Дело № 2-2-51/2025
73RS0018-02-2025-000076-96
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
р.п. Старая Кулатка 23 июня 2025 года
Радищевский районный суд Ульяновской области в составе:
председательствующего судьи Николаевой Н.М.,
при ведении протокола секретарем судебного заседания Сулеймановой Г.Ф.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Старокулаткинского района Ульяновской области в интересах ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «ТАН» о взыскании морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Прокурор Старокулаткинского района Ульяновской области в интересах ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «ТАН», о взыскании компенсации морального вреда.
В обоснование иска указано, что прокуратурой Старокулаткинского района Ульяновской области в связи с обращением ФИО1, проанализировано соблюдение трудового законодательства в ООО «ТАН», в связи с несчастным случаем на производстве со смертельным исходом, произошедшим ххххх с водителем грузового транспорта Ф.С.Н.
Смерть Ф.С.Н., согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, наступила в результате закрытой черепно-мозговой травмы, полученной вследствие падения. Причиной смерти Ф.С.Н. явилось падение с кузова грузового автомобиля при выполнении трудовых обязанностей без обеспечения необходимыми средствами индивидуальной защиты и безопасного доступа к рабочему месту.
Кроме того, в обществе имели место нарушения требований охраны труда, выразившиеся в ненадлежащем обеспечении контроля за безопасностью производства работ, неудовлетворительном состоянии рабочих мест и нарушении порядка проведения медицинских осмотров. Так в ходе государственного расследования несчастного случая, установлена вина работодателя в допущении нарушений законодательства о труде и охране труда, повлекших смерть работника. ФИО1 является супругой Ф.С.Н. В связи со смертью супруга истец понесла невосполнимую утрату, испытывает глубокие нравственные и физические страдания, выражающиеся в тяжелых переживаниях утраты близкого человека, ухудшении психологического состояния и общего качества жизни.
Ссылаясь на положения ст. 237 ТК РФ, п.п. 46, 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», п. 12 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ №3 (2020), п.17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» просил взыскать с ООО «ТАН» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 руб.
Определениями суда от 29.04.2025, 22.05.2025 в качестве третьих лиц, привлечены Государственная инспекция труда в Ульяновской области, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6
Истец ФИО1 в судебном заседании поддержала исковые требования в полном объеме, просила иск удовлетворить, указав, что утром муж ушел на работу, потом позвонил, сказал, что у них будет залив. Через некоторое время она ему звонила, в этот момент он ехал между р.... и р...., муж пояснил, что не знает во сколько он приедет, поскольку ему еще надо слить груз. Через какое то время ей позвонила жена его брата и сообщила, что муж в больнице, в коме. Через четыре дня в больнице он умер, не придя в сознание. Экспертиза установила, что он погиб по причине падения с кузова автомобиля. Следователь показал видео, где ее муж перелез через цепочку, соскользнул с борта и упал. Крановщик у него спросил о том, что случилось, он ответил, что упал. После этого взял какие-то запчасти со склада, занес в бухгалтерию документы и уехал. Ранее муж ей жаловался на то, что ему снова приходится самому выгружать груз, что не входит в его должностные обязанности. Кузов автомашины она сама неоднократно видела, когда муж приезжал на нем домой, никакой лестницы в кузове никогда не было. В день, когда он упал, именно механик дал ему задание выгружать цистерну, он не стал бы сам туда лезть, поскольку это обязанность стропальщика, которому полагается специальная одежда и каска. В период работы в ООО «ТАН» ее муж всегда ездил на одном и том же автомобиле. Примерно за три дня до случившегося она видела кузов автомобиля, когда стройматериалы для дома и лестницы там не было. В связи с утратой своего супруга она испытала сильное эмоциональное потрясение, до сих пор плачет и не может с этим смириться. Приходится принимать успокоительные, она осталась без мужа, ее дети остались без отца, а внуки потеряли дедушку.
