Решение по делу № 2-2/2025 от 05.09.2025 - о взыскании компенсации морального вреда в связи с некачественным оказанием медицинских услуг.

№

№

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 сентября 2025 года г. Игарка,

Красноярский край

Игарский городской суд Красноярского края

в составе председательствующего судьи Карповой Е.И.,

при секретаре Кузьминой К.Н.,

с участием:

процессуального истца – помощника прокурора <адрес> – ФИО7,

представителя ответчика КГБУЗ «ФИО4» ФИО5, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

третьего лица – ФИО13,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское по исковому заявлению прокурора <адрес> в интересах законного представителя паллиативной больной ФИО2 – опекуна ФИО1 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Игарская городская больница» о взыскании компенсации морального вреда в связи с некачественным оказанием медицинских услуг,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор <адрес> обратился с иском в суд в интересах законного представителя паллиативной больной ФИО2 - ФИО1 к КГБУЗ «Игарская городская больница» о компенсации морального вреда в размере 1000000 рублей, мотивированное тем, что ФИО1 обратилась в прокуратуру <адрес>, просила направить заявление в суд в защиту ее интересов с требованием о компенсации морального вреда в связи с ненадлежащим оказанием медицинских услуг ее дочери - паллиативной пациентке КГБУЗ «ФИО4» ФИО2, чьим опекуном она является. Проведенной Росздравнадзором проверкой установлено, что КГБУЗ «ФИО4» оказывает медицинскую помощь ФИО2 в амбулаторных условиях медицинскими работниками: врачом терапевтом, врачом неврологом, врачом хирургом, которыми осуществляется динамическое наблюдение на дому. Диагноз ФИО2 установлен при оказании медицинской помощи в КГБУЗ «Краевая клиническая больница», в связи с полученной ею автодорожной травмой от ДД.ММ.ГГГГ. С учетом тяжести полученной травмы ФИО2 нуждается в оказании паллиативной медицинской помощи, признана инвали<адрес> группы бессрочно по причине тяжелых необратимых последствий, а также она нуждается в необходимости проведения симптоматического лечения и обеспечения ухода при оказании медицинской помощи. Проверка, также показала, что записи дневников осмотров врача терапевта, невролога, хирурга в период 2022 по настоящее время неинформативны, по шаблону, в отдельных случаях вызывают сомнение в объективности, не отражают состояние ФИО2, ее действительную потребность в технических средствах реабилитации и средств ухода. В медицинской документации, отсутствуют сведения о выписке рецептов. Отсутствует динамическое наблюдение врачами. В результате ненадлежащих действий КГБУЗ «ФИО4» ФИО1 причинен моральный вред, который сама заявитель обуславливает наличием переживаний за дочь, в результате чего у нее скачет давление, она плохо спит, ест, испытывает страдания, глядя на свою дочь.

Истец ФИО1, ранее участвуя в судебном заседании по рассмотрению настоящего гражданского дела, заявленные исковые требования поддержала в полном объеме. Пояснила, что испытывала постоянные переживания из-за того, что врачи ФИО4 отказывались посещать ее дочь ФИО2 на дому, не приходили по ее вызову. Только после обращения в прокуратуру дочь отвезли в больницу, там ее обследовали, сделали кардиограмму и УЗИ. В январе 2024 года, она просила положить дочь в больницу и еще раз обследовать, но терапевт ей пояснила, что в больницу ее не положат, так как в больнице некому ухаживать за ней, что ей необходимо самостоятельно ухаживать за дочерью. Врач невролог не дал рецепты на лекарства, а лекарства очень дорогие. Письменно с какими-либо жалобами она никуда не обращалась, ей было не до этого. Считает, что врачи оказывали медицинскую помощь ее дочери не достаточно, ограничивались лишь рекомендациями, данными краевой больницей. Она обессилила, по тем основаниям, что никак не могла помочь своей дочери, чувствовала постоянную боль и физическую и душевную, переживала, нервничала, были все эмоции от обиды до агрессии, все, что может испытать человек, она испытывала. Не могла ни есть, ни спать. Указанное состояние было вызвано именно поведением врачей.

Помощники прокурора ФИО6, ранее участвующий в судебном заседании, помощник прокурора ФИО7 исковые требования поддержали по изложенным в исковом заявлении основаниям. Просили их удовлетворить и взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в связи с ненадлежащим оказанием медицинских услуг ее дочери. Выразилось это в первую очередь в нарушении ведения медицинской документации, которая является официальным документом, должна отражать действительное состояние пациента. В медицинской карте ФИО2 отсутствует согласие на проведение медицинских манипуляций ее законного представителя ФИО1. Информации о выписке рецептурных лекарств льготной категории в медицинской карте пациента также не содержится. Врачи приходили лишь после неоднократных уговоров и какой-либо инициативы, не проявляли. Можно сделать вывод, что сведения указанные в медицинской документации не совсем отражают реальность оказанной медицинской помощи, в связи с тем, что записи велись по шаблону, не информативны, отсутствуют сведения о динамическом состоянии, выписке рецептов. Все это оказывало моральное давление на законного представителя ФИО1, которая испытывала страдание из-за состояния дочери, находилась в нервном напряжении, не могла есть, спать, пострадало ее здоровье, начались скачки давления.

