Копия
39RS0004-01-2021-006980-71
Дело №2-711/2022
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
21 июня 2022 года г.Калининград
Московский районный суд г.Калининграда в составе
председательствующего судьи Медведевой Е.Ю.,
при секретаре Ковтун Е.С.,
с участием прокурора Леухиной Н.С.,
с участием истца ФИО1, представителей истца ФИО2, ФИО6, представителя ответчика Митрофанова Ю.С., представителя третьего лица ФИО7,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Движение» об установлении факта трудовых отношений, компенсации морального вреда,
установил:
ФИО1 обратился в суд, с учетом уточнения исковых требований в соответствии со ст. 39 ГПК РФ, с иском к ООО «Движение», указывая, что он нашел объявление на сайте «avito. ru», что требуются фасадчики без опыта работы, по указанному в объявлении номеру телефона позвонил и договорился о встрече. 24.06.2021г. пришел по договоренности в офис по адресу:, где договорился об условиях его трудоустройства. Ему сообщили, что на следующий день можно начать работу, а в тот же день прошло «обучение», которое заняло около 30 минут и провела его Юлия ФИО10, рассказав как осуществлять оклейку плиткой любой поверхности, практических занятий не было. После этого Ю.ФИО10 сообщила, что на следующий день, 25.06.2021г., он должен выехать на работу на объект в , сообщила адрес объекта, а также сообщила номер телефона работника ФИО5, предложив созвониться с ним и договориться, чтобы совместно добраться до объекта.
Ю.Гнатуш озвучила, что оплачивать его работу будет фирма из расчета стоимости руб. за № кв.м отделки, а подтверждением выполнения работы будет ежедневное направление фотоотчета в приложении «Ватсап» на телефонный номер, который Юлия дала.
Никаких письменных договоров не заключалось и не подписывалось, Ю.ФИО10 предложила начать работать, а документы оформить позднее, сославшись, что фотоотчет будет достаточным доказательством выполнения им работы для нее.
25.06.2021г. около 10-30 вместе с ФИО5 он приехал на объект в , где с уже находящимися там другими работниками, начали работу. Работал он в паре с ФИО5.
Какой-либо инструктаж по технике безопасности им не проводился. Работать пришлось на крыше дома, которая была с уклоном и на которую все работники забирались по деревянной лестнице. Страховочное оборудование или спецодежду для выполнения работ не выдавали, все работники, в том числе он, были в своей одежде.
Крыша дома, на которой он работал, была скользкой, покрыта металлическим листом в виде черепицы, каких-либо креплений или предметов, за которые можно было бы зацепиться, не было, перемещаться приходилось боком.
Проработав до 22 часов и направив фотоотчет Юлии, он ушел домой.
На следующий день, 26.06.2021г., также с ФИО5 приехал на объект, проработав до 22 часов, решил заканчивать работу и поехать домой.
Собираясь идти вниз, взял ведро с клеем и начал передвигаться по крыше, через несколько шагов внезапно поскользнулся и покатился вниз с крыши дома, упав на брусчатку возле дома.
От удара почувствовал сильную боль, не мог двигаться, стала отекать рука и нога. Начал звать на помощь, но никто не откликнулся.
Превозмогая боль, дотянулся до мобильного телефона и позвонил ФИО5, попросил ему помочь.
Примерно через 30 минут приехал сторож, увидел его и позвонил Юлии, после разговора с которой, сообщил, что она уже едет, просила полицию не вызывать.
Через какое-то время мимо стройки шел какой-то парень, который по его просьбе вызвал скорую помощь.
Был доставлен в ГК БСМП, в приемный покой приехала Юлия, настойчиво просила дать согласие, чтобы составить трудовой договор.
Ему был поставлен диагноз: .
28.06.2021г. Ю.ФИО10 предложила подписать договор «задним числом» на трехдневную работу, который ей нужен был для проверяющих, договор был составлен от ИП ФИО8 и направлен его супруге. В качестве компенсации за полученные травмы Ю.ФИО10 передала его супруге руб.
07.07.2021г. ему сделали операцию , , которые нужно будет снимать через 1 год, 12.07.2021г. его выписали из больницы.
После выписки он продолжал амбулаторное лечение, 17.09.2021г. прошел судебное-медицинское освидетельствование, согласно которому ему причинена травма, относящаяся к категории «тяжкий вред здоровью».
