дело № 2-5912/2022

УИД26RS0001-01-2022-010717-30

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Резолютивная часть решения оглашена 27.10.2022

Решение изготовлено в окончательной форме 03.11.2022

<адрес> 27 октября 2022 года

Промышленный районный суд <адрес> края в составе:

председательствующего судьи Филимонова А.М.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Салтыкове А.Ю.,

с участием:

представителя истца ФИО1 – ФИО2,

представителя ответчика ГБУЗ «Изобильненская РБ» - ФИО3,

представителя третьего лица Министерства здравоохранения СК ФИО4,

помощника прокурора <адрес> – Моревой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 действующего в интересах несовершеннолетних дочерей ФИО5, ФИО6 к ГБУЗ СК « <адрес> больница» о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратился в Промышленный районный суд <адрес> с вышеуказанным исковым заявлением (в последствии уточненным), указав, что 27 февраля 202 примерно в 5 часов утра, младшая сестра Влада стала жаловаться на боли в животе, температуры не было, дочь попросилась в туалет, где у нее случилась рвота, стул был в норме, она попросилась спать, балы вялая, кроме как на боли в животе ни на что больше не жаловалась.

В этот же день дата, около 9 часов, она проснулась, была вялая, на завтрак выпила чай и съела печенье. Примерно около 10 часов мама заметила, что у сестры сильно отекли веки, глазное яблоко правого глаза покраснело, и расширились зрачки.

Испугавшись за здоровье сестры, мама собрала всех нас троих дочерей, и поехала на прием в ГБУЗ «Изобильненская РБ», где отстояв очередь, была принята врачом - педиатром детской поликлиники ФИО7

На приме мама пояснила врачу, с какой проблемой мы обратились, рассказала врачу, какие препараты давала сестре, какие проявлялись симптомы, на что сестра жаловалась, обратила особое внимание врача, что у В. отекли веки.

Врач ФИО7 посмотрела сестру, при этом провела только визуальный осмотр, даже не попросив раздеть ее, послушав ритм сердца, легких, и осмотрев горло. Выписала лечение, и направила В. на сдачу анализа крови пояснила, что при визуальном осмотре, никаких отклонений не обнаружено.

На вопрос мамы, могла ли начаться аллергия и отек век из-за препарата «Хемомицин», врач сказала, что отек вызван просто формой вируса, и никак не связан с приемом лекарства.

После врач сказала сходить к врачу-окулисту, для уточнения причины отека век, мама пошла к врачу окулисту, но его в кабинете уже не было и мы возвратились к врачу ФИО7, о чем сообщила ей.

Не дождавшись, результатов анализа крови, врач ФИО7, выписала лечение, а именно: препарат «Хемомицин» 5 мг. 1 раз в день, после приема которого, необходимо дать препарат «Линекс» по 1 капе. 1 раз в день, а так же брызгать горло «Меромистимом» 3 раза в день и проводить ингаляцию физраствором, или минеральной водой «Ессентуки 17» 3 раза в день.

Вопрос о необходимости госпитализировать дочь, врач вообще не рассматривала, и не говорила, а отправила домой. Спустя час, после сдачи анализа крови и приезда с детьми домой, мама вернулась в поликлинику, забрала анализы крови, и сразу пошла к врачу ФИО7, но встретила ее в коридоре и показала анализы дочери - В..

По возвращении из поликлиники домой мама давала сестре - В., лекарство, которое было назначенного врачом.

Вечером этого же дня, примерно в 22 часа 30 мин. состояние сестры - В. резко начало ухудшаться, она вся побледнела, температура была 35,9 градусов, началась рвота, стул стал жидким зеленовато-желтого цвета, началась диарея, губы стали синеть, на ножках в районе подъема стопы, образовались пятна синего цвета, которые начали увеличиваться.

Видя такое состояние дочери, мама, отец, и они с сестрой испугались, вызвали скорую помощь, но чтобы не терять время на приезд скорой помощи, сами повезли опять сестру в детское отделение Изобильненской больницы.