Представитель ответчика «КГБУЗ «Игарская городская больница» в судебном заседании с исковыми требованиями прокурора не согласился, по следующим основаниям. ФИО4, оказывающей первичную медико-санитарную помощь, не рассчитано получение лицензии, персонал, штатный сотрудник для оказания паллиативной помощи. Оказывается только первичная медико-санитарная помощь, всю остальную помощь на территории <адрес> жители получают в <адрес>, ближайших городах, где есть медицинские учреждения с наличием специалистов. Явка врачей подтверждается и не отрицается самой ФИО1, периодичность подтверждается, датой из журналов и записями в карточках, им соответствует, таким образом, врачи приходили. Медицинское учреждение за состояние данной пациентки, находящейся дома ответственность не несла, ухудшения ее состояния медицинская организация не допускала, осмотр проводился, при соответствующих заболеваниях выписывали необходимые препараты. При гинекологических заболеваниях, пациентку осматривал гинеколог, при неврологических - невролог. Нарушений не имеется со стороны ФИО4. Относительно льготных рецептов, существует формулярная программа их выписки, но насколько ФИО1 сама добросовестно подходила к получению препаратов в аптеке сказать сложно, однако нначиная с 2022 г. и до смерти пациента они выписывались постоянно. В карточке скорее всего не отражалось. Игарка довольно закрытий удаленный город, который не имеет какого-либо сообщения. В случае выявления заболеваний, обострения хронических заболеваний, аварийных ситуаций у больницы есть определённая процедура, ели больница не может оказать экстренную неотложную помощь в возникшей ситуации или пациент нуждается в экстренной транспортировке, подаётся заявка в сан.авиацию – медицину катастроф, в <адрес>. Прибывает самолет, вертолет и вывозят пациентов. Нормы времени при транспортировке ФИО2 также были соблюдены. Нормы зависят от погодных условий, свободной сан.авиации. В рамках своей лицензии, структуры, штата, Игарская больница всех пациентов ведет в равном отношении, когда что-то не может сделать, направляет в другие учреждения. ФИО1 имела право, о чем ей говорилось, вывезти дочь в любое другое учреждение. Она же настаивала, чтобы ее брали в Игарскую больницу, брали в стационар, освободив от нагрузки ухода за дочерью, что ФИО4 сделать не могла, нет ведения за содержания паллиативной больной. ФИО1 вызывали несколько раз в Красноярск, чтобы она прошла обучение, как ухаживать за такой больной, она поясняла, что нет денежных средств. ФИО2 в рамках существующих стандартов был назначен массаж, который не мог быть оказан ФИО4, вместе с тем истец имела возможность по данному направлению получить данную услугу в ином лечебном учреждении. Добросовестность исполнения назначений врача, это зависит от самого пациента. Кроме того, эксперт говорит, что хронических заболеваний у пациентки не было обнаружено. Настоящие требования ФИО1 возникли в связи с появлением в 2023 году в сети Интернет информации о том, что больница не предоставляет памперсы, для ухода за дочерью, только она и не должна. В 2023 г., ФИО2 уже имела статус паллиативной больной и должна была получать все необходимое оснащение, для содержания дочери в КЦСО. Обращение было в прокуратуру в связи с незаконным обвинением врачей, но нарушений со стороны больницы не имеется. Выявленные же недостатки ведения медицинской документации никак не повлияли на состояние пациентки и оказание медицинской помощи ФИО2

Третье лицо ФИО13 с исковыми требованиями не согласна. Пояснила, что врачом акушером-гинекологом она трудоустроена с октября 2022г. По вызову законного представителя она посещала пациентку ФИО2, насколько можно провела осмотр, взяла необходимые анализы, дала рекомендации. По результатам обследования был выявлен воспалительный процесс, то является следствием основного заболевания, поскольку иммунитет снижен. Была назначена необходимая терапия, состояние пациентки улучшилось, в дальнейшей помощи в плане гинекологии она не нуждалась.

Третьи лица ФИО14, ФИО11, ФИО12, в судебное заседание не явились, просили о рассмотрении дела в их отсутствие. ФИО14 в письменных дополнениях пояснил, что медицинская помощь оказывалась надлежащего качества, в полном объеме, в соответствии с порядками оказания медицинской помощи по основному и сопутствующему заболеванию, клинической картиной заболевания. Рекомендации и пояснения по их выполнению давались регулярно родственникам (матери). Нарушений и оказания медицинской помощи пациентке умышленно не допускалось.

Представители третьего лица – ТФОМС <адрес>, Росздравнадзора по <адрес> в судебное заседание не явились, просили рассмотреть дело по иску прокурора в интересах ФИО1 к КГБУЗ «Игарская городская больница» о взыскании компенсации морального вреда в отсутствие своего представителя.

Представитель третьего лица - Министерства здравоохранения <адрес>, ФИО3 извещены надлежащим образом, о причинах неявки не сообщили, не просили о рассмотрении дела в их отсутствие.

В соответствии с положениями ст. 167 ГПК РФ, дело рассмотрено в отсутствие неявившихся, надлежащим образом извещенных, представителя ответчика, третьих лиц, в том числе просивших о рассмотрении дела без их участия.

Выслушав объяснения сторон, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Статьей 2 указанного Закона установлено, что здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан – это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи. Пациент – физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния.

Медицинская помощь – комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг. Медицинская услуга – это медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Диагностика – комплекс медицинских вмешательств, направленных на распознавание состояний или установление факта наличия либо отсутствия заболеваний, осуществляемых посредством сбора и анализа жалоб пациента, данных его анамнеза и осмотра, проведения лабораторных, инструментальных, патолого-анатомических и иных исследований в целях определения диагноза, выбора мероприятий по лечению пациента и (или) контроля за осуществлением этих мероприятий.

