УИД 45RS0010-01-2023-000199-93
Дело № 2-221/2023
РЕШЕНИЕИменем Российской Федерации
Лебяжьевский районный суд Курганской области в составе председательствующего судьи Бесмельцева А.В., при секретаре Фадеевой Т.М., с участием прокурора Бугаева Д.А., рассмотрев в открытом судебном заседании в р.п. Лебяжье Курганской области 9 августа 2023 года гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о возмещении морального вреда и судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 А. обратился в суд с иском к ИП ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов. В обоснование исковых требований указано, что 24 мая 2020 года около 1 часа 25 минут на 333 км федеральной автодороги «Иртыш» Лебяжьевского района Курганской области произошло дорожно-транспортное происшествие. Водитель ФИО3 управляя автомобилем «№, допустил столкновение с мотоциклом «Урал» без государственных регистрационных знаков. Кроме этого, ФИО4 совершил наезд на П.А.А.., который находился на полосе движения автомобиля «Hino», рядом с мотоциклом ближе к краю проезжей части. В результате дорожно-транспортного происшествия П.А.А. от полученных травм скончался в отделении Курганской городской больницы № 2. Согласно заключению эксперта № 18 от 17 июня 2020 года, смерть П.А.А. наступила от сочетанной тупой травмы головы, грудной клетки, живота, с повреждением головного мозга и внутренних органов, осложнившейся отеком головного мозга, гемоперитонеумом, комбинированным (травматическим, геморрагическим) шоком и посттравматической пневмонией. При исследовании трупа П.А.А., установлены повреждения: диффузное аксональное повреждение головного мозга, субарахноидально-паренхиматозное кровоизлияние правого полушария, кровоизлияние в мягкие ткани и ссадины лобной области; ушиб легких, правосторонний пневмоторакс, пневмомедиастинит, двусторонний гидроторакс; кровоподтек передней поверхности грудной клетки справа; разрыв селезенки, стенки нисходящего отдела поперечной ободочной кишки; ссадины конечностей, кровоподтек правого плеча. Данные телесные повреждения образовались у пострадавшего в условиях дорожно-транспортного происшествия, случившегося 24 мая 2020 года. В совокупности они расцениваются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения и состоят в прямой причинной связи со смертельным исходом.
В результате происшествия ФИО1 А., отцу погибшего П.А.А.., причинены колоссальные нравственные страдания морального характера, по причине безвозвратной, безвозмездной потери сына. До настоящего времени ФИО1 А. не оправился от понесенной потери, тяжело переживает уход близкого ему человека, испытывает психотравмирующую ситуацию, связанную с невозможностью продолжать привычный образ жизни, с социальной неполноценностью семьи, случившееся наложило отпечаток на его психику. ФИО1 А., являясь инвалидом первой группы по зрению, в связи с гибелью родного сына, потерял помощника и опору в семье, сын был помощником по хозяйству, осуществлял мужскую работу по дому, кроме того, оказывал материальную помощь и моральную поддержку в семье. Водитель ФИО3 в момент ДТП находился в трудовых отношениях с ИП ФИО2 Просит суд взыскать с ИП ФИО2 в ее пользу в счет компенсации морального вреда 1 500 000 рублей, а также судебные расходы на оплату услуг почтовой связи.
Истец ФИО1 А. в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивал в полном объеме, по основаниям, указанным в исковом заявлении.
Ответчик ФИО2 и ее представитель ФИО5 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, просили о рассмотрении дела в своё отсутствие, исковые требования не признали. В письменном отзыве указано, что поскольку ранее судом была установлена грубая неосторожность П.А.А.., отсутствовала вина причинителя вреда, следовательно, члены семьи погибшего лишаются права требовать компенсацию морального вреда. Кроме того, истцом не предоставлены доказательства того, что ему причинен вред неправомерными действиями ответчика, и он именно в этой связи испытал морально-нравственные страдания, отразившиеся на его здоровье. Бремя доказывания наличия морального вреда лежит на истце, также необходимо обосновать размер заявленной компенсации. Истцом не приложены документы, подтверждающие понесение им морального ущерба и обосновывающие размер заявленных требований.
