Решение по делу № 2-13856/2021 от 30.03.2023 - о взыскании суммы страхового возмещения, неустойки, компенсации морального вреда и присуждении штрафа.

УИД - 78RS0019-01-2021-014292-33

Дело № 2-189/2023 30 марта 2023 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Приморский районный суд города Санкт-Петербурга в составе: председательствующего судьи Карпенковой Н.Е., при секретаре Царикаевой М.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Страховая компания «ГАЙДЕ» о взыскании суммы страхового возмещения, неустойки, компенсации морального вреда и присуждении штрафа,

Установил :

ФИО1 обратился 10 ноября 2021 года в Приморский районный суд Санкт-Петербурга с иском к АО «Страховая компания «ГАЙДЕ» о взыскании суммы страхового возмещения, неустойки, компенсации морального вреда и присуждении штрафа.

В обоснование исковых требований ссылается на следующие обстоятельства, что 03 апреля 2021 года между истцом и ответчиком был заключен договор страхования жилых (садовых) домов № 200102/21, принадлежащего истцу на праве собственности жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>.

На основании указанного договора страхования был оформлен и выдан страховой полис № 200102/21, согласно которому были застрахованы следующие риски: пожар, удар молнии, взрыв, стихийные бедствия, повреждение водой, постороннее воздействие, повреждение третьими лицами, хищение и терроризм.

Срок действия договора с 09.04.2021 года по 08.04.2022 года.

Страховая сумма, в пределах которой ответчик обязался выплатить страховое возмещение составила 5 000 000 рублей.

Истец оплатил страховую премию в размере 24 990 рублей.

В результате произошедшего 16 июня 2021 года пожара дом истца сгорел полностью.

22 июня 2021 года по факту наступления страхового случая, истец обратился в страховую компанию с заявлением о выплате ему страхового возмещения со всеми необходимыми документами.

16 июля 2021 года дознавателем ОНДиПР Лужского района УНД и ПР ГУ МЧС России по Ленинградской области вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Точную причину пожара установить не удалось, наиболее вероятная - воздействие источника зажигания, связанного с возникновением аварийного пожароопасного режима работы электросети или электрооборудования.

22 июля 2021 года истец подал страховщику оригинал постановления об отказе в возбуждении уголовного дела.

22 сентября 2021 года ответчик признал случай страховым и осуществил страховое возмещение в размере 3 176 000 рублей с размером которой истец не согласился, обратившись 30 сентября 2021 года к ответчику с претензией о доплате страхового возмещения согласно условиям договора, выплате неустойки, а также подал заявление об отказе от годных остатков.

Ответа на претензию не последовало.

Истец считает абз. 3 п. 10.6.4. Правил страхования, в связи с которым ответчик отказал истцу в доплате страхового возмещения, недействительным, противоречащим пункту 1 статьи 16 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей».

Ссылаясь на положения статей 15, 151, 927, 929, 935 Гражданского кодекса РФ, статей 13, 15, 16, 28 Закона РФ «О защите прав потребителей» и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 № 20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан» и постановления Пленума ВС РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», истец после изменения исковых требований просит суд взыскать с ответчика сумму страховой выплаты в размере 1 625 673 рублей, неустойку (пени) в размере 24 990 рублей, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, потребительский штраф в размере 50% от взысканной судом суммы за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя и расходы по оплате государственной пошлины в размере 4 545 рублей, оплате судебной экспертизы в размере 114 906,80 рублей и оплате юридических услуг в размере 75 000 рублей.

В письменных возражениях на иск ответчик указывает, что не согласен с исковыми требованиями ни по праву, ни по размеру, ссылаясь на то, что полис был заключен без проведения оценки имущества и путем использования специального страхового продукта, который предполагает установление только лимита ответственности страховщика - страховой суммы, а не действительной стоимости объекта страхования, которая может быть определена на основании отчета независимого оценщика в соответствии с Правилами.

Страховая стоимость (действительная стоимость) объекта страхования в договоре не указана, то есть сторонами не определена, следовательно, стороны согласовали в договоре только страховую сумму и поэтому ст. 948 Гражданского кодекса РФ в рассматриваемом случае не применима.

В силу положений ст. 947 Гражданского кодекса РФ и п. 5.6 Правил, страховой стоимостью жилого дома является его действительная стоимость в месте нахождения в день заключения договора страхования.