Качество медицинской помощи – совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Статьей 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Статья 19 вышеуказанного закона предусматривает, что каждый имеет право на медицинскую помощь. Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями;3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

Согласно ст. 79 указанного Федерального закона, медицинская организация обязана осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательством и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядком оказания медицинской помощи и стандартам медицинской помощи.

В силу ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации. Таким образом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В силу ст. 22 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" каждый имеет право получить в доступной для него форме имеющуюся в медицинской организации информацию о состоянии своего здоровья, в том числе сведения о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных видах медицинского вмешательства, его последствиях и результатах оказания медицинской помощи.

Информация о состоянии здоровья предоставляется пациенту лично лечащим врачом или другими медицинскими работниками, принимающими непосредственное участие в медицинском обследовании и лечении.

Пациент либо его законный представитель имеет право непосредственно знакомиться с медицинской документацией, отражающей состояние его здоровья, в порядке, установленном уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, и получать на основании такой документации консультации у других специалистов.

Необходимым предварительным условием медицинского вмешательства является дача информированного добровольного согласия гражданина или его законного представителя на медицинское вмешательство на основании предоставленной медицинским работником в доступной форме полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи (ч. 1 ст. 20 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В соответствии с ч. 7 ст. 20 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство или отказ от медицинского вмешательства содержится в медицинской документации гражданина и оформляется в том числе в виде документа на бумажном носителе, подписанного гражданином, одним из родителей или иным законным представителем, медицинским работником.

Согласно приказу Минздравсоцразвития России от ДД.ММ.ГГГГ N 110 (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "О порядке назначения и выписывания лекарственных препаратов, изделий медицинского назначения и специализированных продуктов лечебного питания" азначение лекарственных препаратов для амбулаторного лечения граждан в рамках оказания государственной социальной помощи и граждан, имеющих право на получение лекарственных препаратов бесплатно и со скидкой, отражается в медицинской карте амбулаторного больного. Рецепт на рецептурном бланке формы N 148-1/у-04 (л) и N 148-1/у-06 (л) выписывается врачом (фельдшером) в 3-х экземплярах, с двумя экземплярами которого больной обращается в аптечную организацию. Последний экземпляр рецепта подклеивается в амбулаторную карту больного

Прокурор в соответствии со ст. 45 ГПК РФ, вправе обратиться в суд с заявлением в интересах гражданина, которому причинен вред, в том числе моральный, если гражданин по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд.

Как установлено судом ФИО1 обратилась к прокурору <адрес> с заявлением, в котором просит обратиться в ее интересах в суд о компенсации причиненного ей морального вреда КГБУЗ «Игарская городская больница», в связи с нарушением права ее дочери на здоровье, поскольку в силу того, что дочь является инвалидом, требующим постоянного ухода она не может отлучаться из дома надолго, ее отсутствие может создать угрозу для жизни и здоровья ее дочери.

При рассмотрении настоящего дела судом установлено, что Краевое государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Игарская городская больница» является некоммерческой организацией, созданной для оказания услуг в целях обеспечения реализации предусмотренных законодательством Российской Федерации полномочий в сфере здравоохранения. Основным видом ее деятельности согласно п. 2.4.1 Устава, утвержденного приказом №-орг, министра здравоохранения <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, является медицинская деятельность по видам работ и услуг согласно лицензии на осуществление медицинской деятельности. КГБУЗ «Игарская городская больница» не имеет лицензии на оказание паллиативной медицинской помощи.

Как следует из материалов дела и сторонами не оспаривается, ФИО1 является матерью ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 попала в дорожную аварию, упав с мотоцикла, ударилась головой.

Согласно медицинской карте стационарного больного №-х/о ФИО2 была доставлена в стационар КГБУЗ «ФИО4» по экстренным показаниям - ДД.ММ.ГГГГ в 03:40.

В соответствии с первичным осмотром врача (ДД.ММ.ГГГГ в 03:45) состояние тяжелое, сознание сопор (кома?), контакту недоступна. В связи с отсутствием хирурга в учреждении пациентка доложена нейрохирургу сан.авиации ККБ <адрес>, рекомендовано – транспортировка в ФИО10 для проведения операции. ДД.ММ.ГГГГ в 06:30 транспортировка вертолетом в ФИО10 невозможна, по погодным условиям и невозможность врачебного сопровождения, информация передана главному врачу для решения вопроса о переводе в ККБ <адрес>». ДД.ММ.ГГГГ в 18:45 перевод пациентки в ККБ.

Из выписного эпикриза КГБУЗ «Краевая клиническая больница» от ДД.ММ.ГГГГ (дата выписки ДД.ММ.ГГГГ) установлен клинический диагноз: ушиб головного мозга, тяжелой степени с формированием множественных контузионных очагов правой теменно-височной и лобных области справа, эпи-субдуральная гематома правой височно-теменной области. Эпидуральная гематома в левой затылочной области. Линейный перелом левой теменной кости с переходом на основание задней черепной ямки и пирамиду височной кости. Дислокация срединных структур. Перелом средней трети левой ключицы со смещением. Декомпрессионная трепанация черепа в правой теменно-височной лобной области. Дренирование субдурального пространства. Вторичный бактериальный менингит. Отек мозга. Пациентка переведена в ФИО15 для дальнейшего лечения, даны подробные рекомендации по уходу и лечению.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 установлена первая группа инвалидности, бессрочно, что подтверждается справкой МСЭ-2021 № Бюро медико-социальной экспертизы № ФКУ ГБ МСЭ по <адрес> Минтруда России.