Ответчик были допущены существенные нарушения действующего законодательства: допустили к работе без заключения договора, без проведения инструктажа и обучения, без обеспечения условий безопасного выполнения работ. В результате нарушений со стороны ответчика по организации и допуску к выполнению работ с опасными условиями труда он получил серьёзные травмы, вынужден был проходить длительное лечение, лишен возможности трудиться и обеспечивать семью. Он испытывал и продолжает испытывать сильную боль, болезненные ощущения в руке и ноге, а также душевные страдания после получения травмы. Некоторое время после падения находился в беспомощном состоянии, поскольку по просьбе ответчика сторожем скорая не была вызвана.
С учетом изложенного выше, просит установить факт трудовых отношений с ООО «Движение» с 25 июня 2021г., взыскать компенсацию морального вреда в сумме руб.
В судебных заседаниях истец ФИО1 исковые требования поддержал, пояснил, что официально трудоустроен в организации с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время, но, находясь в отпуске в 2021 году, решил сменить работу, поэтому искал в интернете вакансии. В июне 2021 года нашел подработку фасадчиком. Позвонил по номеру, указанному в объявлении, а потом, после согласования, приехал в офис компании где общался по поводу трудоустройства с Юлией ФИО10. Она сказала, что нужно будет оклеивать дымоходные трубы домов плиткой. Как называется точно должность, не знает. Не было никаких разъяснений, что это будет строительный контроль. Сами объекты - дома находятся в . В офисе Ю.ФИО10 показала, как оклеивать плиткой. Он после показал, как он умеет делать это, Юлию ФИО10 это устроило и она сказала, что он может приехать в на объект на следующий день. На каких именно объектах он должен был выполнять работы Ю.ФИО10 ему не сообщала. Расценки были такие: рублей за кв.м. Сам объект в показывал работник ФИО5, с которым он созвонился по номеру, который дала Юлия ФИО10. ФИО5 сказал, что они будут работать вместе в паре. ФИО5 не говорил, какие дома их, а какие - нет. Юлия ФИО10 пояснила, что нужно набраться опыта. Сразу трудоустраивать не стали, взяли на испытательный срок, как он предполагал. Заявлений никаких не писал. Имел планы остаться на постоянной основе и уволиться с предыдущей работы, поскольку слышал от других работников о хороших заработках в этой организации. На следующий день он работал в паре с этим ФИО5 на объекте. Отчет о проделанной работе снимался и присылался Юлии, так делали все работники на объекте. На объекте проработал два дня. На второй день работы получил травму, упав с крыши дома. Рабочего графика не было. Он работал в дневной бригаде с 9 утра и оставался там до 22 часов. Работа была на высоте, на крыше дома. Он ранее немного работал на «высотных» объектах и знает, что должна быть страховка, а здесь никаких снаряжений: касок, поясов для защиты не было. Так работали все. Его такие опасные условия работы устроили, поскольку нужны были деньги. Домов на объекте, на которых нужно было оклеить плитку, было около 20. Никаких договоров с ним не заключалось. Но планировалось в дальнейшем. Наименование организации работодателя, с которым планировалось заключить трудовой договор, не знает. Во второй день (26.06.2021г.) на объект приехал тоже с ФИО5, сразу начали вместе работать. Там у дома была деревянная лестница, двое рабочих залезли на крышу, а потом передали ее им, чтобы они залезли на крышу. Плитка и инструменты были в доме, который был расположен поодаль в поле. Дверь данного дома была прикрыта, но на замок не закрыта. Он в работе использовал клей, плитку, инструменты. Все работники из этого дома брали инструменты и материал, и он взял, а когда материала не хватило-ФИО5 на складе пошел и получил еще. ФИО5 никаких условий не ставил. Он с ним не обсуждал вопрос, принят он или нет на работу. ФИО5 никаких препятствий не чинил. Специальной страховки у работников не было. Все так работали. Никто с территории объектов не выгонял. У ФИО5 вопросов к нему не возникало. Он воспринимал его, как напарника. Отчет о проделанной работе через «Ватсап» отправляли все работники на номеру телефона, указанному в объявлении на сайте. Он тоже отправлял отчет на этот номер телефона. Он оклеивал только трубы на крыше. Сначала одну трубу оклеивали вместе, а потом каждый брал себе трубу отдельно. Он оклеил примерно 2-3 трубы в первый день. Во второй день его ФИО5 уехал с объекта примерно в 20.00, а он остался там до 22.00, так как хотел больше заработать. Ему бы это оплатили отдельно. Отчет во второй день не направлял.