В связи с тем, что при заключении договора и при наступлении страхового случая истец не предоставил документы, подтверждающие стоимость имущества (п. 5.7. Правил), страховщик на основании п. 5.6.1 Правил организовал независимую экспертизу.

На основании независимой экспертизы № 2339/2021 от 14.07.2021 года, выполненной специалистами ООО «Авторское бюро экспертиз» было установлено, что рыночная действительная стоимость объекта оценки до пожара как рыночная стоимость ресурсов (затрат), необходимых для создания объекта, аналогичного предмету страхования в ценах, сложившихся в месте нахождения предмета страхования в день заключения договора с учетом износа его отдельных составных частей составила 3 344 000 рублей, рыночная действительная стоимость объекта оценки до пожара составляет 3 260 000 рублей, рыночная (действительная) стоимость годных остатков объекта оценки после пожара 84 000 рублей.

На основании пункта 10.6.4. Правил страхования произведен расчет размера страхового возмещения и 22 сентября 2021 года выплачено страховое возмещение.

Выбрав размер страховой суммы 5 000 000 рублей, истец ввел страховщика в заблуждение относительно действительной (страховой) стоимости строения.

Поскольку информация о принимаемом на страхование имуществе, получена ответчиком исходя из тех сведений, которые предоставил страхователь, добросовестность действий которого предполагается действующим законодательством, постольку следует считать, что имеются основания для признания договора страхования ничтожным в части превышения страховой суммы над действительной стоимостью имущества.

Страхователем были предоставлены заведомо ложные сведения о стоимости объекта страхования, что влечет признание данного договора недействительным в части.

В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО2 исковые требования поддержала, просила их удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика по доверенности ФИО3 в судебном заседании поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях, в удовлетворении исковых требований просила суд отказать.

Выслушав пояснения представителей истца и ответчика, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд приходит к следующему.

По правилам ст. 943 Гражданского кодекса РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему.

В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре.

Согласно ст. 947 Гражданского кодекса РФ сумма, в пределах которой страховщик обязуется выплатить страховое возмещение по договору имущественного страхования, определяется соглашением страхователя со страховщиком в соответствии с правилами, предусмотренными настоящей статьей. При страховании имущества страховая сумма не должна превышать действительную стоимость имущества в день заключения договора страхования.

В соответствии с ч. 5 ст. 10 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» в случае утраты, гибели застрахованного имущества страхователь, выгодоприобретатель вправе отказаться от своих прав на него в пользу страховщика в целях получения от него страховой выплаты (страхового возмещения) в размере полной страховой суммы.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 38 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 27.06.2013 № 20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан», в случае полной гибели имущества, т.е. при полном его уничтожении либо таком повреждении, когда оно не подлежит восстановлению, страхователю выплачивается страховое возмещение в размере полной страховой суммы в соответствии с п. 5 ст. 10 Закона об организации страхового дела (абандон).

Представленные в материалы дела письменные доказательства подтверждают такие обстоятельства, что 03 апреля 2021 года между ФИО1 и АО «Страховая компания «ГАЙДЕ» был заключен договор (Полис) страхования жилых (садовых) домов № 200102 (далее по тексту - Полис) на условиях, изложенных в указанном полисе, а также в соответствии с Правилами страхования жилых и садовых домов в редакции от 20.12.2017 года, являющихся неотъемлемой частью договора страхования (далее по тексту – Правила страхования), которые ФИО1 получил, с положениями Правил ознакомился, с ними согласился и обязался их выполнять, что подтверждается подписью страхователя в Полисе.

По условиям Полиса, истец застраховал принадлежащее ему на праве собственности имущество - жилой дом, расположенный по адресу: <адрес> от наступления страховых случав по рискам: пожар, удар молнии, взрыв, стихийные бедствия, повреждение водой, постороннее воздействие, повреждение третьими лицами, хищение и терроризм на срок с 09 апреля 2021 года по 08 апреля 2022 года и страховой суммой, в пределах которой ответчик обязался выплатить страховое возмещение в размере 5 000 000 рублей.

Факт оплаты истцом ответчику страховой премии по указанному полису в размере 24 990 рублей подтверждаются материалами дела и не оспаривались ответчиком.

В результате произошедшего 16 июня 2021 года пожара, принадлежащее истцу на праве собственности жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес> и застрахованное по договору (Полису) страхования жилых (садовых) домов № 200102 от 03 апреля 2021 года полностью было уничтожено.