ДД.ММ.ГГГГ решением Игарского городского суда ФИО2 признана недееспособной, постановление администрации <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-п установлена опека над недееспособной ФИО2, опекуном назначена ФИО1

В социальном мессенджере «WhatsApp» в 2023 году в общегородской группе, в социальной сети «В контакте» появилась информация о ненадлежащем оказании медицинских услуг паллиативной пациентке КГБУЗ «ФИО4» ФИО2 В связи с чем прокуратурой <адрес> была организована проверка, в ходе которой Росздравнадзору в <адрес>, Министерству здравоохранения <адрес> было поручено дать оценку деятельности КГБУЗ «ФИО4», а также врачам терапевту ФИО14, врачу–гинекологу ФИО13, врачу-неврологу ФИО3

Согласно ответу, предоставленному территориальным органом Росздравнадзора по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ для ответа на поставленные в обращении прокурора вопросы требуется проведение экспертизы качества оказываемой медицинской помощи. При анализе же предоставленной медицинской документации, при оказании медицинской помощи ФИО2 в амбулаторных условиях, установлено, что медицинскими работниками: врачом терапевтом, врачом неврологом, врачом хирургом осуществляется динамическое наблюдение на дому.

Диагноз ФИО2 установлен при оказании медицинской помощи в КГБУЗ «Краевая клиническая больница». ФИО2 нуждается в оказании паллиативной медицинской помощи, признана инвали<адрес> группы бессрочно по причине тяжелых необратимых последствий травм, необходимостью проведения симптоматического лечения и обеспечения ухода при оказании медицинской помощи. Паллиативная помощь представляет собой комплекс мероприятий, включающих медицинские вмешательства, мероприятия психологического характера и уход, осуществляемые в целях улучшения качества жизни неизлечимо больных граждан и направленные на облегчение боли, других тяжелых проявлений заболевания. В дневниковых записях врачей специалистов отсутствуют записи по использованию ФИО2 технических средств реабилитации. По данным ИПРА у инвалида ФИО2 установлено нарушение функций верхних и нижних конечностей, нарушение интеллекта, пищеварительной системы, нарушение функций опорно-двигательного аппарата, вызывающего необходимость использования кресла-коляски, нуждается в трахеостомической трубке, в медицинских изделиях: подгузники, салфетки, памперсы.

При выписке из КГБУЗ «Краевой клинической больницы» в 2022 году данным учреждением - даны подробные рекомендации по общему уходу за пациентом ФИО2, проведению ЛФК, массажа, профилактике возможных осложнений, проведению лекарственной терапии.

КГБУЗ «Игарская городская больница» не имеет лицензии на оказание паллиативной медицинской помощи. Медицинская помощь ФИО2 оказывается в рамках первичной медико-санитарной помощи, в том числе специализированной, в амбулаторных условиях. Также в перечне выполняемых работ (услуг) составляющих медицинскую деятельность при оказании медико-санитарной помощи в амбулаторных и стационарных условиях отсутствует лечебная физкультура и медицинский массаж. Однако в рекомендациях врача невролога ФИО3 (дата осмотра неизвестна) рекомендовано проведение курсов нейрометаболической терапии, проведение массажа, ЛФК, дыхательной гимнастики паллиативной больной ФИО2 При проведении динамического наблюдения отмечено, что записи дневников осмотров врача терапевта, невролога, хирурга в период 2022 по настоящее время неинформативны, по шаблону. Обращает внимание запись осмотра врача терапевта от ДД.ММ.ГГГГ, с учетом изложенного объективного осмотра сознание ФИО2 оценено как «удовлетворительное, сознание ясное, в позе Ромберга устойчива...». Данные объективного осмотра врача терапевта ФИО14 недостоверны. Врачом терапевтом ДД.ММ.ГГГГ установлен диагноз: Острый трахеит, назначен Азитромицин, Парацетамол, при этом сведений о выписке рецептов нет. Отказ в выписке лекарственных препаратов нарушает права ФИО2 на получение лекарственной терапии в рамках государственной социальной помощи. Врачом неврологом отмечена выписка только одного наименования лекарственного препарата «Тизанидин», рекомендованное проведение курсов нейрометаболической терапии с назначением Актовегина, отсутствует. Наличие болевого синдрома, требующего назначения лекарственных средств, с целью обезболивания, в дневниковых записях не отражено. Действующим законодательством кратность посещения пациентов врачами специалистами на дому не установлена. При этом в рамках профилактического осмотра осмотр на дому должен быть произведен врачами специалистами не менее 1 раза в год, и затем по показаниям без ограничений. Осмотр врача гинеколога с проведением ультразвукового исследования должны быть проведены не менее 1 раза в год. В случае с пациентом ФИО2 осмотр врачом гинекологом может быть проведен на дому, с учетом состояния ФИО2 и технических возможностей проведения исследования. В соответствии с Перечнем жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов, утвержденным Распоряжением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-р, лекарственные препараты: Аспаркам, Транквезипам, указанные опекуном как приобретенные за собственные средства, в указанный перечень не внесены. Лекарственный препарат Бисопролол внесен в Перечень, при наличии показаний рецепт на бесплатное получение должен быть выписан. По данным дневниковых записей врача терапевта в медицинской карте показаний для назначения лекарственных препаратов Бисопролол и Аспаркам, нет. В 2022 году врачом хирургом отмечено наличие пролежней, «рекомендованы перевязки с антисептиком» при этом не указано, каким именно. Выписка лекарственных препаратов не проводится. Обращают внимание на отсутствие при динамическом наблюдении в дневниковых записях описание наличия пролежней. Впервые терапевтом ДД.ММ.ГГГГ рекомендована обработка пролежней, при этом выписки рецептов на лекарственные средства не имеется. Записи дневников осмотров выполнены по шаблону, неинформативны, в отдельных случаях вызывают сомнение в объективности, не отражают состояние ФИО2, ее действительную потребность в технических средствах реабилитации и средств ухода. При проведении лекарственной терапии отмечено нарушение права ФИО2 на бесплатное обеспечение необходимыми лекарственными средствами в соответствии с Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 178-ФЗ «О государственной социальной помощи».

