Решение по делу № 2-626/2023 от 04.12.2023 - об установлении факта трудовых отношений.

УИД 58RS0027-01-2023-001938-52

Дело №2-626/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

4 декабря 2023 года с. Бессоновка

Бессоновский районный суд Пензенской области в составе

председательствующего судьи Рязанцевой Е.А.,

с участием представителя истца Государственной инспекции труда в Пензенской области ФИО1, действующей на основании доверенности, третьего лица ФИО2, представителя третьего лица ОСФР по Пензенской области ФИО4, действующей на основании доверенности,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Дементьевой А.Е.

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда гражданское дело по иску Государственной инспекции труда в Пензенской области к ИП ФИО5 об установлении факта трудовых отношений,

установил:

Государственная инспекция труда в Пензенской области первоначально обратилась в Октябрьский районный суд г. Пензы с иском к ИП ФИО5 об установлении факта трудовых отношений, ссылаясь на следующие обстоятельства. На основании абзаца 5 части 1 статьи 357 ТК РФ Государственной инспекцией труда в Пензенской области проведено расследование несчастного случая на производстве с легким исходом, произошедшего 27.02.2023 с работником ИП ФИО5 ФИО2

27.02.2023 ФИО2 в 11:40, находясь на рабочем месте - участке строительства кадастровый №, полный адрес: <адрес>, производя работы по обшивке фасада строящегося дома, упал и получил телесные повреждения. Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести ГБУЗ «Клиническая больница им. Г.А. Захарьина» от 02.05.2023 ФИО2 получил закрытый оскольчатый перелом левой бедренной кости со смещением отломков. Указанная травма относится к категории - легкая. В ходе расследования было установлено, что ФИО2 с начала февраля 2023 года фактически был допущен ИП ФИО5 к выполнению строительных работ без оформления трудового либо иного договора. Согласно пояснениям самого ИП ФИО5 между ним и ФИО2 в устной форме был заключен договор подряда. Согласно полученным в ходе расследования данным, ФИО2 имел распорядок дня - с 09:00 до 17:00 с понедельника по субботу. С обеденным перерывом с 12:00 до 13:00. Таким образом, в ходе расследования были выявлены содержащиеся в ч.1ст. 15 ТК РФ признаки трудовых отношений, дающие основание полагать, что между пострадавшим ФИО2 и его работодателем ИП ФИО5 фактически сложились трудовые отношения, несмотря на указание ФИО5 о наличии между ним и ФИО2 устного договора подряда, а значит в силу ст. 381 ТК РФ указанный спор относится к индивидуальному трудовому спору, подлежащему рассмотрению комиссией по рассмотрению трудовых споров либо судом. По итогам расследования несчастного случая с ФИО2 Государственной инспекцией труда в Пензенской области было составлено заключение государственного инспектора труда по несчастному случаю с легким исходом от 10.05.2023, в котором изложены причины и обстоятельства несчастного случая, а также факты и доказательства, свидетельствующие о том, что между пострадавшим ФИО2 и его работодателем ИП ФИО5 фактически сложились трудовые отношения. На основании вышеизложенного ГИТ в Пензенской области считает деяния ИП ФИО5 незаконными, поскольку были нарушены ст.ст. 22, 67 ТК РФ, а именно ИП ФИО5 не заключил трудовой договор с ФИО2

Просит суд установить факт трудовых отношений между ИП ФИО5 и ФИО2 в период времени с 06.02.2023.

Определением Октябрьского районного суда г. Пензы от 29.06.2023 гражданское дело по иску Государственной инспекции труда в Пензенской области к ИП ФИО5 об установлении факта трудовых отношений передано по подсудности на рассмотрение в Бессоновский районный суд Пензенской области.

