Судья Зуйченко К.Е. Дело № УК 22-954

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Калуга 14 августа 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Калужского областного суда в составе:

председательствующего судьи Прокофьевой С.А.,

судей Георгиевской В.В. и Чурикова А.В.,

при секретаре судебного заседания Беликовой И.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО1 – адвоката Игнатова А.С. на приговор Калужского районного суда Калужской области от 17 мая 2023 г., которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин <данные изъяты>, ранее не судимый,

осужден по ч.4 ст. 111 УК РФ к 9 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания постановлено исчислять с даты вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения в отношении осужденного до вступления приговора в законную силу оставлена в виде заключения под стражу.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей с 25 января 2022 г. до момента вступления приговора в законную силу зачтено в срок отбывания наказания в виде лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

По делу разрешены гражданские иски потерпевших, с осужденного ФИО1 в пользу потерпевшей ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в размере <данные изъяты> рублей, в пользу потерпевшей ФИО3 в размере <данные изъяты> рублей.

Приговором решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Георгиевской В.В., объяснения осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Игнатова А.С., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Богинской Г.А. и потерпевших ФИО2 и ФИО3, возражавших против доводов стороны защиты и полагавших оставить приговор без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛ

А:

ФИО1 признан виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенном с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшего ФИО8

Преступление совершено им 24 января 2023 года в <адрес> при обстоятельствах, установленных в приговоре.

Свою вину осужденный ФИО1 признал частично.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО1 – адвокат Игнатов А.С. просит приговор отменить, передать уголовное дело на новое судебное разбирательство, указывая на существенное нарушение уголовно-процессуального закона, несправедливость приговора вследствие чрезмерной суровости назначенного наказания, а также на то, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным в судебном заседании.

Автор жалобы полагает, что суд не учел такие смягчающие обстоятельства, как противоправный (аморальный) характер действий потерпевшего, несмотря на то, что ФИО8 избил ФИО1 непосредственно перед совершением преступления, и именно это явилось причиной конфликта. При этом суд ссылается на это доказательство в приговоре. В судебном заседании было установлено, что именно своими действиями ФИО8 оскорбил ФИО1, задел его честь и достоинство.

В жалобе указывается на то, что суд не учел в качестве смягчающего обстоятельства оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, связанной с вызовом скорой медицинской помощи, необоснованно сославшись на то, что скорая помощь была вызвана другими лицами, что противоречит показаниям свидетеля ФИО6, который по его просьбе вызвал скорую помощь. Доводы суда о том, что ФИО1 мешал оказанию медицинской помощи, искажены, так как ФИО1 утверждал, что пытался оказать медицинскую помощь сам, исходя из бытовых представлений об этом.

Из приговора суда адвокату неясно, какие смягчающие вину обстоятельства со ссылкой на конкретные пункты ст. 61 УК РФ применены при вынесении приговора.

Кроме этого адвокат указывает, что исходя из характера взаимоотношений осужденного и потерпевшего, их дружбы, принесенных им извинений перед родственниками ФИО8 и содержания этих извинений, взысканные суммы в пользу потерпевших являются чрезмерно высокими и подлежат уменьшению.

Адвокат приводит показания своего подзащитного, делает вывод о том, что очевидцев произошедшего нет, целенаправленного удара потерпевшему в руку он не наносил и не пытался ударить его в другие части тела. Размахивая ножом, Яценко всего лишь имитировал удары, опасаясь ФИО8, который своими действиями показал, что готов вступить в схватку с ФИО1 Ранение произошло в результате того, что потерпевший попытался сделать захват ФИО1 в ходе возникшей борьбы. При этом рука не является жизненно важным органом.