По факту наступления страхового случая, 22 июня 2021 года истец обратился к ответчику с заявлением о выплате ему страхового возмещения.

Дознавателем ОНДиПР Лужского района УНД и ПР ГУ МЧС России по Ленинградской области 16.07.2021 года вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, оригинал которого истец направил ответчику 22 июля 2021 года.

В ходе производства дознания, точную причину пожара установить не удалось, наиболее вероятной указано воздействие источника зажигания, связанного с возникновением аварийного пожароопасного режима работы электросети или электрооборудования.

Рассмотрев представленные истцом заявление и пакет документов, 22 сентября 2021 года ответчик признал случай страховым и произвел истцу страховое возмещение в размере 3 176 000 рублей, рассчитанное на основе выводов выполненной специалистами ООО «Авторское бюро экспертиз» независимой экспертизы № 2339/2021 от 14.07.2021 года.

Несогласие истца с размером произведенного ответчиком страхового возмещения послужило причиной обращения к ответчику с претензией о доплате страхового возмещения согласно условиям договора, выплате неустойки, а так же заявления об отказе от годных остатков.

В ответе на претензию ответчик сослался на то, что поскольку страховая стоимость объекта страхования сторонами в договоре не была определена, её размер перед заключением договора страхователем представлен не был, расчет страхового возмещения был произведен на основании выполненной специалистами ООО «Авторское бюро экспертиз» независимой экспертизы № 2339/2021 от 14.07.2021 года, как разница между рыночной (действительной) стоимостью объекта оценки до пожара в размере 3 260 000 рублей и рыночной (действительной) стоимостью годных остатков объекта оценки после пожара в размере 84 000 рублей - 3 176 000 рублей, которая была перечислена 22 сентября 2021 года, в связи с чем, отсутствуют основания для доплаты страхового возмещения в требуемом в претензии размере.

Как следует из материалов дела, уничтоженный пожаром садовый дом был приобретен истцом на основании договора купли-продажи земельного участка от 13 декабря 2020 года, заключенного с ФИО11, который в тексте договора указан не был.

Однако, его наличие на земельном участке и фактическое уничтожение пожаром подтверждается содержанием постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 16 июля 2021 года, в котором содержатся не только объяснения ФИО1 (истца), что участок он приобрел в 2020 году вместе с садовым домом у предыдущих хозяев в готовом виде вместе с подводом электрической энергии, но и описанием остатков сгоревшего дома и его фрагментов.

Заявлением о страховании жилых (садовых) домов от 03 апреля 2021 года – Приложение № 1 к Полису № 200102/21, в котором содержится указание объекта страхования - основное строение на участке – жилой или садовый дом.

Двусторонне составленным и подписанным, в том числе представителем ответчика ФИО4 Актом осмотра, подтвердившего достоверность сообщенных истцом-страхователем страховщику сведений относительно страхуемого имущества.

Заявлением истца от 22.06.2021 года, в котором содержится описание обстоятельств события с указанием, что дом полностью сгорел.

Таким образом, оснований усомниться в том, что истец ввел ответчика в заблуждение относительно страхуемого имущества на сумму 5 000 000 рублей, у суда не имеется, в данной части суд отклоняет доводы представителя ответчика.

При этом, суд отмечает, что, являясь профессиональным участником страхового рынка, ответчик имел реальную возможность в случае каких-либо сомнений проверить представленные истцом сведения относительно наличия/отсутствии страхуемого имущества и оценить его действительную стоимость на момент заключения договора страхования.

Несогласие истца с выводами ответчика, послужило причиной для обращения в суд с настоящим иском, из которого усматривается спор относительно действительной стоимости застрахованного до пожара имущества, соответственно наличии/отсутствии у ответчика обязанности её доплатить с вытекающими иными правовыми последствиями.

Представитель ответчика, действующий на основании доверенности, в судебном заседании заявил, что иск ответчик не признает ни по праву, ни по размеру, в связи с возникшим спором по размеру действительной стоимости объекта страхования, а также по размеру рыночной стоимости ресурсов (затрат), необходимых для создания объекта, аналогичного предмету страхования в ценах, сложившихся в месте нахождения предмета страхования в день заключения договора с учетом износа, заявил ходатайство о назначении по делу товароведческой экспертизы.

