Воркутинского городского суда Республики Коми от 2 февраля 2023 года в части взыскания в доход бюджета МО ГО «Воркута» государственной пошлины изменить: взыскать с ФИО1 в доход бюджета МО ГО «Воркута» государственную пошлину в размере 3 928 руб.

В остальной части решение Воркутинского городского суда Республики Коми от 2 февраля 2023 года оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1 и ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

мотивировочная часть определения изготовлена 25 июля 2023 года