Согласно ответу предоставленному министерством здравоохранения <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ на территории <адрес> паллиативная медицинская помощь оказывается поликлиникой городской больницы в рамках первичной медико-санитарной помощи. Пациентку ФИО2 на дому регулярно посещали врач-хирург, медицинская сестра, которые проводили оценку и обработку пролежней, родственникам пациентки медицинским персоналом даны рекомендации по уходу. Учитывая неэффективность лекарственного средства, используемого для обработки пролежней, которые входя в перечень ЖНВЛП, врачом-хирургом рекомендован другой препарат. В настоящее время при оказании паллиативной помощи на дому, частота посещений медицинским персоналом не регламентируется нормативной базой и зависит от тяжести состояния пациента. Предоставление технических средств реабилитации согласно ИПРА на территории <адрес> осуществляет ВСС РФ, в перечень ИПРА специальные средства для ухода (заживления пролежней) не входят. По обеспечению лекарственными препаратами информируют, что препараты «Аспаркам», ФИО16» закупаемые за собственные средства не показаны к назначению ФИО2, а рекомендованы к применению третьими лицами. По согласованию с родственниками, для получения лекарственного препарата «Транквезиапм» ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ были выписаны рецепты.

Из объяснений врача-хирурга ФИО12 от ДД.ММ.ГГГГ когда его вызывали на дом к пациентке ФИО2 он менял ей питательный зонд, осуществлял общий осмотр пролежней, ее здоровья.

Согласно объяснениям врача-терапевта ФИО14 от ДД.ММ.ГГГГ, в период с лета 2022 года по настоящее время ему поступали вызовы к ФИО2 С октября 2022 года он на вызовы не ходил, по распоряжению главного врача, на вызовы ходила фельдшер, деятельность которую он курирует. Больница не может осуществлять профессиональную помощь паллиативным больным, ввиду отсутствия оборудования, специалистов. В больнице имеется медсестра физио-кабинета, но оборудование стационарное.

По объяснениям врача-невролога ФИО3 пациентке ФИО2 показаны мероприятия для паллиативных больных, по уходу и облегчению жизни. Являясь лечащим врачом, он назначает ей лечение, препараты. По итогам МСЭ больной присвоена первая группа инвалидности, определено ИПР. ИПР включает в себя трахеостомическую трубку, мочеприемник, катетер, впитывающие простыни, подгузники, противопролежневый матрас.

В соответствии с ч. 1 ст.55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В силу ч.1 ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Частью 2 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ для определения качества оказываемых медицинских услуг по делу была назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой было поручено Обществу с ограниченной ответственностью Международное бюро судебных экспертиз, оценки и медиации "МБЭКС".

Согласно выводам, изложенным в заключение эксперта № М-218-12/2024 от ДД.ММ.ГГГГ, эксперты пришли к следующим выводам: предварительный диагноз ФИО2 при поступлении в КГБУЗ «Игарская городская больница» был установлен правильно (основываясь на данных анамнеза, состояния и клинической картины), своевременно, в соответствии с клиническими рекомендациями (Клинические рекомендации «Лечение пострадавших с тяжелой черепно-мозговой травмой», Москва 2014, утверждены на XXXIX Пленуме Правления Ассоциации нейрохирургов России Казань ДД.ММ.ГГГГ), согласно п.п. «в» п. 2.2 Приказа Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» - «установление предварительного диагноза врачом приемного отделения или врачом профильного отделении (дневного стационара) или врачом отделения (центра) анестезиологии-реанимации медицинской организации на позднее 2 часов с момента поступления пациента в медицинскую организацию» (пациентка поступила в КГБУЗ «Игарская городская больница» ДД.ММ.ГГГГ в 03:30, выписана в связи с переводом в специализированное нейрохирургическое отделение ККБ <адрес> в 18:10 ДД.ММ.ГГГГ), т.е. находилась в КГБУЗ «Игарская городская больница» менее 1 суток, при этом установление клинического диагноза при поступлении пациента по экстренным показаниям предусмотрено не позднее 24 часов с момента поступления пациента в профильное отделение, согласно п.п. «з» п.2.2 Приказа Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н. Пациентке осуществляюсь необходимое симптоматическое лечение с учетом ее состояния и объективной клинической картиной. При всем при этом комиссией были выявлены следующие нарушения при оказании медицинской помощи: не выполнена интубация трахеи и искусственная вентиляция легких, не выполнена компьютерная томография головного мозга, обследование должно было быть выполнено не позднее 3 часов от момента поступления в стационар. При этом комиссия экспертов считает важным отметить, что данное нарушение при оказании медицинской помощи должно рассматриваться в контексте наличия у КГБУЗ «Игарская городская больница» технической возможности проведения данного вида исследования. Имеющиеся нарушения при госпитализации пациентки не повлияли на правильность проведения медицинским лечащим персоналом диагностики и назначении соответствующего лечения, к каким-либо негативным последствиям не привели. Медицинская помощь КГБУЗ «Игарская городская больница» ФИО2 оказывалась в соответствии с клиническими рекомендациями. Какие-либо стандарты оказания медицинской помощи при черепно-мозговой травме отсутствуют.

