Судья Дяденко Н.А.
Судья-докладчик Сальникова Н.А. по делу № 33-7235/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
12 сентября 2023 года г. Иркутск
Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:
судьи-председательствующего Сальниковой Н.А.,
судей Алферьевской С.А., Коваленко В.В.,
при секретаре Макаровой Н.И.,
с участием прокурора Матвеевской М.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1947/2023 (УИД 38RS0001-01-2022-007761-62) по иску ФИО1 к администрации Ангарского городского округа Иркутской области о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья,
по апелляционной жалобе администрации Ангарского городского округа Иркутской области на решение Ангарского городского суда Иркутской области от 27 апреля 2023 года,
установил а:
ФИО1 обратилась в суд с иском к администрации Ангарского городского округа Иркутской области, в обоснование которого указала, что 23.09.2022 в. <адрес изъят> на нее напала собака неизвестной породы, повалила на землю и нанесла несколько укусов, в результате чего истец получила (данные изъяты). Для восстановления (данные изъяты) ФИО1 установили металлический штифт стоимостью 43887 руб., который оплатила истец. Считает, что вред здоровью истца был причинен в результате неправомерных действий (бездействия) ответчика.
Истец ФИО1 просила суд, с учётом уточнений заявленных требований в порядке ст. 39 ГПК РФ, взыскать с администрации Ангарского городского округа стоимость металлического штифта в размере 39217 руб., компенсацию морального вреда в размере 80000 руб., а также судебные расходы за оказание юридических услуг в размере 3000 руб. и государственной пошлины в размере 1516,61 руб.
Решением Ангарского городского суда Иркутской области от 27.04.2023 исковые требования удовлетворены. Суд взыскал с ответчика в пользу истца стоимость лечения в сумме 39 217 руб., компенсацию морального вреда в размере 80 000 руб., судебные расходы в размере 3000 руб., а также постановил возвратить ФИО1 из бюджета госпошлину ив размере 1516,61 руб.
В апелляционной жалобе представитель администрации Ангарского городского округа Иркутской области ФИО2 просит решение суда отменить, принять по делу другое решение. В обоснование доводов к отмене настаивает, что администрацией надлежащим образом исполняются отдельные областные государственные полномочия в рамках мероприятий по обращению с собаками и кошками без владельцев, в частности заключен муниципальный контракт с ООО «Пять звезд» на оказание услуг по отлову и содержанию животных без владельцев.
Суд не учел, что истцом не представлены доказательства невозможности приобретения и установления штифта, винтов в рамках программы обязательного медицинского страхования.
В письменных возражениях на апелляционную жалобу прокурор, участвующий в деле, и представитель истца ФИО3 просят оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Лица, участвующие в деле, о времени и месте разбирательства судом апелляционной инстанции извещены надлежаще, о чем свидетельствуют электронные уведомления, в заседание судебной коллегии не явилась истец ФИО1, просила рассмотреть дело без нее, ходатайств, препятствующих рассмотрению дела, не заявила, об отложении дела не просила. Судебная коллегия в соответствии с ч.3 ст. 167 ГПК РФ полагает возможным рассмотреть дело по апелляционной жалобе в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.
Заслушав доклад судьи Сальниковой Н.А., выслушав объяснение представителя ответчика администрации Ангарского городского округа Иркутской области ФИО4, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, изучив дело, мед. карты ФИО1, отказной материал № 21526 от 23.09.2022, дополнительные доказательства, проверив законность и обоснованность принятого судебного акта по правилам ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия не находит оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы.
Суд апелляционной инстанции установил, что 23.09.2022 в 14-15 часов на <адрес изъят> на истца напала собака большого размера белого цвета неизвестной породы. Собака повалила ФИО1 на землю и стала кусать за плечо, за бок. На крики потерпевшей из стоящей рядом машины вышли девушка с мужчиной, которые спасли истца ФИО1 от нападения собаки и доставили в медицинское учреждение.
Согласно сведениям медицинской карты неотложной травматологии от Дата изъята , медицинской карты стационарного больного Номер изъят, ФИО1, Дата изъята г.р. ((данные изъяты)), в день происшествия экстренно доставлена в медицинское учреждение с жалобами на боль, укушенные раны (данные изъяты). В результате проведенной диагностики истцу постановлен диагноз: (данные изъяты) (данные изъяты)
23.09.2022 в 17-47 ФИО1 экстренно госпитализирована в ОГАУЗ «Ангарская городская больница», где находилась на стационарном лечении до Дата изъята . В стационаре ФИО1 установлен заключительный диагноз «(данные изъяты) и Дата изъята проведена операция: (данные изъяты).