Прокурор Старокулаткинского района Ульяновской области Борминцев Я.С. в судебном заседании поддержали исковое заявление, указав, на обоснованность заявленных требований. Кроме того ссылался на наличие установленных в действиях ООО «ТАН» множественных нарушений трудового законодательства, которые привели к падению водителю «Камаза» Ф.С.Н. и получение им травм с последующим наступлением его смерти. Так же указал, что в обществе не было организовано производство работ, не разрабатывались мероприятия по снижению риска падения, что подтвердили допрошенные свидетели. Установлено, что никакой лестницы в кузове автомобиля не было, как поясняла ФИО1, а так же допрошенные свидетели. Механизм безопасного спуска и подъема на кузов транспортного средства, которым управлял Ф.С.Н., в организации не был разработан. Кроме того Ф.С.Н. неоднократного привлекался к погрузочно-разгрузочным работам на предприятии, при этом не был обеспечен каской, ему не был проведен инструктаж. Документы о привлечении Ф.С.Н. в качестве стропальщика, не представлены. Ф.С.Н.. не мог знать, кому звонить и с кем согласовывать необходимость разгрузки, при этом, наличие стропальщиков не обеспечивалось и, работа Ф.С.Н. носила вынужденный характер. Последствия в виде травмы и впоследствии смерть Ф.С.Н. наступила вследствие данных нарушений со стороны работодателя и находятся в причинно-следственной связи с ними.
Представитель ответчика ООО «ТАН» по доверенности И.А.И. в судебном заседании не согласился с исковыми требованиями указав, что полагает, что причиной несчастного случая, произошедшего с потерпевшим, явилась его грубая неосторожность, поскольку он выполнял работу, которая не входила в его должностные обязанности. О начале выполнения данной работы Ф.С.Н. не уведомлял руководство и не использовал имеющуюся в кузове лестницу, которая была предназначена для спуска и подъема на кузов. Ссылаясь на положения п. 12 обзора судебной практики Верховного суда №, утвержденного президиумом Верховного Суда Российской Федерации ххххх, полагал, что все нарушения, указанные в заключении государственного инспектора, не привели к смерти потерпевшего и причинно-следственной связи с действиями руководства ООО «ТАН» не состоят. В ООО «ТАН», действительно имеются нарушения, но к смерти потерпевшего они никакого отношения не имеют. Если бы потерпевший добросовестно выполнял все требования техники безопасности, такого бы не произошло. Считает, что вопреки заключению трудовой инспекции, имеется постановление о прекращении уголовного дела от ххххх, согласно которому в действиях сотрудников ООО «ТАН» отсутствует состав преступления, предусмотренный ст. 143 УК РФ. Следовательно, оснований для взыскания с общества морального вреда не имеется.
Представитель ответчика генеральный директор ООО «ТАН» Х.Р.Р. в судебном заседании не согласился с исковыми требованиями, указав, что о факте падения Ф.С.Н. ему стало известно от следователя, через 3-4 месяца после случившегося, который ему пояснил, что момент падения усматривается из видео с камер наблюдения на предприятии. После чего в обществе была проведена проверка трудовой инспекцией. Поскольку Ф.С.Н.. занимал должность водителя автомобиля, вопросы погрузки, разгрузки, крепления автомобиля в его должностные обязанности не входили. Каких либо указаний Ф.С.Н.. осуществлять разгрузку лично он как руководитель общества не давал. При этом на каждом грузовом транспорте общества имеется своя лестница для подъема и спуска. В обществе имеется должностное лицо – механик, на которого возложены обязанности по контролю за наличием стропальщика при проведении погрузочно-разгрузочных работ на базе, факте заезда автомобиля на территорию. По какой причине водитель Ф.С.Н. и крановщик в день произошедшего не дождались стропальщика и начали самостоятельно производить разгрузку ему не известно. С заключением трудовой инспекции о наличии выявленных нарушений он не был согласен, в связи с чем, данное заключение было обжаловано. Кроме того Ф.С.Н. в последующем ездил в Водоканал и оттуда его забрали в больницу. То, что Ф.С.Н. получил телесные повреждения в обществе ничем не доказано и в этом нет вины предприятия.
Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Государственная инспекция труда в Ульяновской области, ФИО3, ФИО4, ФИО6, в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.
Третье лицо ФИО2 в судебном заседании указала на обоснованность заявленных ФИО1 требований, пояснив, что она, как и ее мать до сих пор очень сильно переживают смерть Ф.С.Н.
Третье лицо ФИО5 в судебном заседании так же указал на обоснованность заявленных истцом требований, указав, что жена его брата ФИО1 очень страдает в связи с утратой своего супруга, ее состояние никак не улучшается.