Представитель истца, действующий на основании доверенности в судебном заседании, относительно назначения по делу судебной экспертизы не возражал, указав, что это право стороны представлять доказательства по делу, при этом высказал возражения по поводу предложенных представителем ответчика вопросов, просил перед экспертом поставить вопросы в его формулировке.

Определением от 16 июня 2022 года, судом была назначена судебная товароведческая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ФГБУ «Северо-Западный региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» с постановкой следующих вопросов:

Какова действительная стоимость поврежденного имущества (жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>) по состоянию на 16 июня 2021 года с учетом износа?

2. Пригоден ли к дальнейшему использованию, после пожара, произошедшего 16 июня 2021 года свайный фундамент, находящийся на земельном участке, расположенном по адресу: <адрес>?

3. С учетом ответа на второй вопрос, какова стоимость годных остатков?

Согласно выводам заключения эксперта № 3020/12-2 от 19.12.2022 года, действительная стоимость поврежденного имущества (жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>) по состоянию на 16 июня 2021 года с учетом износа составляет 4 705 640 (четыре миллиона семьсот пять тысяч шестьсот сорок) рублей (вывод по вопросу № 1).

2. Свайный фундамент к дальнейшему использованию, после пожара, произошедшего 16 июня 2021 года, находящийся на земельном участке, расположенном по адресу: <адрес> непригоден.

3. С учетом ответа на второй вопрос, стоимость годных остатков составляет 0 (ноль) рублей.

В возражениях на судебную экспертизу и дополнениях к правовой позиции представитель ответчика, ссылаясь на рецензию № 39197-О-Э-ЭО-ГА от 17.02.2023 года ООО «Межрегиональный центр экспертиз «Северо-Запад», заявил ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы, указал, что в рассматриваемом случае оснований для применения экспертом в расчете прибыли предпринимателя не имелось; не согласен с применением в расчете стоимости бетонного фундамента с корректировкой его в сторону увеличения на забивку свай, что привело к двойному учету стоимости фундамента и не соответствия рыночной стоимости установки свайного фундамента под ключ на рынке в регионе; обнаружением арифметической ошибки в расчете в таблицы 3, которая повлияла на расчет и значительно увеличила стоимость затрат на строительства дома; в рассматриваемом случае, когда отсутствует аналог со свайным фундаментом экспертам необходимо было использовать метод количественного обследования или использовать количественный метод только при расчете стоимости фундамента.

С учетом изложенного, просил суд назначить по делу повторную судебную экспертизу с теми же вопросами в другом экспертом учреждении, которую провести с использованием метода количественного обследования. В случае отказа в назначении повторной судебной экспертизы, при вынесении решения учесть допущенные существенные ошибки судебных экспертов повлиявшие на размер стоимости, а также вышеизложенную правовую позицию ответчика и вынести законное и обоснованное решение с учетом средней стоимости свайного фундамента, без учета стоимости бетонного фундамента, канализации, водоснабжения и слаботочных систем, а также без учета прибыли предпринимателя.

К указанному заключению ФГБУ «Северо-Западный региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» были представлены дополнения с изменением мотивировочной части страниц 13-18 заключения эксперта № 3020/12-2 от 19.12.2022 года, содержащими вывод о том, что действительная стоимость поврежденного имущества (жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>) по состоянию на 16 июня 2021 года с учетом износа составляет 4 305 213 рублей.

Кроме того, экспертами ФГБУ «Северо-Западный региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» ФИО10, и ФИО7 были представлены письменные ответы на дополнительные вопросы ответчика по экспертному заключению № 3020/12-2 от 19.12.2022 года следующего содержания.

1) Если использован аналог с бутобетонным фундаментом с подземной частью, которого у объекта исследования нет вообще, то почему стоимость бетонного фундамента с подземной частью не исключается из расчета?

У объекта аналога, как и у объекта исследования, нет подземной части, что казано на странице 22, табл. № 1, п. 2 заключения эксперта.

2) Должна ли быть корректировка стоимости бетонного фундамента на стоимость забивки свай с учетом того, что фундамент объекта оценки не бетонный и состоит только из свай (см. п. 3)?

Так как фундамент объекта аналога отличается от фундамента объекта исследования, то согласно технической части справочника Ко-Инвест должна быть применена конструктивная поправка в размере 178.67 (расчет стоимости фундамента для фундамента объекта исследования приведен на стр. 25 заключения эксперта).

