73RS0003-01-2025-001576-30
дело №2-1051/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
город Ульяновск 29 октября 2025 года
Железнодорожный районный суд города Ульяновска в составе:
судьи Николаец О.В.,
при секретаре судебного заседания Галицкой С.В.,
с участием помощника прокурора Железнодорожного района г. Ульяновска Исаева И.Д.,
рассмотрев в открытом судебном заседании, гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному учреждению здравоохранения Ульяновская областная клиническая больница о взыскании компенсации морального вреда,
установил:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ГУЗ Ульяновская областная клиническая больница о взыскании компенсации морального вреда.
Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ мужу истца - ФИО4 была проведена операция «<данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра врачом-хирургом ФИО4 высказал жалобы на <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 уже находился в тяжелом состоянии, его сознание было на уровне заторможенности. В связи с неэффективностью консервативного медикаментозного лечения принято решение о проведении срочной операция «<данные изъяты>». Послеоперационный диагноз: <данные изъяты>.
В рамках материала проверки СУСК Железнодорожного района города Ульяновска была проведена судебная экспертиза, которая выявила множество дефектов оказания медицинской помощи, во время нахождения ФИО4 на стационарном лечении в ГУЗ «УОКБ» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.
На основании изложенного, просит суд взыскать с ответчика денежные средства в размере 10 000 000 рублей, в качестве компенсации причиненного морального вреда, за ненадлежащее оказание медицинской помощи.
Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, надлежащим образом извещена о дне слушании дела.
Представитель истца ФИО1 – адвокат Вайс Р.И. исковые требования поддержала в полном объеме и настаивала на их удовлетворении. Просила взять за основу экспертизу, проведенную ГБУЗ «Бюро СМЭ» г.Оренбурга, поскольку именно данное заключение раскрыло наибольшее количество дефектов оказания медицинской помощи. В целом проведенная судебная экспертиза дублирует выводы экспертов города Оренбурга.
Представитель ответчика ГУЗ УОКБ по доверенности ФИО2 в судебном заседании с исковыми требованиями истца не согласилась, считает, что выявленные дефекты оказания медицинской помощи, установленные судебной медицинской экспертизой носят формальный характер и не могли повлиять на исход оказания медицинской помощи ФИО4, в связи с чем просила отказать в удовлетворении требований в полном объеме. К материалам дела приобщены письменные возражения на исковое заявление.
В заключение помощник прокурора Исаев И.Д. высказался, что отсутствуют основания для удовлетворения исковых требований.
Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.
Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Исходя из смысла части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации, во всех случаях, когда в том или ином суде разрешается спор и есть стороны, они должны быть процессуально равны, иметь равные права и возможности отстаивать свои интересы.
Анализ указанных норм позволяет сделать вывод о том, что суд в процессе состязательности не является инициатором и лишь разрешает предусмотренные законом вопросы, которые ставят перед ним участники судопроизводства, которые в рамках своих процессуальных прав обосновывают и доказывают свою позицию в конкретном деле.
Законом на суд не возлагается обязанность по собиранию доказательств и по доказыванию действительных обстоятельств дела, так как возложение такой обязанности приведет к тому, что он будет вынужден действовать в интересах какой-либо из сторон.
Из материалов дела следует, что ФИО1 и ФИО4 состояли в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ.
Данный факт подтверждается сведениями из Агентства ЗАГС Ульяновской области.
ФИО10., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ДД.ММ.ГГГГ поступил на плановое лечение в хирургическое отделение ГУЗ Ульяновская областная клиническая больница с диагнозом «<данные изъяты>
ДД.ММ.ГГГГ с <данные изъяты>, выполнена операция: «<данные изъяты>». В послеоперационном периоде пациент предъявлял жалобы на умеренные боли в области послеоперационной раны, умеренную слабость, состояние его оценивалось как удовлетворительное.
Примерно с <данные изъяты> часов ДД.ММ.ГГГГ (по данным записи осмотра от <данные изъяты> часов) у пациента появились жалобы на тошноту, рвоту застойным отделяемым. При объективном осмотре: живот симметричен, умеренно вздут, мягкий, участвует в акте дыхания, умеренно болезненный в области послеоперационной раны; симптомы раздражения брюшины не определяются, аускультативно-умеренные перистальтические волны. Проведена коррекция назначений, назначены лабораторно-инструментальные исследования, в том числе: ультразвуковое исследование органов брюшной полости, обзорная рентгенография органов брюшной полости, рентгенография органов брюшной полости с контрастированием сульфатом бария.
