Судья: Бигеза Е.Л. Дело № 33-7224/2023 (№ 2-346/2023)

Докладчик: Першина И.В. УИД 42RS0003-01-2023-000332-43

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

«10» августа 2023 года г. Кемерово

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе

председательствующего Першиной И.В.,

судей Вязниковой Л.В., Кирилловой Т.В.,

при секретаре Силицкой Ю.В.,

с участием прокурора Газизулиной А.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Першиной И.В. гражданское дело по апелляционной жалобе представителя Акционерного общества «Центральная обогатительная фабрика «Березовская» ФИО1 на решение Березовского городского суда Кемеровской области от 24 апреля 2023 года

по иску ФИО2 к Акционерному обществу «Центральная обогатительная фабрика «Березовская» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 просит взыскать с Акционерного общества «Центральная обогатительная фабрика «Березовская» (АО «ЦОФ «Березовская») компенсацию морального вреда, причиненного вследствие несчастного случая на производстве, в размере 400 000 руб.

Иск обоснован тем, что 12.12.2009 в период работы в организации ответчика он получил производственную травму.

С травмой был доставлен в больницу, где проведена <данные изъяты>, определена <данные изъяты>, установлен окончательный диагноз.

Ответчиком составлен акт № 1 от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве.

Заключением учреждения МСЭ ему впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности в связи с указанным несчастным случаем в размере <данные изъяты>%, с ДД.ММ.ГГГГ степень утраты профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>% установлена бессрочно.

Последствия травмы до настоящего времени причиняют ему <данные изъяты>.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился.

Представитель истца ФИО2 – ФИО3 в судебном заседании иск поддержала.

Представитель ответчика АО «ЦОФ «Березовская» ФИО1 возражала против иска.

Решением суда постановлено:

«Исковые требования ФИО2 к Акционерному обществу «ЦОФ «Березовская» о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить.

Взыскать с Акционерного общества «ЦОФ «Березовская» (ОГРН №, ИНН №, КПП №) в пользу ФИО2, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> (паспорт № выдан ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ, код подразделения №) компенсацию морального вреда в размере 350 000 (триста пятьдесят тысяч) рублей.

Взыскать государственную пошлину в доход местного бюджета с Акционерного общества «ЦОФ «Березовская» (ОГРН №, ИНН №, КПП №) в размере 300 (триста) рублей».

В апелляционной жалобе представитель Акционерного общества «Центральная обогатительная фабрика «Березовская» ФИО1 (копия доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ – на л.д. 5 т.2) просит решение суда изменить, принять по делу новое решение об удовлетворении иска о компенсации морального вреда в размере в размере 120 508,48 руб.

Указывает, что при вынесении решения судом не учтено, что несчастный случай произошел исключительно по вине истца, ему установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>%, при этом истец не испытывает неудобств в быту, работает вахтовым методом, вне места постоянного проживания.

Ссылаясь на положения п. 2 ст. 1101 ГК РФ, п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», п. 5.4. Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2007 – 2009 гг., указывает, что, устанавливая основания выплаты единовременной компенсации, Федеральное отраслевое соглашение содержит отсылочную норму о том, что такая компенсация выплачивается в порядке, установленном в коллективном договоре, соглашении.

Поскольку на момент увольнения истца действовал Коллективный договор ПАО «ЦОФ «Березовская» на 2019-2021гг., которым предусмотрена компенсация морального вреда вследствие производственной травмы в размере 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности, размер единовременной компенсации морального вреда, подлежащий выплате истцу, составляет 120 508,48 руб.

На апелляционную жалобу помощником прокурора г. Березовский Мамаевой К.А. принесены возражения.

О времени и месте судебного заседания, назначенного в суде в апелляционной инстанции на 10.08.2023, лица, участвующие в деле, извещены надлежаще. В судебное заседание не явились, истец ФИО2 просил рассмотреть дело в его отсутствие.

В соответствии со ст. 167 ч.3, ст. 327 ч. 1 ГПК РФ судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений относительно апелляционной жалобы, заслушав заключение прокурора отдела прокуратуры Кемеровской области –Кузбасса Газизулиной А.О., считавшей, что решение суда является правильным, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии со ст. 327.1 ч. 1 ГПК РФ, судебная коллегия полагает, что оснований для отмены решения суда не имеется.

В силу положений абз. 4 и 14 ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором; а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. (абз. 4, 15 и 16 части 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абз. 2 ч. 1 ст. 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абз. 2 ч. 3 ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации в связи с работой с вредными и (или) опасными условиями труда, включая медицинское обеспечение, в порядке и размерах не ниже установленных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации либо коллективным договором, трудовым договором (абз. 2 и 9 ч. 1 ст. 216 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно абз. 2 пункт 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абз. 4 п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В абзаце 2 п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.

В соответствии с п. 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др. Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Как установил суд первой инстанции и следует из материалов дела, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО2 работал в должностях <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты> на ГП «ЦОФ «Березовская», АООТ «ЦОФ «Березовская», ОАО «ЦОФ «Березовская», ПАО «ЦОФ «Березовская».