В судебном заседании представитель истца Государственной инспекции труда в Пензенской области ФИО1 поддержала исковые требования в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении. В ходе рассмотрения дела дополнительно поясняла, что в Государственную инспекцию труда в Пензенской области 24.04.2023 обратился ФИО2 с заявлением о проведении расследования произошедшего с ним на рабочем месте несчастного случая. В ходе расследования было установлено, что ФИО2 с начала февраля 2023 года фактически был допущен ИП ФИО5 к выполнению строительных работ на частном объекте без оформления трудового либо иного договора. Согласно пояснениям самого ИП ФИО5 и другого работника ФИО10 между ними в устной форме был заключен договор подряда. Однако отсутствие договора не свидетельствует об отсутствии трудовых отношений. Согласно полученным в ходе расследования данным, все члены строительной бригады подчинялись определенному распорядку дня - с 09:00 до 17:00 с понедельника по субботу. С обеденным перерывом с 12:00 до 13:00. ФИО2 выполнял строительные и отделочные работы. Сроков выплаты заработной платы установлено не было. ФИО2 за работу был выплачен аванс в размере 15000 руб., остальная заработная плата за февраль в размере 26000 руб. была передана сестре ФИО2 1 или 2 марта 2023. ИП ФИО5 в штате работников не имеет, отчислений не производит.

В судебное заседание ИП ФИО5 не явился, о слушании дела извещен надлежащим образом. Ранее в судебных заседаниях возражал против удовлетворения исковых требований. Дополнительно пояснял, что занимается строительными работами, к которым часто привлекает своих знакомых для того, чтобы быстрее сдать объект. В конце 2022 года, им заключен договор подряда с ФИО8 на проведение работ, связанных постройкой частного дома в <адрес>. ФИО2 позвонил ему и сам попросил дать какую-либо работу. Они договорились, что на данном объекте ФИО2 вместе со ФИО9 будут обшивать фасад. После того как они оценили объем работы, сами назначил стоимость работ - около 30 тыс. руб., пообещали закончить за 2-3 недели. И у ФИО2, и у ФИО10 был свой инструмент, они обладали определенными навыками в строительстве. Считает, что между ним и ФИО2 в устной форме был заключен договор подряда, на нем не лежало никакой обязанности по проведению какого-либо инструктажа, обеспечение спецодеждой, строительным оборудованием. Стремлений вступать в трудовые отношения с ФИО2 не было. Каждый из них самостоятельно определял время работы и отдыха, выбирал способ и применял свои средства для выполнения конкретной задачи, поскольку оплате подлежал конкретный результат. ФИО2 не обращался к нему с намерением заключить трудовой договор, никаких документов для оформления трудовых отношений не приносил. ФИО2 и ФИО10 сами определяли для себя режим работы. Он (ФИО5) работал на объекте с ФИО16 Романом, т.е. были две разные строительные бригады на одном объекте. Он со своей стороны должен был предоставить только строительный материал заказчика и мог поделиться имеющимся у него и свободным на тот момент инструментом, а также оборудованием, в т.ч. строительными лесами. Привлеченные специалисты руководствовались собственными познаниями и выполняли обязанности в удобное им время, но с учетом общего темпа строительства объекта. Договор заключен устно с оплатой за произведенный результат, а потому медленно работать было экономически нецелесообразно. 27.02.2023 ФИО2 и ФИО10 для работы на высоте соорудили неустойчивую конструкцию, с которой ФИО2 упал и получил травму. Работу доделывал ФИО10. Заработанные ФИО2 деньги были переданы его жене. Кроме того, все, кто работал на объекте, решили сложиться деньгами и передать ему денежную сумму на погашение месячной задолженности по ипотечному кредиту. ИП он открыл в 2019 году, в штате работников никогда не имел, страховые взносы за себя оплачивает.

