УИД №74RS0046-01-2023-002539-43
Дело № 2-2/2025
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
05 февраля 2025 года город Озерск
Озерский городской суд Челябинской области в составе:
председательствующего судьи Медведевой И.С.
при секретаре Потаповой Е.Р.
с участием представителя истца ФИО1, помощника прокурора Капленко Н.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2, ФИО4 к Федеральному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Клиническая больница №71 Федерального медико-биологического агентства» о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Первоначально ФИО2 обратилась в суд с исковыми требованиями к Федеральному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Клиническая больница №71 Федерального медико-биологического агентства» (далее по тексту – ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России, ответчик) о компенсации морального вреда в размере 3 000 000 руб., о возмещении расходов по оплате государственной пошлины 300 руб. (том 1 л.д. 5-13).
Впоследствии ФИО2 предъявила исковые требования к ответчику – Муниципальному учреждению «Поисково-спасательная служба Озерского городского округа» (далее по тексту – МУ «ПСС Озерского городского округа»), полагая о том, что этот ответчик своевременно не передал поступивший вызов на номер <***> на станцию скорой помощи (том 1 л.д. 118-121).
В обоснование исковых требований ФИО2, указала, что 20 июля 2023 года скоропостижно скончался ее отец ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Причинами смерти в документах указаны <>, <>. Истец полагает, что причиной смерти ее отца могли стать дефекты оказания ему медицинской помощи, как при вызове скорой помощи, так и в период нахождения в стационаре <>, откуда он был выписан незадолго до смерти (ДД.ММ.ГГГГ).
ФИО4 обратилась в суд с исковым заявлением к ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России, «ПСС Озерского городского округа» о компенсации морального вреда в размере 3 000 000 руб. в солидарном порядке (том 2 л.д.95-98).
В обоснование исковых требований указала, что 20 июля 2023 года скоропостижно скончался ее супруг ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, который вместе с ней находился на садовом участке. Скорая длительное время по вызову не приезжала, реанимационные действия, которые проводили она и сын ФИО5, оказались безрезультатными. Причинами смерти в медицинских документах указаны - <>. Истец полагает, что причиной смерти ее супруга могли стать дефекты оказания ему медицинской помощи, как при вызове скорой помощи, так и в период нахождения в стационаре <>, откуда он был выписан незадолго до смерти (ДД.ММ.ГГГГ).
Определением судьи от 21 сентября 2023 года к участию в деле в порядке ст. 43 ГПК РФ третьим лицом, не заявляющим самостоятельных исковых требований, привлечен Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Челябинской области (том 1 л.д. 2-3).
Протокольным определением от 25 октября 2023 года к участию в деле в порядке ст. 43 ГПК РФ третьими лицами, не заявляющими самостоятельных исковых требований, привлечены врачи ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России ФИО6 и ФИО7 (том 1 л.д. 79-81).
Протокольным определением от 14 декабря 2023 года по ходатайству представителя истицы ФИО2 и с согласия сторон в порядке ст. 43 ГПК РФ к участию в деле третьим лицом, не заявляющим самостоятельных исковых требований, привлечен ФИО5 (сын умершего) (том 2 л.д.106-108).
Протокольным определением от 18-30 января 2024 года по ходатайству представителя истца ФИО2 - ФИО1 произведена замена ненадлежащего ответчика «ПСС Озерского городского округа» на ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России, в соответствии со ст. 41 ГПК РФ (том 2 л.д. 176).
В судебное заседание истица ФИО2 не явилась, извещена (том 4 л.д. 193), ее представитель ФИО1 (полномочия в доверенности том 1 л.д.75) исковые требования поддержал. Просил учесть, что ответчик ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России не осуществил оплату назначенной по делу судебно-медицинской экспертизы, тем самым, уклонился от ее проведения и обстоятельства, для проверки которых она была назначена, считаются установленными.
Истец ФИО4 в судебное заседание не явилась, извещена (том 4 л.д. 203).