Со слов мамы и отца примерно в 22 час. 45 мин. они подъехали к входу в детское отделение, въездные ворота оказались закрытыми, супруг еще раз перезвонил на пульт скорой помощи и сообщил, что ворота закрыты, им объяснили, что необходимо заехать со стороны центрального входа в больницу.

Подъехав, со стороны центрального входа больницы, их направили пешком в детское отделение, которое находится на расстоянии почти 500 метров от центрального входа больницы.

В детском отделении их встретила медицинская сестра, которая стала высказывать свое недовольство тем, что ребенок в грязном белье которое выпачкано калом, на что мама пояснила медсестре, что ребенок в тяжелом состоянии, и срочно нужен врач, а не обсуждать грязное белье.

Через некоторое время пришел врач, мама подробно объяснила все симптомы, акцентируя внимание врача на пятна которые были у ребенка на ногах.

Сестра была визуально осмотрена врачом в коридоре на кушетке, после осмотра врач спросила медсестру, возьмет ли она ребенка для госпитализации в инфекционное отделение, но медсестра отказалась, пояснив, что у сестры «понос», и в отделение ее не положат.

После словесной перепалки врача с медсестрой, примерно через 30 минут, сестру провели в инфекционное отделение, но положили в коридоре на кушетку, так как сказали, что мест в отделении для госпитализации нет.

Врач стала заполнять какие-то документы, а маму отправила домой за сменной одеждой и салфетками так как, прежде чем госпитализировать дочь, так как сестру сначала надо обязательно помыть.

Мама поехала домой за вещами, а с сестрой в коридоре остался отец, который по телефону звонил маме и говорил, что просил врача госпитализировать сестру в палату, но ему отвечали, что нет мест, он просил врача госпитализировать сестру в Ставропольскую больницу, если нет мест, так ее состояние все ухудшалось.

Когда мама вернулась в больницу, сестра находился с отцом еще в коридоре, и только после того, как мама помыла ее и начала «скандал», нашлось место в палате, как выяснилось было даже 2 места в палате, сестра была госпитализирован в инфекционное отделение, как указано в медицинских документах в 23 час 30 мин, но время было уже почти 00 час.

После мама уехала домой, так как дома мы со средней сестрой остались одни, и нам очень было страшно что будет с Владой.

Примерно через 30 минут как мама приехала домой, позвонил отец и сказал, что приходил врач с реанимационного отделения, взяли кровь у сестры но ей стало еще хуже, и ее собираются переводить в реанимационное отделение, но ждут приезда кареты скорой помощи, чтобы перевезти ее, хотя расстояние до здания реанимации не более 200-300 метров.

Отец просил врача, чтобы ему дали самому перенести сестру в реанимационное отделение на руках, чтобы не терять время, так как неизвестно когда приедет машина скорой помощи. Согласно медицинским документам сестра поступила в реанимацию в 00 час. 40 мин.

Мама сразу вернулась в больницу, и когда приехала то сестра находилась уже в реанимационном отделении, а отец ждал в коридоре, в отделение их не допускали, никаких документов, о согласии родителей на госпитализацию сестры в реанимацию, родители не заполняли, никто из врачей им ничего не говорили, и на их вопросы, что происходит с сестрой ничего не объясняли.

На неоднократные просьбы и требования родителей, чтобы сестру госпитализировали в Ставрополь, было оказано. После неоднократных требований, хоть что-либо объяснить родителям разрешили пройти в реанимацию к сестре.

Мама и отец снова настаивали на госпитализации сестры в Ставрополь, но врачи их не слушали, вели себя высокомерно по отношению к родителям.

В какой то момент закончилось лекарство в капельнице и сестру отключили, и в это время у сестры побледнело лицо, начали синеть губы, она стала задыхаться из-за нехватки воздуха, но на это врачи не обращали внимание.

Через, минут 20, в коридор вышли врачи, которые находились в реанимации, как впоследствии узнали родители это были ФИО8. ФИО9, ФИО10, и сообщили, что сестра умерла, согласно медицинских документов смерть наступила в 00 час. 40 мин.

В эту же ночь труп сестры был доставлен в паталогоанатомическое отделение больницы, и без согласия родителей, на следующий день было произведено вскрытие.

