Апелляционное определение по делу № 2-334/2023 от 05.07.2023

УИД 66RS0009-01-2022-004082-81

Дело № 33-9474/2023

(№ 2-334/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 05.07.2023

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Ивановой Т.С., судей Мурашовой Ж.А., Ершовой Т.Е.,

при ведении протокола судебного заседания и аудиозаписи помощником судьи Кривоноговой Н.К.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному казенному учреждению Следственный изолятор № 3 ГУФСИН России по Свердловской области о взыскании денежных средств,

по апелляционной жалобе истца на решение Ленинского районного суда города Нижний Тагил Свердловской области от 27.03.2023.

Заслушав доклад судьи Мурашовой Ж.А., объяснения истца ФИО1, представителя истца ФИО2, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился с иском к Федеральному казенному учреждению Следственный изолятор № 3 ГУФСИН России по Свердловской области (далее по тексту ФКУ СИЗО-3) о взыскании, с учетом уточнений исковых требований, компенсации за выполнение служебных обязанностей сверх установленной продолжительности служебного времени, в ночное время, в выходные и нерабочие праздничные дни за периоды с ноября 2021 года по апрель 2022 года и с 14.04.2022 по 13.06.2022 в размере 210 960 руб.22 коп., компенсации морального вреда в размере 10 000 руб., расходов по оплате юридических услуг в размере 25 000 руб.

В обоснование исковых требований указано, что истец в период с 26.04.2019 по 13.06.2022 проходил службу в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области, последняя замещаемая должность – начальник отдела режима. В период с ноября 2021 года по апрель 2022 года заступал ответственным по учреждению ФКУ СИЗО-3. Время дежурства согласно приказам о заступлении на службу об обеспечении надзора было определено е 08:00 до 22:00, в соответствии с чем заполнялся табель учета рабочего времени. Однако, фактически привлекался с 06:00 до 23:00 часов, что подтверждается записями в постовых ведомостях постов 3 и 4 режимного корпуса и караула. Указанное сверхурочное время не было учтено при начислении денежного довольствия. Также в указанный период приказами начальника учреждения были объявлены рабочими выходные и праздничные дни для несения службы ответственным по учреждению, в оплате которых руководством учреждения было отказано. В период с 14.04.2022 по 13.06.2022 был откомандирован в ФКУ ИК-46 ГУФСИН России по Свердловской области для оказания практической помощи. В соответствии с приказами начальника ФКУ ИК-46 ГУФСИН России по Свердловской области осуществлял дежурство в выходные дни согласно графику несения службы. Согласно приказам о привлечении к службе в выходной день и табелям учета рабочего времени было отработано 110 часов сверхурочного времени. Администрацией ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН было принято к учету для дальнейшей оплаты только 44 часа отработанного сверхурочного времени. Вместе с тем по состоянию на 08.12.2022 оплата сверхурочно отработанного времени администрацией ФКУ СИЗО-З ГУФСИН так и не была произведена, а именно: за период с ноября 2021 года по апрель 2022 года в количестве 312 часов в размере 153583,90 руб.; за период с 14 апреля 2022 года по 13 июня 2022 года в количестве 110 часов (приказы ФКУ ИК-46 ГУФСИН от 04.05.2022 № 83-лс, от 30.05.2022 № 236-а, от 24.06.2022 № 276-а) в размере 57376,32 руб. С 14.06.2022 был назначен на должность дежурного помощника начальника колонии ФКУ ИК-46 ГУФСИН России но Свердловской области, в связи с чем не было возможности использовать все наработанные дни отгулов до момента перевода. Ранее рапорты на предоставление дней отдыха истец неоднократно подавал на имя начальника ФКУ СИЗО-3, но в связи с большим некомплектом в учреждении отгулы предоставлялись частично. Кроме того, до обращения в суд 03.08.2022 истец обращался в прокуратуру Ленинского района г.Нижний Тагил о наличии указанных нарушений в действиях (бездействии) администрации ФКУ СИЗО-3, которое было перенаправлено в Государственную инспекцию труда в Свердловской области. Государственная инспекция труда в Свердловской области в ответе от 13.09.2022 № 66/7-4888-22-ОБ/Ю-6092-ОБ/57-335 указала, что вопросы обращения находятся за пределами ее полномочий, направив копию данного обращения в ГУФСИН России по Свердловской области. После повторного обращения в прокуратуру г. Нижний Тагил Свердловской области поступил ответ от 20.10.2022 о том, что нарушений относительно заявленных в настоящем иске требований выявлено не было. 24.11.2022 прокуратурой был направлен дополнительный ответ о рассмотрении администрацией ФКУ СИЗО-3 внесенного в адрес начальника учреждения представления об устранении выявленных нарушений действующего законодательства. В связи с невыплатой администрацией ФКУ СИЗО-3 денежной компенсации за все случаи сверхурочной работы и работы в выходные (праздничные) дни при переводе в иное учреждение для дальнейшего продолжения службы истец испытывал моральные страдания, выразившиеся в переживаниях и отрицательных эмоциях на протяжении долгого периода. Кроме того, вынужден был неоднократно обращаться в надзорную инстанцию за защитой своих нарушенных прав и законных интересов.