Адвокат указывает, что в своих выводах эксперт не исключает возможности повреждения потерпевшего при «самонанизывании», однако следственный эксперимент и ситуационная экспертиза по делу не проведены, что указывает на обвинительный характер действий следственного органа и неполноту расследования. Вопрос о том, каким именно способом ФИО8 получил повреждение, остался невыясненным, что в силу ч.ч. 3 и 4 ст. 14 УПК РФ должно толковаться в пользу ФИО1

Кроме этого, адвокат указывает, что на момент оглашения приговора 17 мая 2023 г. в 17 часов 20 минут в электронной интернет-версии печатного издания СМИ уже в 16 часов 31 минуту 17 мая 2023 г. была опубликована статья о вынесенном приговоре с указанием срока назначенного наказания – 10 лет лишения свободы в колонии строгого режима, что соответствует наказанию, предложенному государственным обвинителем. Указанное обстоятельство, по мнению автора жалобы, свидетельствует о том, что средствами массовой информации была получена информация, однозначно указывающая на постановление обвинительного приговора до выхода суда из совещательной комнаты, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката государственный обвинитель по делу ФИО9 просит оставить ее без удовлетворения, а приговор – без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе и в выступлениях участников процесса, судебная коллегия находит приговор законным, обоснованным и справедливым, постановленным в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса РФ и основанным на правильном применении уголовного закона.

Вина осужденного ФИО1 в содеянном при указанных в приговоре обстоятельствах установлена в полном объеме в ходе судебного разбирательства совокупностью достоверных и допустимых доказательств, анализ которых подробно приведен в приговоре, в том числе, признательными показаниями самого осужденного о том, что ножевое ранение, от которого наступила смерть потерпевшего, было причинено его действиями, показаниями свидетелей ФИО16, ФИО17, ФИО7, ФИО14, ФИО5, ФИО4, ФИО6, ФИО11, ФИО13, заключениями судебных экспертиз, в том числе судебно-медицинской, установившей, что смерть ФИО8 наступила от колото-резаной раны задне-внутренней поверхности левого предплечья, в средней трети, с полным пересечением мышечных волокон локтевого сгибателя кисти, локтевого нерва, локтевой артерии и основной вены, осложнившейся развитием острой массивной кровопотери, что повлекло за собой наступление смерти, биологических экспертиз, установивших на одежде ФИО1 и на изъятом у него ноже следы крови ФИО8, протоколом осмотра изъятого у ФИО1 складного ножа, с длиной клинка 9,5 см.

Доводы осужденного о неосторожном причинении ножевого ранения потерпевшему ФИО8, аналогичные приведенным адвокатом в апелляционной жалобе, судом тщательно проверены и обоснованно отвергнуты по приведенным в приговоре основаниям.

В частности, они опровергаются показаниями очевидцев – свидетелей ФИО16, ФИО17, ФИО14, ФИО5, из которых следует, что ФИО8 убегал от ФИО1, а тот преследовал его с ножом в руке.

Свидетель ФИО16 в своих показаниях поясняла, что убегавший ФИО8 разговаривал по телефону и сообщал своему собеседнику, что догоняющий его человек хочет его побить. ФИО1 по внешним признакам находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, кричал. ФИО8 пытался успокоить преследователя, но тот продолжал идти в его сторону, держа нож за рукоятку, направив лезвие вперед. ФИО8 уходил от мужчины по парковке, потом остановился под балконами возле <адрес>, просил успокоиться ФИО1, ничего угрожающего в его поведении не было, ФИО1 подошел к нему, ФИО8 развел руки и сказал: «Ну давай, ну что ты, давай». ФИО1 стал размахивать рукой, в которой ранее она видела у него нож, нанося ФИО8 удары. Она видела 3-4 взмаха рукой мужчины, который наносил ФИО8 удары, при этом после взмахов она видела у ФИО1 в руке нож, который тот держал острием в сторону ФИО8 ФИО8 обхватил ФИО1, они наклонились и скрылись за припаркованными машинами, после чего ФИО8 стал дальше уходить в сторону <адрес>, а ФИО1 продолжал его преследовать. После нанесенных ему ударов ФИО8 стал передвигаться медленно, как бы прихрамывая, одной рукой он держался то ли за бок, то ли за локоть.

Свидетель ФИО17 поясняла, что глаза у ФИО1 были агрессивными и будто стеклянными, он пошатывался, в руках у него был нож, который он держал прямым хватом в правой руке немного перед собой, рука его была чуть согнута в локтевом суставе, острие ножа было направлено немного вверх. В отличие от ФИО16, которая вышла из машины и наблюдала за происходящим, она из машины не выходила.

Свидетель ФИО14, который наблюдал за происшествием со своего балкона с расстояния около 10 метров, пояснил, что видел, как один молодой человек убегает от второго, при этом у догонявшего был в руке нож, они что-то кричали. Догонявший молодой человек держал нож в правой руке за рукоятку лезвием вперед.