Из материалов дела следует, что правопреемником указанных предприятий в настоящее время является АО «ЦОФ «Березовская».

Как указано в акте № 1 о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, 12.12.2009 при исполнении трудовых обязанностей с ФИО2 произошел несчастный случай на производстве, в результате которого он получил травму.

Причиной несчастного случая в акте о несчастном случае на производстве №1 от ДД.ММ.ГГГГ указана личная неосторожность пострадавшего.

Согласно выписке из истории болезни с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находился на <данные изъяты> с диагнозом: <данные изъяты>.

Из справки № о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве, выданной главным врачом МУЗ ЦГБ г. Березовский, следует, что в связи с травмой, полученной в результате несчастного случая на производстве, ФИО2 установлен диагноз: <данные изъяты>

Согласно заключения врачебной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 направлен на МСЭ.

Заключением учреждения МСЭ № от ДД.ММ.ГГГГ при переосвидетельствовании ФИО2 установлено снижение профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>% в результате профессионального заболевания с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно.

Из программ реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, выданных учреждением медико-социальной экспертизы, следует, что в связи с диагнозом <данные изъяты> <данные изъяты> истец нуждается в проведении реабилитационных мероприятий: приобретении <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>. Указано на возможность выполнения труда по профессии, выполнение которого потребует большего напряжения, чем прежде.

Согласно представленных выписок из амбулаторной карты, ФИО2 наблюдается в ГАУЗ «Березовская городская поликлиника» с диагнозом «<данные изъяты><данные изъяты>».

Из показаний свидетеля ФИО8 следует, что у <данные изъяты> ФИО2 имеются проблемы со <данные изъяты>. До настоящего времени он <данные изъяты>. Улучшения состояния здоровья несмотря на принимаемое лечение не наблюдается.

Удовлетворяя иск, суд первой инстанции обоснованно указал, что вследствие трудового увечья, повлекшего снижение профессиональной трудоспособности, истец испытывает нравственные и физические страдания.

Определяя размер подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда в размере 350 000 руб., суд первой инстанции учел обстоятельства несчастного случая, степень вины работодателя, характер полученных истцом повреждений, характер и степень его <данные изъяты>, процент утраты профессиональной трудоспособности, длительность <данные изъяты> истца, продолжение им трудовой деятельности в ПАО «ЦОФ «Березовская» после травмирования 12.12.2009, работу в настоящее время вахтовым методом.

Обстоятельства, учитываемые при определении размера компенсации морального вреда, установлены судом в полном объеме, доказательствам дана оценка, отвечающая требованиям ст. 67 ГПК РФ.

Судебная коллегия полагает, что определенный судом размер компенсации морального вреда соразмерен причиненному вреду, обеспечивает защиту нарушенного права истца, согласуется с принципами конституционной ценности достоинства личности, а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Несогласие ответчика с размером компенсации морального вреда не может стать основанием для изменения решения суда, поскольку суд в силу предоставленных ему законом полномочий определяет размер компенсации морального вреда в каждом конкретном случае исходя из установленных по делу обстоятельств.

Доводы в апелляционной жалобе о том, что по условиям «Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2007- 2009 годы», действовавшего на момент несчастного случая, Коллективного договора ПАО «ЦОФ «Березовская» на 2019-2021гг., действовавшего на момент увольнения истца, единовременная компенсация морального вреда вследствие производственной травмы в размере 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности у истца составит 120 508,48 руб., в связи с чем оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере у суда не имелось, являются необоснованными.

В соответствии со ст. 9 ч. 2 Трудового кодекса РФ коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в соответствии со ст. 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон.

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке в счет компенсации морального вреда в предусмотренном размере. Компенсация морального вреда в размере, указанном в апелляционной жалобе, несоразмерна нравственным и физическим страданиям истца в связи с повреждением здоровья на производстве, у суда имелись основания для взыскания компенсации морального вреда в большем размере.

Доводы апелляционной жалобе о том, что, несчастный случай произошел по вине истца, допустившего личную неосторожность, не может являться основанием для освобождения ответчика от ответственности за причиненный истцу вред.

Суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что грубая неосторожность в действиях ФИО2 при получении 12.12.2009 травмы на производстве при обстоятельствах, указанных в акте о несчастном случае на производстве № 1, не установлена.

Доводы апелляционной жалобы направлены на иную оценку исследованных судом доказательств и выводов суда об обстоятельствах, имеющих значение для дела, установленных судом, что в силу ст. 330 ГПК РФ не может служить основанием для отмены или изменения решения суда.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А:

Решение Березовского городского суда Кемеровской области от 24 апреля 2023 года в обжалованной части оставить без изменения, апелляционную жалобу- без удовлетворения.

Председательствующий- И.В.Першина

Судьи- Т.В.Кириллова

Л.В.Вязникова

Мотивированное апелляционное определение составлено 17.08.2023.