3) Оцениваемый жилой дом имеет свайный фундамент, в то время как жилой дом, используемый как аналог - бутобетонный фундамент. Почему при корректировке на тип фундамента добавляется к стоимости бутобетонного фундамента (550, 94 руб./куб.м) стоимость свайного фундамента (178,67руб./куб.кв.м), получая 729,61руб./куб.м, тем самым учитывая для оцениваемого дома фактически два фундамента?

Примененная поправка производит замену стоимости бутобетонного фундамента на свайный, а не учитывает 2 фундамента.

4) В таблице Ко-инвеста, которую Вы приводите на стр. 25 Заключения, указано что 178,67. руб./куб.м. является «Стоимостью забивки винтовых свай», а не «корректировкой» относительно другого фундамента. Проводили ли Вы проверку на соответствие полученного результата в размере 331 972,55 руб. (455куб.м*729,61 руб./куб.м.) рыночным ценам на строительство свайного фундамента для сопоставимого жилого дома в регионе СПб и ЛО? Делались ли запросы, исследовался ли рынок?

Исследование рынка проводилось.

Таблица стоимости забивки винтовых свай находится в разделе корректировок фундамента объектов аналогов. Расчет стоимости производится затратным подходом (методом укрупненных показателей стоимости строительства), который учитывает полный комплекс работ необходимый для осуществления строительства объекта.

5) Почему в табл. 3 в последней строке (скорректированная стоимость в руб. на 1 кв. метр) при суммировании сумм не получается указанная стоимость 20 099 руб.? Каким образом она получена? При использовании данных в табл. З получается 19 208,09 руб., а не 20 099 руб.

Скорректированная стоимость рублей за квадратный метр не складывалось из значений указанных в таблице. При корректировании значения площади стоимость квадратного изменяется, расчет произведен отдельно.

6) Какие инженерные коммуникации имел оцениваемый жилой дом, согласно имеющимся в распоряжении эксперта документам и согласно визуальному осмотру?

Согласно представленным документам (как указано на странице 14 заключения эксперта) в исследуемом объекте имелось следующее инженерное оборудование и коммуникации: - Электричество.

7) Жилой дом, выбранный экспертом в качестве аналога для расчета оцениваемого дома из сборника Ко-инвест имеет отопление, водоснабжение, канализацию, электричество, слаботочные системы? Как проводилась корректировка на различие в коммуникациях и где в Заключении это описано?

Отопление, водоснабжение, канализация и слаботочные системы, имеющиеся в объекте аналоге не учитывались при подсчете стоимости квадратного метра исследуемого объекта.

8) В Заявлении о страховании жилых (садовых) домов (приложение N91 к Полису №200102/21 от 03.04.2021г.) указана общая площадь страхуемого жилого дома равная 183,8 кв.м. (170.3 кв.м. основная часть дома + 13,5 терраса). В расчетах в заключений используется площадь 189,6 кв.м. (стр.22 и 32) Поясните источник информации площади. 189,6 кв.м? Почему Вы считаете её применение более обоснованным, чем площадь, указанная в заявлении на страхование?

Была допущена техническая ошибка ввиду сбоя программы. (Экспертами указывалась верная площадь на страницах 1-21 заключения эксперта). Перерасчет восстановительной стоимости исследуемого объекта выполнен отдельно.

9) Обоснуйте экономический смысл применения прибыли предпринимателя к расчёту восстановительной стоимости жилого дома для целей страхования? Значение прибыли: предпринимателя на уровне 12,994 взято из таблицы с названием «Значения прибыли предпринимателя при инвестировании в строительство объектов...» (стр. 32 Заключения). Корректно ли применение прибыли предпринимателя, да еще и на таком высоком уровне, для жилого дома, построенного для личного использования, а не девелопером/предпринимателем для инвестиционных целей?

Прибыль предпринимателя отражает затраты на управление и организацию строительства, общий надзор и связанный с этим риск. Ввиду того, что интересантов на получение прибыли в проекте может быть много, и это не только инвестор, но и генеральный подрядчик, подрядчик, поставщики оборудования и строительных материалов и другие. И все они являются предпринимателями со своими требованиями к прибыли на свой капитал (материальный или интеллектуальный). Следовательно, учет прибыли предпринимателя при расчете восстановительной стоимости объекта исследования для целей страхования является необходимым и обоснованным.