Относительно оплаты своей работы истец в одном судебном заседании пояснил, что оплата в размере рублей за кв.м. должна была делиться потом на двоих, как он предполагает. Ему сказали, что все оплатят после сдачи объекта, но, когда именно это должно было быть, не знает.
Во втором заседании истец пояснил, что оплата должна была быть наличными каждый месяц в конце. Зарплата зависела от выполненных объемов, т.е. кто сколько сделает, тот столько и получит.
Кроме того, истец пояснил в судебном заседании, что в больнице, после получения травмы, находился две недели. С гипсом ходил до декабря. Больничный был оплачен. Не собирался обращаться в суд, поверив в уговоры Юлии, что она поможет денежно. Точную обговоренную сумму не знает, поскольку лежал в больнице, но знает его жена. Все договоренности были через жену. Это должна была быть человеческая помощь, не компенсация. Установленная сумма морального вреда обосновывается тем, что у него и ее нужно лечить, а также тем, что он почти инвалид, жена из-за него влезла в кредиты. Ему после травмы запрещен тяжелый труд. Инвалидность не установлена, но предполагает, что могла бы быть. На проведение медико-социальной экспертизы не направляли. Устанавливать сам не хочет из-за возможных проблем в будущем с трудоустройством. В результате травмы они с женой влезли в долги. Не считает, что Юлия виновата. Она просто некрасиво поступила. Сейчас он работает в ночь, с бетонщиков перевелся на более легкую работу. С постановлением Следственных органов об отказе в возбуждении уголовного дела не согласен.
Представители истца ФИО6, ФИО2 поддержали позицию своего доверителя, пояснили, что фактически истец договорился о трудоустройстве с Ю.ФИО10, которая является директором ООО «Движение», она его обучила оклейке и направила на объект, то есть допустила на объект. О выполненной работе истец направлял отчет ответчику на мобильный телефон, что подтверждается представленными скриншотами. Правила техники безопасности на объекте не были соблюдены, истца допустили без инструктажа, без страховки, ничего не выдали. Во время нахождения в больнице истца Ю.Гнатуш общалась с супругой истца, обещала помочь, признавая, что истец ее работник. Как представители с Ю.ФИО10 тоже разговаривали, есть аудиозапись, где Ю.ФИО10 признает, что истец был ее работником. Истец перенес физическую боль, операцию, длительное время был нетрудоспособен и сейчас испытывает боль, ему предстоит еще одна операция. Из-за травмы истцу пришлось сменить работу, теперь она менее оплачиваемая. Истец не может обеспечить свою семью с двумя маленькими детьми. Просили иск удовлетворить.
Представитель ответчика ООО «Движение» адвокат Митрофанов Ю.С. возражал против исковых требований, представил письменный отзыв на иск, пояснил, что никаких договоренностей о трудоустройстве истца в ООО «Движение» не было. Сам объект в , с которого, со слов истца, он упал, уже был завершен строительством и никакие работы на нем не выполнялись, в том числе не выполнялись работы по оклейке плиткой фасада или труб. По какой причине истец оказался на крыше дома неизвестно. Режим работы в ООО «Движение» был с 9 до 18, свободных вакансий не было. Сам истец давал пояснения участковому после падения о том, что он сам полез на крышу, поскользнулся и упал, а уже впоследствии стал пояснять, что он работал там. Просил в иске отказать.
Представитель третьего лица ИП ФИО8- ФИО7 возражал против исковых требований, поддержав позицию, изложенную в письменном отзыве, о том, что с истцом не было никакой договоренности, истец должен был съездить на объект, посмотреть его, и если бы его устроила работа, созвониться с Ю.ФИО10 и тогда бы его оформили по гражданско-правовому договору к ИП ФИО8, но не по трудовому договору в ООО. Нужен был помощник ФИО8 по строительному контролю. Никакие работы на доме уже не выполнялись, дом уже был введен в эксплуатацию. Просил в иске отказать.