На <данные изъяты> часов ДД.ММ.ГГГГ состояние пациента оценивалось как тяжелое. Предъявлял жалобы на выраженную общую слабость, вздутие живота. При объективном осмотре: несколько заторможен, на вопросы отвечает правильно, живот - резко вздут, умеренно болезненный в области послеоперационной раны, симптомы раздражения брюшины не определяются. На <данные изъяты> часов ДД.ММ.ГГГГ состояние пациента тяжелое, предъявляет жалобы на общую слабость, вздутие живота, сухость во рту, сознание - несколько заторможен, адекватен, ориентирован, на вопросы отвечает правильно, живот резко вздут, болезненный в области послеоперационной раны, перитонеальные симптомы слабо положительные в нижних отделах. В связи с клиникой острой кишечной непроходимости, неэффективностью консервативного лечения, принято решение о проведении операции - <данные изъяты>.
ДД.ММ.ГГГГ, с <данные изъяты> часов, ФИО11 выполнена операция: «<данные изъяты>».
В послеоперационном периоде пациент находился в отделении реанимации и интенсивной терапии в тяжелом состоянии, был осмотрен пульмонологом, трансфузиологом, нефрологом, гравитационным хирургом. По результатам проведенных осмотров даны рекомендации по дальнейшему лечению и обследованию.
В <данные изъяты> часов ДД.ММ.ГГГГ проведена экстубация. На <данные изъяты> часов ДД.ММ.ГГГГ состояние пациента тяжелое, стабильное, в сознании. На <данные изъяты> часов ДД.ММ.ГГГГ состояние тяжелое, сознание ясное, поведение адекватное. В <данные изъяты> часов ДД.ММ.ГГГГ состояние пациента ухудшилось, зафиксирована остановка сердечной деятельности, начаты реанимационные мероприятия, которые не привели к восстановлению сердечного ритма.
В <данные изъяты> часов ДД.ММ.ГГГГ была констатирована смерть ФИО12
По мнению истицы, в результате ненадлежащего оказания медицинских услуг наступила смерть ФИО4
Считая свои права нарушенными, истица обратилась в суд с данным иском.
Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.
Базовым нормативно-правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».
Охрана здоровья граждан - система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).
Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Медицинская услуга - это медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение (пункт 4 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункт 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (пункт 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Согласно части 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
С целью решения вопросов, связанных с качеством оказания ФИО4 медицинской помощи, по делу была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам Бюджетного учреждения «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Чувашской Республики.
Согласно выводам, проведенной по делу комиссионной судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №, следует, что смерть ФИО13 ДД.ММ.ГГГГ года рождения наступила от <данные изъяты>: операция № от ДД.ММ.ГГГГ - «<данные изъяты>»; операция № от ДД.ММ.ГГГГ - «<данные изъяты>», проведена в связи с развившейся в раннем послеоперационном периоде (после операции №) <данные изъяты>.
Вывод о причине смерти подтверждается следующими объективными данными: <данные изъяты>
На этапе оказания медицинской помощи ФИО14 в ГУЗ Ульяновская областная клиническая больница, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, были допущены недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи:
А):
- в нарушение подпункта б) пункта 2.2. критериев, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 10.05.2017 № 203н "Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», в представленной медицинской карте стационарного больного отсутствует запись первичного осмотра пациента в приемном отделении или в профильном структурном подразделении;
- в нарушение подпункта в) пункта 2.2. критериев, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 10.05.2017 № 203н "Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», врачом приемного отделения или врачом профильного отделения не выставлен предварительный диагноз в течение двух часов с момента поступления пациента в медицинскую организацию;
- невыполнение клинических рекомендаций «<данные изъяты>», утвержденных Минздравом РФ в 2021 году - формулировка диагноза не соответствует ни одной из предложенных указанными клиническими рекомендациями классификаций;
- невыполнение «Клинических рекомендаций по диагностике, лечению и профилактике венозных тромбоэмболических осложнений (ВТЭО)», утвержденных в 2015 году - не оценен риск венозных тромбоэмболических осложнений с учетом оценки статуса пациента и характера предстоящего оперативного лечения (экспертная комиссия считает важным отметить, что несмотря отсутствие определения степени риска ВТЭО, пациенту своевременно были назначены механический (тугая эластичная компрессия нижних конечностей) и фармакологический (ФИО3) методы профилактики тромбоэмболических осложнений);
- невыполнение клинических рекомендаций «<данные изъяты>», утвержденных Минздравом РФ в 2021 году - в послеоперационном периоде (после операции от ДД.ММ.ГГГГ по поводу острой кишечной непроходимости) не проводилось контрольное ультразвуковое исследование органов брюшной полости с целью оценки динамики восстановления функции тонкой кишки и наличия выпота в брюшной полости.