10) Почему при определении прибыли предпринимателя использован «Справочник оценки недвижимости 2021. Жилые дома» под редакцией ФИО8, в котором прибыль предпринимателя 12,9%, а не например, «Справочник СтатРиелт», в котором прибыль предпринимателя для кирпичных жилых домов составляет всего 7%, а по 2021 году для жилых домов составляет 9%? Чем обусловлен такой, выбор?

Эксперт при проведении исследования вправе пользоваться любой справочной литературой на своё усмотрение. Так как справочник компании СтатРиелт основывается на сборе и обработке рыночных данных, а справочник под редакцией ФИО8 основывается на изучении мнений участников рынка, то в данном случае информация, находящаяся в справочниках ФИО8 будет более обширная и достоверная.

Каких-либо оснований не доверять указанному экспертному заключению, выводы которого последовательны и обоснованы, с учетом дополнений к заключению и письменных ответов экспертов на вопросы ответчика, у суда не имеется.

Судебная экспертиза проведена в порядке, установленном ст. 84 ГПК РФ, заключение экспертов выполнено в соответствии с требованиями ст. 86 ГПК РФ с учетом представленных материалов дела и в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Поскольку выводы судебной товароведческой экспертизы, которая соответствует требованиям статей 84 - 86 ГПК РФ, содержат подробное описание произведенных исследований и обоснованные ответы на поставленные вопросы, суд приходит к выводу о наличии у ответчика обязанности с учетом ранее выплаченной ответчиком суммы и выводов экспертизы, доплатить истцу страховое возмещение в размере 1 129 213 рублей.

На договоры добровольного страхования имущества граждан Закон о защите прав потребителей распространяется в случаях, когда страхование осуществляется исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности (пункт 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 г. № 20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан»).

Специальными законами, регулирующими правоотношения по договору добровольного страхования имущества граждан (глава 48 «Страхование» Гражданского кодекса Российской Федерации, Законом Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации»), ответственность страховщика за нарушение сроков выплаты страхового возмещения не предусмотрена.

Пунктом 5 статьи 28 Закона о защите прав потребителей предусмотрена ответственность за нарушение сроков оказания услуги потребителю в виде уплаты неустойки, начисляемой за каждый день просрочки в размере 3 процентов цены оказания услуги, а если цена оказания услуги договором об оказании услуг не определена – общей цены заказа.

Цена страховой услуги определяется размером страховой премии (пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 г. № 20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан»).

Нарушение сроков выплаты страхового возмещения в пределах страховой суммы представляет собой нарушение исполнения страховщиком денежного обязательства перед страхователем.

Таким образом, в тех случаях, когда страхователь заявляет требование о взыскании неустойки, предусмотренной статьей 28 Закона о защите прав потребителей, такое требование подлежит удовлетворению, а неустойка – исчислению в зависимости от цены оказания услуги, то есть от размера страховой премии.

В ходе рассмотрения дела установлено, что страховщик необоснованно отказал истцу в выплате страхового возмещения, в связи с чем с него подлежит взысканию неустойка за просрочку исполнения обязательств.

Истец обоснованно производит расчет неустойки, исходя из размера оплаченной им страховой премии и требований закона о том, что сумма взысканной неустойки не может превышать цену отдельного вида выполнения работы (оказания услуги), истец обоснованно ограничил размер подлежащей взысканию неустойки суммой страховой премии 24 990 рублей за соответствующий период просрочки, об уменьшении которой просит представитель ответчика.

Согласно пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

С учетом указанного, отсутствии доказательств явной несоразмерности размера неустойки последствиям нарушенных прав истца, суд не находит оснований для её уменьшения.

Согласно ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю, вследствие нарушения изготовителем или организацией, выполняющей функции изготовителя, прав потребителя, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

Согласно п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 года № 17 при решении судом вопроса компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Поскольку материалами настоящего дела подтверждается факт нарушения ответчиком потребительских прав истца, с учетом принципа разумности и справедливости, а также заявленного ответчиком ходатайства, суд считает возможным установить денежную компенсацию морального вреда в размере 40 000 рублей.

Разрешая требования истца в части взыскания с ответчика 50% потребительского штрафа от взысканной суммы, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В пункте 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» указано, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона).