В судебном заседании третье лицо ФИО2 поддержал исковые требования в полном объеме, пояснил, что познакомился с ФИО5 через своего одноклассника ФИО6. Они занимались строительством домов. Ему нужна была работа, ФИО6 дал номер телефона ФИО5, который предложил поработать на строительном объекте в с. Богословка. В декабре 2022 года он вышел на данный объект, ФИО7 сказал, что надо покрыть крышу, за работу пообещал платить из расчета 2500 руб. в день. Работы по устройству крыши на данном объекте он выполнял вместе с ФИО5 и ФИО11, фамилию которого он не знает. Заработную плату за данный объект ФИО5 заплатил наличными деньгами после всех выполненных работ. После нового года он болел, на работу к ФИО5 не выходил. Как только выздоровел, позвонил ответчику, тот сказал, что есть работа на ул. Звездной в с. Бессоновка. Он начал работать на данном объекте в конце января 2023 года, выполнял работы по обустройству обвязки и каркаса дома, монтажу кровли, а затем утеплению стен. Порядок оплаты был прежним-2500 руб. в день. Работая у ФИО5, он полагал, что нанят им на должность строителя. Он понимал, что работает неофициально, без оформления трудовых отношений. Его (ФИО2) это устраивало. За все время работы он никогда не требовал от ФИО5 заключить с ним трудовой договор, документов для оформления ответчику не передавал. На работе ФИО5 установил распорядок дня: с 8 ч. до 16 ч., но конкретного времени для обеда не было, он мог начаться и в 11 ч.30 мин, и в 12 ч., длился полчаса; работали с понедельника по субботу, выходной –воскресенье. В воскресенье на работу выходили редко по просьбе ФИО5 При устройстве на работу про отпуск ничего не обговаривали. Заработная плата выплачивалась два раза в месяц наличными деньгами за отработанные дни, конкретные даты выплат пояснить не смог. В каких-либо документах за выдачу заработной платы не расписывался. Работал в своей одежде, со своим инструментом (болгарка, уровень, шуруповерт, удлинитель, молоток), ФИО5 мог давать и свой инструмент, например, циркулярную пилу. Спецодежда не выдавалась, инструкции по технике безопасности не имелось. Каждый день ФИО5 давал задания, контролировал ход работ, при этом ответчик работал вместе со всеми, выполняя те или иные строительные работы. При работе использовался материал заказчика. Таким образом, у ИП ФИО5 он работал с декабря 2022 года по 27.02.2023. При этом после окончания рабочего дня на стройке он (ФИО2) работал ежедневно в такси водителем. 27.02.2023 для выполнения работы по обшивки фасада в месте расположения веранды он (ФИО2) соорудил конструкцию из стола, приставной лестницы и досок, которые не принадлежали ФИО5, они просто находились на стройке. Металлические леса, принадлежащие ФИО5, он в этом случае не использовал. Сам ФИО5 не участвовал в процессе монтажа конструкции из стола, приставной лестницы и досок, но все видел и просил быть осторожнее. Примерно в 11:40 во время выполнения работ по утеплению фасада он упал с данной конструкции и получил травму. ИП ФИО5 попросил указать, что травма бытовая, за что пообещал выплачивать за него платежи по ипотечному кредиту в течение всего времени, пока он будет нетрудоспособен. Однако, обещания не выполнил, выплатил только один раз 15000 руб., что послужило причиной для обращения в ГИТ Пензенской области. Листок нетрудоспособности он не оформлял, степень утраты трудоспособности не устанавливал. В настоящее время работает официально стропальщиком на предприятии. Какие-либо доказательства (документы, аудиозаписи, свидетельские показания, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту, переписка) наличия трудовых отношений между ним и ИП ФИО5 у него отсутствуют.

В судебном заседании представитель третьего лица ОСФР по Пензенской области ФИО4, действующая на основании доверенности, возражала против удовлетворения исковых требований. В письменном отзыве указано, что суду не представлено доказательств, подтверждающих трудовые отношения между ответчиком и ФИО2 ИП ФИО5 (ИНН №) не зарегистрирован в отделении Фонда как страхователь по обязательному социальному страхованию. Из объяснений ФИО5, ФИО10, данных в ходе расследования легкого несчастного случая, следует, что между ФИО2 и ФИО5 не было соглашения о выполнении работы по конкретной должности, работа не выполнялась под контролем и управлением ФИО5, строго определенный график работ и режим рабочего времени у ФИО2 отсутствовал (приезжал на стройку с 8 до 10 часов утра), работы выполнялись, исходя из общего темпа стройки, оплата производилась за конкретный результат (15 000 рублей выплачено ФИО2 за монтаж кровли), какие-либо иные гарантии, предусмотренные трудовым законодательством, не предоставлялись. Другие лица работали на данной стройке по устным договорам подряда, а не по трудовым договорам. То обстоятельство, что ФИО2 обратился к ответчику с просьбой найти работой, был принят на стройку, само по себе не свидетельствует о возникновении между сторонами трудовых отношений. Считает, что в настоящем деле не усматриваются какие-либо признаки трудовых отношений, в связи с этим исковые требования являются неправомерными.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, оценив все доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Часть 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации устанавливает, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В соответствии с частью четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации)

Согласно статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя (часть первая статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть первая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2.2 определения от 19 мая 2009 г. N 597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (абзац третий пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

Данная норма Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (статья 1, часть 1; статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации) (абзац четвертый пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется статьей 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации.

В случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом.

Абзацем 2 части 1 статьи 19.1 Трудового кодекса РФ установлено, что признание отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями может осуществляться судом в случае, если физическое лицо, являющееся исполнителем по указанному договору, обратилось непосредственно в суд, или по материалам (документам), направленным государственной инспекцией труда, иными органами и лицами, обладающими необходимыми для этого полномочиями в соответствии с федеральными законами.

Частью третьей статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей статьи 19.1 были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей (часть четвертая статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 8 и в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений.

В целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции (абзацы первый и второй пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. N 15).

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абзац третий пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абзац четвертый пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (абзац пятый пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15).

Согласно п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям", принимая во внимание, что статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации не допускает заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения, суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей (часть четвертая статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации)

Если между сторонами заключен гражданско-правовой договор, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (абзац третий пункта 24 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15).

При этом неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (часть третья статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

В судебном заседании установлено, что ответчик ФИО5 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя с 25.11.2019; основным видом его деятельности является производство кровельных работ; дополнительными видами деятельности –производство деревянных строительных конструкций, производство сборных деревянных строений, производство прочих строительно-монтажных работ, работы столярные и плотничные, что подтверждается выпиской из ЕГРИП.

ИП ФИО5 в качестве работодателя и страхователя в Фонде пенсионного и социального страхования РФ не зарегистрирован, наемных работников не имеет.

24.04.2023 в Государственную инспекцию труда Пензенской области поступило обращение ФИО2, в котором он просил провести расследование произошедшего с ним несчастного случая.

Установлено, что 27.02.2023 ФИО2 в 11:40, находясь на участке строительства с кадастровым номером №, полный адрес: <адрес>, производя работы по обшивке фасада строящегося дома, упал и получил телесные повреждения.

Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести ГБУЗ «Клиническая больница им. Г.А. Захарьина» от 02.05.2023 ФИО2 получил закрытый оскольчатый перелом левой бедренной кости со смещением отломков. Указанная травма относится к категории - легкая.

В ходе расследования несчастного случая Государственной инспекцией труда Пензенской области было установлено, что на момент несчастного случая ФИО2 выполнял работы на объекте без оформления трудовых либо гражданско-правовых отношений с ИП ФИО5.

Как следует из заключения государственного инспектора труда от 10.05.2023, в ходе расследования были выявлены содержащиеся в ст. 15 ТК РФ признаки трудовых отношений, дающие основания полагать, что между пострадавшим ФИО2 и его работодателем ИП ФИО5 фактически сложились трудовые отношения, а именно: пострадавшему ФИО2 работодателем выдавались орудия труда (инструменты), фактически пострадавший подчинялся внутреннему трудовому распорядку: рабочее время с 9:00 до 17:00, обеденный перерыв с 12:00 до 13:00.

Абзацем 2 п. 17 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, форм документов, соответствующих классификаторов, необходимых для расследования несчастных случаев на производстве", утвержденного приказом Минтруда России от 20.04.2022 № 223н установлено, что если в ходе расследования несчастного случая, происшедшего с лицом, в том числе иностранным гражданином, выполнявшим работы на основании договора гражданско-правового характера, были установлены содержащиеся в части первой статьи 15 Кодекса признаки трудовых отношений, дающие основания полагать, что указанным договором фактически регулировались трудовые отношения пострадавшего с работодателем, то материалы расследования несчастного случая, включая заключение государственного инспектора труда, направляются государственным инспектором труда в суд в целях установления характера правоотношений сторон упомянутого договора в соответствии с требованиями статьи 19.1 Кодекса. Решение об окончательном оформлении данного несчастного случая принимается государственным инспектором труда в зависимости от существа указанного судебного решения.

Обращаясь с настоящим иском в целях установления характера правоотношений пострадавшего ФИО2 и ИП ФИО5, заявляя требования об установлении факта трудовых отношений между ними, Государственная инспекция труда Пензенской области ссылалась на наличие такого признака трудовых отношений как подчинение работника установленному графику работы: рабочее время с 9:00 до 17:00, обеденный перерыв с 12:00 до 13:00.