Полный текст искового заявления приобщен к материалам дела.

Истец просит взыскать с ГБУЗ «Изобильненская РБ» компенсацию морального вреда в связи с нарушениями при оказании медицинской помощи, которые привели к смерти родной сестры ФИО6 дата в пользу несовершеннолетних детей:

- дочери ФИО5 дата года рождения. в размере - 5 000 000 рублей;

- дочери ФИО6 дата года рождения, в размере - 5 000 000 рублей.

Взыскать с ГБУЗ «Изобильненская РБ» судебные расходы, понесенные за оказание юридической помощи, в размере - 40 000 рублей.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 – ФИО2 заявленные требования поддержал, просил их удовлетворить.

Представитель ответчика ГБУЗ «Изобильненская РБ» - ФИО3 иск не признал, просил в его удовлетворении отказать.

Представитель третьего лицо министерство здравоохранения <адрес> ФИО4 просил в удовлетворении иска отказать и вынести решение в соответствии с действующим законодательством.

Истец ФИО1, будучи надлежащим образом, извещенным о времени и месте судебного заседания, не явился, о причинах неявки не сообщил.

Представитель третьего лица, ООО «СК «Ингосстрах-М», представитель третьего лица органа опеки и попечительства, будучи надлежащим образом, извещенные о времени и месте судебного заседания, не явились, причины неявки суду не известны.

В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд приходит к выводу о рассмотрении дела в отсутствие неявившихся лиц.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, заслушав заключение помощника прокурора <адрес> – Моревой Е.В., полагавшую заявленные требования подлежащими удовлетворении с учетом требований разумности и справедливости, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В статье 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Судом установлено и следует из материалов дела, ФИО1, является отцом ФИО6, дата года рождения, что подтверждается свидетельством III-ДН №.

Из акта проверки Министерства здравоохранения <адрес> и акта проверки Территориального органа Росздравнадзора по <адрес> следует, что дата примерно в 14 часом 00 минут, ФИО11 обратилась в ГБУЗ СК «<адрес> больница» с жалобами на состояние здоровья ребенка ФИО6. ФИО12 врачом-педиатром отмечена температура ребенка 37,6 градусов, выставлен диагноз ОРВИ, назначено лечение и общий анализ крови. Врачом установлено, что ФИО6 на момент приема больна 4 дня, за медицинской помощью родители не обращались, лечились самостоятельно, улучшений не последовало. От вакцинации от гриппа ФИО11 отказалась. Повторный осмотр назначен в тот же день с результатами анализа крови.

дата в 15 часов 10 минут по результатам анализа рекомендовано амбулаторное лечение с явкой дата.

дата примерно в 23 часа 30 минут, ФИО6 доставлена ГБУЗ СК «<адрес> больница», по экстренным показаниям госпитализирована в детское инфекционное отделение.

дата в 00 часов 40 минут ФИО6 переведена в реанимационное отделение в тяжелом состоянии.

дата в 03 часа 10 минут констатирована биологическая смерть ФИО6

По факту смерти ФИО6 Министерством здравоохранения <адрес> инициировано проведение проверки, по результатам которой составлен акт № от дата.

Проверкой установлены нарушения ГБУЗ СК «<адрес> больница» в части положений Федерального закона от дата № «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации», Приказа Минздравсоцразвития России от дата № и «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи детям с инфекционными заболеваниями», Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от дата №н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи детям при менингококковой менингококковой инфекции средней степени тяжести» (для исключения менингококковой инфекции, Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от дата №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от дата №н «Об утверждении унифицированных форм медицинской документации, используемых в медицинских организации, оказывающих медицинскую помощь в амбулаторных условиях, и порядков по их заполнению», а именно:

- недооценено состояние и клинические симптомы у ребенка на амбулаторном и стационарном этапах оказания медицинской помощи;

- стандарты оказания медицинской помощи детям с ОРВИ выполнены не в полном объеме в части обследования, консультаций специалистов и лечения;

- обследования проведены не в полном объеме (не консультирована инфекционистом, не проведено исследование для исключения менингококковой инфекции и др.);

- отсроченная госпитализация в реанимационное отделение (на момент обращения в приемное отделение нуждалась в госпитализации в реанимационное отделение);

- поведена неадекватная заболеванию и состоянию инфузионная терапия;

- в реанимационном листе отсутствует гидробаланс и коррекция объема проведенной инфузионной терапии.

