УИД: 78RS0014-01-2022-011254-19

Дело №2-2635/2023 27 сентября 2023 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Московский районный суд Санкт-Петербурга в составе

председательствующего судьи Лемеховой Т.Л.

при помощнике судьи Петровой О.С.

с участием прокурора Слюсар М.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 и ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 об установлении факта трудовых отношений, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истцы ФИО1 и ФИО2 обратились в суд с иском к ИП ФИО3 об установлении факта трудовых отношений, признании незаконным увольнения 01.08.2022, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда по 20 000 руб. в пользу каждого.

В обоснование указывали, что работали у ответчика: ФИО1 с 01.07.2022 в должности <данные изъяты>, ФИО2 – с 11.05.2022 в должности <данные изъяты>, однако трудовые отношения с ними оформлены не были; 01.08.2022 работодатель в устной форме уведомил истцов об увольнении в один день без окончательного расчета по заработной плате за период работы с 01.07.2022 по 01.08.2022, что, по мнению истцов, является незаконным.

Истцы ФИО1 и ФИО2 в судебное заседание не явились, о причине неявки суду не сообщили, доказательств уважительности причины неявки не представили, об отложении разбирательства по делу не просили, извещены о времени и месте судебного заседания лично, о чем в деле имеется расписка (л.д.114), направили в суд представителя.

Представитель истцов по доверенностям ФИО4 в судебное заседание явился, исковые требования поддержал.

Ответчик ИП ФИО3, третье лицо Государственная инспекция труда по Санкт-Петербургу в судебное заседание не явились, о причине неявки суду не сообщили, доказательств уважительности причины неявки не представили, об отложении разбирательства по делу не просили, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного заседания:

- ответчик ИП ФИО3 по правилам ст.165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) (л.д.117, 118-119),

- третье лицо Государственная инспекция труда по Санкт-Петербургу путем вручения судебного извещения, направленного по почте (л.д.120).

Учитывая изложенное, руководствуясь ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав объяснения участника процесса, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.15 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) трудовые отношения – это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

Верховный Суд Российской Федерации в п.7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 №15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей – субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» разъяснил, что в целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними.

При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

Одновременно, согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, содержащимся в п.п.19, 21, 22, 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 №15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей – физических лиц и у работодателей – субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», по общему правилу, трудовые отношения работников, работающих у работодателей – физических лиц, являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями, и у работодателей – субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, возникают на основании трудового договора.

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 ТК РФ необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель – физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель – субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.

При разрешении судами споров, связанных с применением статьи 67.1 ТК РФ, устанавливающей правовые последствия фактического допущения к работе не уполномоченным на это лицом, судам следует исходить из презумпции осведомленности работодателя о работающих у него лицах, их количестве и выполняемой ими трудовой функции.

По смыслу статей 2, 15, 16, 19.1, 20, 21, 22, 67, 67.1 ТК РФ все неясности и противоречия в положениях, определяющих ограничения полномочий представителя работодателя по допущению работников к трудовой деятельности, толкуются в пользу отсутствия таких ограничений.

Если между сторонами заключен гражданско-правовой договор, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 ТК РФ должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

При этом неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (часть третья статьи 19.1 ТК РФ).

Как следует из объяснений истцов ФИО1 и ФИО2, содержащихся в исковом заявлении и являющихся в силу ст.68 ГПК РФ одним из видов доказательств, они работали у ИП ФИО3: ФИО1 с 01.07.2022 в должности <данные изъяты>, ФИО2 – с 11.05.2022 в должности <данные изъяты>, однако 01.08.2022 были в устной форме уведомил истцов об увольнении в один день; трудовые отношения при трудоустройстве с ними оформлены не были, трудовой договор не выдавался, однако они фактически были допущены лично ответчиком и приступили к работе.

В судебном заседании 23.08.2023 по ходатайству истцов судом была допрошена свидетель Л., работавшая у ответчика в юридически значимый период времени (с июня по сентябрь 2022 года) в должности <данные изъяты>.

При этом, свидетель Л. сообщила суду, что истцы работали в швейной мастерской ИП ФИО3: ФИО1 <данные изъяты>, а ФИО2 <данные изъяты>; за каждым из истцов было закреплено свое рабочее место; режим работы у всех, включая истцов, был по графику – 5 дней в неделю с 09.00 час. до 16.30 час., в выходные можно было выйти по договоренности; ФИО3 требовала приходить к началу рабочего дня, в течение рабочего времени периодически приходила, истцов за работой видела, знала их.