Информация о движении дела размещена на официальном интернет-сайте Радищевского районного суда Ульяновской области - radishevskiy.uln.sudrf.ru.
Суд, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, с учетом мнения участников процесса, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.
Выслушав пояснения сторон, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
Как следует из материалов дела, ФИО1 является супругой Ф.С.Н., что следует актовой записи о заключении брака № (10) от ххххх (т. 1 л.д. 13-14, 157).
ххххх Ф.С.Н. умер, что подтверждается записью акта о смерти № от ххххх (т. 1 л.д. 157).
Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы ГКУЗ Республики Мордовия «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы» от ххххх № смерть Ф.С.Н. наступила в результате тупой закрытой черепно-мозговой травмы: линейный перелом костей свода черепа (левой височной кости с расположением перелома на левую и правую теменные области) ; субдуральная гематома слева (кровоизлияние под твердую мозговую оболочку) объемом 80+20 мл, кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку левой височной области слева головного мозга, ушиба и размозжения мозговой ткани левой височной доли, бесструктурная масса головного мозга; осложнившееся отеком и набуханием головного мозга. Возможность совершения потерпевшим активных целенаправленных действий (управление автомобилем в течение длительного времени передвижение на значительное расстояние, общение в ходе поездки) до момента полной утраты сознания не исключается (т. 1 л.д. 12-63).
При жизни Ф.С.Н. ххххх по ххххх состоял в трудовых отношениях с ООО «ТАН» в должности водителя. Трудовой договор расторгнут в связи со смертью работника п.6 ч.1 ст. 83 ТК РФ (т. 1 л.д. 128-129, 126-127).
Из заключения государственного инспектора труда от ххххх следует, что на основании проведенного расследования, руководствуясь ст.ст. 227, 229.2 ТК РФ и принимая во внимание, что водитель Ф.С.Н., состоял в трудовых отношениях с ООО «ТАН», в соответствии и на условиях предусмотренных Трудовым Кодексом РФ, несчастный случай произошёл при выполнении работ и в интересах работодателя, его нахождение на рабочем месте было вызвано непосредственным исполнением трудовых обязанностей, данный несчастный случай подлежит квалификации, как несчастный случай на производстве, который подлежит оформлению актом Н-1 (л.д. 73-81, 178-182).
Как указано в п. 8.1 Акта формы Н-1, ххххх с Ф.С.Н. произошел несчастный случай на территории организации ООО «ТАН» по адресу: .... Местом несчастного случая явилась открытая территория, в противоположном от въезда на территорию углу, за помещением гаражей. Пострадавший совершил падение с кузова автомобиля КАМАЗ-№ гос. номер №.
Обстоятельства несчастного случая установлены и подробно описаны в Акте от ххххх, составленном по Форме Н-1 (л.д. 172-176, 108-112, 147-155).
Причинами указанного выше несчастного случая, как отражено в Акте формы Н-1, являются использование пострадавшего не по специальности, выразившаяся в использовании водителя Ф.С.Н. в качестве стропальщика, в связи с чем, он взобрался в кузов грузового автомобиля для зацепления строп к емкости, установленной в кузове, и при спуске с кузова совершил падение, в результате которого не исключено получение им закрытой черепно-мозговой травмы. Нарушена ст. 60 ТК РФ; Неудовлетворительное содержание и недостатки в организации рабочих мест, а именно работодателем не обеспечен безопасный доступ в рабочую зону – кузов грузового автомобиля (спуск/подъем), в следствие чего, при спуске с кузова Ф.С.Н. совершил падение. Нарушены ст.ст. 213.1, 214 ТК РФ, п.9 общих требований к организации безопасного рабочего места, утвержденных Приказом Минтруда России от 29.10.2021 №774; Неприменение работником средств индивидуальной защиты вследствие необеспеченности ими работодателем, выразившееся в том, что из-за необеспечения Ф.С.Н. защитной каской, он выполнял погрузочно-разгрузочные (стропальные) работы не применяя защитную каску, вследствие чего в результате падения с кузова грузового автомобиля не исключено получение им закрытой черепно-мозговой травмы. Нарушены ст.ст. 214,221 ТК РФ, п. 4739 Единых типовых норм выдачи средств индивидуальной защиты и смывающих средств, утвержденных Приказом Минтруда РФ от 29.10.2021 №767Н.; Неудовлетворительная организация производства работ, в том числе необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины, выразившееся в том, что работодателем не обеспечен должный контроль за безопасным ходом погрузочно- разгрузочных работ и соблюдением работниками требований охраны труда. Нарушены ст.ст. 213.1, 214 ТК РФ, п. 4, 15 Правил по охране труда при погрузочно- разгрузочных работах и размещении грузов, утверждённых Приказом Минтруда РФ от 28.10.2020 №753Н, в том числе, недостатки в создании и обеспечении функционирования системы управления труда, а именно в том что риск падения работника с транспортного средства идентифицирован, однако мероприятия по снижению данного риска не разработаны. Нарушены ст.ст. 214, 218 ТК РФ.