Представитель ответчика ФГБУЗ КБ №71 ФМБА в судебное заседание не явился, извещен (том 4 л.д. 194), представил письменный отзыв (том 1 л.д.151-155), дополнения к нему (том 2 л.д. 127).
Ранее в судебных заседаниях представитель ответчика ФИО8 (полномочия в доверенности том 2 л.д. 141) против исковых требований возражал, пояснив следующее. ФИО3 более пяти лет самостоятельно наблюдался у <> с диагнозом – <>). 29 июня 2023 года он обратился за медицинской помощью в связи с ухудшением состояния здоровья, был осмотрен фельдшером бригады скорой медицинской помощи. После сбора жалоб ему было рекомендовано обратиться к лечащему врачу для коррекции терапии. Впоследствии самостоятельно обратился к участковому терапевту, после чего был направлен в пульмонологическое отделение, куда поступил в тот же день 29 июня 2023 года. Находился на стационарном лечении по 10 июля 2023 года. Все необходимое лечение получал в полном объеме. В исходе лечения выписан с улучшением. При обращении на скорую помощь ДД.ММ.ГГГГ установлено принятие вызова в 10:47, передача вызова 10:54, выезд бригады в 10:55, прибытие на вызов в 11:10. Биологическая смерть зафиксирована в 11:15. Смерть обусловлена <> и наступила ДД.ММ.ГГГГ. Считает, что медицинская помощь, как на амбулаторном этапе, так и на этапе стационарного лечения оказывалась ФИО3 в полном объеме, в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, стандартами медицинской помощи.
Третье лицо ФИО5 в судебное заседание не явился, извещался надлежащим образом по месту регистрации и проживания, судебная корреспонденция возвращена с указанием причины: «Истек срок хранения» (том 4 л.д.200).
Ранее в судебном заседании ФИО5 исковые требования как ФИО2, так и ФИО4 поддержал. Пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ ему на телефон позвонила мать ФИО4 и сообщила о том, что отец лежит в саду на земле без сознания, попросила вызвать скорую помощь. Он незамедлительно выехал в сад, по дороге позвонил по телефону <***>, сообщил о состоянии отца и попросил направить бригаду скорой помощи. Заявка была принята, через несколько минут ему перезвонил диспетчер. Женщина уточнила жалобы пациента, вызов приняла, однако уточнила, что свободных бригад в настоящее время не имеется и необходимо время для их прибытия. Когда он приехал в сад, отец лежал на земле без сознания, они с матерью попытались провести реанимационные действия (массаж сердца), однако безрезультатно. Через достаточно длительное время приехала скорая помощь, зафиксировала смерть.
Как пояснил ФИО5, при жизни его отец не страдал заболеваниями сердца, считает, что имелись дефекты в оказании помощи, как при нахождении в стационаре, так и с момента прибытия бригады скорой помощи.
Третье лицо ФИО7 в судебное заседание не явилась, извещалась надлежащим образом по адресу регистрации и проживания, судебная корреспонденция возвращена с указанием причины: «Истек срок хранения» (том 4 л.д. 198).
Ранее в судебном заседании 14 декабря 2023 года ФИО7 пояснила, что работает в ФБУЗ КБ №71 ФМБА России <>. В ее должностные обязанности входит организация работы отделения. ДД.ММ.ГГГГ от диспетчера службы <***> поступил звонок о вызове в СНТ в пределах города Озерска бригады мужчине, находившемуся без сознания. Вызов был принят, ориентировочно через 15-20 минут карета скорой помощи прибыла в сад, зафиксировала смерть ФИО3 Со слов врача, на теле имелись признаки биологической смерти, кожные покровы были синие, подсыхающая роговица глаза. Реанимационные действия не производились, необходимости в этом не было (том 2 л.д. 106-108).
Третье лицо ФИО10 в судебное заседание не явилась, извещалась надлежащим образом по адресу регистрации и проживания, судебная корреспонденция возвращена с указанием причины: «Истек срок хранения» (том 4 л.д. 196).