Принимая во внимание, что ответчик отказал истцу в удовлетворении требований претензии в досудебном порядке, учитывая факт удовлетворения требований истца в судебном порядке, с ответчика также подлежит взысканию штраф в размере 50% от взысканных судом сумм, размер которого составит 564 606,50 рублей (1 129 213 рублей * 50%).

Вместе с тем, ответчик просил снизить штраф в порядке ст. 333 Гражданского кодекса РФ, ссылаясь на его явную несоразмерность последствиям нарушения обязательств по договору страхования.

Поскольку штраф, установленный Законом «О защите прав потребителей» является мерой гражданско-правовой ответственности за исполнение обязательства ненадлежащим образом, данная мера подпадает под правовое регулирование Главы 23 Гражданского кодекса РФ.

Согласно части 1 статьи 330 Гражданского кодекса РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Согласно положению статьи 1 Закона «О защите прав потребителей» отношения в области защиты прав потребителей регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации, настоящим Законом, другими федеральными законами (далее - законы) и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Из системного толкования приведенных положений закона следует, что к отношениям по взысканию штрафа, установленного Законом РФ «О защите прав потребителей» применимы общие начала гражданского законодательства о неустойке (штрафе).

Применительно к спорной ситуации, суд также не усматривает оснований для уменьшения размера штрафа на основании ст. 333 Гражданского кодекса РФ, в противном случае, он не будет отвечать принципам разумности и справедливости.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе: расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Согласно правилам ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой со-стоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пре-делах.

Из содержания указанных норм следует, что возмещение судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, осуществляется той стороне, в пользу которой вынесено решение суда.

При этом по смыслу п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст. ст. 2, 35 ГПК РФ, ст. 3, 45 КАС РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле (пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Истец просит взыскать с ответчика расходы на оказание юридических услуг в размере 75 000 рублей, представляя доказательства понесенных расходов.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах, является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования ч. 3 ст. 17 Конституции РФ.

Принимая во внимание документальное подтверждение понесенных истцом судебных расходов, категорию дела, степень его сложности, фактически проделанную представителями истца работу, продолжительность рассмотрения дела, частичное удовлетворение исковых требований, суд полагает, что сумма в размере 46 425 рублей на оплату юридических услуг будет отвечать критерию разумности и определена судом, исходя из пропорционально удовлетворенных требований.

Также, исходя из пропорционально удовлетворенных требований, заявленные истцом расходы на оплату услуг по оплате судебной экспертизы за вычетом комиссии банка составят 71 127,30 рублей, которые суд находит подлежащими взысканию с ответчика, поскольку являлись необходимыми для восстановления нарушенных прав истца.

Кроме того, в силу требований ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 4 545 рублей.

Учитывая положения статьи 50, абзацев 8 и 9 пункта 2 статьи 61.1, абзаца 5 ст. 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации государственная пошлина, уплачиваемая по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, мировыми судьями (за исключением Верховного Суда Российской Федерации) подлежит зачислению по нормативу 100 процентов в бюджеты городских округов.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика, не освобожденного от уплаты госпошлины, в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 9 426,01 рублей из расчета 9 126,01 рублей - за требования имущественного характера, подлежащие оценке + 300 рублей - за требования неимущественного характера, не подлежащие оценке (компенсация морального вреда).

На основании изложенного, руководствуясь положениями ст.ст.12,56, 67,98,100,103,167,194-198 ГПК РФ, суд

Решил :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с АО «Страховая компания «ГАЙДЕ» в пользу ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, проживает по адресу: <адрес> страховое возмещение в размере 1 129 213 рублей, неустойку в размере 24 990 рублей, компенсацию морального вреда в размере 40 000 рублей, штраф в размере 564 606 рублей 50 копеек, расходы по оплате экспертизы в размере 71 127 рублей 30 копеек, расходы на оплату услуг представителя в размере 46 425 рублей и по оплате государственной пошлины в размере 4 545 рублей, а всего 1 880 906 (Один миллион восемьсот восемьдесят тысяч девятьсот шесть) рублей 80 копеек.

Взыскать с АО «Страховая компания «ГАЙДЕ» в доход бюджета государственную пошлину в размере 9 426 (Девять тысяч четыреста двадцать шесть) рублей 01 копеек.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд через Приморский районный суд Санкт-Петербурга в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья

В окончательной форме решение изготовлено 15 сентября 2023 года