Решением Ленинского районного суда г. Нижний Тагил Свердловской области от 27.03.2023 иск ФИО1 удовлетворен частично. С Федерального казенного учреждения Следственный изолятор N 3 Главного управления Федеральной службы исполнения наказания по Свердловской области в пользу ФИО1 взыскана денежная компенсация за работу в выходные дни за период с 14.04.2022 по 13.06.2022 в размере 11784,08 руб., компенсация морального вреда в размере 3 000 руб., судебные расходы в размере 1 397,50 руб.

С указанным решением не согласились стороны.

Истец в апелляционной жалобе просит решение суда о частичном удовлетворении исковых требований отменить, удовлетворить исковые требования в полном объеме. Полагает, что суд не учел, что ответчик фактически не оспаривал факт выполнения им сверхурочной работы в период с ноября 2021 года по апрель 2022 года, ссылаясь на возможность предоставления дополнительного времени отдыха. Ненормированность графика не означает, что работник должен перерабатывать. Указанное сверхурочное время не было учтено при начислении денежного довольствия. Возможность реализации права на предоставление дополнительных дней отдыха в настоящее время отсутствует, поэтому должна быть выплачена денежная компенсация. Также истцу не была своевременно начислена и выплачена денежная компенсация за выполнение служебных обязанностей в выходные и нерабочие дни за период с 14.04.2022 по 13.06.2022 в количестве 92 часа, которая была незаконно пересчитана, уменьшена до 44 часов, и не выплачена до настоящего времени. Установленный судом размер компенсации морального вреда является заниженным, не соответствует критериям разумности и справедливости. Считает, что расходы на оплату услуг представителя подлежат удовлетворению в полном объеме.

Ответчик в апелляционной жалобе не оспаривает решение суда в части отказа в удовлетворении части требований истца. Полагает, что несмотря на привлечение истца к сверхурочной работе в период командирования в ФКУ ИК-46 ГУФСИН России по Свердловской области с 14.04.2022 по 13.06.2022, оснований для ее оплаты не имеется, поскольку установлена переплата истцу денежной компенсации за работу в выходные и праздничные дни. На текущую дату задолженность по переплате денежного довольствия в добровольном порядке истцом не погашена. Доказательств душевных страданий в обоснование компенсации морального вреда истцом не представлено. Просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу ответчика истец полагает, что оснований для ее удовлетворения не имеется.

Истец ФИО1, представитель истца ФИО2, в заседании суда апелляционной инстанции доводы своей апелляционной жалобы поддержали, указав на необоснованность апелляционной жалобы ответчика.

Ответчик ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области, третьи лица ГУФСИН России по Свердловской области, Министерство финансов Российской Федерации в заседание суда апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом. На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционных жалоб в соответствии с ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Регулирование правоотношений, связанных со службой в учреждениях уголовно-исполнительной системы осуществляется в соответствии с Федеральным законом от 19 июля 2018 года N 197-ФЗ "О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы", вступившим в силу с 01 августа 2018 года.

В соответствии с пунктами 1 - 7 части 1 статьи 3 Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ регулирование правоотношений, связанных со службой в уголовно-исполнительной системе, осуществляется в соответствии с Конституцией Российской Федерации; данным Федеральным законом; Законом Российской Федерации от 21 июля 1993 г. N 5473-1 "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы", Федеральным законом от 30 декабря 2012 г. N 283-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и другими федеральными законами, регламентирующими правоотношения, связанные со службой в уголовно-исполнительной системе; нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации; нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации; нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний; нормативными правовыми актами федерального органа уголовно-исполнительной системы в случаях, установленных федеральными конституционными законами, настоящим Федеральным законом, иными федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации.