Третье лицо ФИО6 в судебном заявлении просила удовлетворить исковые требования ФИО1 А.
Представители третьих лиц ООО «Мясокомбинат «Таврия», ООО Балтон Эксим Лизинг Северо-Запад (класс 3), МО МВД России «Макушинский» УМВД по Курганской области, ФИО7 и ФИО3 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещались надлежаще, позицию относительно заявленного иска суду не представили.
В силу ч. 3 ст. 167 ГПК РФ неявка лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте рассмотрения дела, не является препятствием к разбирательству дела, в связи с чем, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.
Заслушав истца, свидетеля Е.М.С., ФИО14 заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению частично, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.
В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В соответствии со ст.ст. 151 и 1099 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.
Судом установлено, что 24 мая 2020 года около 1 часа 25 минут на 333 км федеральной трассы «Иртыш» в Лебяжьевском районе Курганской области произошло ДТП между автомобилем «Hino», государственный регистрационный знак № под управлением водителя ФИО3 и мотоцикла «Урал» без государственных регистрационных знаков. Мотоцикл «Урал» без государственных регистрационных знаков, принадлежащий ФИО7, под управлением ФИО3 А., осуществлял движение по проезжей части трассы «Иртыш» в направлении от г. Кургана в сторону г. Омска. ФИО7 и П.А.А.. находились в состоянии алкогольного опьянения. Проехав с. Камышное Лебяжьевского района Курганской области ФИО7 и П.А.А.. решили сходить в туалет, для этой цели П.А.А.. остановил мотоцикл на правой полосе движения по направлению г. Курган – г. Омск, при этом ФИО7 и П.А.А.. оба остались на полосе движения за мотоциклом «Урал», ближе к краю проезжей части. Мотоцикл стоял без габаритных огней, без знака авариной остановки и других опознавательных знаков. В свете фар своего автомобиля ФИО3 заметил человека, одетого в одежду светлого цвета, стоявшего на полосе движения автомобиля «Hino» ближе к обочине. ФИО3 применил меры к экстренному торможению, однако избежать столкновения со стоящим на его полосе движения мотоциклом «Урал» не удалось. Также ФИО3 совершил наезд на П.А.А.., который находился на полосе движения автомобиля «Hino». В результате ДТП П.А.А. от полученных травм скончался в лечебном учреждении.
Указанные обстоятельства подтверждаются материалами проверки № 250 КУСП № 1052 от 24 мая 2020 года.
Согласно заключению эксперта № 18 от 17 июня 2020 года, смерть П.А.А.. наступила от сочетанной тупой травмы головы, грудной клетки, живота, с повреждением головного мозга и внутренних органов, осложнившейся отеком головного мозга, гемоперитонеумом, комбинированным (травматическим, геморрагическим) шоком и посттравматической пневмонией. При исследовании трупа П.А.А. установлены повреждения: диффузное аксональное повреждение головного мозга, субарахноидально-паренхиматозное кровоизлияние правого полушария, кровоизлияние в мягкие ткани и ссадины лобной области; ушиб легких, правосторонний пневмоторакс, пневмомедиастинит, двусторонний гидроторакс; кровоподтек передней поверхности грудной клетки справа; разрыв селезенки, стенки нисходящего отдела поперечной ободочной кишки; ссадины конечностей, кровоподтек правого плеча.
Данные телесные повреждения образовались у пострадавшего в условиях дорожно-транспортного происшествия, случившегося 24 мая 2020 года в результате столкновения с транспортным средством (грузовым автомобилем), о чем свидетельствует их грубый характер. В совокупности они расцениваются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения и состоят в прямой причинной связи со смертельным исходом.
Таким образом, причинно-следственная связь между возникновением дорожно-транспортного происшествия 24 мая 2020 года и наступлением смерти П.А.А.. подтверждена представленными суду доказательствами.