Указанные в пункте А) недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи, в силу своего характера, с учетом установленной причины смерти, не явились причиной и не оказали влияния на развитие неблагоприятного исхода (смерти ФИО15.), потому, в причинно-следственной связи с неблагоприятным исходом не состоят.
Б):
- невыполнение клинических рекомендаций «<данные изъяты>», утвержденных Минздравом РФ в 2021 году - после операции от ДД.ММ.ГГГГ по поводу <данные изъяты>, несмотря на наличие у пациента показаний для этого (<данные изъяты>).
Указанный в пункте Б) недостаток (дефект), оказания медицинской помощи, мог способствовать развитию <данные изъяты>, однако, с учетом формирования в ходе оперативного лечения <данные изъяты>) и установленной причины смерти, не оказал влияния на развитие неблагоприятного исхода (смерти пациента) и не явился его причиной, потому, в прямой причинно-следственной связи с неблагоприятным исходом не состоит.
В остальном медицинская помощь ФИО16 оказывалась правильно, в соответствии с: - Порядком оказания медицинской помощи по профилю «хирургия», утвержденному приказом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ N 922н "Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю "хирургия"; клиническими рекомендациями «<данные изъяты>», утвержденными Минздравом РФ в 2021 году; - клиническими рекомендациями «<данные изъяты>», утвержденными Минздравом РФ в 2021 году.
Экспертная комиссия считает важным отметить, что несмотря на сложность диагностики <данные изъяты>, это состояние было заподозрено и подтверждено проведенными инструментальными исследованиями, решение об оперативном лечении резвившейся <данные изъяты> принято (и операция проведена) при сохранении признаков <данные изъяты>, в установленные сроки.
Экспертной комиссией установлено, что выявленные на этапе оказания медицинской помощи ФИО17 в ГУЗ Ульяновская областная клиническая больница, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи не явились причиной и не оказали влияния на развитие неблагоприятного исхода (смерти ФИО18 потому, в причинно-следственной связи с неблагоприятным исходом не состоят. Следовательно, отсутствие выявленных недостатков (дефектов) при оказании медицинской помощи ФИО19 в ГУЗ Ульяновская областная клиническая больница, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, не гарантировало бы благоприятного исхода.
Оценивая указанную экспертизу в совокупности с материалами дела и позициями лиц, участвующих в деле, суд приходит к выводу, что медицинская помощь ГУЗ УОКБ оказана правильно, в соответствии с порядком оказания медицинской помощи по профилю «хирургия», в соответствии с действующими нормативными актами, но допущены дефекты оказания медицинской помощи.
Указанные дефекты оказания медицинской помощи, не смотря на то, что не явились причиной и не оказали влияние на развитие неблагоприятного исхода, то есть смерти ФИО4, причинили моральный вред, выразившийся в физических и нравственных страданий, связанных с потерей близкого человека. В результате случившегося, истица бесспорно испытывала и по настоящее время испытывает нравственные переживания.
Одним из способов защиты гражданских прав, предусмотренных статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, является компенсация причиненного морального вреда.
Частью 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» разъясняется, что моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях, в том числе, в связи с утратой родственников.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 4 указанного Постановления Пленума, объектом неправомерных посягательств являются по общему правилу любые нематериальные блага (права на них) вне зависимости от того, поименованы ли они в законе и упоминается ли соответствующий способ их защиты.
В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» даны разъяснения о том, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.
Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Суд в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Как разъяснено в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).
В пункте 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.
В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 30 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
Руководствуясь нормами действующего законодательства, указанным выше принципом, требованиями разумности и справедливости, учитывая установленные по делу обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, в том числе невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, в соответствии с порядком оказания медицинской помощи и (или) стандартами медицинской помощи, нарушения оформления медицинской документации, которые конкретно указаны выше, суд полагает, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, и с ГУЗ УОКБ надлежит взыскать компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.
В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.
В силу статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ГУЗ «УОКБ» надлежит взыскать в доход местного бюджета госпошлину в размере 3000 рублей.
руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.
Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения Ульяновская областная клиническая больница (ОГРН № в пользу ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации №) компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.
Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения Ульяновская областная клиническая больница в доход местного бюджета госпошлину в размере 3000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований, отказать.
Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Железнодорожный районный суд города Ульяновска, в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.
Судья О.В. Николаец