Со стороны Ф.С.Н. установлены нарушения ст. 215 ТК РФ не известил руководство о полученной им травме, ст. 21ТК РФ после получения от механика С.А.Н. указания возвращаться на Радищевский участок ООО «ТАН», отклонился от маршрута следования, прибыл на территорию ОГКП «Ульяновский областной водоканал», где в ходе конфликта получил травму, откуда был госпитализирован.
Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, указаны: механик ООО «ТАН» С.А.Н., начальник участка «Радищевский ДУ» ООО «ТАН» Д.А.А., главный механик ООО «ТАН» Н.Н.Н., директор ООО «ТАН» Х.Р.Р.
Указанное заключение, а так же выданное обществу предписание ООО «ТАН» были обжалованы. Решением Ленинского районного суда Ульяновской области от ххххх в удовлетворении административного иска обществу было отказано. ххххх указанное решение вступило в законную силу (т. 1 л.д. 183-187).
Из показаний, допрошенного в судебном заседании в качестве свидетеля С.А.Н., следует, что он является механиком в ООО «ТАН» в р..... Ф.С.Н. работал водителем и, в его обязанность входило получение у него (С.А.Н.) путевого листа и выполнение поручений по транспортировке. Иных обязанностей, в том числе стропальщика на Ф.С.Н. никто не возлагал. В штате предприятия на тот момент было два стропальщика. Находились ли стропальщики на территории базы в р.п. ... в момент произошедшего, ему не известно. Сам он никаких поручений Ф.С.Н.. на выполнение работ по разгрузке не давал. В кузове автомашины «Камаза, который был закреплен за Ф.С.Н. была деревянная лестница, о наличии которой последнему было известно. По приезду в р.п. ... Ф.С.Н. должен был после слива цистерны и снятии её с кузова, зайти в контору ООО «Тан», где находится главный инженер и главный механик, которые решают, оставлять емкость или нет. Вечером в день произошедшего, он совместно с Л.С.И. и водителем ездили забирать Камаз, при этом в ходе осмотра автомашины видели, что лестница находится в кузове. О том, что водитель должен сообщить главному инженеру о своем прибытии и необходимости предоставления стропальщика указано в инструкции погрузочно-разгрузочных работ, однако указанная инструкция доводится только до главного механика и главного инженера, которые должны контролировать процесс выгрузки.
Из показаний, допрошенного в судебном заседании в качестве свидетеля Д.А.А., следует, что он работает начальником участка в ООО «ТАН» в р..... Ему известно, что водитель Ф.С.Н. в октябре 2023 года при выгрузке цистерны упал и получил телесные повреждения. Ф.С.Н. работал на автомашине Камаз, в его обязанности входило управление автомобилем, доставка груза от одной точки в другую, обязанности стропальщика на него возложены не были. При этом в обществе были работники, на которых возлагались обязанности стропальщика. Для погрузки либо разгрузки цистерны, которая находится в р.п. ..., указание дает руководство. В день несчастного случая указаний Ф.С.Н. на снятие цистерны не было. При этом в кузове автомашины Ф.С.Н. находилась деревянная лестница, о назначении которой водителю устно регулярно разъяснялось.