По причине недостаточности и неполноты проведенной по делу экспертизы, учитывая требования иска, определением суда была назначена дополнительная экспертиза.

Согласно заключению эксперта № М113-06/2025 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по данным ИПРА инвалида №.16.24/2022 от ДД.ММ.ГГГГ и согласно данным медицинской документации из КГБУЗ «Игарская городская больница», ФИО2 не имела статуса пациента, нуждающегося в оказании паллиативной медицинской помощи. По данным регистра пациентов, нуждающихся в паллиативной помощи, статус паллиативного пациента ФИО2 был присвоен ДД.ММ.ГГГГ решением врачебной комиссии КГБУЗ «Игарская городская больница» № от ДД.ММ.ГГГГ, что соответствует требованиям п. 14 Приложения Приказа Министерства здравоохранения РФ и Министерства труда и социальной защиты РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н/372н «Об утверждении Положения об организации оказания паллиативной медицинской помощи, включая порядок взаимодействия медицинских организаций, организаций социального обслуживания и общественных объединений, иных некоммерческих организаций, осуществляющих свою деятельность в сфере охраны здоровья». Таким образом, начиная с ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 нуждалась в оказании паллиативной медицинской помощи. В протоколе врачебной комиссии КГБУЗ «Игарская городская больница» № от ДД.ММ.ГГГГ не отражены общие медицинские показания к оказанию паллиативной медицинской помощи ФИО2 согласно п. 1 приложения 1 Приказа Министерства здравоохранения РФ и Министерства труда и социальной защиты РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н/372н «Об утверждении Положения об организации оказания паллиативной медицинской помощи, включая порядок взаимодействия медицинских организаций, организаций социального обслуживания и общественных объединений, иных некоммерческих организаций, осуществляющих свою деятельность в сфере охраны здоровья». Согласно п. 2 Приказа Министерства здравоохранения <адрес> N2 482-орг от ДД.ММ.ГГГГ «Об оказании паллиативной медицинской помощи гражданам в возрасте старше 18 лет», медицинской организацией, на которую возложена обязанность организовать оказание паллиативной медицинской помощи в амбулаторных условиях в г. Игарка является КГБУЗ «Игарская городская больница». Паллиативная медицинская помощь ФИО8, начиная с ДД.ММ.ГГГГ должна была оказываться врачом-терапевтом участковым КГБУЗ «Игарская городская больница». В рассматриваемом случае, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ врачом-неврологом КГБУЗ «<адрес> больница» осуществлялось диспансерное (динамическое) наблюдение за ФИО2: врач-невролог регулярно осматривал пациентку на дому и назначал симптоматическую терапию; ежегодно оформлял в медицинской карте эпикризы по диспансерному наблюдению.

Врач-терапевт участковый и врач-хирург посещали ФИО2 на дому по поступающим в КГБУЗ «Игарская городская больница» вызовам своевременно, в соответствии с требованиями Постановления <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-п «Об утверждении Территориальной программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи в <адрес> на 2023 год и на плановый период 2024 и 2025 годов». В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 не имелось показаний для диспансерного наблюдения врачом-терапевтом участковым или врачами специалистами, так как имеющиеся на тот момент заболевания не входят Перечень хронических заболеваний, функциональных расстройств, иных состояний, при наличии которых устанавливается диспансерное наблюдение за взрослым населением. Проведение профилактического осмотра не требовалось ФИО2 до ДД.ММ.ГГГГ, поскольку диагностические исследования, входящие в объем профилактического медицинского осмотра были выполнены на стационарном этапе лечения в КГБУЗ «Игарская городская больница» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. В представленной на обозрение медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № из КГБУЗ «ФИО4», (отсутствует запись врача-терапевта, подтверждающая проведение профилактического медицинского осмотра ФИО8 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), однако, объем лабораторной диагностики и консультаций врачей-специалистов, проведенных ФИО2 в течение 2023 и 2024 годов, соответствует требованиям п. 16 Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Порядка проведения профилактического медицинского осмотра и диспансеризации определенных групп взрослого населения. Установленные за период наблюдения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ медицинскими работниками КГБУЗ «Игарская городская больница» ФИО2 диагнозы: врачом-терапевтом участковым, врачами - специалистами были поставлены своевременно и точно, при этом в полном объеме проводились все необходимые для установления диагноза обследования пациентки.

Таким образом, медицинская помощь медицинскими работниками КГБУЗ «Игарская городская больница в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ пациентке ФИО2, в том числе как паллиативной больной и в связи с возникавшими у нее симптомами заболеваний (терапевтического, гинекологического, неврологического, хирургического профиля), была оказана правильно, своевременно, в полном объеме в соответствии с требованиями Приказа Минздравсоцразвития России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Положения об организации оказания первичной медико-санитарной помощи взрослому населению»; Приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении порядка создания и деятельности врачебной комиссии медицинской организации»; Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации и Министерства труда и социальной защиты РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 345н/372н «Об утверждении Положения об организации оказания паллиативной медицинской помощи, включая порядок взаимодействия медицинских организаций, организаций социального обслуживания и общественных объединений, иных некоммерческих организаций, осуществляющих свою деятельность в сфере охраны здоровья»; Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Порядка проведения профилактического медицинского осмотра и диспансеризации определенных групп взрослого населения»; Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении порядка проведения диспансерного наблюдения за взрослыми», Приказа Министерства здравоохранения <адрес> № 482-орг от ДД.ММ.ГГГГ «Об оказании паллиативной медицинской помощи гражданам в возрасте старше 18 лет»; Приказа Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ № 113 Он «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология»; Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 15.11.2012 г. №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению при заболеваниях нервной системы».