В силу ч.1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 приведены разъяснения, о том, что при разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.

К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода - ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.

В качестве доказательств наличия трудовых отношений истцом представлены материалы расследования легкого несчастного случая, в которых содержатся протоколы опроса ФИО2, ФИО5, письменные объяснения ФИО5, ФИО10, данные ими в ходе проверки, протокол осмотра места несчастного случая от 04.05.2023 с фотоматериалами, копия трудовой книжки ФИО2, договор подряда от 10.10.2022, заключенный между ФИО5 и ФИО8

Из протокола опроса ФИО2 от 27.04.2023 следует, что в декабре 2022 года с целью поиска работы он позвонил своему знакомому ФИО6, так как знал, что тот занимается стройкой. ФИО13 сообщил, что необходимо покрыть крышу в с. Богословка и дал ФИО2 номер телефона ФИО5 В ходе телефонного разговора с ФИО5 ФИО2 договорился о встрече. Они обсудили фронт работ: необходимо было покрыть крышу частного дома в с. Богословка. Также обговорили заработную плату - 2 500 в день. Лично с ФИО5 ранее ФИО2 знаком не был, о том, что он зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, ФИО2 не знал. Узнал об этом только в феврале 2023 года. Впервые они встретились на объекте в с. Богословка. Адреса дома, где необходимо было крыть крышу, ФИО2 не помнит. Заработную плату за данный объект ФИО2 получил после выполненных работ. Работы на указанном объекте были окончены перед Новым годом, примерно 25.12.2022. Затем, после новогодних праздников, примерно в конце января 2023 года ФИО2 снова позвонил ФИО5 с целью поиска работы. ФИО5 сообщил, что есть работа по строительству с «нуля» каркасного одноэтажного дома с двускатной крышей в <адрес>. 06.02.2023 ФИО2 вышел на работу. Он выполнял работы по устройству обвязки и каркаса дома. Затем был осуществлен монтаж кровли из металлочерепицы. Были утеплены потолки, стены. Работал ФИО2 в одной бригаде вместе с ФИО5, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20. Все члены бригады выполняли разную работу. Работали они с 09:00 до 17:00 с понедельника по субботу. С обеденным перерывом с 12:00 до 13:00. Иногда выходили в воскресенье, чтобы заработать побольше денег. Всю работу распределял ФИО5 У него был план застройки и он знал, какие виды работ и когда необходимо выполнять. Инструмент в работе ФИО2 использовал как свой: болгарка, уровень, шуруповерт, удлинитель, молоток, так и предоставленный ФИО5: шуруповерт, рулетки, молотки, удлинители, уровни, болгарка, циркулярная пила. Из средств индивидуальной защиты ФИО5 ничего никому не выдавал, т.е. каждый работал в своей одежде и обуви. 27 февраля 2023 ФИО2 приехал на личном автотранспорте на строительный объект как обычно к 09:00. На месте находились ФИО5, ФИО2, ФИО10 ФИО5 сказал, что необходимо завершить обшивку стен плитами. ФИО2 и ФИО10 взяли в бытовке инструмент и приступили к работе с лесов, так как снизу фасад уже был обшит. ФИО10 подавал ФИО2 плиту, ФИО2 их принимал и осуществлял монтаж. При выполнении обшивки фасада в месте расположения веранды осуществить работу с помощью лесов невозможно. По этой причине ФИО2 и ФИО10 соорудили конструкцию из стола, приставной лестницы и досок, которые не принадлежали ФИО5, они просто находились на стройке. Примерно в 11:40 во время выполнения работ по утеплению фасада он упал с данной конструкции и получил травму. ФИО5 вызвал скорую помощь. ФИО2 был госпитализирован в ГБУЗ «КБ № 6 им. Г.А. Захарьина». ФИО5 в процессе монтажа стола, лестницы и досок не участвовал, видел как осуществляется работа с лестницы, предупредил, чтобы были аккуратнее. Инструктаж на рабочем месте и иное обучение безопасным методам и приемам выполнения работ с ним не проводился. ФИО5 оказал материальную поддержку по факту травмы в размере 15000 руб.