Из показаний, допрошенного в судебном заседании в качестве свидетеля Н.Р,р., следует, что он ранее работал в ООО «ТАН»в должности главного механика. Ему известно, что Ф.С.Н. заехав на базу в р.п. ... заправился, сдал документы, но не предупредил о том, что нужно снять бочку и, поскольку информации о необходимости разгрузки от мастера из р.... ему не поступала, стропальщики при разгрузке не участвовали. Разгрузка Ф.С.Н.С.Н. сделана самовольно. В автомашине Ф.С.Н.С.Н. лестницы для подъема в кузов никогда не было. Стропальщики при погрузке или разгрузке обычно забираются в кузов автомашины по колесам или с помощью лестницы, но в кузове автомашины Ф.С.Н.С.Н. лестницы не было. Фактически он должен был контролировать действия водителя Ф.С.Н. на территории общества.
Из показаний, допрошенного в судебном заседании в качестве свидетеля А.Г.Н., следует, что он работает в ООО «ТАН» крановщиком, в тот день Ф.С.Н. приехав на территорию общества ему позвонил, сказал, что нужно разгрузиться. После чего он подъехал к конторе, при этом стропальщики были на выезде и должны были приехать только после 16.00 часов. Поскольку Ф.С.Н. торопился, то попросил его снять бочку. При этом, С.А.Н. для дачи разрешения на разгрузку он (А.Г.Н.) не звонил, согласившись снять бочку по просьбе Ф.С.Н. Во время разгрузки все было нормально, и сам момент падения Ф.С.Н. он не видел, видел только, как он вставал с земли. На вопрос о самочувствии, Ф.С.Н. пояснил, что у него все нормально. После чего, бочку снова подняли, перевернули на 180 градусов и снова поставили. Ф.С.Н. помог ему собрать кран и зашел в контору. В кузове автомашины Ф.С.Н. имеется приваренная к бочке лестница, так же деревянная лестница для подъема на бочку.
Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).
Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).
Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.
Из приведенных положений Конституции Российской Федерации следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в частности, права на условия труда, отвечающие требованиям безопасности.
В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.
В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).
Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).
В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.
Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, члены семьи работника имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой близкого человека.
Как указано выше, актом формы Н-1 от ххххх установлена вина ООО «ТАН» в несчастном случае на производстве.
Тем самым, вопреки доводов представителей ответчика, материалами дела подтверждено, что к несчастному случаю на производстве с Ф.С.Н. привели несоответствующие нормам закона действия ООО «ТАН», допустившего нарушение приведенных выше и обязательных для исполнения требований безопасности при проведении разгрузки и последующем спуске с кузова транспортного средства, в результате чего Ф.С.Н. получил производственную травму, повлекшую наступление смерти.
Последующее получение Ф.С.Н. телесных повреждений в скуловой области, в ходе конфликта, вопреки доводам представителей ответчика не является причиной наступления смерти Ф.С.Н., данный факт подтвержден как заключением эксперта, так и выводами расследования несчастного случая.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации). Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.
Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего. (пункты 27,28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Вопреки доводам представителей ответчика, наличие со стороны Ф.С.Н. грубой неосторожности, повлекшей его смерть, не установлено.
Указание представителя ответчика на наличие, постановления старшего следователя Новоспасского МСО СУ СК Российской Федерации по Ульяновской области от 13.03.2025 о прекращении уголовного дела и уголовного преследования Х.Р.Р., Д.А.А., С.А.Н., Н.Р,р. по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного ч.2 ст. 143 УК РФ, со ссылкой на наличие в действиях потерпевшего грубой неосторожности, не является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, поскольку указанный документ в совокупности с иными доказательствами, исследованными в судебном заседании не опровергает вывод суда об отсутствии со стороны Ф.С.Н. грубой неосторожности.
Так, при расследовании несчастного случая на производстве государственным инспектором были опрошены работники ООО «ТАН» С.А.Н., Д.А.А., К.И.Р., Х.Г.Р., А.Г.Н., которые указывали на наличие устных распоряжений Ф.С.Н. для разгрузки от С.А.Н., а так же на отсутствие в штате ООО «ТАН» стропальщика и о систематическом выполнении данных функций при разгрузке автомашины Ф.С.Н. Аналогичные показания, указанные лица давали и на первоначальном этапе расследования уголовного дела. По истечении года с момента несчастного случая, следователем проведен осмотр транспортного средства, в котором была обнаружена лестница, при этом указанные свидетели при дополнительных допросах, а так же в ходе допроса в судебном заседании, указали на самостоятельные действия Ф.С.Н.. при разгрузке цистерны, без оповещения должностных лиц, ответственных за технику безопасности, на наличие в обществе штатных стропальщиков, а так же на наличие при разгрузке в кузове автомашины Ф.С.Н. лестницы.