Также свидетель пояснила, что истцы ушли в начале августа, поскольку ФИО3 при всех, включая свидетеля, объявила, что истцы уволены.

Показания свидетеля последовательны, непротиворечивы, свидетель предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, не заинтересована в исходе дела.

Оснований сомневаться в достоверности свидетельских показаний у суда не имеется.

С указанными свидетельскими показаниями согласуются и иные представленные истцами доказательства: смс-переписка (л.д.33-74, 121-127), выписками по банковскому счету (л.д.75-77, 128-146).

Доказательств, опровергающих указанную выше совокупность доказательств, ответчиком суду в нарушение ч.1 ст.56 ГПК РФ не представлено; факт отсутствия между сторонами в спорный период времени трудовых отношений либо гражданско-правовой характер имевшихся между ними отношений ответчиком в ходе настоящего судебного разбирательства не доказан.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО1 и ФИО2 об установлении факта трудовых отношений с ИП ФИО3 подлежат удовлетворению.

Перечень оснований прекращения трудового договора между работником и работодателем установлен ст.77 ТК РФ и носит исчерпывающий характер.

Увольнение работника по инициативе работодателя также возможно только в случаях, установленных ст.81 ТК РФ.

Произвольное увольнение работника по инициативе работодателя по не предусмотренным ст.81 ТК РФ основаниям действующим трудовым законодательством не предусмотрено.

Доказательств наличия каких-либо предусмотренных ст.81 ТК РФ оснований для увольнения истцов, а также соблюдения установленного порядка увольнения ответчиком суду в нарушение ч.1 ст.56 ГПК РФ не представлено.

Учитывая изложенное, принимая во внимание, что увольнение истцов 01.08.2022 в устной форме в один день положениями ст.81 ТК РФ не предусмотрено, суд приходит к выводу о том, что требования истцов о признании их увольнения незаконным подлежат удовлетворению.

Согласно ст.394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Таким образом, незаконно уволенные истцы ФИО1 и ФИО2 подлежит восстановлению на работе у ИП ФИО3 в должности закройщика и швеи соответственно.

Согласно ст.14 ТК РФ течение сроков, с которыми ТК РФ связывает прекращение трудовых прав и обязанностей, начинается на следующий день после календарной даты, которой определено окончание трудовых отношений.

Поскольку истцы были уволены 01.08.2022, т.е. 01.08.2022 является их последним рабочим днем, следовательно, они подлежат восстановлению на работе со следующего дня, т.е. с 02.08.2022.

Истцы просят взыскать с ответчика в их пользу задолженность по заработной плате за период с 01.07.2022 по 01.08.2022.

Согласно ст.21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Как усматривается из объяснений истцов, а также представленной ими переписки с ответчиком, заработная плата истца ФИО1 составляла 2000 руб. за смену, ФИО2 – 2100 руб. за смену.

Доказательств иного ответчиком суду не представлено.

При этом, доказательств выплаты ответчиком истцам заработной платы за период с 01.07.2022 по 01.08.2022 в указанном им размере согласно приведенному в исковом заявлении расчету (ФИО1 (21 раб.д. * 2000 руб.) = 42 000 руб., ФИО2 (21 раб.д. * 2100 руб.) = 43 100 руб.)) ответчиком суду не представлено.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что исковые требования истцов о взыскании в их пользу требуемой ими задолженности по заработной плате согласно вышеприведенному расчету подлежат удовлетворению.

В силу положений ст.394 ТК РФ орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Норма ст.394 ТК РФ не предусматривает усмотрения суда относительно взыскания или невзыскания названных выше сумм в указанном случае независимо от того, заявлены ли такие требования истцом.

Учитывая изложенное, принимая во внимание, что фактические требования истцов о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула следуют из вводной части искового заявления, суд считает, что с ответчика в пользу истцов подлежит взысканию заработная плата за время вынужденного прогула за период с 02.08.2022 по 27.09.2023.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном ст.139 ТК РФ.

В соответствии со ст.139 ТК РФ для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат. При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале – по 28-е (29-е) число включительно).

Согласно ч.3 ст.139 ТК РФ расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 месяцев, предшествующих моменту выплаты.