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, проведенной экспертом (данные изъяты). ГБУЗ ИОБСМЭ Номер изъят от Дата изъята , проведенной в рамках КУСП ФИО1, Дата изъята . получены повреждения в виде: (данные изъяты), который образовался в результате воздействия тупого твердого предмета, незадолго до обращения за медицинской помощью и расценивается как причинивший средней тяжести вред здоровью по признаку длительности расстройства здоровья свыше 3 недель. (данные изъяты), которые образовались в результате воздействия тупых твердых предметов с ограниченной травмирующей поверхностью (чем могли быть зубы собаки), что могло быть в срок и при обстоятельствах, указанных в постановлении о назначении экспертизы и расцениваются как не причинившие вред здоровью человека. (данные изъяты), которые образовались в результате воздействия тупыми твердыми предметами, что могло быть в срок, указанный в постановлении о назначении экспертизы и расцениваются как не причинившие вреда здоровью человека.
Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда, суд первой инстанции применил положения статей 151, 1064, 1085, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, п.30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №33 от 15.11.2022 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», п.2 ст.2 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», п. 15 ст. 16.1, ст.19 Федерального закона от 06.10.2003 № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ», закон Иркутской области от 09.12.2013 № 110-ОЗ «О наделении органов местного самоуправления отдельными областными государственными полномочиями по организации проведения в Иркутской области мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных собак и кошек», статьи 1, 3, 7, 8, 17, 18 Федерального закона № 498-ФЗ от 27.12.2018 «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», постановление Правительства РФ от 10.09.2019 №1180 «Об утверждении методических указаний по осуществлению деятельности по обращению с животными без владельцев», пунктов 9.5, 9.7 Санитарно-эпидемиологических правил СП 3.1.7.2627-10 "Профилактика бешенства среди людей", утвержденных Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации № 54 от 06.05.2010, и сделал вывод о наличии вины ответчика в бездействии по исполнению возложенных на орган местного самоуправления государственных полномочий по отлову и содержанию безнадзорных собак, причинной связи между этим бездействием и нападением на истца безнадзорной собаки.
Поскольку администрация Ангарского городского округа в силу действующего законодательства является заказчиком по заключенным контрактам на оказание услуг по отлову, содержанию (в том числе лечению, вакцинации, стерилизации) и возврату на прежние места обитания животных без владельцев, а также распорядителем перечисленных на ее счет денежных средств из областного бюджета, то в соответствии с положениями статей 125, 1069 Гражданского Кодекса Российской Федерации и пункта 3 статьи 158 Бюджетного Кодекса Российской Федерации ответчик является ответственным лицом за возмещение причиненного истцу ущерба.
Определяя подлежащий взысканию с администрации Ангарского городского округа компенсацию морального вреда в пользу ФИО1 в размере 80000 руб., суд первой инстанции принял во внимание характер и степень тяжести причиненных истцу физических и нравственных страданий от полученного вреда здоровью, фактические обстоятельства получения вреда здоровью, при которых был причинен вред, пожилой возраст потерпевшей, перенесенные болевые ощущения от нападения животного, возникшие страхи в связи с нападением и укусом собакой, потерю возможности пользоваться рукой, невозможность ухаживать за собой, длительность лечения, а также последствия в виде установленного в руку инородного материала (металлоконструкции).
Кроме того, разрешая исковые требования в части взыскания с ответчика в пользу истца затрат на лечение, суд первой инстанции, установив, что данные расходы обусловлены объективной необходимостью, за счет средств обязательного медицинского страхования произведены быть не могли, кроме того, подтверждены документально, также пришел к выводу о необходимости их удовлетворения в заявленном размере 39 217 руб.
Судебная коллегия соглашается с такими выводами суда первой инстанции, поскольку они подробно мотивированы, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела, основаны на представленных доказательствах и нормах материального права, регулирующих спорные правоотношения.
Вопреки доводам апелляционной жалобы, выводы суда сделаны в строгом соответствии с правилами ст. 67 ГПК РФ и при правильном распределении между сторонами бремени доказывания и установлении всех обстоятельств, имеющих значение для дела. Представленным сторонами доказательствам судом дана верная правовая оценка. Результаты оценки доказательств суд отразил в постановленном судебном акте. Нарушений требований процессуального законодательства, которые могли бы привести к неправильному разрешению спора, суд не допустил. Оснований не согласиться с обоснованием и определённым размером компенсации морального вреда и расходов на лечение судебная коллегия не установила. Принцип соразмерности и справедливости судом соблюден.
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).
Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.
Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33) разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Из норм Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 ГК РФ в их взаимосвязи и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.
В силу пункта 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» даны разъяснения о том, что по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 ГК РФ. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.
Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага (в настоящем случае - право на родственные и семейные связи), при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Согласно п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.
Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд установил и подробно исследовал обстоятельства получения вреда здоровью ФИО1 в результате укуса безнадзорной собакой, дал анализ приведенным нормам права применительно к сложившейся ситуации, оценил доводы возражений о ненадлежащем ответчике, проверил их, исходя из условий муниципального контракта 24.01.2022, заключенного с ООО «Пять звезд», и действующих норм органов местного самоуправления, обоснованно отклонил и пришел к выводу, что надлежащим ответчиком является орган местного самоуправления администрация Ангарского городского округа, которому переданы отдельные государственные полномочия по организации отлова безнадзорных животных на территории г. Ангарска, в связи с указанным суд первой инстанции взыскал с администрации Ангарского городского округа в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, которая определена судом с учетом характера причиненной травмы в виде, тяжести перенесенных физических и нравственных страданий, длительности лечения, наступивших последствий в результате укуса собаки, а также с учетом требований разумности и справедливости.