Кроме того, при прекращении производства по уголовному делу, следователем установлено, предоставление в его адрес и в адрес инспекции труда обществом недостоверных документов - приказов о возложении обязанностей по контролю за соблюдением техники безопасности на территории общества, при этом, сведений о привлечении лиц предоставивших недостоверные сведения не имеется.
Вместе с тем, ответчики с заявлением о проведении повторного расследования несчастного случая, в том числе, в связи с наличием новых обстоятельств, в государственную инспекцию труда не обращались, указанный акт незаконным не был признан.
Несмотря на доводы представителя ответчика на вынесение постановления о прекращении производства по делу, его наличие, не освобождает ответчика от обязанности по возмещению морального вреда. Судом, бесспорно установлено, что работодателем не были обеспечены условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, и доказательств обратного ответчиком, не представлено. В данном случае безопасные условия труда обеспечены ответчиком не были, о чем свидетельствует сам факт гибели работника при установленных обстоятельствах.
При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает: характер и степень причиненных нравственных страданий ФИО1, требования разумности и справедливости, фактические обстоятельства, при которых истцу был причинен моральный вред, характер нарушений, допущенных ответчиком, факт выявленных нарушений со стороны Ф.С.Н. (не извещение о падении работодателя ст. 215 ТК РФ, не выполнение указаний о возвращении на Радищевский участок ООО «ТАН», отклонение от маршрута следования ст. 21 ТК РФ), наличие иных близких родственников погибшего.
Представленные, представителем ответчика, штатное расписание, инструкция по охране труда водителя в осенне-зимнее время, инструкция по охране труда для водителя грузового автомобиля, акт о закреплении переносной лестницы, наряду с иными представленными ответчиками документами не свидетельствует, о выполнении работодателем действий по соблюдению в обществе норм законодательства, указанных в акте трудовой инспекции, поскольку на момент несчастного случая, Ф.С.Н.. находился на территории общества и осуществлял разгрузку без непосредственного контроля со стороны ответственных лиц, при отсутствии на предприятии установленного регламента действий при разгрузке, что и послужило причиной несчастного случая.
Вопреки доводам ответчика ООО «ТАН» не установлена грубая неосторожность Ф.С.Н. Притом, что в данном случае именно работодатель ООО «ТАН» должен был осуществлять надлежащий контроль за использованием его работником Ф.С.Н.С.Н. транспортного средства и инвентаря.
Смерть Ф.С.Н. несомненно причинила истцу значительные физические и нравственные страдания, обусловленные безвременной гибелью супруга, с которым у нее существовали крепкие родственные связи и близкие, доверительные отношения. Смерть Ф.С.Н.. явилась для его супруги ФИО1 невосполнимой утратой.
Поэтому суд полагает возможным взыскать в качестве компенсации морального вреда с ответчика ООО «ТАН» в пользу истца денежные средства в размере 800 000 руб.
Оснований для взыскания с ООО «ТАН» компенсации морального вреда в пользу ФИО1 в большем размере суд не усматривает.
В силу ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ООО «ТАН» надлежит взыскать государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования «Старокулаткинский район» Ульяновской области в размере 21 000 руб.
Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые требования прокурора Старокулаткинского района Ульяновской области в интересах ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «ТАН» о взыскании морального вреда, удовлетворить частично.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ТАН» (ИНН № ОГРН №) в пользу ФИО1 (паспорт № выдан ТП УФМС России по Ульяновской области в Радищевском районе ххххх) в счет компенсации морального вреда 800 000 (восемьсот тысяч) рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований прокурора Старокулаткинского района Ульяновской области в интересах ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «ТАН» отказать.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ТАН» (ИНН № ОГРН №) в доход бюджета субъекта МО «Старокулаткинский район» Ульяновской области государственную пошлину в размере 21 000 руб.
Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Радищевский районный суд Ульяновской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме - 04.07.2025.
Судья: Н.М. Николаева