Дело № 2-25/2023 15 марта 2023 года

29RS0014-01-2022-000281-19

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ломоносовский районный суд города Архангельска в составе

председательствующего судьи Ждановой А.А.

при секретаре судебного заседания Максимовой А.В.,

с участием прокурора Сорокиной И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Архангельске гражданское дело по иску ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Архангельской области «Архангельская городская клиническая больница <№>», министерству имущественных отношений Архангельской области, министерства здравоохранения Архангельской области о взыскании компенсации морального и материального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Архангельской области «Архангельская городская клиническая больница <№>» о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб., материального ущерба в размере 30 000 руб.

В обоснование иска указано, что истец наблюдается в государственном бюджетном учреждении здравоохранения Архангельской области «Архангельская городская клиническая больница <№>». В период с 2016 по 2018 годы он неоднократно обращался в данное учреждение за медицинской помощью в связи с ухудшением состояния здоровья, которое проявлялось сильной слабостью, потливостью, постоянным учащенным сердцебиением. Однако истцу ставили диагноз «ОРЗ» и прописывали соответствующее лечение. Только в апреле 2018 года, когда истец потерял сознание на приеме у врача, он был проконсультирован эндокринологом и ему установлен диагноз: болезнь Грейвса. После этого он был госпитализирован в эндокринологический центр ГБУЗ АО «АОКБ». В связи с тем, что болезнь была запущена, ее лечение было возможно только хирургическим способом. Полагая, что в результате непрофессиональных действий врачебного персонала государственного бюджетного учреждения здравоохранения Архангельской области «Архангельская городская клиническая больница <№>» причинен серьезный вред его здоровью, чем нарушено его право на получение качественной медицинской помощи, истец обратился в суд с заявленными требованиями.

Истец в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, его представитель поддержала заявленные требования по аналогичным основаниям, пояснила, что истец просит взыскать ответчика материальный ущерб в размере 4 860 руб.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании против иска возражала.

Представитель третьего лица в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

По определению суда дело рассмотрено при данной явке.

Заслушав явившихся лиц, заключение прокурора, полагавшей иск не подлежащим удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, медицинские карты, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Закон об основах охраны здоровья).

Согласно пункту 1 статьи 2 Закона об основах охраны здоровья здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Закона об основах охраны здоровья).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Закона об основах охраны здоровья).

Медицинская услуга - это медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение (пункт 4 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункт 9 статьи 2 Закона об основах охраны здоровья).

В силу статьи 4 Закона об основах охраны здоровья охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, одним из которых является соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.

В числе таких прав - право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Закона об основах охраны здоровья).

Согласно части 1 статьи 37 Закона об основах охраны здоровья медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации.

Согласно пунктам 2,5,6 статьи 4 Закона об основах охраны здоровья к основным принципам охраны здоровья относится также приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи.

В силу положений статьи 6 Закона об основах охраны здоровья приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи реализуется, в том числе путем оказания медицинской помощи пациенту с учетом его физического состояния и с соблюдением по возможности культурных и религиозных традиций пациента.

В пункте 21 статьи 2 данного закона определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Из пункта 2 статьи 64 Закона об основах охраны здоровья следует, что критерии оценки качества медицинской помощи формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 данного федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

В соответствии с п. 9 ч. 5 ст. 19 Закона об основах охраны здоровья пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Из части 2 статьи 98 названного выше закона следует, что медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации не только за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи, но и за нарушение прав в сфере охраны здоровья.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (часть 3 статьи 98 Закона об основах охраны здоровья).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина (абзац первый пункта 2 названного постановления Пленума).

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (абзац второй пункта 2 названного постановления Пленума).

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 названного постановления Пленума).

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также – ГК РФ) установлены общие основания ответственности за причинение вреда.

Согласно данной норме закона вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В силу части 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Частью 1 статьи 1095 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.

Из изложенного следует, что в случае причинения гражданину морального вреда (нравственных и физических страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, в числе которых право гражданина на охрану здоровья, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Таким образом, нарушение установленных в соответствии с законом порядка и стандарта оказания медицинской помощи, проведения диагностики, лечения, выполнения послеоперационных процедур является нарушением требований к качеству медицинской услуги, нарушением прав в сфере охраны здоровья, что может рассматриваться как основание для компенсации потребителю морального вреда и возмещения убытков.