Свидетель ФИО5 пояснила, что впереди на расстояния 50 метров от себя она заметила двух людей, один бегал за вторым, они находились на расстоянии 3-5 шагов друг друга. Они бежали со стороны <адрес> в сторону пешеходного перехода <адрес>, а затем в направлении <адрес> через проезжую часть по пешеходному переходу. Убегавший молодой человек просил о помощи, кричал, выбежал на проезжую часть дороги <адрес>, поднял руки вверх, стал тормозить машины, она увидела, что у него с руки на проезжую часть капает кровь. Догонявший мужчина на проезжую часть не выходил.

Доводы стороны защиты о неосторожном характере причинения ножевого ранения опровергаются заключением судебно-медицинской экспертизы, которым установлено направление обнаруженного при экспертизе трупа ФИО8 раневого канала: снизу вверх (при опущенной вниз левой руке) и длина раневого канала – около 14 см, само повреждение представляет из себя колото-резаную рану задне-внутренней поверхности левого предплечья, в средней трети, с полным пересечением мышечных волокон локтевого сгибателя кисти, локтевого нерва, локтевой артерии и основной вены, заключением криминалистической экспертизы, которым установлено, что ножевой удар потерпевшему был причинен с достаточной силой, позволившей пробить пуловер и куртку потерпевшего, и не исключено, что он был причинен изъятым у ФИО1 ножом.

Исследовав и оценив эти и другие приведенные в приговоре доказательства в их совокупности, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства уголовного дела и обоснованно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 4 ст. 111 УК РФ. Оснований для иной правовой оценки действий осужденного не имеется.

Довод защитника со ссылкой на заключение комплексной судебно-медицинской (медико-криминалистической и биологической) экспертизы вещественных доказательств, не ответившей на вопрос о возможности или невозможности возникновения установленного у ФИО8 телесного повреждения при «самонанизывании», о неполноте предварительного следствия и судебного разбирательства, вследствие чего не было достоверно установлено, каким именно способом ФИО8 получил повреждение, судебная коллегия находит несостоятельным, поскольку совокупность доказательств, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре, позволила достоверно установить, что ФИО1 умышленно нанес ФИО8 удар ножом в область левого предплечья, причинив ему телесное повреждение, причинившее тяжкий вред его здоровью и повлекшее его смерть. Непроведение по делу следственного эксперимента и ситуационной экспертизы не влияет на выводы суда о достаточности представленных ему доказательств для правильного разрешения дела и установления фактических обстоятельств преступления.

Наказание осужденному назначено справедливое в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о его личности, смягчающих обстоятельств, в качестве которых судом учтены частичное признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья его матери, принесение извинений потерпевшим по делу, влияния назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи.

Учтены судом при назначении наказания и иные обстоятельства, заслуживающие внимания и повлиявшие на вид и размер наказания, а именно то, что ФИО1 не судим, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, на учете в наркологическом диспансере не состоит, амбулаторной психиатрической помощью не пользуется.

Предусмотренных законом оснований для признания иных обстоятельств смягчающими наказание осужденного, в том числе противоправности и аморальности поведения потерпевшего, явившегося поводом к совершению преступления, как на то указывает в апелляционной жалобе защитник осужденного, у суда не имелось, не находит таковых и судебная коллегия, поскольку данные обстоятельства не подтверждаются материалами дела.

Из смысла закона следует, что аморальное поведение потерпевшего состоит в нарушении моральных норм и правил поведения в обществе, что спровоцировало совершение преступления. Аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, может быть признана судом смягчающим наказание обстоятельством в случае установления наличия двух элементов, а именно: факта аморального поведения ("вины") потерпевшего и, во-вторых, провоцирующего влияния его на преступное поведение виновного. В соответствии с законом поведение потерпевшего должно быть не просто девиантным, отклоняющимся от нормы, а именно аморальным, чего по делу не установлено.

Из приговора следует, что мотивом преступления, совершенного ФИО1 в отношении ФИО8, суд признал внезапно возникшую личную неприязнь.