Также, установлены дефекты ведения и оформления медицинской документации.

Специалисты комиссии, участвовавшие при проведении проверки, пришли к выводу, и считают смерть ребенка предотвратимой.

дата комиссия специалистов Министерства здравоохранения <адрес> приняла дополнение к акту №, в котором указала на следующие нарушения врачей ГБУЗ СК «<адрес> больница»:

- недооценено состояние и клинические симптомы у ребенка на амбулаторном (не предложена госпитализация) и стационарном этапах оказания медицинской помощи;

- стандарты оказания медицинской помощи детям с ОРВИ выполнены не в полном объеме в части обследования, консультаций специалистов и лечения, что в т.ч. обусловлено краткостью пребывания больной в убеждении;

- обследования проведены не в полном объеме (не осмотрена (консультирована) педиатром, инфекционистом, лор-врачом, не выполнено б/х исследование крови, бакисследования, не проведено обследование для исключения менингококковой инфекции и др.);

- отсроченная госпитализация в реанимационное отделение (на момент обращения в приемное отделение нуждалась в госпитализации в реанимационное отделение);

- проведена неадекватная заболеванию и состоянию инфузионная терапия. Темп проводимой инфузионной терапии некорректен. В реанимационном листе отсутствует гидробаланс и коррекция объема проведенной инфузионной терапии.

Также установлены дефекты ведения и оформления медицинской документации:

- форма и бланк выписанных участковым педиатром «рецептов» не соответствуют утвержденным требованиям;

- некорректная формулировка диагноза участковым педиатром «ОРВИ, затяжное течение» на 4 день заболевания;

- нет согласия родителей или консилиума врачей для дальнейшего лечения и оказания интенсивной терапии в отделении реанимации; отсутствует протокол сердечно-легочной реанимации; отсутствует лист констатации смерти;

- проведенное ЭКГ не подлежит интерпретации, числа отведения для анализа недостаточно, не указана скорость регистрации ЭКГ. Приведенное заключение ЭКГ является следствием автоматического аппаратного атализа, а не квалифицированным заключением специалиста;

- консультации, проведенные неврологом и окулистом, не дают возможности объективно оценить ее стояние ребенка по данной патологии;

- дежурным врачом не вызван врач педиатр (районный педиатр) и/или врач инфекционист для осмотра пациентки, верификации диагноза и назначения адекватного лечения;

- нарушения этики и деонтологии при взаимодействии с родителями пациента.

Кроме того, по факту смерти ФИО6 Федеральной службой по надзору в сфере здравоохранения инициировано проведение проверки, по результатам которой составлен акт № от дата.

Проверкой установлены следующие нарушения ГБУЗ СК «<адрес> больница»:

- нарушен подпункт «а» п.5 Постановления Правительства Российской Федерации от дата № «О лицензировании медицинской деятельности (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра «Сколково»)»;

- нарушен пункт 11 Порядка оказания медицинской помощи детям с инфекционными заболеваниями, утвержденный Приказом Минздрава Российской Федерации от дата №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи детям с инфекционными заболеваниями» в части не обеспечения консультативным осмотром врача-инфекциониста на госпитальном этапе;

- нарушен порядок оказания педиатрической помощи, утвержденный Приказом Минздрава Российской Федерации от дата №н «Об утверждении Порядка оказания педиатрической помощи», в части не обеспечения консультативным осмотром врача-педиатра на госпитальном этапе;

- нарушен Порядок прохождения несовершеннолетними медицинских осмотров, утвержденный Приказом Минздрава Российской Федерации (Приложение№) от дата №н «О порядке прохождения несовершеннолетними осмотров, в том числе при поступлении в образовательные учреждения и в период обучения в них», в части не обеспечения необходимым обследованием врачами-специалистами, клинико-лабораторными исследованиями с рождения и до 4-х лет на амбулаторном этапе наблюдения ФИО6;

- нарушен пункт 7 статьи 2 Федерального закона Российской Федерации от дата №н «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» и должностных обязанностей врача-специалиста, утвержденных Приказом Минздрава Российской Федерации от дата №н «Об утверждении Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих, раздел «Квалификационные характеристики должностей работников в сфере здравоохранения», в части соблюдения должностных инструкций лечащим врачом, а именно ведения медицинской документации в установленном порядке и осуществление контроля за качеством ведения медицинской документации (в дневниковых записях врача-педиатра при осмотре дата не проведена оценка общего состояния и самочувствия ребенка (сон, аппетит, выраженность гомов интоксикации); отмечены менингальные знаки, не дана оценка состояния сердечно-сосудистой системы и дыхания (чсс,чдд); анамнез morbid собран не в полном объеме, отсутствует детализация жалоб, консультации, проведенные с неврологом и окулистом, не дают возможности объективно оценить состояние ребенка при оказании ему стационарной медицинской помощи по данной патологии, малоинформативны, отсутствует протокол сердечно-легочной реанимации, отсутствует лист констатации смерти; нет согласия родителей или консилиума врачей для дальнейшего лечения и оказания интенсивной терапии в отделении реанимации. На стационарном этапе диагноз заключительный клинический установлен правильно, сформулирован не верно: при указании в рубрике «осложнения основного заболевания»: синдрома системного воспалительного ответа на фоне инфекционного процесса, следует указывать: «сепсис», а в данном случае -«септический шок»;

- патологоанатомический диагноз сформулирован с дефектами: нет указания на сепсис при установлении миокарда при вирусных болезнях с проявлениями ССВО; отсутствует причинно-следственная связь между основным заболеванием и его осложнениями: не обоснованно указано на развитие эндокардита как осложнения миокарда. При проведении интенсивной терапии септического шока не использованы показанные лекарственные препараты: гидрокортизон, норадреналин вместо назначенных: преднизолон, лофамин;

- нарушен стандарт специализированной медицинской помощи детям при острых респираторных заболеваниях тяжелой степени тяжести, утвержденный Приказом Минздрава Российской Федерации от дата №н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи детям при острых респираторных заболеваниях тяжелой степени тяжести», стандарт оказания медицинской помощи выполнен не в полном объеме в части не обеспечения необходимым исследованием, консультативным осмотром специалистов и лечения, а именно: не осмотрена педиатром, детским инфекционистом, лор-врачом, не выполнено биохимическое исследование крови, бактериологическое исследование слизи миндалин и задней стенки глотки на аэробные и факультативно-аэробные микроорганизмы. Назначено, но не выполнено: рентгенография органов грудной полости, биохимическое исследование крови. Не проведено исследование на наличие гриппа. Не выполнен посев мокроты на микрофлору и определение ее чувствительности к противогрибковым препаратам.

Также, нарушен приказ Минздрава России от дата №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», в части необеспечения необходимым обследованием не выполнено биохимическое исследование крови, бактериологическое исследование.

Обращаясь в суд с иском, ФИО1 действующий в интересах несовершеннолетней дочери ФИО5 ссылался на то, что дочерью в связи со смертью его дочери ФИО6, наступившей вследствие некачественно оказанной ответчиком медицинской помощи, причинены нравственные и страдания.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику, другому лицу, являющемуся членом семьи по иным основаниям (в частности, опека, попечительство).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата №), суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата №).

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что материалами дела установлен факт наличия дефектов оказания медицинской помощи ФИО6 врачами ГБУЗ СК «Изобильненская РБ», которые состоят в причинно-следственной связи со смертью ФИО6, поскольку их совокупность снижала эффективность лечебных мероприятий и явилась неблагоприятным условием для наступления ее смерти.

Доказательств, подтверждающих отсутствие вины сотрудников ГБУЗ СК «Изобильненская РБ» в оказании ненадлежащей медицинской помощи в виде запоздалой диагностикой, и как следствие, отсроченным оперативным лечением, ответчиком не представлено.

При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине, в связи с чем доводы ответчика о том, что вина сотрудников ГБУЗ СК «Изобильненская РБ» не доказана, поскольку отсутствует вступивший в законную силу приговор суда, не могут быть приняты во внимание.