В случаях, не урегулированных нормативными правовыми актами Российской Федерации, указанными в части 1 названной выше статьи, к правоотношениям, связанным со службой в уголовно-исполнительной системе, применяются нормы трудового законодательства Российской Федерации (часть 2 статьи 3 Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ).

В соответствии с положениями статьи 55 Федерального закона от 19.07.2018 г. N 197-ФЗ служебным временем признается время, в течение которого сотрудник в соответствии с правилами внутреннего служебного распорядка учреждения или органа уголовно-исполнительной системы, должностной инструкцией и условиями контракта должен исполнять свои служебные обязанности, а также иные периоды, которые в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к служебному времени.

Как следует из положений части 2 статьи 55 вышеуказанного Закона, нормальная продолжительность служебного времени для сотрудника не может превышать 40 часов в неделю, а для сотрудника женского пола, проходящего службу в уголовно-исполнительной системе в районах Крайнего Севера, приравненных к ним местностях, других местностях с неблагоприятными климатическими или экологическими условиями, в том числе отдаленных местностях, высокогорных районах, пустынных и безводных местностях, - 36 часов в неделю. Для сотрудника устанавливается пятидневная служебная неделя.

Сотрудник в случае необходимости может привлекаться к исполнению служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени, а также в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни в порядке, определяемом федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний. В этом случае сотруднику предоставляется компенсация в виде отдыха соответствующей продолжительности в другие дни недели.

В случае, если предоставление такого отдыха в данный период невозможно, время исполнения служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени, а также в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни суммируется и сотруднику предоставляются дополнительные дни отдыха соответствующей продолжительности, которые по его желанию могут быть присоединены к ежегодному оплачиваемому отпуску. По просьбе сотрудника вместо предоставления дополнительных дней отдыха ему может быть выплачена денежная компенсация (часть 6 статьи 55 Федерального закона от 19.07.2018 г. N 197-ФЗ).

Порядок предоставления сотруднику дополнительного отпуска, дополнительных дней отдыха и порядок выплаты денежной компенсации, которые предусмотрены частями 5 и 6 настоящей статьи, определяются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний (часть 10 статьи 55 Федерального закона от 19.07.2018 г. N 197-ФЗ).

Согласно части 1, 2 статьи 56 Федерального закона от 19.07.2018 г. N 197-ФЗ режим служебного времени сотрудника устанавливается правилами внутреннего служебного распорядка учреждения или органа уголовно-исполнительной системы. Особенности режима служебного времени сотрудника могут определяться законодательством Российской Федерации, должностной инструкцией и контрактом.

Режим служебного времени сотрудника должен предусматривать определенное количество служебных и выходных дней в неделю, продолжительность служебного дня и перерыва в течение служебного дня.

С 01 января 2013 года отношения, связанные с денежным довольствием сотрудников, имеющих специальные звания и проходящих службу в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, регулируются Федеральным законом от 30 декабря 2012 года № 283-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Приказом ФСИН России от 27 мая 2013 года № 269 утвержден Порядок обеспечения денежным довольствием сотрудников уголовно-исполнительной системы, Порядок выплаты премий за добросовестное выполнение служебных обязанностей сотрудникам уголовно-исполнительной системы и Порядок оказания материальной помощи сотрудникам уголовно-исполнительной системы», который действовал до 03 октября 2021 года.

Согласно п. 17 данного Порядка, за выполнение служебных обязанностей в выходные и нерабочие праздничные дни, сверх установленной законом продолжительности рабочего времени, выплачиваются денежные компенсации в следующих размерах:

1) оплата за работу в выходные и нерабочие праздничные дни производится в размере одинарной часовой ставки сверх должностного оклада, если работа в выходной, нерабочий праздничный день производилась в пределах месячной нормы рабочего времени, и в размере двойной часовой ставки сверх должностного оклада, если работа производилась сверх месячной нормы рабочего времени. Исчисление часовой ставки осуществляется в соответствии с пунктом 16 настоящего Порядка;

2) сверхурочная работа оплачивается за первые два часа в полуторном размере, а за последующие часы - в двойном размере часовой ставки, исчисленной в соответствии с пунктом 16 настоящего Порядка.