Третье лицо ФИО8 не явился, извещен о времени и месте судебного заседания.
Ранее в предварительном судебном заседании ФИО8 пояснил, что ему было необходимо обследовать готовые объекты на предмет качества оклеивания плитки. Все делалось визуально. Если плохо сделано, то сразу видны отстаивание плитки от стены. Никакого специального образования для этого не нужно. Он один сделать это не мог в силу разных причин, попросил жену Юлию ФИО10 найти человека, с которым бы вместе провели осмотр готовых объектов. Он планировал заключить с работником договор ГПХ сроком на три дня. На что супруга потом сказала, что пришел человек, он посмотрит объект, а потом свяжется с ним. Он должен был объяснить ему, что такое технический контроль. Но с ним так никто и не связался. Он был вынужден все сделать сам. Само оклеивание плитки в технический контроль не входит, т.е. он искал помощника другого направления. Про переписку в «Ватсап» он ничего не знает. Офис компании ООО «Движение» находится по адресу: , жена является директором. У него офиса нет. Он не давал распоряжение о размещении объявления о вакансии в интернете. С исковыми требованиями не согласен. У истца был телефон в момент случившегося. Считает, что истец мог позвонить своей жене или в скорую сам. Он приезжал туда, когда супруга сказала, что кто-то упал. Собрались и поехали на стройку сразу же. Не знали, кто упал. Общалась потом с истцом только Юлия. Она сказала, что этот тот самый человек, который должен был перезвонить после того, как посмотрит объект. Также пояснил, что у них была возможность помочь, поэтому они с супругой решили помочь в максимально возможном для них размере. О работе выполненной истцом ему неизвестно. У него как у ИП есть договор с ООО «Движение». Наверху контролировать оклейку плитки не надо, трубы закрыты колпаками, наверху не проверяется, проверяются только стены. Визуально это можно увидеть снизу. У него в штате нет работников, он работает один. - бренд компании, которая производит гибкую плитку. находится там же, где ООО «Движение». Сайтом компании занимается ООО «Движение». Он занимается также производством плитки. За монтаж частично отвечает его супруга. Производством плитки занимается ООО «Движение». Был проект договора ГПХ, на основании которого он должен был бы только оплатить зарплату истцу. Он знает, что договор направлялся истцу. Так как это произошло с его согласия. Он подтверждает слова своей жены, что проект договора просил прислать сам истец. Понимает, что истец получил тяжкий вред здоровью, но есть отказ в возбуждении уголовного дела. Пояснил также, что они с супругой помогли по-человечески, они занимаются благотворительностью. Но потом истец с супругой захотели 1,5 миллиона рублей. Для них это большая сумма. Истец с супругой им стали угрожать, что если им не выплатят, то они пойдут в Следственный комитет, что они сделали в итоге. Потом они подали иск в суд с требованием взыскать уже 1 миллион рублей. Они готовы обсудить сумму, которую смогут выплатить и которая устроит их.
В судебное заседание третье лицо ФИО9 не явилась, извещена о времени и месте судебного заседания.