Сам осужденный, вопреки утверждению адвоката, пояснял, что не помнит причину и обстоятельства ссоры, а после того, как потерпевший, с его слов, разбил ему лицо, а за что, он не помнит, и стал убегать, он предпринял попытку догнать его и решить конфликт, полагая, что тот задел его честь и достоинство и провоцировал его.

Между тем данных о том, что именно потерпевший спровоцировал ссору с ФИО1, целенаправленно его оскорбил или первым нанес тому удары, материалы дела не содержат, а сам факт ссоры между ними перед совершением преступления с учетом того, что в поведении ФИО8 очевидцы ФИО16, ФИО14 и ФИО5 ничего угрожающего не увидели, смягчающим обстоятельством, предусмотренным п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ, не является.

При таких обстоятельствах оснований для признания поведения потерпевшего ФИО8 противоправным и аморальным, явившимся поводом для преступления, судебная коллегия, как и суд первой инстанции, не находит.

Доводы защитника о необходимости признания смягчающим обстоятельством оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, связанной с вызовом скорой медицинской помощи, судом первой инстанции проверены и обоснованно отвергнуты по приведенным в приговоре основаниям.

Как правильно указано судом, скорая помощь была вызвана на место происшествия иными лицами. Из материалов дела следует, что 24 января 2023 г. дежурными ОП № УМВД России по <адрес> зафиксировано семь сообщений о нападении на ФИО8 и о причинении ему ранения, которые поступили по телефонам экстренных служб в 22 часа 26 минут от ФИО15, в 22 часа 30 минут от ФИО5, в 22 часа 33 минуты от ФИО6 ( на которого в жалобе ссылается адвокат), в 22 часа 34 минуты от ФИО10, в 22 часа 46 минут и 23 часа 24 минуты со станции скорой помощи, в 23 часа 06 минут от ФИО12

Обосновано судом установлено и то, что ФИО1 мешал врачам скорой помощи оказывать ФИО8 медицинскую помощь. Данный вывод подтверждается показаниями свидетелей ФИО11, ФИО6, ФИО16, ФИО7

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью и поведением ФИО1 во время и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, суд первой инстанции не установил, в связи с чем сделал обоснованный вывод об отсутствии оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, а также ст. 73 УК РФ.

Правомерно не было установлено судом и оснований для изменения категории совершенного преступления на менее тяжкую.

Вывод суда о необходимости отбывания наказания осужденным только в условиях изоляции от общества в приговоре мотивирован. С такой мотивировкой соглашается и суд апелляционной инстанции.

При таких обстоятельствах оснований для признания назначенного осужденному ФИО1 наказания несправедливым и для его смягчения у судебной коллегии не имеется.

Вид исправительного учреждения, где осужденному надлежит отбывать наказание, суд правильно определил в соответствии с требованиями п. «в» ч.1 ст. 58 УК РФ.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного, обоснованного и справедливого приговора, по настоящему делу не допущено.

Судебное следствие по уголовному делу проведено с достаточной полнотой и с соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, включая принципы состязательности и равноправия сторон, права на защиту и презумпции невиновности.

Судом созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Все доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты исследованы. Заявленные сторонами ходатайства разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Оснований считать, что судом при постановлении приговора была нарушена тайна совещательной комнаты, не имеется. Не свидетельствует об этом и приобщенная к апелляционной жалобе адвоката копия интернет- сообщения, со ссылкой на источник – прокуратуру <адрес>, о вынесенном приговоре «мужчине, который убил человека на <адрес>».

Вопреки доводам защитника, гражданские иски потерпевших разрешены судом в соответствии с требованиями ст. ст. 151, 1064, 1110 ГК РФ. При определении размера компенсации морального вреда, причиненного потерпевшим, суд руководствовался законом, требованиями о разумности и справедливости взыскания, учел конкретные обстоятельства дела, данные о личности осужденного, его семейное и материальное положение, степень нравственных страданий потерпевших ФИО2 и ФИО3 Оснований не согласиться с решением суда по гражданским искам не имеется.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, отмены либо изменения приговора не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А:

Приговор Калужского районного суда Калужской области от 17 мая 2023 г. в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Настоящее апелляционное определение вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев с момента его провозглашения, а осужденным ФИО1, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление на апелляционное определение подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10-401.12 УПК РФ.

Осужденный ФИО1 вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: