Гражданское дело № 2-232/2025
УИД 30RS0005-01-2024-000064-06
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
13 марта 2025г. г. Ахтубинск
Астраханская область
Ахтубинский районный суд Астраханской области в составе судьи Лябах И.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ниталиевой Э.А., с участием прокурора Салиевой Ф.Ф., истца ФИО1, ответчика ИП ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Ахтубинского районного суда Астраханской области, находящемся по адресу: <...>, гражданское дело № 2-232/2025 по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о взыскании денежной компенсации морального вреда в связи с причинением вреда жизни и здоровью в размере <данные изъяты> рулей.
В обоснование требований указал, что 16 августа 2022г. в результате дорожно-транспортного происшествия (далее ДТП) вызванного преступной небрежностью водителя ФИО3, водителю автомобиля <данные изъяты> истцу ФИО1 причинены телесные повреждения, которые в соответствии с заключением эксперта ГБУЗ АО «БСМЭ» № 194 от 15 сентября 2022г. квалифицируются как тяжкий вред здоровью.
ФИО1 является потерпевшим по уголовному делу в отношении ФИО3 по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ.
Приговором Ахтубинского районного суда Астраханской области от 24 января 2023г. ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ.
После ДТП он длительный период времени проходил лечение, в том числе и оперативное. Он в течение длительного времени нуждался в постороннем уходе, перенес сильную боль, до настоящего времени не может вести привычный образ жизни, испытывает нервные и моральные страдания за жизнь и здоровье после происшествия, необходимость дальнейшего наблюдения у специалистов причинили истцу сильные страдания и душевную боль. В добровольном порядке ФИО3 от возмещения компенсации морального вреда отказывается, в связи с чем, истец для восстановления нарушенных прав был вынужден обратиться в суд.
В ходе рассмотрения спора по существу в качестве третьего лица судом был привлечен ИП ФИО2, собственник владелец транспортного средства и работодатель ФИО3
В дальнейшим ФИО1 исковые требования о взыскании денежной компенсации морального вреда предъявил к ИП ФИО2, являющемуся работодателем и владельцем источника повышенной опасности.
Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные к ИП ФИО2 требования поддержал в полном объеме, пояснил, что в результате данного ДТП испытал нравственные и физические страдания, поскольку вынужден был проходить длительное лечение, вести привычный образ жизни не имеет возможности, передвигается с тростью, со стороны ответчика отсутствовали какие-либо действия по возмещению причиненного им вреда.
Представитель истца ФИО1- ФИО4, действующий по устному заявлению истца ФИО1, в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом.
Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, просил рассматривать дело в его отсутствие, будучи ранее опрошенным в удовлетворении требований просил отказать, поскольку на момент ДТП, в результате которого получил телесные повреждения истец, собственником транспортного средства «<данные изъяты>» с государственным регистрационным номерным знаком «№», который являлся участником ДТП, являлся ИП ФИО2, а он являлся работником ИП ФИО2 и по настоящее время работает у ИП ФИО2 в должности водителя, имеет семью, на иждивении двоих несовершеннолетних детей.
В последующем изменил свои объяснения, указав, что он приехал в г. Ахтубинск на автомобиле «<данные изъяты>» с государственным регистрационным номерным знаком «№», собственником которого является ИП ФИО2, по просьбе своего друга, привез последнему деталь для автомобиля, в день ДТП трудовую функцию не выполнял, согласен на возмещение истцу морального вреда в размере, определенном судом.
Ответчик ИП ФИО2 в судебном заседании против взыскания с него денежной компенсации морального вреда возражал, не оспаривая наличия трудовых отношений между ФИО3 и ним, указал, что в день ДТП ФИО3 трудовую функцию не выполнял, воспользовался его транспортным средством по своему усмотрению, считает, что ответственность по возмещению морального вреда должна быть возложена на ФИО3
В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствии не явившихся лиц, участвующих в деле, в связи с их надлежащим извещением о времени и месте рассмотрения дела.
Выслушав объяснения истца ФИО1, ответчика ИП ФИО2, заключение прокурора Салиевой Ф.Ф., полагавшей заявленные требования истца подлежащими удовлетворению и взысканию компенсации морального вреда с ИП ФИО2 в разумных пределах исходя из тяжести причиненного истцу вреда здоровью, исследовав материалы дела и, оценив в совокупности представленные доказательства, суд приходит к следующему.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (пункт 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Абзац десятый статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В абзаце 3 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Согласно пункту 14 указанного постановления под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
В пункте 15 названного постановления закреплено, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
В части 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Согласно правовой позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Осуждение или привлечение к административной ответственности работника как непосредственного причинителя вреда, прекращение в отношении него уголовного дела и (или) уголовного преследования, производства по делу об административном правонарушении не освобождают работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Обязанность компенсировать моральный вред, причиненный гражданином, выполняющим работу на основании гражданско-правового договора, может быть возложена на юридическое лицо или гражданина, которыми с причинителем вреда был заключен такой договор, при условии, что причинитель вреда действовал или должен был действовать по заданию данного юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абзац второй пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет ни минимальный, ни максимальный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. В любом случае компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом - компенсировать потерпевшему перенесенные им физические и (или) нравственные страдания. Суд апелляционной инстанции при определении возможности взыскания учел вышеуказанные нормы материального права, а при определении размера компенсации морального вреда требования разумности и справедливости, степень вины причинителя вреда, грубую неосторожность потерпевшего и иные заслуживающие внимание обстоятельства.
Согласно статье 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
Из разъяснений, данных в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", следует, что при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.
В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Согласно пункту 27 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено ли причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.
В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и тому подобное, осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Пунктом 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.
Согласно абзацу первому пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абзац второй пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Пунктом 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.
В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", указано, что согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности. На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации). Юридическое лицо или гражданин, возместившие вред, причиненный их работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора, вправе предъявить требования в порядке регресса к такому работнику - фактическому причинителю вреда в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом (пункт 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно пункту 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом.
Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения. В решении суда об удовлетворении иска, помимо ссылки на приговор по уголовному делу, следует также приводить имеющиеся в гражданском деле доказательства, обосновывающие размер присужденной суммы (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003г. № 23 "О судебном решении").
Судом установлено, что 9 августа 2022г. примерно в 15.20 произошло ДТП с участием водителя ФИО3, управлявшим автомобилем «<данные изъяты>» с государственным регистрационным номерным знаком «№», нарушившим требования п.п. 1.5., 9.10., 10.1. Правил дорожного движения Российской Федерации, водителя ФИО7, управлявшего автомобилем «<данные изъяты>» с государственным регистрационным номерным знаком «№» и водителя ФИО1, управлявшего автомобилем «<данные изъяты>» с государственным регистрационным номерным знаком «№».
В результате дорожно-транспортного происшествия истцу ФИО1 причинены телесные повреждения, которые в соответствии с заключением эксперта ГБУЗ АО «БСМЭ» № 194 от 15 сентября 2022г. квалифицируются как тяжкий вред здоровью.
Приговором Ахтубинского районного суда Астраханской области от 24 января 2023г. ФИО3 осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ, с назначением наказания в виде в виде ограничения свободы на срок один год, возложены ограничения. Приговор не обжаловался и вступил в законную силу.
Из данного приговора следует, что ответчик ФИО3 9 августа 2022г. примерно в 15.20 управляя технически исправным автомобилем «<данные изъяты>» с государственным регистрационным номерным знаком «№», двигался по автодороге «Волгоград-Астрахань» со стороны г. Астрахани в направлении г. Волгоград, где в пути следования, на 153 км. + 400 м. автодороги «Волгоград-Астрахань» в административных границах Ахтубинского района Астраханской области, нарушил требования п.п. 1.5., 9.10., 10.1. Правил дорожного движения Российской Федерации, согласно которым, участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда (п. 1.5.); водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения (п. 9.10.); водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения; скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил; при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства (п. 10.1.), а именно двигаясь без учета дорожных условий, в частности видимости в направлении движения, со скоростью, не обеспечивающей ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, не обеспечил безопасную дистанцию до движущегося впереди транспортного средства и допустил столкновение с попутно движущимся автомобилем «<данные изъяты>» с государственным регистрационным номерным знаком «№ регион», под управлением ФИО7, снижавшего скорость движения своего автомобиля, и готовившегося к маневру поворота налево к газовой заправочной станции «Газпром», однако после столкновения указанный автомобиль «<данные изъяты>», двигаясь по инерции, выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, совершив столкновение с автомобилем «<данные изъяты>» с государственным регистрационным номерным знаком «№ регион», под управлением ФИО1, двигавшегося со встречного направления прямо.
В результате дорожно-транспортного происшествия, вызванного преступной небрежностью водителя ФИО3, водителю автомобиля «<данные изъяты>» с государственным регистрационным номерным знаком «№ регион», ФИО1 причинены телесные повреждения: <данные изъяты>. Данные телесные повреждения, не опасные для жизни, могли образоваться при воздействии тупого твердого предмета (предметов), и обычно расцениваются, в частности <данные изъяты>, как тяжкий вред здоровью, вызывающий значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее, чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи, согласно п. 6.11.8 Минздравсоцразвития России от 24 апреля 2008г. №194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека».
Нарушение водителем ФИО3 требований п.п. 1.5., 9.10., 10.1. Правил дорожного движения Российской Федерации находится в прямой причинной связи с наступлением общественно-опасных последствий - причинением тяжкого вреда здоровью ФИО1
Вступившим в законную силу приговором Ахтубинского районного суда Астраханской области от 24 января 2023г. установлено, что ФИО3, управляя автомобилем, нарушил правила дорожного движения, повлекшие по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.
С учетом приведенных правовых норм и разъяснений по их применению суд исходит из того, что вина ФИО3 в причинении вреда здоровью ФИО1 в результате совершения преступления установлена приговором суда и не подлежит доказыванию по настоящему делу и разрешает спор лишь относительно размера возмещения.
Вместе с тем судом установлено, что 9 августа 2022г. ДТП ФИО3 совершено при исполнении трудовых обязанностей.
Как следует из карточки учета транспортного средства собственником автомобиля «<данные изъяты>» с государственным регистрационным номерным знаком «№ регион» является ФИО2
ФИО3 состоит в трудовых отношениях с ИП ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГг., что подтверждается трудовым договором, из которого следует, что ИП ФИО2 и ФИО3 заключили трудовой договор №, по которому работник обязался лично выполнять обязанности по должности <данные изъяты> с подчинением внутреннему трудовому распорядку работодателя, работодатель обязался обеспечить работнику необходимые условия труда, своевременно и полном объеме выплату заработной платы, необходимые бытовые условия в соответствии с действующим законодательством, локальными нормативными актами и настоящим трудовым договором. Рабочим местом работника является автомобиль - автобетоносмеситель «<данные изъяты>» с государственным регистрационным номерным знаком № регион».
ИП ФИО2 факт нахождения ФИО3 в трудовых отношениях не оспаривал, указал, что в день ДТП ФИО3 не осуществлял трудовую функцию, воспользовался автомобилем в личных целях.
Доводы ответчика ИП ФИО2 о том, что ФИО3 не выполнял трудовую функцию по заданию работодателя, суд находит несостоятельными.
Ответчик ФИО3 первоначально пояснял суду, что в момент ДТП находился в трудовых отношениях с ИП ФИО2, привозил в г. Ахтубинск бетон по заявке, в последующем обязался представить маршрутный лист и трудовой договор. Однако после привлечения в качестве соответчика ИП ФИО2 ФИО3 изменил показания, пояснив, что транспортным средством воспользовался в личных целях, по просьбе друга приехал в г. Ахтубинск, бетон по заявке не привозил.
Однако в рамках уголовного дела при допросе как в качестве подозреваемого, так и обвиняемого ФИО3 пояснял, что 9 августа 2022г. он на автомобиле «<данные изъяты>» с государственным регистрационным номерным знаком «№ регион» осуществлял доставку бетона в г. Ахтубинск, адрес доставки не помнит, после выгрузки бетона возвращался в г. Волгоград.
Ответчики ФИО3, ИП ФИО2 суду маршрутный лист не представили, организацию, в которой загружался бетон для доставки в г. Ахтубинск указать отказались, со ссылкой на то, что в тот день бетон в г. Ахтубинск не доставляли.
Старшим следователем по ОВД отдела по расследованию ДТП СУ УМВД России по Астраханской области ФИО8 ИП ФИО2 ДД.ММ.ГГГГг. направлено было представление об устранении причин и условий, способствующих совершению преступлений, в котором просил провести профилактическую беседу среди сотрудников ИП ФИО2, направленную на недопущение ими нарушений ПДД, о принятых мерах сообщить в месячный срок.
ИП ФИО2 суду пояснил, что данное представление им было получено, не оспаривалось, о принятых мерах в установленный срок сообщено.
Доказательств неправомерного завладения ФИО3 транспортным средством «<данные изъяты>» с государственным регистрационным номерным знаком «№ регион» суду ответчиком ИП ФИО2 не представлено.
При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что надлежащим ответчиком по требованию о взыскании денежной компенсации морального вреда является владелец транспортного средства ИП ФИО2 (основной вид деятельности–деятельность автомобильного грузового транспорта и услуги по перевозкам), с которым ФИО3 состоит в трудовых отношениях и выполнял трудовую функцию на своем рабочем месте автомобиль - автобетоносмеситель «<данные изъяты>» с государственным регистрационным номерным знаком «№ регион».