В ходе рассмотрения дела ФИО2 подтвердил данные обстоятельства.

Вместе с тем, при даче объяснений в судебном заседании указывал на иной график работы: с 8 ч. до 16 ч., без установления конкретного времени для обеда; доводы о том, что заработная плата оплачивалась за отработанные дни два раза в месяц, а не за проделанную работу, ничем подтвердить не смог, поскольку как сам пояснял, что заработная плата оплачивалась только наличными денежными средствами без оформления каких-либо документов; требований о заключении с ним трудового договора ФИО5 не предъявлял, документов для оформления трудовых отношений ему не передавал; работал в своей одежде, со своим инструментом; одновременно с работой на стройке им осуществлялась работа в такси; какие-либо доказательства, подтверждающие наличие трудовых отношений между ним и ИП ФИО5 у него отсутствуют.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик сослался на отсутствие трудовых отношений с ФИО2, указывая на то, что между ними был заключен устный договор подряда.

Из протокола опроса ФИО5 от 02.05.2023 следует, что он, имея специальные знания в области строительства, периодически привлекается своими знакомыми для различных строительных работ. Поскольку сроки работ обычно ограничены, ФИО5 сам привлекает своих знакомых, так же имеющих навыки в строительстве, которым доверяет какую-либо работу. 10.10. 2022 года им был заключен договор подряда с гражданкой ФИО8 на проведение работ, связанных с постройкой частного дома в <адрес>. ФИО5 позвонил некоторым своим знакомым и попросил помочь с проведением определенных работ. В феврале 2023 года, когда большая часть работ по постройке дома уже были завершены, ФИО5 позвонил ФИО2 и попросил поручить ему какую-нибудь работу, связанную со стройкой. Учитывая, что ФИО2 обладал некоторыми навыками строителя и имел свой инструмент для работы, ФИО5 посчитал возможным привлечь его на строящийся объект. Зная, что ФИО2 в качестве постоянной работы осуществляет деятельность, связанную с извозом (таксист), ему была поручена работа в составе группы лиц, не требующая постоянного присутствия и с оплатой за конкретный результат. В частности, за выполненные работы по монтажу кровли ФИО2 получил сумму в размере 15 000 рублей. Данные денежные средства были выплачены собственником участка ФИО12 за выполненную работу и в равных долях распределены между всеми, кто данную работу выполнял. После чего ФИО2 и ФИО10 была поручена работа, связанная с утеплением стен. Поскольку между ним и ФИО2 в устной форме был заключен договор подряда, то на нем не лежало никакой обязанности по проведению какого-либо инструктажа, обеспечение спецодеждой, строительным оборудованием и т.п.. Все работы выполнялись ФИО2 на свой риск. Каждый из работников был занят работой по постройке взятого объекта и самостоятельно выбирал способ работы и применял свои средства для выполнения конкретной задачи. ФИО5 со своей стороны должен был предоставить только строительный материал заказчика и мог поделиться имеющимся у него и свободным на тот момент инструментом, а также оборудованием. Привлеченные физические лица руководствовались собственными познаниями и выполняли обязанности в удобное им время, но с учетом общего темпа строительства объекта. В связи с тем, что медленно работать было экономически не целесообразно, ФИО2, как правило, приезжал на работу со всеми вместе в период с 8 до 10 часов утра. 27.02.2023 на объекте по <адрес> выполняли работу ФИО5, ФИО10 и ФИО2. ФИО5 выполнял внутренние работы: утепление перегородок и стен, а ФИО10 и ФИО2 выполняли наружные работы по утеплению стен. Примерно в 10:00 - 11:00 ФИО5, проходя мимо ФИО2 и ФИО10, увидел, как они для обивки стен соорудили неустойчивую конструкцию из стола, сделанного из досок, а также лестницы, тоже сделанной из досок на которые уложили другие доски для перемещения по ним вдоль стены. По какой причине ими не были установлены леса в данном месте, ФИО5, неизвестно, разобранные элементы лесов в достаточном количестве находились на объекте. ФИО5 сделал им замечание, указав на возможность установки строительных лесов, которые периодически используются для работ на высоте, поскольку сооружение, устроенное ими было крайне ненадежным. Когда ФИО5 пришел на место, то обнаружил ФИО2, лежавшего около стены, где должны были проводиться работы. Он жаловался на боль в бедренной части ноги. ФИО5 незамедлительно вызвал скорую, ФИО2 был доставлен в больницу. Заработанные им денежные средства были переданы его жене. Сочувствуя ФИО2, все, кто работал на объекте, решили скинуться деньгами и передать ему денежную сумму в размере 15000 руб. на погашение месячной задолженности по ипотечному кредиту.