Ранее в судебном заседании 14 декабря 2023 года ФИО10 пояснила, что работает <> в ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России. Пациент ФИО3 поступил в отделение экстренно 29 июня 2023 года с диагнозом - обострение <>. Жаловался на отдышку. Лечение проводилось согласно его заболеванию, обострение было снято и он выписан с улучшениями. Клинических признаков заболевания сердца не было. ФИО9 на сердце не жаловался, признаки декомпенсации отсутствовали. По всем имеющимся заболеваниям пациент получал консультацию узких специалистов. Считает, что ФИО9 в период нахождения в <> была оказана вся необходимая медицинская помощь и лечение (том 2 л.д. 106-108).
Представитель третьего лица ФМБА России в судебное заседание не явился, извещен (том 4 л.д.199), ранее направил отзыв на исковое заявление, в котором просил в исковых требованиях отказать (том 1 л.д. 64-67).
Представитель третьего лица – Территориальный фон обязательного медицинского страхования Челябинской области в судебное заседание не явился, извещен (том 4 л.д.201), в отзыве отразил, что по результатам проведенного экспертного контроля на основании выявленных нарушений в отношении допустившей их медицинской организации финансовые санкции применяются со стороны страховой медицинской организации. Медицинская помощь, оказанная ФИО9 на стационарном этапе в ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России была оплачена на счет средств Федерального фонда обязательного медицинского страхования (том 1 л.д. 102-103).
Помощник прокурора ЗАТО г.Озерск Челябинской области Капленко Н.Н. в заключении полагала исковые требования о компенсации морального вреда обоснованными и подлежащими удовлетворению, с учетом принципа разумности и справедливости.
Выслушав стороны, исследовав материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора, суд находит исковые требования ФИО2, ФИО4 подлежащими частичному удовлетворению.
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).
Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В статье 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации (часть первая статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».
Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части второй статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части второй и третьей статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Основания, порядок, объем и характер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также круг лиц, имеющих право на такое возмещение, определены главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1064 - 1101).
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
В объем возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, входит, в том числе компенсация морального вреда (параграф 4 главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Из изложенного следует, что в случае причинения работниками медицинской организации вреда жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи медицинская организация обязана возместить причиненный вред лицу, имеющему право на такое возмещение.
Необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинской организации за причиненный при оказании медицинской помощи вред являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства (порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинской организации (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда - медицинского учреждения или его работников.
Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и причиненным вредом, в том числе моральным, означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде причиненного потерпевшему вреда. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только прямую причинную связь. Характер причинной связи может влиять на размер подлежащего возмещению вреда.
По материалам дела установлено, что истец ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является дочерью ФИО3 (том 1 л.д. 30), истец ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения – супругой (том 2 л.д.104).
В период с 29 июня 2023 года по 10 июля 2023 года ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (71 год) находился на стационарном лечении в <> ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России с основным диагнозом: <> (том 1 л.д. 16-17). Поступил после осмотра врачом приемного отделения, высказывал жалобы на одышку, малопродуктивный кашель. Выписан с улучшением 10 июля 2023 года под наблюдение пульмонолога, кардиолога.
Из ответа поисково-спасательной службы на запрос суда следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 10:36:43 с телефона № был принят звонок от заявителя ФИО5 о том, что его отец ФИО3, находясь в СНТ «Боровинка», потерял сознание, нуждается в медицинской помощи. ДД.ММ.ГГГГ в 10:40:33 оператор окончил опрос заявителя и для экстренного реагирования направил в службу скорой медицинской помощи «03» по системе «<***>» унифицированную карточку информационного обмена №.
Оператор системы «<***>» убедился о том, что диспетчер скорой помощи просмотрела карточку ДД.ММ.ГГГГ в 10:40:55 (том 1 л.д. <***>-113).