Таким образом, суд приходит к выводу о законности требований истца о взыскании с ГБУЗ СК «Изобильненская РБ» компенсации морального вреда.

Рассматривая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд исходит из того, что при установлении факта наличия дефектов оказания медицинской помощи несовершеннолетней ФИО6 врачами ГБУЗ СК «Изобильненская РБ», которые состоят в причинно-следственной связи со смертью ФИО6, явилось причиной нравственных и физических страданий ее сестер ФИО5, дата года рождения и ФИО6, дата года рождения, в семье которых несовершеннолетняя ФИО6, проживала вместе со своими родными сестрами, отцом и матерью. Эти нравственные и физические страдания обусловлены заботой более старших несовершеннолетних детей, о несовершеннолетней ФИО6, являвшейся самым младшим ребенком в семье, о состоянии ее здоровья. Нравственные страдания сестер об утрате ФИО6, также обусловлены переживаниями за состояние сестры как самого близкого родственника.

Данные обстоятельства дела, установленные судом, и соответствующие выводы истца как представителя несовершеннолетних о физических и нравственных страданиях членов семьи несовершеннолетней ФИО6 (несовершеннолетних родных сестер) вследствие дефектов оказания медицинской помощи ФИО6 врачами ГБУЗ СК «Изобильненская РБ», которые состоят в причинно-следственной связи со смертью ФИО6, и последовавшего в связи с этим нарушения психологического благополучия семьи, невозможности продолжения членами семьи Юдиных активной общественной жизни, то есть нарушения неимущественного права на родственные и семейные связи в обычном формате их существования, не опровергнуты ответчиком ГБУЗ СК «Изобильненская РБ» в ходе судебного разбирательства.

Суд считает, что исходя из тех нравственных и физических страданий, которые испытали несовершеннолетние истцы, компенсация морального вреда в общей сумме 2 500 000 рублей, а на каждого ребенка по 1 250 000 рублей, является соразмерной их физическим и нравственным страданиям.

Данная денежная компенсация будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истцов и степенью ответственности, применяемой к ответчику при этом, оснований для еще большего уменьшения размера компенсации морального вреда, с учетом обстоятельств дела, суд не усматривает.

Также истец ставит вопрос о взыскании с ответчика расходов по оплате услуг представителя в размере 40 000 рублей.

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает с другой стороны расходы по оплате услуг представителя в разумных пределах.

Из разъяснений, изложенных в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата №, следует, что разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, часть 4 статьи 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 4 статьи 2 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Судом установлено, что при рассмотрении данного гражданского дела истец понес расходы на оплату услуг представителя в размере 40 000 рублей, что подтверждается соглашением на оказание юридических услуг от дата и квитанцией № от дата.

В силу статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом категории дела и сложности спора, частичного удовлетворении требований, фактического участия представителя истца в рассмотрении дела и обоснованности его правовой позиции, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца расходы на услуги представителя в размере 20 000 рублей.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 действующего в интересах несовершеннолетних дочерей ФИО5, ФИО6 к ГБУЗ СК « <адрес> больница» о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУЗ <адрес> «<адрес> больница» компенсацию морального вреда, в связи нарушениями при оказании медицинской помощи, которые привели к смерти несовершеннолетней ФИО6, дата года рождения, в пользу несовершеннолетних детей:

- ФИО5, дата года рождения, в размере 1 250 000 рублей;

- ФИО6, дата года рождения, в размере 1 250 000 рублей.

Взыскать в пользу ФИО1 действующего в интересах несовершеннолетних детей ФИО5 и ФИО6 с ГБУЗ «Изобильненская РБ» судебные расходы, понесенные за оказание юридической помощи, в размере – 20 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 действующего в интересах несовершеннолетних детей ФИО5 и ФИО6 о взыскании с ГБУЗ <адрес> «<адрес> больница» компенсации морального вреда в размере 7 500 000 рублей, расходов на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам <адрес>вого суда через Промышленный районный суд <адрес> в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья А.М.Филимонов