Ранее в предварительном судебном заседании ФИО9 пояснила, что является генеральным директорам ООО «Движение», которое занимаемся монтажом клинкерной плитки на объектах в . У нее есть штат сотрудников, которые официально трудоустроены и выполняют работы там с марта 2021 года. В июне 2021 года планировалась сдача объектов, поэтому ИП ФИО8 производил строительный контроль, как производитель данной плитки. Поскольку у него не было временной возможности, он попросил ее дать объявление о поиске помощника – проверяющего качество выполненной работы. На объявление отозвался истец. Она показала истцу, как клеить плитку, но, чтобы он понял, как и где проверять. ИП ФИО10. А.О. с истцом планировал заключить договор гражданско-правового характера сроком на три дня на осуществление строительного контроля. Ему была предложена оплата в размере рублей. Весь строительный контроль должен был происходить на земле. Истец должен был осмотреть качество оклейки плитки на стенах. Требований, чтобы проверяющий поднимался на крышу не было. Контроль оклейки плитки на трубе крыши осуществлялся путем восхождения по строительным лесам на крышу. Если строительных лесов не было, то контроль осуществлялся визуально с земли, там невысоко и все было видно. Она дала истцу телефон ФИО5 ФИО25, чтобы он отвез истца на объект, а потом истец должен был дать ответ либо с согласием, либо с отказом. Это было в пятницу. В субботу вечером она увидела пропущенные звонки, когда укладывала ребенка спать, и сразу же стала выяснять, что случилось. Оказалось, что упал какой-то ФИО3. Она сразу не поняла, кто это, потому что в штате у нее нет сотрудников с таким именем. После того, как узнали, что случилось, они с мужем( ФИО8.) приехали сразу же в . Полиции уже не было, была только скорая помощь. Истец лежал в машине. Но она с ним не общалась. Далее они проехали в Областную больницу, истец лежал уже в приемном отделении. Он позвонил супруге в ее присутствии, так как нужно было забрать его вещи. Она разговаривала по его телефону с его супругой. Они обменялись телефонными номерами. Так как тогда были карантинные меры, ей сказали, чтобы она забрала его вещи. Она сразу же позвонила потом его жене ФИО4. Да, обещала ей помочь, но чисто по-человечески, безвозмездно. Утром следующего дня его жена забрала его вещи и документы. Она выплатила ей материальную помощь в размере тысяч рублей. Но в случившемся себя виноватой не считает. Потом жена истца потребовала уже тысяч рублей. Она не отказывала, но сказала, что будет платить частями. ФИО4 это не понравилось, и они подали в суд. ФИО5 – это ее бывший монтажник, но на сегодняшний день он больше не работает. ФИО5 должен был только показать расположение объекта истцу. Ее супруг ФИО11 с истцом не виделся. Она сама объясняла истцу, что такое строительный контроль. Она не запрещала вызвать скорую – это все неправда. Она занимается благотворительностью, решила помочь истцу и его семье.
Свидетель ФИО12 в судебном заседании пояснил, что в 23 часа 00 минут он объезжал территорию. Подъехал к домам и услышал крик о помощи. Подошел к человеку, который лежал на тротуаре, тот попросил накрыть его, так как он замерз. Сколько он там лежал, он не знает. Он собрал все, что смог найти, и укрыл мужчину. Потом позвонил начальству с докладом, поехал к шлагбауму, но, когда он доехал туда, скорая помощь, полиция и начальство уже приехали туда. Скорую помощь он не вызывал. Все приехали раньше, чем он добрался до шлагбаума. Приехали почти все одновременно. Дорога у него заняла 5-10 минут, так как территория большая. Больше никого не было. Полиция потом составляла протокол. Данный объект охраняется только в вечернее время с 18-00 часов до 06-00 часов. Территория не огорожена, поэтому может зайти, кто угодно. Он делал объезд каждые три часа. Давал показания полиции только после случившегося на территории стройки. Не сообщал сотруднику полиции, что к нему подходил ФИО1 в 22-00 часов. Никто не подходил, и никто не просил его забрать вещи со стройки. Также пояснил, что он был трудоустроен у ФИО26 в 2021 году. У него была сезонная работа. Объект находился в . Территория там большая около 100 га. Там строятся частные дома. Ограждений нет. Там были уже построены дома, где лежал пострадавший. Всего есть два въезда на территорию. Один закрывается на замок и его так просто не открыть. Второй – через шлагбаум, который открывается с пульта. Пульт был у всех охранников, кладовщиков и директора. С 06.00 утра открывали шлагбаум, после 18-00 закрывали. После этого времени, чтобы въехать на территорию, нужно сделать у него отметку в журнале. Его рабочее место находилось в будке, рядом с шлагбаумом. Ранее на стройке был прораб, который предупреждал о задержавшихся. В тот день никто не приходил и ничего не говорил, что кто-то задержится на объекте. Он знал не всех работников, так как их очень много. Учетного листа въезжающих не было. На территорию мог попасть кто угодно. Там было 30-40 домов примерно. Он не контролировал, кто и как из рабочих переодевался. Никто не отмечался у него. Люди могли оставаться на объекте. В 18-00 часов осмотра нет. В 20-00 он проверял шлагбаум и третьи этажи домов. В 23-00 часов - частные дома и бассейн. Больше никого в тот момент не видел. Он спросил, почему он лежит там. Человек сказал, что упал с крыши. Он не знает, с какого именно дома он упал. Начальник ФИО27 приезжал. Пояснения, зафиксированные участковым, не поддержал, указав, что не читал, что написано, там написано неверно все, такого не было.