В ходе рассмотрения дела ФИО5 подтвердил данные обстоятельства, дополнительно указал, что деятельность в качестве ИП он не осуществляет, движения денежных средств по счету отсутствует, работает как физическое лицо- находит подработку на строительных объектах.

Как усматривается из договора подряда от 10.10.2022, он заключен между ФИО8 (Заказчик) и ФИО5 (Подрядчик) как физическим лицом.

Допрошенный в судебном заседании по ходатайству ответчика свидетель ФИО13 показал, что знаком с ФИО2 со школы. В ноябре-декабре 2022 года ему позвонил ФИО2 и попросил найти ему подработку. На тот момент он (свидетель) строил объект в с. Богословка. ФИО2 сам выбрал работу по утеплению, озвучил свою цену, выполнял ее в свободное от работы в такси время. Мог прийти на час-два, инструмент у него был свой. ФИО5 также помогал ему (свидетелю) на данном объекте, там он с ФИО2 и познакомился. После нового года ФИО2 опять позвонил ему (свидетелю) с целью найти подработку. Он (свидетель) привел его на объект в <адрес>, строительством которого занимался ФИО5 ФИО2 опять сам выбрал работу по утеплению фасада, обозначил цену за работу, использовался материал заказчика. Сам свидетель на данном объекте не работал, сколько там работало человек, не знает. И он (свидетель), и ФИО5 могут помогать друг другу бесплатно, или просить помочь других знакомых, если не успевают в срок закончить объект.

Из письменных пояснений ФИО10, имеющихся в материалах проверки Государственной инспекции труда, следует, что он периодически подрабатывает на стройке, так как имеет специальные навыки в области строительства. В конце 2022 года, ФИО5 с ним в устной форме заключен договор подряда на проведение работ, связанных постройкой частного дома в <адрес> и спецодежда у него свои. В инструктаже не нуждается, т.к. давно практикует в этой области и ему доверяют. ФИО5 должен был своевременно предоставлять строительный материал, чтоб они всегда могли продолжать работу и своевременно оплачивать каждый выполненный этап строительства, а он должен был качественно выполнять работу. Меры предосторожности и технику безопасности должны были соблюдать самостоятельно. В феврале 2023 года, ему и ФИО2, который так же как работал по договору подряда, была поручена работа на объекте строительства по утеплению стен возводимого дома. Они распределили работу следующим образом, он (ФИО14) нарезает и подает обшивочный материал нужного размера, а ФИО2 его прикрепляет к стене. 27.02.2023 года ФИО2 торопился закончить работу быстрее и потому решил соорудить конструкцию, на которой будет находиться во время обшивки стен из подручных материалов: стол, лестница, доски. Поскольку каждый сам определял способ выполнения работы, то соблюдать меры предосторожности и технику безопасности должен был сам. На них никто не оказывал давления. Важным было сдать результат, а для поставленной задачи по утеплению стен, предоставленного времени было вполне достаточно для работы с умеренным темпом. Конструкция, которую собрал ФИО2 была ненадежная, он (свидетель) предложил собрать строительные леса, которые находились рядом и в тот момент времени ни кем не использовались, однако ФИО2 его не послушал. Более того, проходивший мимо ФИО5 также указал, что конструкция ФИО3 не надёжная и лучше поставить леса. Спустя некоторое время он услышал звук падения предмета со стороны, где находился ФИО2. Подойдя к нему, обнаружил его лежащим около стены, где должны были проводиться работы. Он понял, что тот упал. ФИО2 лежал и жаловался на боль в бедренной части ноги. Сразу подошли другие мужчины, работающие на этом объекте. ФИО5 вызвал скорую, которая увезла ФИО2 в больницу. Ввиду того, что ФИО2 не мог больше продолжать работу из-за полученной травмы, все, кто работал на объекте, выражая сочувствие, решили сложиться деньгами и передать ему денежную сумму для погашения месячной задолженности за жилье. Считает, что ФИО2 необоснованно обратился в ГИТ Пензенской области, поскольку никаких трудовых отношений между ними и ФИО5 не имелось. Каждый из них был привлечен на объект по договору подряда, заключенному в устной форме. Каждый из них самостоятельно определял рабочее время (график работы), порядок работы и время отдыха, поскольку оплате подлежал конкретный результат, а не отработанные часы. И он, и ФИО2 работали своим инструментом и в своей одежде, сами определяли способ выполнения порученного каждому задания. В том, что ФИО2 получил травму, виноват он сам, поскольку не стал выполнять требования элементарной безопасности и проигнорировал разумные советы по устройству строительных лесов.