В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
Вред, причинённый жизни или здоровью гражданина, выражается в смерти человека либо в причинении ему травмы или увечья. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
Истец ФИО1 А. является отцом погибшего П.А.А.., что подтверждается свидетельством о рождении №, выданным Администрацией Прилогинского сельсовета ДД.ММ.ГГГГ, а также актовой записью о рождении П.А.А.. № от ДД.ММ.ГГГГ.
В соответствии с положениями п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац 2 пункта 1 статьи 1079 ГПК РФ).
В пункте 19 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» указано, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности). Согласно статьям 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.
Автомобиль «Hino», государственный регистрационный знак №, принадлежит ООО «Мясокомбинат «Таврия», что подтверждается карточкой учета транспортного средства МРЭО ГИБДД по Челябинской области.
При этом указанное транспортное средство передано ИП ФИО2 на основании договора аренды, что следует из отзыва ИП ФИО2 на исковые требования и не оспаривалось иными лицами, участвующими в деле.
ФИО3 в момент дорожно-транспортного происшествия находился в трудовых правоотношениях с ИП ФИО2 и выполнял трудовые обязанности, что подтверждается его объяснением, данным в ходе проведения проверки по факту дорожно-транспортного происшествия, путевым листом № 7158, согласно которому ФИО3 покинул гараж 23 мая 2020 года, и возвращение было запланировано 28 мая 2020 года. Кроме того, факт наличия трудовых отношений с ФИО3 не оспаривался и ответчиком.
В силу ч. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда, размер возмещения должен быть уменьшен.
При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.
При определении размера денежной компенсации, подлежащей взысканию в пользу истцов, судом учитывается, что грубая неосторожность предполагает не просто нарушение требований заботливости и осмотрительности, а несоблюдение элементарных, простейших требований, характеризующееся безусловным предвидением наступления последствий с легкомысленным расчетом их избежать.
Согласно разъяснению, данному в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» основанием для уменьшения размера возмещения вреда применительно к требованиям п. 2 ст. 1083 ГК РФ являются только виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда.
В соответствии с п. 4.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, пешеходы должны двигаться по тротуарам, пешеходным дорожкам, велопешеходным дорожкам, а при их отсутствии - по обочинам. Пешеходы, перевозящие или переносящие громоздкие предметы, а также лица, передвигающиеся в инвалидных колясках, могут двигаться по краю проезжей части, если их движение по тротуарам или обочинам создает помехи для других пешеходов.
Из объяснений ФИО3 от 24 мая 2020 года, данных им в ходе проверки по факту дорожно-транспортного происшествия, следует, что П.А.А.. в момент наезда находился на проезжей части, на полосе движения его автомобиля.
Объяснения ФИО3 согласуются и с заключением эксперта № 5/594 от 21 августа 2020 года, согласно выводам которого, наезд на П.А.А.. допущен на правом краю проезжей части (вероятно на границе проезжей части и обочины), а автомобиль «ХИНО» с момента наезда на пешехода до момента остановки правой своей стороной двигался вероятнее всего по правому краю проезжей части (по границе проезжей части и обочины).
Согласно выводам эксперта, изложенным в заключении № 5/430 от 11 июня 2020 года, в данной дорожно-транспортной ситуации, при заданных исходных данных и имеющихся материалах, водитель автомобиля «Hino» не располагал технической возможностью избежать наезда на находящегося на его полосе проезжей части пешехода путем применения своевременных мер экстренного торможения в момент возникновения опасности, поскольку расстояние, на котором находился автомобиль «Hino» от места наезда на пешехода, превышает расстояние, которое необходимо водителю транспортного средства для остановки.
Постановлением следователя группы по обслуживанию Лебяжьевского района СО МО МВД России «Макушинский» ФИО8 от 3 сентября 2020 года в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 отказано в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ.
Согласно заключению эксперта № 18 от 17 июня 2020 года, алкотест № 13954 у П.А.А.. при поступлении в лечебное учреждение положительный.