Согласно карте вызова станции скорой медицинской помощи, вызов к пациенту ФИО3 в сад «Боровинка» принят (с телефона <***>) ДД.ММ.ГГГГ в 10:47, передан 10:54, выезд бригады 10:55, прибытие на вызов 11:10. По прибытии зафиксирована смерть, причина не ясна (том 1 л.д.76-77).
ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 умер (том 1 л.д. 19).
В справке о смерти ФИО9 причинами указаны: <> (том 1 л.д. 20).
Согласно акту судебно-медицинского исследования трупа № от 21 июля 2023 года, смерть ФИО3 обусловлена <> и наступила ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 164-166).
В соответствии с экспертным заключением от 28 августа 2023 года (проверяемый период с 29 июня 2023 года по 10 июля 2023 года), выявлены дефекты оказания медицинской помощи: код 3.2.1 – невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартом медицинской помощи, не повлиявшие на состояние здоровья застрахованного лица. Заверительная часть: отсутствует необходимые исследования для назначения лечения согласно клиническим рекомендациям, нарушены ребрификация диагноза (том 1 л.д. 149-150).
В соответствии с заключением по результатам экспертизы качества медицинской помощи от 31 августа 2023 года (проверяемый период 20 июля 2023 года), при экспертизе карты вызова выявлены нарушения: код 3.2.1 – в соответствии с приказом МЗ РФ от 05 июля 2016 года №454н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при внезапной сердечной смерти» не проведена регистрация ЭКГ, не корректно сформулирован диагноз. Выявленные нарушения не могли повлиять на состояние пациента.
При осмотре достоверные признаки биологической смерти в выводах судмедэксперта: наличие бляшек в коронарных артериях почти полностью сужающих их просвет. Отек легких и головного мозга (том 1 л.д.105-106).
Согласно экспертному заключению (протоколу), основной паталогоанатомический – <>. Выявлены нарушения: сбор информации (опрос, физикальное обследование, лабораторные и инструментальные исследования), по случаю оказания медицинской помощи с 20 июля 2023 года по 20 июля 2023 года КСГ отсутствует, при обследовании не выполнена регистрация ЭКГ, что является нарушением приказа МЗ РФ от 05 июля 2016 года №454н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при внезапной сердечной смерти». Диагноз «Зафиксирована смерть в 11:15 ДД.ММ.ГГГГ» сформулирован не корректно (том 1 л.д. 107-108).
В обоснование своих требований истцы ссылаются на дефекты оказания медицинской помощи ФИО3, умершему ДД.ММ.ГГГГ, как при вызове скорой помощи, так и в период его нахождения в стационаре <>.
Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием ответчику необходимо доказать надлежащее исполнение принятых на себя обязательств по оказанию качественной медицинской помощи, и, как следствие, отсутствии вины в оказании медицинской помощи с дефектами, повлекшими смерть пациента.
Определением суда от 30 января 2024 года по делу была назначена судебно-медицинская экспертиза, оплата которой в равных долях возложена на истцов (том 2 л.д. 179-189). Данная экспертиза проведена, истцами оплачена (том 3 л.д. 1-62).
Определением суда от 30 июля 2024 года по делу была назначена повторная судебно-медицинская экспертиза, оплата которой в размере 70 000 руб. возложена на ответчика ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России (том 4 л.д. 62-78).
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда (дело №) от 22 октября 2024 года определение Озерского городского суда от 30 июля 2024 года оставлено без изменения (том 4 л.д. 170-179).
На дату рассмотрения дела по существу – 05 февраля 2025 года ответчик экспертизу не оплатил, денежные средства на депозитный счет, в соответствии с ч.1 ст. 96 ГПК РФ, не внес. Материалы дела доказательств обратного не содержат. Представитель ответчика, будучи заблаговременно уведомленным, в судебное заседание не явился, пояснений относительно оплаты судебной экспертизы, не дал.