16.08.2021 приказом ФСИН России № 701 утвержден новый порядок обеспечения денежным довольствием сотрудников уголовно-исполнительной системы Российской Федерации, который не предусматривает выплату денежной компенсации за работу сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени, а также в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни. Приказ ФСИН от 27 мая 2013 года № 269 признан утратившим силу.

По запросу судебной коллегии ответчиком представлены справка-контррасчет, должностная инструкция ФИО1, а также копии графиков несения службы, копии приказов о привлечении к службе, копии табелей учета служебного времени, копии постовых ведомостей в отношении истца, которые приобщены к материалам дела в порядке ст. 327.1 ГПК РФ.

Судом установлено и не оспаривается сторонами, что в период с 01.05.2019 по 13.06.2022 ФИО1 проходил службу в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области: с 01.05.2019 по 07.06.2021 в должности инспектора отдела режима и надзора; с 07.06.2021 по 13.06.2022 - в должности начальника отдела режима и надзора.

Приказом от 12.05.2022 № 246-к ГУФСИН России по Свердловской области ФИО1 командирован для оказания практической помощи в ФКУ ИК-46 ГУФСИН России по Свердловской области.

С 14.06.2022 по настоящее время ФИО1 проходит службу ФКУ ИК-46 ГУФСИН России по Свердловской области (приказ № 283-л от 17.06.2022).

Согласно приказу № 146-м от 17.09.2021 ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области в соответствии с Федеральным законом РФ от 19.07.2018 № 197-ФЗ «О службе в уголовно-исполнительной системе РФ и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», приказом Минюста России от 05.08.2021 № 132 «Об организации прохождения службы в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации» капитану внутренней службы ФИО1, начальнику отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-3, установлен ненормированный рабочий день. В ФКУ ИК-46 ФИО1 проходил службу в графике сменности.

Разрешая требования истца о взыскании денежной компенсации за работу в выходные и праздничные дни сверхустановленной нормальной продолжительности рабочего времени за период с ноября 2021 года по апрель 2022 года, суд первой инстанции исходил из того, что в соответствии с пунктом 7 приложения 11 приказа Минюста России от 05.08.2021 № 132 «Об организации прохождения службы в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации» сотрудникам, замещающим должности, для которых установлен ненормированный служебный день, за выполнение служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени денежная компенсация не предоставляется. За выполнение служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени им предоставляется дополнительный отпуск за ненормированный служебный день в соответствии с ч. 6 ст. 60 Федерального закона N 197-ФЗ.

В связи с тем, что приказом ФКУ СИЗО-3 от 17.09.2021 № 146-м (л.д.92-93), ФИО1 установлен ненормированный служебный день, суд пришел к обоснованному выводу, что оснований для оплаты истцу за сверхурочные часы у ответчика не имелось.

Доводы стороны истца о том, что положения приложения № 11 к приказу Минюста России от 05.08.2021 № 132 «Об организации прохождения службы в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации» противоречат нормам трудового законодательства в части невыплаты денежной компенсации за выполнение обязанностей в выходные и нерабочие праздничные дни, сверх установленной нормальной продолжительности рабочего времени, суд обоснованно не принял во внимание.

Согласно ст.97 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право в порядке, установленном настоящим Кодексом, привлекать работника к работе за пределами продолжительности рабочего времени, установленной для данного работника в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (далее - установленная для работника продолжительность рабочего времени): для сверхурочной работы (статья 99 настоящего Кодекса); если работник работает на условиях ненормированного рабочего дня (статья 101 настоящего Кодекса).

В силу ч.1 ст. 99 Трудового кодекса Российской Федерации сверхурочная работа - работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.

Согласно ч. 1 ст. 101 Трудового кодекса Российской Федерации ненормированный рабочий день - особый режим работы, в соответствии с которым отдельные работники могут по распоряжению работодателя при необходимости эпизодически привлекаться к выполнению своих трудовых функций за пределами установленной для них продолжительности рабочего времени. Перечень должностей работников с ненормированным рабочим днем устанавливается коллективным договором, соглашениями или локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения представительного органа работников.