Таким образом, судом установлено, что причиной травмирования П.А.А.. является нарушение последним п. 4.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, который в темное время суток, находился на проезжей части дороги, при этом находился в состоянии алкогольного опьянения.
Нарушений Правил дорожного движения со стороны ФИО3 в ходе проверки по факту дорожно-транспортного происшествия установлено не было. Суд также не усматривает в действиях ФИО3 таких нарушений.
В силу части 2 статьи 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.
Решением Лебяжьевского районного суда от 20 мая 2022 года, было установлено, что обстоятельства данного дородно-транспортного происшествия свидетельствуют о наличии в действиях П.А.А.. грубой неосторожности вследствие очевидного нарушения последним Правил дорожного движения. П.А.А.. допустил несоблюдение элементарных, простейших требований безопасности, проявил неразумную самонадеянность, при адекватной оценке ситуации имел реальную возможность не допустить причинения вреда его жизни.
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.)
В соответствии с пунктом 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.
В силу пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
Гибель П.А.А.., являвшегося для ФИО1 А. сыном, сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, нарушает неимущественное право на семейные связи. Неизгладимой для родителей является боль утраты ребенка в любом возрасте, и подобная утрата является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.
Смерть родного человека является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные такой утратой, затрагивающие личность, психику, здоровье, самочувствие и настроение близких родственников погибшего.
Кроме того, со смертью сына истец лишился заботы, поддержки и внимания близкого человека.
Решая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд принимает во внимание характер и степень нравственных и физических страданий истца, для которого утрата сына явилась душевной трагедией, характер перенесенных истцом нравственных страданий, вызванных преждевременной утратой родного и близкого человека.
Из объяснений истца следует, что с сыном его связывали близкие отношения, они проживали совместно. Он сильно переживает утрату близкого человека. Внезапная трагическая смерть сына является огромной трагедией. Данная травма является невосполнимой, поэтому нравственные страдания истец продолжает испытывать до настоящего времени.
Допрошенные в судебном заседании свидетель Е.М.С. и третье лицо ФИО6 характеризовал П.А.А.. с положительной стороны, пояснили, что он проживал совместно с родителями, оказывал им помощь в быту и по дому, работал, алкоголем не злоупотреблял, взаимоотношения с отцом у него были хорошие.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).
При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абзацем третьим пункта 2 статьи 1083 ГК РФ, подлежит уменьшению (абзац второй пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).
Таким образом, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда в пользу ФИО1 А. независимо от вины причинителя вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает отсутствие вины ИП ФИО2 и её работника ФИО3, обстоятельства гибели П.А.А.., к которой привела, в том числе его грубая неосторожность, в связи с чем, суд полагает возможным снизить заявленный истцом размер возмещения морального вреда.
Определяя размер компенсации морального вреда, с учетом вышеизложенных обстоятельств, характера причиненных истцу нравственных страданий, связанных с утратой сына, пережитого психологического стресса, который он испытал во время случившейся трагедии и после, индивидуальные особенности истца, степень родства, принимая во внимание грубую неосторожность погибшего, суд считает возможным взыскать в пользу ФИО1 А. в качестве компенсации морального вреда 500 000 рублей.
В силу ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 ГПК РФ.
Согласно п. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
В ст. 94 ГПК РФ указано, что к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе расходы, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами.
Согласно п. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.
Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 500 000 рублей, в счет возмещения судебных расходов 740 рублей.
Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход муниципального образования Лебяжьевский муниципальный округ Курганской области государственную пошлину в размере 300 рублей.
В удовлетворении исковых требований ФИО1 в остальной части отказать.
Решение суда может быть обжаловано сторонами и другими лицами, участвующими в деле, а так же лицами, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и об обязанностях которых был разрешен судом, в апелляционном порядке через Лебяжьевский районный суд Курганской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Мотивированное решение вынесено 16 августа 2023 года.
Судья Бесмельцев А.В.