В силу ч. 3 ст. 79 ГПК РФ при уклонении стороны от участия в экспертизе, непредставлении экспертам необходимых материалов и документов для исследования и в иных случаях, если по обстоятельствам дела и без участия этой стороны экспертизу провести невозможно, суд в зависимости от того, какая сторона уклоняется от экспертизы, а также какое для нее она имеет значение, вправе признать факт, для выяснения которого экспертиза была назначена, установленным или опровергнутым.
Поскольку ответчик, несмотря на вступившее в законную силу определение суда о назначении по делу судебно-медицинской экспертизы и возложенной обязанности по ее оплате, свои обязательств не исполнил, исходя из обстоятельств дела, суд приходит к выводу, что факт, для выяснения которого она была назначена, является установленным.
В силу п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года №17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере).
Ответчик, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не доказал исполнение принятых на себя обязательств по оказанию качественной медицинской помощи пациенту ФИО3, отсутствие вины в оказании медицинской помощи с дефектами, повлекшими смерть пациента.
Проанализировав представленные в дело доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России в нарушение требований приказа Министерства Здравоохранения РФ от 05 июля 2016 года №454н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при внезапной сердечной смерти» пациенту ФИО3 не была проведена регистрация ЭКГ, не корректно сформулирован диагноз, не проведены необходимые исследования для назначения лечения согласно клиническим рекомендациям, нарушена ребрификация диагноза.
В период стационарного лечения, а именно, 29 июня 2023 года, в первичном осмотре не было отражено осложнение основного заболевания: ДН, 04 июня 2023 года и 06 июня 2023 года – нет дневниковых записей, за 11 койко-мест нет ни одного этапного, совместного осмотра с зав.отделением или зам главного врача, нет обоснования назначения лабораторных и инструментальных исследований и их интерпретации в дневниковых записях, нет контрольных ОАК, СРБ в динамике лечения (том 2 л.д. 82-87). Суд считает установленным, что ответчиком были допущены дефекты оказания медицинской помощи ФИО3 и при вызове скорой помощи, что подтверждается, помимо вышеприведенных доказательств, как пояснениями третьего лица ФИО7 в судебном заседании 14 декабря 2024 года, обосновавшей длительность прибытия к пациенту нехваткой кадров и отсутствием свободных карет скорой помощи, так и прослушенной аудиозаписью фиксации вызова скорой помощи (том 2 л.д. 106-108).
Кроме этого, согласно выводам комиссии ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России в протоколе №22 от 14 августа 2023 года заседания ВК, временной интервал от момента приема вызова до момента прибытия бригады скорой медицинской помощи к ФИО3 составил 23 минуты, что не соответствует требованиям приказа Минздрава России от 20 июня 2013 года N 388н "Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи". Данная задержка обусловлена сложившейся оперативной ситуацией на тот момент, которая зависит от недоукомплектованности штата медицинского персонала по независящим от сотрудников отделения скорой медицинской помощи причинам (том 2 л.д.128-131).
Как следует из отзыва Федерального Фонда обязательного медицинского страхования, пациенту ФИО3 была оказана специализированная медицинская помощь в рамках базовой программы обязательного медицинского страхования в стационарных условиях учреждения с период с 29 июня 2023 года по 10 июля 2023 года. По результатам проведенной экспертизы по случаю оказания пациенту специализированной медицинской помощи выявлены нарушения, соответствующие коду нарушений/дефектов: 3.2.1 «Невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств соответствии в порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, в том числе по результатам проведенного диспансерного наблюдения, рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, данных медицинскими работниками национальных медицинских исследовательских центров в ходе консультаций/консилиумов с применением телемедицинских технологий: не повлиявшие на состояние здоровья застрахованного лица»: не повлиявшие на состояние здоровья застрахованного лица» приложения №5 к Правилам обязательного медицинского страхования, утвержденным приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 28 февраля 2019 года №108н. По выявленным нарушениям к учреждению будут применены финансовые санкции (том 2 л.д. 79-80).