Как следует из пункта 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданское законодательство в том числе определяет правовое положение участников гражданского оборота и регулирует договорные и иные обязательства, а также другие имущественные и личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников.

Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

В соответствии со статьей 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Договор подряда заключается на изготовление или переработку (обработку) вещи либо на выполнение другой работы с передачей ее результата заказчику (пункт 1 статьи 703 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику (пункт 1 статьи 720 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если из закона или договора подряда не вытекает обязанность подрядчика выполнить предусмотренную в договоре работу лично, подрядчик вправе привлечь к исполнению своих обязательств других лиц (субподрядчиков) (пункт 1 статьи 706 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания данных норм Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что договор подряда (субподряда) заключается для выполнения определенного вида работы, результат которой подрядчик обязан сдать, а заказчик принять и оплатить.

Следовательно, целью договора подряда является не выполнение работы как таковой, а получение результата, который может быть передан заказчику. Получение подрядчиком определенного передаваемого (т.е. материализованного, отделяемого от самой работы) результата позволяет отличить договор подряда от других договоров.

От трудового договора договор подряда отличается предметом договора, а также тем, что подрядчик сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; подрядчик работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.

Оценив представленные сторонами доказательства, в том числе пояснения ответчика, третьего лица ФИО2, показания свидетеля ФИО13, суд приходит к выводу о том, что они с достоверностью не подтверждают факт наличия трудовых отношений между ФИО2 и ответчиком в спорный период, поскольку не содержат информации, которая свидетельствовала бы о достигнутой между ними договоренности о заранее обусловленной трудовой функции ФИО2, выполняемой именно в интересах, под контролем и управлением работодателя ИП ФИО5.

По мнению суда, с ФИО2 заключался договор для выполнения определенного вида работы со сдачей ее результатов ФИО5, который ее обязан был принять и оплатить. ФИО2 выполнял работы в своем интересе, своим инструментом, сам определял способ выполнения работы, т.е. являлся самостоятельным хозяйствующим субъектом; их отношения основывались на равенстве. Определенный график работы и режим рабочего времени отсутствовал и для ФИО2 не устанавливался. Доказательств устойчивого и стабильного характера отношений, подчиненности и зависимости труда, интегрированности в организационную структуру работодателя в материалы дела не представлены.

Отношения ФИО2 с ФИО5 не являлись длящимися и ограничивались разовым выполнением работ с передачей ее результата заказчику, оплата осуществлялась по факту выполненной работы. Периодических выплат работнику, которые являлись для него единственным и (или) основным источником доходов, не осуществлялось. Каких-либо договоренностей о предоставлении гарантий, предусмотренных трудовым законодательством, не имелось. Доказательств обратному в материалы дела не представлено.

Таким образом, по мнению суда, договор, заключенный между ФИО2 и ФИО5, не содержал характерных признаков трудовых отношений и трудового договора, указанных в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, дающих основание полагать, что между пострадавшим ФИО2 и ИП ФИО5 фактически сложились трудовые отношения, в связи с чем, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

Руководствуясь ст.ст. 194- 199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования Государственной инспекции труда в Пензенской области к ИП ФИО5 об установлении факта трудовых отношений оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Пензенского областного суда через Бессоновский районный суд Пензенской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Е.А. Рязанцева

Мотивированное решение изготовлено 8 декабря 2023 года.

Судья Е.А. Рязанцева