В Российской Федерации до настоящего времени не разработано стандартов оказания медицинской помощи и клинических рекомендации для применения медицинскими работниками при лечении пациентов с апаллическим синдромом. По данным специальной медицинской литературы, в настоящее время не существует этиопатогенетического лечения апаллического синдрома, а оказание медицинской помощи заключается в симптоматическом лечении, а также в профилактике и лечении осложнений обусловленных вегетативным состоянием пациента. В представленной на обозрение комиссии экспертов Медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № из КГБУЗ «ФИО4» на имя ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения отсутствую рецептурные бланки формы №/у-04(л), в связи с чем не представляется возможным оценить объем льготного лекарственного обеспечения ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

При анализе данной медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях экспертами выявлен следующий недостаток оформления первичной медицинской документации: нарушен п.п. «а» п. 2.1. Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», поскольку в медицинской помощи», поскольку в медицинской карте отсутствует информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство, полученное медицинским работником у законного представителя ФИО2, который, однако, не может рассматриваться как какой-либо недостаток оказания медицинской помощи, т.к., в соответствие с дефинициями Федерального закона, регламентирующего оказание медицинской помощи в Российской Федерации, медицинская помощь – это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг, а медицинская услуга – это медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение, следовательно, заполнение медицинской документации, в том числе в той или иной степени некорректное её заполнение, по своей сущности не может рассматриваться как недостаток при оказании медицинской помощи, поскольку не направлено на поддержание и (или) восстановление здоровья и не является медицинским вмешательством, направленным на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

По проведенной экспертизе, в связи с имеющимся вопросами в судебном заседании допрошена эксперт ООО МБЭКС ФИО9, которая пояснила, что установленным порядком предусмотрено, что выдается два экземпляра рецептурного бланка, один выдается пациенту, другой должен находиться в медицинской карточке. В связи с отсутствием записей о выдаче льготных рецептов, однозначно она не может утверждать, что имело место нарушение порядка оформления рецептурных бланков либо они не оформляли второй экземпляра, либо не оформлялись вообще. Насколько видно из медицинской карты, рецепты были выписаны, на противопролежневые препараты, самого бланка не было, в записях хирурга имеется запись, даже просчитано количество тюбиков мази, т.е признаки того, что мазь отпускалась в медицинской документации имеется, нет рецепта, указанное можно отнести к дефектам ведения медицинской документации, к дефектам оказания медицинской помощи нет, указанные дефекты не могут привести к вреду для здоровья пациента. Основное заболевание пациентки ФИО2 это последствия автодорожной травмы, аболическое состояние. В настоящее время каких-либо разработанных стандартов медицинской помощи и методических рекомендаций не предусмотрено на территории РФ, как такового предусмотренного плана лечения, его нет. Лечения воздействующего на основную причину тоже нет, таким пациентам показано лечение при возникновении острого заболевания или обострения хронического заболевания. По вот этим заболеваниям ей помощь медицинская оказана надлежащим образом, по основному заболеванию лечения не предусмотрено, поэтому экспертами дано заключение, что медицинская помощь оказана надлежащего качества. Единственный дефект, который был выявлен, это отсутствие согласия законного представителя на медицинское вмешательство. Профилактические осмотры пациентам ее возраста проводятся раз в три года, который вообще проводится по обращению самого пациента. Ведение медицинской карты является обязательным, на дому врач может что-то заполнить, заметки сделать, но протокол оформляется в электронном виде в медицинской информационной системе. Медицинская помощь врачами по сопутствующим заболеваниям была оказана ФИО2 надлежащим образом.

В соответствии с ч. 1 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ч.3 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Заключение судебной экспертизы является одним из доказательств по делу, которое оценивается судом в совокупности и наряду с иными доказательствами по делу. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы, заключение экспертизы не носит обязательного характера и подлежит исследованию и оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.

По мнению суда, указанное экспертное заключение основано на материалах дела и представленных медицинских документах, допустимыми и достаточными доказательствами по делу не опровергнуто. Каких-либо оснований не доверять экспертному заключению, а также оснований усомниться в компетенции комиссии судебно-медицинских экспертов, у суда не имеется. Ответчик согласен с выводами экспертов, истец указанные выводы не оспаривает.

Доказательств, опровергающих выводы экспертов, сторонами представлено не было. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Наличие исключающих и противоречащих друг другу выводов в экспертном заключении не усматривается.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст. 1 СК РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 СК РФ).

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии с ч. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст.1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Определяя размер компенсации морального вреда, в соответствии с положениями п. 2 ст. 151 ГК РФ, суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п.2 ст. 1101 ГК РФ).

Как разъяснено в п.12 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).

Моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 ГК РФ) (п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №).

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданину при оказании ему медицинской помощи, а равно как в случае оказания ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками такого пациента, другими близкими ему людьми, поскольку в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи такому лицу, лично им в силу сложившихся семейных отношений, характеризующихся близкими отношениями, духовной и эмоциональной связью между членами семьи, лично им также причиняются нравственные и физические страдания (моральный вред).