На основании ст. 119 Трудового кодекса Российской Федерации работникам с ненормированным рабочим днем предоставляется ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск, продолжительность которого определяется коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка и который не может быть менее трех календарных дней.

Порядок и условия предоставления ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска работникам с ненормированным рабочим днем устанавливаются в федеральных государственных учреждениях нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, в государственных учреждениях субъекта Российской Федерации нормативными правовыми актами органов государственной власти субъекта Российской Федерации, в муниципальных учреждениях нормативными правовыми актами органов местного самоуправления.

Проанализировав указанные нормы права, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отказе в удовлетворении требований истца в этой части, констатировав, что для работников с ненормированным рабочим днем время, отработанное за пределами нормальной продолжительности рабочего дня, не считается сверхурочной работой, гарантии, предусмотренные законом для работников, работающих сверхурочно, на них не распространяются. За работу в режиме ненормированного рабочего дня предоставляется компенсация только в виде дополнительного отпуска, часы работы за пределами нормальной продолжительности рабочего времени отдельно не оплачиваются.

На основании вышеизложенного следует, что денежная компенсации за исполнение служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени, а также денежная компенсация за исполнение служебных обязанностей в выходные и нерабочие праздничные дни в период с ноября 2021 года по апрель 2022 года ФИО1 не положена.

Доводы истца о том, что в настоящее время в связи с увольнением ему не может быть предоставлена компенсация в виде дополнительных дней отдыха, следовательно, единственной возможностью восстановления его права на оплату труда является выплата денежной компенсации, заслуживают внимания. Вместе с тем, требований о предоставлении компенсации за дополнительные дни отдыха истцом в установленном законом порядке заявлено не было. Процессуальные основания для выхода за пределы заявленных исковых требований у суда первой инстанции отсутствовали (ч. 3 ст. 196 ГПК РФ).

Как установлено судом и не оспаривается сторонами, ФИО1 в период с 14.04.2022 по 13.06.2022 был откомандирован в ФКУ ИК-46 и работал по графику сменности.

Согласно пункту 11 приложения № 11 Приказа № 132 «Об организации прохождения службы в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации» сотрудникам, исполняющим служебные обязанности на основании графика сменности (при суммированном учете служебного времени), за исполнение служебных обязанностей в выходные и нерабочие праздничные дни: в пределах месячной нормы служебного времени - выплачивается денежная компенсация в размере одинарной часовой ставки; сверх месячной нормы служебного времени - предоставляются дополнительные дни (часы) отдыха соответствующей продолжительности. На основании рапорта сотрудника вместо предоставления дней (часов) отдыха ему может быть выплачена денежная компенсация в размере двойной часовой ставки.

Денежная компенсация за выполнение служебных обязанностей в нерабочие, праздничные дни и сверхустановленное время до 21.08.2021 рассчитывалась на основании п. 17 Порядка обеспечения денежным довольствием сотрудников уголовно-исполнительной системы, утвержденного приказом ФСИН России от 27.05.2013 N 269 и методических указаний от 18.11.2016 исх. N 04-67318.

С 22.08.2021 расчет производится на основании приказа Минюста России от 05.08.2021 N 132 «Об организации прохождения службы в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации».

Согласно п. 3 приложения № 11 Приказа № 132 от 05.08.2021 часовая ставка определяется путем деления должностного оклада сотрудника на среднемесячное количество служебных часов, устанавливаемое по производственному календарю на данный календарный год, с учетом продолжительности служебного времени соответствующей категории сотрудников.

Как следует из представленного ответчиком по запросу судебной коллегии расчета денежной компенсации за исполнение служебных обязанностей в выходные и нерабочие праздничные дни за период апреля 2022 года по июнь 2022 года, ее размер составляет 11782 руб.32 коп.

Так, согласно графику несения службы за апрель 2022 года у истца предусмотрено 4 смены. На основании приказа начальника ФКУ ИК-46 ГУФСИН от 04.05.2022 № 83-лс, ФИО1 был привлечен к работе в выходные дни относительно графика, 25.04 - 14 ч, 26.04 - 8 ч., 29.04 - 14 ч., 30.04 -8 ч.