Согласно ст.2 Закона Иркутской области от 09.12.2013 № 110-ОЗ (ред. от 04.03.2020) «О наделении органов местного самоуправления отдельными областными государственными полномочиями по организации мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с собаками и кошками без владельцев» именно органы местного самоуправления наделяются отдельными государственными полномочиями по организации мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с собаками и кошками без владельцев в границах населенных пунктов Иркутской области, и в силу ст. 11 несут ответственность за ненадлежащее осуществление этих государственных полномочий в соответствии с законодательством.
Доводы апелляционной жалобы ответчика о надлежащем исполнении отдельных областных государственных полномочий по организации в части отлова и содержания безнадзорных животных при наличии факта нападения 23.09.2022 и укуса безнадзорной собакой подлежат отклонению, как не обоснованные, сводятся к иному толкованию приведенных норм права,иному их толкованию и применению.
Доводы апелляционной жалобы о том, что истцом не представлены доказательства невозможности приобретения и установления штифта, винтов в рамках программы обязательного медицинского страхования, также подлежат отклонению в связи со следующим.
Согласно ч.1 ст. 1085 Гражданского кодекса РФ, при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.
Из разъяснений, изложенных в п. 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» следует, что согласно статье 1085 ГК РФ, в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включается:
б) расходы на лечение и иные дополнительные расходы (расходы на дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии и т.п.). При этом, расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.
Таким образом, при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежат понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, если потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. При этом, если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.
Согласно справке Медсанчасть-36 приемное отделение, ФИО1, (данные изъяты) обращалась в приемный покой 23.09.2022 в 14 час.40 мин., диагноз: (данные изъяты); рекомендовано обратиться в городской травмпункт для продолжения лечения.
Согласно медицинской карте стационарного больного Номер изъят ОГАУЗ «Ангарская городская больница», травматологическое отделение, ФИО1, Дата изъята г.р., доставлена в стационар экстренно, в первые 3 часа после получения травмы, впервые, всего 1 раз; диагноз направившего учреждения: (данные изъяты); диагноз при поступлении: (данные изъяты)
Дата изъята ФИО1 проведена экстренная (данные изъяты).
В соответствии с ответом на запрос судебной коллегии от 08.09.2023, ОГАУЗ «Ангарская городская больница» подтвердила, что проведение операции ФИО1 было экстренной необходимостью, в связи с тем, что (данные изъяты). В наличии у ОГАУЗ «Ангарская городская больница» на момент проведения операции – штифта ((данные изъяты)), винта ((данные изъяты) не имелось.
Как следует из пояснительной записки лечащего врача истца ФИО5, при проведении операции ФИО1 была использована металлоконструкция, которая была необходима и приобреталась пациенткой самостоятельно.
Согласно счету на оплату № 960 от 27.09.2022, чеку ВТБ от 28.09.2022 стоимость приобретенной истцом металлоконструкции (без двух винтов) составила 39 217 руб.
Согласно расписке от 28.09.2022, ФИО3 получила от ФИО1 денежные средства в размере 44 000 руб. в качестве суммы за оплату операции по установке штифта на предплечье.
ФИО3 является дочерью истца ФИО1, что подтверждается копиями свидетельства о рождении Номер изъят Номер изъят, свидетельства о заключении брака IНомер изъят Номер изъят.
Принимая во внимание обстоятельства получения травмы, учитывая экстренную необходимость проведения операции пациенту ФИО1, Дата изъята возраст пациента, ее состояние здоровья, физические параметры, отсутствие в медицинском учреждении возможности обеспечить пациента необходимой металлоконструкцией за счет средств обязательного медицинского страхования, а в наличии у ОГАУЗ «Ангарская городская больница» на момент проведения операции: штифта ((данные изъяты)), винта ((данные изъяты)) не имелось, истец вынужденно приобрела самостоятельно данную металлоконструкцию, в связи с чем понесла расходы на лечение, суд обоснованно взыскал с ответчика в пользу истца расходы на лечение в размере 39217 руб. При таких обстоятельствах суд первой инстанции не имел оснований для отказа во взыскании с ответчика в пользу истца расходов на лечение. Данные факты бесспорно установлены судом и подтверждены письменными доказательствами, соответствующими требованиям статей 59, 60, 71 ГПК РФ.
Вопреки доводам апелляционной жалобы, оснований для отмены решения суда по данному делу судебная коллегия не установила.
Разрешая данный спор суд не допустил нарушения или неправильного применения норм материального и процессуального права, влияющих на законность принятого решения, в связи с чем обжалуемое решение подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба, которая не содержит предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены решения суда первой инстанции, - оставлению без удовлетворения.
Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда
определила:
решение Ангарского городского суда Иркутской области от 27 апреля 2023 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Судья-председательствующий Н.А. Сальникова
Судьи С.А. Алферьевская
В.В. Коваленко
Определение в окончательном виде изготовлено 27.09.2023