Свидетель ФИО13 в судебном заседании пояснила, что является супругой истца. Ей муж говорил, что обещали платить не менее тысяч рублей в месяц. Он не говорил, как должна была оплачиваться данная работа. Она поняла, что тысяч рублей – фиксированная сумма, а потом сколько он сделает дополнительно. ФИО5 – это работник, с которым муж работал. Она забирала домой мужа вечером после собеседования в офисе на машине. Он говорил, что в офисе показали, как оклеивать плитку. Юлия ему говорила, что работа стабильная, заказов много, поэтому волноваться не стоит. Муж пояснил, что его взяли на работу в Он говорил, что можно там работать по вечерам за дополнительную оплату. Так как по постоянному месту работы он работал по графику с 08-00 часов до 17.00 часов, то он планировал работать у Юлии по утрам и по вечерам в выходные дни. На территории в она не была. Сам объект она в тот день не видела. Видела уже потом после случившегося. Она супругу не могла дозвониться в тот день, когда он упал с крыши. Он никогда не жалуется. Она была в парикмахерской, поэтому смогла дозвониться до него только примерно в 20.30 часов. У мужа был странный голос. Он не сказал, что он упал с крыши. Она не знала, где это место, поэтому не поехала на объект лично. Потом ему еще раз позвонила, ответила уже Юлия, которая попросила не переживать, сказала, что с мужем все хорошо и он жив. Сказала, что она его работодатель, что муж упал с крыши и сейчас в больнице. На следующий день она поехала в больницу к мужу, но ее не пустили. Юлия сказала, что все его вещи у нее дома. Юлия дала ей свой номер телефона и адрес, где она живет, чтобы она могла забрать вещи супруга. Она поехала к ней и попросила зарплату за те дни, которые муж отработал, так как у них было тяжелое финансовое положение. Мужу нужна была вода и средства гигиены. Она говорила Юлии, что нужна помощь, просила пояснить, почему он упал, но Юлия не смогла пояснить, как это все получилось. Юлия попросила написать расписку, что те денежные средства, которые она ей передала, являются помощью. Так как нужны были деньги, она особо не задумывалась, какие бумаги подписывает. Она подробно не помнит, что там было написано, но там точно были указаны ее данные. Дома у Юлии они попили чай, Юлия отдала денежные средства наличными, попросила не переживать. Далее также общались по телефону, пока муж был в больнице. Юлия договаривалась также о доставке мужа домой на носилках, нанимала ребят со скорой. Потом она попросила Юлию еще помочь, так как мужу нужны были лекарства, у них съемная квартира, за аренду которой нужно платить за полгода вперед, а также у них поступал сын в колледж в тот момент. Юлия обещала помочь, но потом сказала, что ей не перевели деньги за работу, и помочь она не сможет. Она говорила, что она может взять мужа на завод, говорила, что он хороший работник. Самой ей пришлось трудоустроиться в такси, чтобы заработать деньги. Каждые две недели она возила мужу к врачам на обследование. Она обращалась к Юлии, потому что полагала, что муж работал у нее и она его работодатель. Спрашивала у Юлии, почему нет специальной страховки для работ на высоте, а Юлия сказала, что все работники так работают у нее. Мужа раньше работал на «высоте»,, знал, что должна быть страховка, а здесь ничего не было. Муж говорил, что Юлия не хотела вызывать ему скорую. Мужу через полгода опять нужно ложиться на операцию. Потом будет период восстановления. Сыну 16 лет сейчас, дочке 7 лет. Родственников у здесь нет, переехали из Уссурийска. Общались с Юлией по номеру телефона №. У них была переписка. Юлия также давала деньги на костыли в размере рублей. Как только муж вышел из больницы связь с Юлией закончились. Муж был лежачим в течение 4 месяцев, она осуществляла уход за ним самостоятельно, а также помогали дети. Он практически сам ничего не мог делать. Ночью он страдал от болей, кричал. Из больницы его выписали на третий день после случившегося. Через два с половиной месяца он смог садиться на небольшое время. Лекарственные средства они приобретали сами. Чеков не сохранилось. У мужа большой шов. Потом через 2-2,5 месяца стало легче. Он питался через трубочку. Поесть сам иногда пытался. Врач сказал, что дольше держать его на больничном не могут, выписали, поэтому муж перевелся на работу в ночь. У него сейчас коленка краснеет, потому что он долго на ногах стоит. Доход семьи снизился. К врачу не ходит сейчас. Между собой обсуждали, что могли бы разрешить все мирным путем, если бы Юлия выплатила им. Она сказала Юлии, что ей нужно тысяч рублей. Юлия просила никуда не обращаться, говорила, что она своих не бросает. Также Юлия прислала договор, где муж значился каким-то проверяющим. Юлия говорила, что подпишет за него данный договор.