Как следует из материалов дела, ФИО1 наблюдался в ГБУЗ АО «АГКБ <№>». Так, 15 декабря 2016 года истец обратился с жалобами на головные боли, боли в горле и чихание в кабинет неотложной помощи, при объективном осмотре выявлено, что «<***>», и имеются признаки ринита, установлен диагноз; «<***>, 18 декабря 2016 года – повторный прием, жалобы отсутствовали, частота пульса – 70 ударов в минуту; 14 февраля 2017 года истец обратился с жалобами на одышку с затруднением выдоха, ломоту, слабость, потливость, при объективном осмотре выявлено, что «зев гипермирован», задняя стенка глотки с налетом, установлен диагноз; «<***>, 15 февраля 2017 года проведено ЭКГ-исследование, при котором зарегистрирована синусовая тахикардия с частотой ритма – 125 ударов в минуту; 16 февраля 2017 года истец обратился с жалобами на влажный кашель, малопродуктивный, головокружения, при объективном осмотре патологии не выявлено, установлен диагноз основной: «<***> 22 февраля 2017 года истец обратился с жалобами на общую слабость, одышку, головную боль, при объективном осмотре выявлено увеличение частоты сердечных сокращений - 90 ударов в минуту, установлен диагноз: «<***> 12 октября 2017 года истец обратился с жалобами на одышку при беге на физкультуре, сердцебиение, при объективном осмотре врачом выявлено увеличение частоты сердечных сокращений - 100 ударов в минуту; пониженное питание, установлен диагноз «<***>; 18 октября 2017 года на осмотре жалоб активно не предъявлял, установлен диагноз «<***>; 15 февраля 2018 года истец был осмотрен фельдшером по направлению военкомата, прошел ЭКГ-исследование; 22 февраля 2018 года обратился с жалобами на боли в правом голеностопе, при объективном осмотре врачом выявлено увеличение частоты сердечных сокращений 80-90 ударов в минуту, дано направление в приемное отделение ГБУЗ АО «Первая городская клиническая больница им. Е.Е. Волосевич»; 27 февраля 2018 года после установления диагноза «<***> истец был направлен на лечение к хирургу, а также на дообследования, истец закончил лечение у хирурга 29 марта 2018 года; 30 марта 2018 года осмотрен терапевтом с жалобами на усталость, общую слабость, частое сердцебиение, быструю утомляемость, потливость, заподозрено наличие узлового зоба, выдано направление на дообследование: консультацию эндокринолога, определение уровня гормонов.

В период с 09 апреля 2018 года по 27 апреля 2018 года истец прошел лечение тиреотоксикоза в ГБУЗ АО «АОКБ», где прошел ЭКГ-исследование и УЗИ щитовидной железы, анализ крови и анализ на гормоны, установлен диагноз: «<***>)».

В период с 28 июня 2018 года по 20 июля 2018 года истец прошел лечение в эндокринологическом отделении ГБУЗ АО «АОКБ», где прошел ЭКГ-исследование и УЗИ щитовидной железы, биохимический анализ крови и анализ на гормоны. По результатам исследований установлено наличие абсолютных показаний к оперативному лечению, определена дата госпитализации – 06 августа 2018 года.

С 13 августа 2018 года по 25 августа 2018 года истец прошел лечение в хирургическом отделении <№> ГБУЗ АО «АОКБ», где 20 августа 2018 года ему было проведено оперативное лечение – тиреоиндэктомия.

Указанные обстоятельства подтверждаются материалами дела, медицинскими картами и сторонами не оспариваются.

По ходатайству истца судом была назначена судебная экспертиза с целью установления качества оказания медицинской помощи истцу.

Экспертами частного экспертного учреждения «Северо-Западное бюро негосударственных судебных экспертов и специалистов» было составлено заключение от 23 января 2023, в котором эксперты, проанализировав материалы дела, медицинскую документацию, нормативные документы, рекомендации, медицинскую литературу в данной области, пришли к следующим выводам.