Истцом ФИО1 заявлены требования о взыскании денежной компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.
Как следует из заключения эксперта ГБУЗ АО «БСМЭ» № 194 от 15 сентября 2022г. ФИО1 в результате дорожно-транспортного происшествия получил телесное повреждение- <данные изъяты>, которое расценивается как тяжкий вред здоровью, вызывающий значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее, чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи, согласно пункта 6.11.8 приказа Минздравсоцразвития России от 24 апреля 2008 г. № 194н.
Согласно выписки из истории болезни ГБУЗ АО «Александро-Мариинская областная клиническая больница» от 29 августа 2022г. ФИО1 16 августа 2022г. доставлен в отделение травматологии с жалобами на боли в правой голени и голеностопном суставе, невозможность опоры на правую ногу, боли в области коленных суставов и выписан ДД.ММ.ГГГГг. Проведено лечение. Диагноз Т.06.8 <данные изъяты>. Операция 22 августа 2022г. <данные изъяты>.
После проводимой терапии состояние ФИО1 улучшилось. Выписан на амбулаторное лечение. Рекомендовано: <данные изъяты>
Согласно выписке из истории болезни ГБУЗ АО «Александро-Мариинская областная клиническая больница» от 8 июня 2023г. ФИО1 находился на лечение с 31 мая 2023г. по 8 июня 2023г. по поводу <данные изъяты>, выписан на амбулаторное лечение ортопеда в поликлинике с 9 июня 2023г., рекомендовано: <данные изъяты>.
Согласно выписке из истории болезни ГБУЗ АО «Ахтубинская РБ» от 29 июня 2023г. ФИО1 нуждается в реабилитационном санаторно-курортном лечении.
Как следует из объяснений ФИО1, он на момент ДТП и по настоящее время работает в ОАО «РЖД» в должности <данные изъяты>.
ФИО1 по настоящее время проходит восстановительное лечение, передвигается с помощью трости, лишен возможности вести привычный образ жизни.
При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем, исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022г. № 33).
Определяя размер компенсации причиненного ФИО1 морального вреда, суд с учетом предусмотренных статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации требований разумности и справедливости, позволяющих, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой-не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда, а также принимая во внимание обстоятельства ДТП, произошедшего по вине ответчика ФИО3, степень вины ответчика в произошедшем дорожно-транспортном происшествии, характер полученных потерпевшим телесных повреждений, в результате ДТП, длительность лечения, характер и степень физических и нравственных страданий, связанных с прохождением потерпевшим лечения, невозможностью вести привычный образ жизни, индивидуальные особенности потерпевшего (достиг возраста <данные изъяты> лет) полагает определить размер компенсации морального вреда в размере 400 <данные изъяты> рублей, подлежащий взысканию с ИП ФИО2.
Ответчика ФИО3 от ответственности необходимо освободить.
Доказательств вины водителя ФИО1, управлявшего автомобилем «<данные изъяты>» с государственным регистрационным номерным знаком «№ регион», в ДТП 9 августа 2022г. материалы дела не содержат, такие доказательства суду не представлены.
В силу пункта 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
В силу статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
Поскольку исковые требования удовлетворены, истец в соответствии с требованиями статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче иска в суд, госпошлина в размере <данные изъяты> рублей подлежит взысканию с ответчика ИП ФИО2 в доход бюджета муниципального образования «Ахтубинский муниципальный район Астраханской области».
Руководствуясь статьями 103, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые требования ФИО1 к индивидуальному
предпринимателю ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить в части.
Взыскать с
индивидуального предпринимателя ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, паспорт гражданина Российской Федерации № выдан <адрес>, ДД.ММ.ГГГГг., код подразделения №, зарегистрированного по месту жительства по адресу: <адрес>,
в пользу
ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, паспорт №, выдан <адрес> ДД.ММ.ГГГГг. код подразделения №, зарегистрированного по месту жительства по адресу: <адрес>
компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.
В остальной части исковых требований о взыскании компенсации морального вреда отказать.
ФИО3 от ответственности освободить.
Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2, паспорт гражданина Российской Федерации №, государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования «Ахтубинский муниципальный район Астраханской области» в размере <данные изъяты>) рублей.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме в Судебную коллегию по гражданским делам Астраханского областного суда через Ахтубинский районный суд Астраханской области.
Мотивированное решение суда изготовлено 17 марта 2025г.
Судья Лябах И.В.