Совокупность доказательств по делу позволяет суду сделать вывод о том, что медицинскими работниками ФГБУЗ КБ №71ФМБА вопреки доводам ответчика об обратном, ФИО3 была оказана медицинская помощь ненадлежащего качества, как следствие, нарушены личные неимущественные права истцов на родственные и семейные связи, на семейную жизнь, а также повлекло причинение каждому из них нравственных страданий (морального вреда). Вышеуказанное свидетельствует о непринятии медицинским учреждением всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода.
Законодатель, закрепив в статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации общие правила компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении случаев, когда допускается такая компенсация.
При этом согласно пункту 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации нематериальные блага защищаются в соответствии с этим кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.
В силу разъяснений, содержащихся в п. 49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.
Суд, исходя из установленных по настоящему делу обстоятельств и представленных доказательств, применительно к вышеприведенным нормам действующего законодательства, регулирующим спорные правоотношения, приходит к выводу о наличии правовых оснований для возложения на ФГБУЗ КБ №71 обязанности по компенсации истцам морального вреда, связанного с ненадлежащим оказанием медицинской помощи пациенту ФИО3 Суд усматривает основания, влекущие удовлетворение требований истцов к ФГБУЗ КБ №71 о компенсации морального вреда.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание фактические обстоятельства дела, характер и степень причиненных истцам нравственных страданий, тот факт, что потеря отца и супруга в возрасте 71 год, безусловно, причинила им нравственные страдания, явилась невосполнимой утратой. ФИО3 и ФИО4 состояли в браке с ДД.ММ.ГГГГ (49 лет на дату смерти), дочь ФИО2 поддерживала с отцом и с матерью тесные родственные связи, они активно участвовали в жизни друг друга, оказывали взаимную поддержку, обеспечивали максимально комфортное существование, с учетом состояния здоровья ФИО3 Во время нахождения ФИО3 в пульмонологии и супруга и дочь посещали отца, ухаживали за ним, переживали за состояние здоровья. Вследствие смерти близкого человека было нарушено личное неимущественное право истцов на родственные и семейные связи; в связи с утратой отца и супруга они испытали сильные нравственные переживания, повлекшие за собой изменение привычного уклада и образа жизни, смертью ФИО3 была нарушена целостность семьи истцов и семейных связей.
Также суд учитывает степень вины ответчика ФГБУЗ КБ №71, сотрудниками которых допущены дефекты при оказании медицинской помощи ФИО3, требования разумности и справедливости. Суд учитывает обязанность ответчиков в силу закона организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи, обеспечивать организацию охраны здоровья граждан: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий, приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи, доступность и качество медицинской помощи, недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.
Исходя из чего, определяет размер компенсации морального вреда в пользу каждого из истцов в размере 200 000 руб. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в заявленной истцами сумме не усматривается. В остальной части требования о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.
Суд полагает, что определенный размер компенсации отвечает признакам справедливого вознаграждения потерпевших за перенесенные страдания, учитывая, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения.
Согласно ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.
Истцами при подаче иска в суд оплачена госпошлина по 300 руб. каждым (том 1 л.д. 14, том 2 л.д. 100).
В силу п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении: иска неимущественного характера (например, о компенсации морального вреда).
Учитывая, что исковые требования истцов удовлетворены частично, с ответчика в их пользу подлежат взысканию расходы по оплате госпошлины в размере 300 руб. каждому.
Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО2, ФИО4 к Федеральному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Клиническая больница №71 Федерального медико-биологического агентства» о компенсации морального вреда – удовлетворить частично.
Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Клиническая больница №71 Федерального медико-биологического агентства» в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт №), а также в пользу ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт №) в счет компенсации морального вреда по 200 000 руб. каждому, всего 400 000 руб., расходы по госпошлине по 300 руб. каждому.
В остальной части исковых требований о компенсации морального вреда ФИО2, ФИО4, отказать.
Решение суда может быть обжаловано в течение месяца в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Озёрский городской суд Челябинской области.
Председательствующий И.С. Медведева
Мотивированное решение изготовлено 18 февраля 2025 года.
<>
<>
<>
<>
<>
<>