Расчет среднего заработка при взыскании денежных сумм за время вынужденного прогула, исходя из пункта 9 Постановления Правительства РФ от 24.12.2007 года №922 «Об особенностях порядка исчисления заработной платы» производится путем умножения среднего дневного заработка на количество дней вынужденного прогула. Средний дневной заработок, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, на количество фактически отработанных в этот период дней.

При этом, в силу п.6 названного постановления в случае если работник не имел фактически начисленной заработной платы или фактически отработанных дней за расчетный период или за период, превышающий расчетный период, либо этот период состоял из времени, исключаемого из расчетного периода в соответствии с пунктом 5 настоящего Положения, средний заработок определяется исходя из суммы заработной платы, фактически начисленной за предшествующий период, равный расчетному.

При расчете среднедневного заработка каждого истцов по вышеуказанным правилам исходя из фактически выплаченных им за отработанное время денежных средств согласно представленным в материалы дела выпискам по банковским счетам суд приходит к выводу о том, что среднедневной заработок истца ФИО1 составляет 1909,09 руб., ФИО2 – 1959,09 руб.

Следовательно, с ответчика в пользу ФИО1 подлежит взысканию заработной плата за время вынужденного прогула в размере (1909,09 * 289 раб. дн.) = 551 727,01 руб., в пользу ФИО2 – в размере (1959,09 * 289 раб. дн.) = 566 177,01 руб.

Согласно ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба

Поскольку нарушение трудовых прав истцов, выразившееся в невыплате заработной платы и незаконном увольнении нашло свое подтверждение в ходе судебного разбирательства, их требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.

При этом, учитывая характер и степень вины ответчика в допущенном нарушении трудовых прав каждого из истцов, характер допущенных ответчиком нарушений, обстоятельства указанных нарушений, длительность нарушения прав истцов и иные значимые для дела обстоятельства, включая индивидуальные особенности каждого из истцов, суд полагает требуемые истцами суммы компенсации морального вреда в размере по 20 000 руб. в пользу каждого из истцов при установленных в ходе настоящего судебного разбирательства обстоятельствах в полной мере отвечающими требованиям разумности и справедливости.

Согласно ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Учитывая изложенное, принимая во внимание положения ч.3 ст.56, ч.2 ст.61.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации, ст.ст.333.19, 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации, с ИП ФИО3 в доход бюджета Санкт-Петербурга подлежит взысканию государственная пошлина в размере (300 + 300 + 300 + 300 + 300 + 300 + (13 200 + 0,5% * ((42 000 + 551 727,01 + 43 100 + 566 177,01) – 1 000 000)) = 14 224,02 руб.

Согласно ст.211 ГПК РФ решение суда о восстановлении на работе подлежит немедленному исполнению, в связи с чем суд считает необходимым указать на то, что решение суда о восстановлении ФИО1 и ФИО2 на работе подлежит немедленному исполнению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 и ФИО2 – удовлетворить.

Установить факт трудовых отношений между ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ФИО3.

Установить факт трудовых отношений между ФИО2 и индивидуальным предпринимателем ФИО3.

Признать незаконным увольнение ФИО1 и ФИО2.

Восстановить ФИО1 на работе у индивидуального предпринимателя ФИО3 с 02.08.2022 в должности <данные изъяты>.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате в размере 42 000 (сорок две тысячи) руб. заработную плату за время вынужденного прогула в размере 551 727 (пятьсот пятьдесят одна тысяча семьсот двадцать семь) руб. 01 коп., компенсацию морального вреда в размере 20 000 (двадцать тысяч) руб.

Восстановить ФИО2 на работе у индивидуального предпринимателя ФИО3 с 02.08.2022 в должности <данные изъяты>.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу ФИО2 задолженность по заработной плате в размере 43 100 (сорок три тысячи сто) руб. заработную плату за время вынужденного прогула в размере 566 177 (пятьсот шестьдесят шесть тысяч сто семьдесят семь) руб. 01 коп., компенсацию морального вреда в размере 20 000 (двадцать тысяч) руб.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в доход бюджета Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 14 224 (четырнадцать тысяч двести двадцать четыре) руб. 02 коп.

Решение суда в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Санкт-Петербургский городской суд через Московский районный суд Санкт-Петербурга в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Т.Л. Лемехова

Мотивированное решение изготовлено 15.12.2023.