56RS0032-01-2023-000093-37

№2-499/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Соль-Илецк 18 мая 2023 года

Соль-Илецкий районный суд Оренбургской области в составе

председательствующего судьи Бобылевой Л.А.,

при секретаре Жаровой К.П.,

с участием помощника прокурора Соль-Илецкого района Алексеевой А.Н.,

представителя истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО2 обратилась с вышеуказанным иском, указав, что в результате незаконных действий ответчика, реализовавшего под видом пищевого продукта метанол, наступила смерть ФИО23 который приходится ей (истцу) сыном.

Вина в совершении ФИО3. преступления подтверждена приговором суда, вступившим в законную силу.

ФИО2 указала, что в связи со смертью близкого человека испытывает нравственные страдания, душевные переживания, которые оценивает в 5 000 000 рублей.

Просит суд взыскать с ответчика ФИО3 в свою пользу моральный вред в размере 5 000 000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО2, ответчик ФИО3 не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения гражданского дела.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд вынес определение о рассмотрении дела в отсутствие неявившихся сторон, извещенных надлежащим образом о времени и месте рассмотрения гражданского дела.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 исковые требования поддержала, просила удовлетворить.

Изучив и исследовав материалы гражданского дела, заслушав объяснение явившегося участника процесса, заключение помощника прокурора Соль-Илецкого района Оренбургской области Алексеевой А.Н., полагавшей, что исковые требования подлежат удовлетворению с учетом требования разумности и справедливости, суд приходит к следующему.

Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите (ст. 41 Конституции РФ). Это подтверждается и положением пункта 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации, в котором жизнь и здоровье включены в перечень благ, принадлежащих гражданину от рождения.

Статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации относит компенсацию морального вреда к способам защиты гражданских прав.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу положений статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Из материалов гражданского дела следует, что истец является матерью ФИО14 ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждено свидетельством о рождении серии №

ДД.ММ.ГГГГ ФИО23., ДД.ММ.ГГГГ, умер, что подтверждено свидетельством о смерти серии № от 09 сентября 2021 года.

Приговором Соль-Илецкого района Оренбургской области от 18 июля 2022 года, вступившим в законную силу 26 октября 2022 года, ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного № УК РФ и ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок №

В соответствии с частью 4 статьи 1, частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года №23 «О судебном решении», приговор Соль-Илецкого района Оренбургской области от 18 июля 2022 года имеет преюдициальное значение при рассмотрении и разрешении судом дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен данный приговор.

Указанным судебным актом установлено, что 31 июля 2021 года, около 01.00 часа, ФИО3, действуя умышленно, незаконно, из корыстных побуждений, с целью сбыта в качестве пищевого продукта, не имея документов, подтверждающих качество данного продукта, и осознавая, исходя из места приобретения, личности продавца, отсутствия на части продукции сведений о ее наименовании и производителе, вида тары, а также явно заниженной стоимости спиртосодержащей жидкости, что жидкость, реализуемая им, заведомо не может являться фирменным продуктом и, соответственно, не отвечает требованиям безопасности для жизни и здоровья потребителей при употреблении в пищу, умышленно, незаконно, сбыл в качестве пищевого продукта ФИО16., ранее приобретенную у ФИО18 спиртосодержащую продукцию в количестве 4 канистр объемом не более 5 литров каждая по 600 рублей за канистру, за что получил от ФИО17 2 400 рублей, тем самым, получив прибыль за сбыт товара в размере 400 рублей.

Указанная спиртосодержащая жидкость не отвечала требованиям безопасности для жизни и здоровья потребителей, что подтверждается экспертными заключениями. Содержит в своем составе метанол в концентрации, превышающей допустимые значения, является опасным для жизни и здоровья человека. В связи с чем, может привести к возникновению отравления и смертельному исходу при употреблении в пищу.

В результате употребления сбытой ФИО3 указанной спиртосодержащей продукции ФИО23 скончался по месту проживания, по адресу: <адрес>

Согласно заключению эксперта № от 27 сентября 2021 года смерть ФИО23. наступила в результате отравления метанолом, воздействие которого является опасным для жизни и расценивается как тяжкий вред здоровью и состоит в прямой причинно - следственной связи со смертью.

Факт причинения смерти ФИО23 преступными действиями ФИО3 установлен вступившим в законную силу приговором суда от 18 июля 2022 года и доказыванию не подлежит, в связи с чем довод стороны ответчика об отсутствии вины в причинении смерти потерпевшему подлежит отклонению.

В соответствии с пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь ввиду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Вместе с тем при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» в пункте 25 разъяснил, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 30 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Право на компенсацию морального вреда в связи со смертью потерпевшего согласно абзацу третьему пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" могут иметь иные лица, в частности члены семьи потерпевшего, иждивенцы, при наличии обстоятельств, свидетельствующих о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Судом установлено, что истец является матерью ФИО23., смерть которого наступила в результате преступных действий ответчика. В результате утраты близкого человека истец испытывала и продолжает испытывать чувство душевной боли от утраты сына, в результате его смерти изменен привычный образ жизни истца, нарушена семейная связь матери с сыном, причиненный вред является необратимым.

Из материалов гражданского дела также следует, что приговором Соль-Илецкого районного суда Оренбургской области от 18 июля 2022 года взысканы денежные суммы в счет уплаты морального вреда в пользу иных лиц в размере 550 000 рублей, процессуальные издержки в размере 20 000 рублей.

На исполнении судебного пристава-исполнителя Переволоцкого районного отделения судебных приставов Главного управления Федеральной службы судебных приставов по Оренбургской области находятся исполнительные производства о взыскании с ФИО3 денежных сумм в размере более 1 000 000 рублей.

Принимая во внимание обстоятельства причинения вреда, степень вины причинителя вреда, характер и объем причиненных истцу физических и нравственных страданий, принимая во внимание материальное положение ответчика, в отношении которого возбуждены исполнительные производства на сумму более 1 000 000 рублей, являющегося инвалидом 3 группы, с учетом требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требования и взыскании морального вреда в размере 500 000 рублей.

На основании изложенного и, руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО2 к ФИО3 о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 моральный вред в размере 500 000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Оренбургский областной суд через Соль-Илецкий районный суд Оренбургской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Л.А. Бобылева

Решение суда в окончательной форме принято 25 мая 2023 года

Судья Л.А. Бобылева