Оказание медицинской помощи больным с тиреотоксикозом с диффузным зобом (диффузный токсический зоб, болезнь ФИО3), узловым/многоузловым зобом регламентируется: Приказом М3 РФ от 12 ноября 2012 года № 899н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «Эндокринология»; Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 28 декабря 2012 года № 1597н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при экзофтальме, связанном с нарушением функции щитовидной железы»; Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 09 ноября 2012 года № 872н «Об утверждении стандарта первичной медико-санитарной помощи при тиреотоксикозе»; Приказом Минздрава России от 09 ноября 2012 года №754н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при тиреотоксикозе»; Клиническими рекомендациями «Тиреотоксикоз с диффузным зобом (диффузный токсический зоб, болезнь ФИО3), узловым/многоузловым зобом», Российская ассоциация эндокринологов, 2014 года (на момент рассматриваемого случая); Клиническими рекомендациями по диагностике и лечению тиреотоксикоза с диффузным зобом (болезнь Грейвса), узловым/многоузловым зобом», Российская ассоциация эндокринологов, 2021 года (на момент производства экспертизы), а также всеми действующими федеральными нормативными правовыми актами и нормативными правовыми актами субъекта Российской Федерации, регламентирующими оказание медицинской помощи.

Основываясь на современных научных данных (указанных в Клинических рекомендациях по диагностике и лечению тиреотоксикоза с диффузным зобом (болезнь Грейвса), узловым/многоузловым зобом», Российская ассоциация эндокринологов, 2021 год), пациенты с тиреотоксикозом должны находиться под активным наблюдением врача-эндокринолога. Вовремя начатое адекватное лечение способствует более быстрому восстановлению эутиреоидного состояния и предотвращает развитие осложнений. При нелеченом тиреотоксикозе, отсутствии компенсации на фоне проводимого лечения, несоблюдении рекомендаций врача повышается риск развития аритмий, недостаточности кровообращения, тромбоэмболических осложнений.

Из медицинской документации следует, что при осмотрах ФИО1 в ГБУЗ АО «Архангельская городская клиническая больница <№>» 16 февраля 2017 года, 22 февраля 2017 года, 12 октября 2017 года, 18 октября 2017 года и 22 февраля 2018 года отсутствовали патогномоничные (безусловно характерные) признаки, позволяющие заподозрить наличие у ФИО1 заболеваний щитовидной железы.

При этом часть из записей протоколов указанных осмотров выполнена рукописно, почерком затруднительным к прочтению, с большим количеством сокращений, не содержит подробного описания данных объективного осмотра, что является дефектом ведения медицинской документации.

Согласно данным, указанным в представленной на исследование медицинской документации, при обращениях ФИО1 в ГБУЗ АО «Архангельская городская клиническая больница <№>» в период с 01 января 2016 года по 30 марта 2018 года у него отсутствовали абсолютные показания (патогномоничные (абсолютно характерные) симптомы) для проведения обследований по поводу заболеваний эндокринной системы.

Вместе с тем, экспертами сделан вывод о том, что, принимая во внимание наличие жалоб пациента на головокружения, усиленное сердцебиение, головную боль, слабость; наличие? у ФИО1 железодефицитной анемии; исключение достоверного источника кровопотери в ЖКТ по результатам проведенных эндоскопических обследования (фиброгастродуоденоскопии от 29 октября 2015 года и ректороманоскопии от 06 ноября 2015 года), последнее проведенное (согласно данным, указанным в представленной на исследование медицинской документации) УЗИ щитовидной железы от 29 сентября 2012 года (более трех лет назад, в подростковом возрасте), ФИО1 с целью выявления возможной патологии, приводящей к железодефицитной анемии было показано и не было проведено повторное УЗИ щитовидной железы, что является дефектом диагностики.

Учитывая вышеизложенное, нельзя исключить. что указанный дефект диагностики привел к несвоевременному диагностированию в случае ФИО1 болезни Грейвса.

В представленной на исследование медицинской документации отсутствуют убедительные данные, подтверждающие прямую причинно- следственную связь между непроведением ФИО1 с целью выявления возможной патологии, приводящей к железодефицитной анемии повторного УЗИ щитовидной железы и возникшими у него неблагоприятными последствиями в виде манифестного тиреотоксикоза.

Согласно данным, указанным в представленной на исследование медицинской документации, развернутая клиническая картина болезни Грейвса (манифестный тиреотоксикоз) была отмечена у ФИО1 только на приеме у врача-терапевта от 30 марта 2018 года - утомляемость, потливость, частота сердечных сокращений в одну минуту: стоя 124, лежа 124... ЧСС 124 удара в минуту, при пальпации щитовидная железа увеличена, б/б. Экзофтальм.

Таким образом, в представленной на исследование медицинской документации отсутствуют убедительные данные, подтверждающие наличие прямой причинно-следственной связи между действиями врача – терапевта ГБУЗ АО «Архангельская городская клиническая больница <№>» и ухудшением состояния здоровья ФИО1, приведшим к хирургическому вмешательству.?