Согласно табелю учета рабочего времени за апрель 2022 года истцом было отработано 5 смен: с 15.04 на 16.04 - по графику; с 19.04 на 20.04 - по графику; с 22.04 на 23.04, смена смещена, вместо смены с 23.04 на 24.04 по графику; с 25.04 на 26.04, смена смещена, вместо смены с 27.04 на 28.04 по графику; с 29.04 на 30.04 -привлечен в выходной день по приказу, смена вне графика.

Следовательно, за апрель 2022 года оплате подлежат следующие часы (дни), которые для истца являлись выходными по графику и по которым были изданы приказы на привлечение: с 29 апреля на 30 апреля - 22 ч.

Следовательно, компенсация за 22 часа работы в выходные дни оплачивается в двойном размере часовой ставки (часовая ставка - 133,89 руб.) и составляет 5891,16 руб. без учета вычета НДФЛ.

Согласно графику несения службы за май 2022 года предусмотрено 8 смен.

На основании приказа начальника ФКУ ИК-46 ГУФСИН от 30.05.2022 № 236-а, ФИО1 был привлечен к работе в выходные дни относительно графика, 17.05 - 14 ч, 18.05 - 8 ч., 29.05 - 14 ч., 30.05 -8 ч.

Согласно табелю учета рабочего времени за май 2022 года истцом было отработано 8 смен: с 03.05 на 04.05 - по графику; с 07.05 на 08.05 - по графику; с 14.05 на 15.05 смена смещена, вместо смены с 11.05 на 12.05 по графику; с 17.05 на 18.05 смена смещена, вместо смены с 15.05 на 16.05 по графику; с 20.05 на 21.05 смена смещена, вместо смены с 19.05 на 20.05 по графику; с 23.05 на 24.05 - по графику; с 26.05 на 27.05 смена смещена, вместо смены с 27.05 на 28.05 по графику; с 29.05 на 30.05 смена смещена, вместо смены с 31.05 на 01.06 по графику.

Таким образом, за май 2022 года выплата денежной компенсации за работу в выходные дни не предусмотрена, так как согласно табелю учета рабочего времени было отработано 8 смен, которые были смещены относительно графика несения службы.

Согласно графику несения службы за июнь 2022 года у истца предусмотрено 7 смен. На основании приказа начальника ФКУ ИК-46 ГУФСИН от 24.06.2022 № 276-а, ФИО1 был привлечен к работе в выходные дни относительно графика: 10.06 - 14 ч, 11.06 - 8 ч.

Согласно табелю учета рабочего времени за июнь 2022 года истцом было отработано 5 смен: с 01.06 на 02.06, смена вне графика, приказ на привлечение не издавался; с 04.06 на 05.06 - по графику; с 07.06 на 08.06 смена смещена, вместо смены с 08.06 на 09.06 по графику; с 10.06 на 11.06 - привлечен в выходной день по приказу, смена вне графика; с 13.06 на 14.06 смена смещена, вместо смены с 12.06 на 13.06 по графику.

Таким образом, за июнь 2022 года оплате подлежат следующие часы (дни), которые для истца являлись выходными по графику и по которым были изданы приказы на привлечение: с 10 июня на 11 июня - 22 ч.

Следовательно, 22 часа работы в выходные дни оплачиваются в двойном размере часовой ставки (часовая ставка – 133,89 руб.) и составляет 5891,16 руб. без учета вычета НДФЛ.

Таким образом, денежная компенсация за исполнение истцом служебных обязанностей в выходные и нерабочие праздничные дни составляет за 44 часа в размере двойной часовой ставки 11 782,32 руб. (п. 3 приложения № 11 приказа Минюста России от 05.08.2021 № 132).

Кроме того, суд не учел, что истцом заявлено требование о взыскании денежной компенсации за исполнение служебных обязанностей в ночное время.

Как указано ответчиком в представленном расчете по запросу судебной коллегии и подтверждается расчетными листками, за период работы с ноября 2021 года по апрель 2022 года ФИО1 была произведена доплата (с 22 до 6 часов) из расчета 20 процентов часовой ставки ("определяется путем деления должностного оклада сотрудника на среднемесячное количество служебных часов, устанавливаемое по производственному календарю на данный календарный год, с учетом продолжительности служебного времени соответствующей категории сотрудников (пункт 3 приложения № 11 приказа Минюста России от 05.08.2021 № 132) за каждый час службы в ночное время, на основании данных табелей учета использования рабочего времени, предусмотренных приказом Минфина России от 30.03.2015 № 52н «Об утверждении форм первичных учетных документов и регистров бухгалтерского учета, применяемых органами государственной власти (государственными органами, органами местного самоуправления, органами управления государственными внебюджетными фондами, государственными (муниципальными) учреждениями, и Meтодических указаний по их применению» в месяце, следующем за месяцем исполнения служебных обязанностей в ночное время.