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Из изложенного следует, что право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав гражданина или посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

В силу ч. 3 ст. 196 ГПК РФ, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям и, исследовав собранные по делу доказательства в их совокупности, оценив их в соответствии со ст. 60, 67, 71, 79 - 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приходит к выводу, что медицинская помощь медицинскими работниками КГБУЗ «Игарская городская больница в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ пациентке ФИО2, в том числе как паллиативной больной и в связи с возникавшими у нее симптомами заболеваний (терапевтического, гинекологического, неврологического, хирургического профиля), была оказана правильно, своевременно, в полном объеме.

Выявленные экспертами нарушения Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», а также отраженные в ответе на обращение прокурора, по результатам проверки медицинских документов, проведенной Росздравнадзором по <адрес> подтверждают, что со стороны КГБУЗ "ФИО4" были допущены нарушения в части оформления медицинской документации, в том числе первичной. Несмотря на то, что заполнение медицинской документации, в том числе в той или иной степени некорректное ее заполнение, по своей сущности не может расцениваться как недостаток при оказании медицинской помощи, вместе с тем, в совокупности свидетельствуют о нарушении прав и законных интересов истца в сфере охраны здоровья при оказании медицинской помощи медицинским учреждением, на которого возложена, в том числе обязанность по надлежащему ведению медицинской документации и сами по себе указывает на причинение истцу морального вреда и не освобождают ответчика от ответственности в виде его компенсации, не поставленной в зависимость от наличия только прямой причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Медицинская документация является доказательством при разрешении конфликтов между пациентом и врачом, пациентом и медицинской организацией, поскольку в ней аккумулируется информация о состоянии пациента, проведенных лечебно-диагностических мероприятиях. Ведение медицинской документации является частью профессиональной медицинской деятельности, а потому ненадлежащее ведение медицинской документации является недостатком оказания медицинской помощи. Они затрудняют экспертную оценку и приводят к невозможности объективной оценки качества медицинской помощи, в связи с чем, безусловно влекут нарушение прав пациента. Именно медицинская документация позволяет ознакомиться с выполненными медицинскими вмешательствами, основаниями для их проведения (обоснование клинического диагноза, записи осмотров и консилиумов врачей-специалистов, показания и противопоказания к медицинскому вмешательству и др.), проанализировать процесс оказания медицинской помощи пациенту и соблюдение всех необходимых требований.

Суд учитывает установленные законом критерии - нарушение действиями ответчика прав истца, характер допущенных нарушений, которые не повлеки причинение вреда здоровью пациента, степень вины ответчика, требования разумности и справедливости, объективные обстоятельства, связанные нарушением порядка ведения медицинской документации.

ФИО1 был причинен моральный вред, который выразился в ее нравственных страданиях по поводу некачественного ведения медицинской документации, в которой в том числе отражалось недостоверное состояние ее дочери, что не могло не заставлять ее переживать и нервничать, то есть испытывать нравственные страдания по поводу фактического состояния здоровья близкого человека.

Поскольку медицинские работники, действиями которых причинен моральный вред истцу, являются работниками ответчика КГБУЗ «Игарская городская больница», доказательств освобождающих от ответственности и отсутствия вины не представлено, то с ответчика подлежит взысканию компенсация морального вреда.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей истца, ее возраста, с учетом того, что ФИО2 являлась ее близким родственником, дочерью, а также других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных ею страданий.

Психологическое состояние, в котором находилась истец, в силу сложившейся ситуации относительно здоровья ее дочери и невозможности положительного исхода болезни, независимо от оказываемой медицинской помощи усугубляло моральные страдания истца. Вместе с тем, доказательств тому, что больной лечащим персоналом (врачами) КГБУЗ «Игарская городская больница» оказана медицинская помощь ненадлежащего качества, суду не представлено.

В период амбулаторного лечения имелись случаи не внесения записей в медицинскую документацию ФИО2 (отсутствие информационного согласия на медицинское вмешательство, отсутствие бланка рецептов на лекарственные препараты, при наличии информации об их выдаче), некорректное заполнение по результатам обследования (запись об устойчивости в позе Ромберга, ясном сознании), однако указанное не повлияло на оказание медицинской помощи ФИО2, каких-либо неблагоприятных последствий для ее здоровья не повлекло, обратного суду предоставлено не было и в судебном заседании не установлено.

Принимая во внимание характер и степень перенесенных истцом нравственных страданий, учитывая, что нравственные переживания истца в данном случае не вызывают сомнений, оценив имеющиеся по делу доказательства в их совокупности, характер допущенных нарушений, а также то, что ответчик является государственным бюджетным учреждением, с учетом установленных обстоятельств и вышеизложенных норм закона, требований разумности и справедливости, а также учитывая, что компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания, суд считает необходимым, в счет возмещения причиненного морального вреда взыскать в пользу истца ФИО1 с ответчика 30 000 рублей, что будет соответствовать гражданско-правовой природе взыскиваемой компенсации.

Частью 1 ст. 88 ГПК РФ предусмотрено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с ч.1 ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, учитывая, что истец был освобожден от уплаты государственной пошлины и решение суда состоялось в ее пользу, то с ответчика КГБУЗ «Игарская городская больница», суд полагает необходимым взыскать государственную пошлину в доход местного бюджета в соответствии с положениями пп. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ в размере 3 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования прокурора <адрес> в интересах законного представителя паллиативной больной ФИО2 – опекуна ФИО1 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Игарская городская больница» о взыскании компенсации морального вреда в связи с некачественным оказанием медицинских услуг, - удовлетворить.

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Игарская городская больница» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 30000 рублей.

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Игарская городская больница» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в <адрес>вой суд в течение 01 (одного) месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья Е.И. Карпова

Мотивированный текст решения составлен ДД.ММ.ГГГГ