Суд соглашается с указанными выводами судебной экспертизы, поскольку они соответствуют установленным в ходе рассмотрения дела обстоятельствам, заключение составлено в соответствии с методическими рекомендациями по проведению такого рода экспертиз, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, выводы экспертов основаны на результатах непосредственного анализа медицинской документации, мотивированы, последовательны и непротиворечивы, эксперты имеют необходимую квалификацию.

Кроме того, данные выводы экспертов подтверждаются результатами проведенной АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» экспертизой качества медицинской помощи. Так, по результатам экспертизы качества медицинской помощи, проведенной экспертом качества медицинской помощи по специальности «терапия», включенным в территориальный реестр территориального фонда обязательного медицинского страхования Архангельской области, выявлены следующие нарушения при оказании истцу медицинской помощи врачом-терапевтом ГБУЗ АО «АГКП <№>»: невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица по случаям оказания медицинской помощи 14 февраля 2017 года (нет данных числа сердечных сокращений) и с 16 февраля 2017 года по 22 февраля 2017 года (не назначено обследование по поводу анемии, контрольная явка к врачу); невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, приведшее к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица, либо создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавшее риск возникновения нового заболевания по случаям оказания медицинской помощи 12 октября 2017 года, 18 октября 2017 года, 22 февраля 2018 года (не назначены холтеровское мониторирование и эхокардиография для уточнения нарушения сердечного ритма; исследование тиреотропных гормонов, глюкозы, биохимии крови, ультразвуковое исследование щитовидной железы и надпочечников для уточнения патологии щитовидной железы).

При этом, вопреки доводам ответчика, само по себе отсутствие в спорный период в принятых клинических рекомендаций по выявленному у истца заболеванию железодефицитной анемии рекомендаций по проведению УЗИ щитовидной железы не исключает необходимости направления истца на такое исследование с учетом установленных экспертом обстоятельств.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что в ходе рассмотрения дела не нашел подтверждения факт наличия прямой причинно-следственной связи между действиями врача – терапевта ГБУЗ АО «АГКБ <№>» и ухудшением состояния здоровья ФИО1, приведшим к хирургическому вмешательству.

Вместе с тем, суд не может признать надлежащей оказанную истцу медицинскую помощь ввиду установленных дефектов диагностики.

Поскольку имеющимися в деле доказательствами подтвержден факт нарушения прав истца как пациента в связи с оказанием ответчиком медицинской помощи, заявленное истцом требование о компенсации морального вреда является обоснованным.

Согласно разъяснениям, данным в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ). Учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении компенсации морального вреда суд учитывает не только степень и характер физических страданий, но и нравственных страданий, выразившихся в пережитых истцом опасениях за своё здоровье.

Учитывая, что причиненные истцу по вине ответчика физические и нравственные страдания затрагивают его конституционное право на охрану здоровья и медицинскую помощь, суд считает разумным и справедливым размер денежной компенсации морального вреда в сумме 100 000 руб. с учетом характера нарушенного нематериального блага, характера физических и нравственных страданий истца, длительности их претерпевания, степени вины причинителя вреда, не имевшего умысла на причинение вреда, фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, полагая означенную сумму компенсации соответствующей балансу интересов сторон спорного правоотношения.

Из представленных в материалы дела кассовых чеков следует, что истцом понесены расходы в общем размере 4 860 руб. на оплату услуг по взятию крови и иных исследований в период марта, апреля, июня и августа 2018 года.

Вместе с тем, суду не представлено доказательств того, что несение истцом данных расходов было вызвано ненадлежащим оказанием медицинской помощи со стороны ответчика, в связи с чем требования истца о возмещении материального ущерба в заявленном размере не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Архангельской области «Архангельская городская клиническая больница <№>», министерству имущественных отношений Архангельской области, министерства здравоохранения Архангельской области о взыскании компенсации морального и материального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Архангельской области «Архангельская городская клиническая больница <№>» (ИНН <№> а при недостаточности имущества у учреждения – в порядке субсидиарной ответственности с министерства здравоохранения Архангельской области (ИНН <№>), в пользу ФИО1 (паспорт <№>) денежную компенсацию морального вреда в размере 100 000 (Сто тысяч) рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Архангельской области «Архангельская городская клиническая больница <№>», министерству имущественных отношений Архангельской области, министерству здравоохранения Архангельской области в остальной части отказать.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Архангельский областной суд через Ломоносовский районный суд города Архангельска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий А.А. Жданова