За период работы истца в ФКУ ИК-46 ГУФСИН России по Свердловской области с мая 2022 года по июнь 2022 года с учетом табелей учета использования рабочего времени, размер начисленной доплаты за ночное время составил 2999 руб.12 коп.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию денежная компенсация за работу в выходные и праздничные дни, а также в ночное время, в размере 14 781 руб.44 коп. с удержанием при выплате НДФЛ. Решение суда первой инстанции в этой части подлежит изменению.

Оценивая законность решения суда первой инстанции в части определения размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, судебная коллегия приходит к следующему.

Требованиями ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации закреплена обязанность работодателя возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (ч. 1 ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (п. 1 ст. 1099 и п. 1 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В соответствии с п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Согласно п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

В п. 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (ст. 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Установив, что ответчиком были допущены нарушения трудовых прав истца, выразившиеся в невыплате денежного довольствия в полном объеме, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что имеются основания для компенсации причиненного истцу морального вреда.

С учетом обстоятельств дела, объема и характера причиненных истцу нравственных страданий, степени вины ответчика, длительности периода нарушения прав истца, а также требований разумности и справедливости, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости взыскания с ответчика компенсации морального вреда в заявленном размере 10 000 руб.

При этом, по мнению судебной коллегии, определяя размер такой компенсации в сумме 3 000 руб., суд не в полной мере учел степень нравственных страданий истца в связи с нарушением его трудовых прав.

Согласно ст. ст. 88, 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к последним относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителя.

Согласно ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Порядок возмещения расходов на оплату услуг представителя регламентирован положениями ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцом по данному делу понесены следующие судебные расходы: оказание юридических услуг по составлению искового заявления в размере 5 000 руб. (л.д.12-13), по представлению интересов в судебном заседании в размере 20 000 руб. (л.д.65-67).

Удовлетворяя требования истца о взыскании судебных расходов, суд первой инстанции, руководствуясь вышеизложенными нормами процессуального права, правильно пришел к выводу о наличии оснований для возмещения расходов на оплату услуг представителя.

При этом, определяя размер подлежащих взысканию судебных расходов, суд первой инстанции не в полной мере учел всю совокупность юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению при определении такого размера, а также неправомерно применил принцип пропорциональности при распределении судебных расходов.

Как следует из п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ) не подлежат применению при разрешении, помимо прочего иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

При таких обстоятельствах, учитывая, что истцом заявлено наряду с имущественными требованиями требование неимущественного характера о компенсации морального вреда, судебная коллегия не находит оснований для пропорционального взыскания расходов на оплату услуг представителя.

Судебная коллегия оценив сложность дела, фактический объем и качество оказанных представителем услуг, критерии разумности и справедливости, приходит к выводу об удовлетворении требований в полном объеме, посчитав соразмерной объему оказанных услуг и доказанной сумму25 000 руб.

Каких-либо доказательств несоответствия заявленной истцом ко взысканию суммы объему оказанных представителем услуг,ответчикомв материалы дела не представлено.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судебная коллегия по материалам дела не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда города Нижний Тагил Свердловской области от 27.03.2023 в части размера взысканной с Федерального казенного учреждения Следственный изолятор № 3 ГУФСИН России по Свердловской области в пользу ФИО1 задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда, судебных расходов, изменить.

Взыскать с Федерального казенного учреждения Следственный изолятор N 3 Главного управления Федеральной службы исполнения наказания по Свердловской области в пользу ФИО1 денежную компенсацию за работу в выходные и праздничные дни, а также в ночное время в размере 14 781 руб.44 коп. с удержанием при выплате НДФЛ, компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., судебные расходы в размере 25 000 руб.

В остальной части решение Ленинского районного суда города Нижний Тагил Свердловской области от 27.03.2023 оставить без изменения, апелляционные жалобы сторон – без удовлетворения.

Председательствующий Т.С. Иванова

Судьи Ж.А. Мурашова

Т.Е. Ершова