Заслушав пояснения участников процесса, заключение прокурора, полагавшей иск не подлежащим удовлетворению, исследовав материалы гражданского дела, дав оценку представленным доказательствам, суд приходит к следующему.
Частью третьей статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.
Часть 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации устанавливает, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.
К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.
Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).
В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.
Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).
Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).
В статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя (часть 1 данной нормы).
Согласно части 1 статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.
Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).
Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 1 статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.
Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.
В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15), в пункте 20 содержатся разъяснения о том, что отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам, исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации, необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15).
Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).
Следовательно, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.
Судом установлено, что 26.06.2021г. (суббота) истец ФИО1 получил травму, упав после 22 часов с крыши в .
Полученная истцом травма относится к категории «тяжкий вред здоровью» согласно заключению эксперта №, проведенному в рамках проверки по факту падения истца в соответствии со ст. 144-145 УПК РФ по материалу №
24.06.2021г. истец обсудил в офисе (брендовое наименование производителя клинкерной плитки) с Ю.ФИО10 (директор ООО «Движение») условия работы на объекте, директор Ю.ФИО10 провела «обучение» истца и дав номер телефона своего работника ФИО14, дала последнему указание, взять истца с собой и показать объект в , на котором выполняются работы обществом.
Истец имел на тот период постоянную работу в и находился в июне 2021г. в оплачиваемом отпуске.
Из пояснений истца следует, что он искал подработку, а если бы его устроила работа, он бы уволился с предыдущей. Супруга истца ФИО13 пояснила в суде, что ее супруг имел намерение работать у Ю.ФИО10, не увольняясь с основной работы, до начала основной работы с утра и после основной работы вечером и по выходным.
Как указывает истец, два дня, 25.06.2021г. и 26.06.2021г., он имел доступ на территорию застройщика в , где расположены объекты, на которых ООО «Движение» выполняло работы, и выполнял работы на объектах вместе с работником ФИО5.
Истец видел, что другие работники в одном открытом доме берут материалы и инструменты, и также взял их для работы. Со склада ему никакие материалы и инструменты не выдавались.
В подтверждение доводов иска истцом суду представлена переписка в мессенджере «Ватсап» с номера его телефона, которая подтверждает обсуждение вопроса о выполнении истцом работы, а также 25.06.2021г. содержит фотографии трубы и переписку, относительно того, сколько труб сделал истец.
Также суду представлена другая переписка с номера телефона истца и владельцем номера, сообщенного истцу как работник ФИО5, которая также содержит сведения о выполненной работе.
Сама по себе регистрация телефонного номера на иное лицо, а не на ООО «Движение» или директора, не свидетельствует о том, что данная переписка была между истцом и кем-то иным, не имеющим отношения к ООО «Движение», поскольку содержанием переписки подтверждаются пояснения сторон о договоренности о встрече 24.06.2021г. в офисе по .
При таких обстоятельствах, присутствие истца 25 и 26 июня 2021г. и выполнение им работы на объекте, не опровергнут ответчиком, подтверждается перепиской в мессенджере и пояснениями ФИО14, который следственным органам пояснил, что он истца привозил два дня подряд на объект, истец что-то выполнял на объекте, а ФИО14 полагал, что истец согласился на работу.
Таким образом, суд приходит к выводу, что истец был фактически допущен руководителем ООО «Движение» к работе на объекте.
Более того, осуществляя надлежащий контроль за безопасностью на объекте, руководитель общества имела возможность запретить допуск истца на объект, указав об этом своему работнику ФИО14, однако она, напротив, дала указание ФИО28 показать объект истцу, тем самым допустив истца на объект.
Тот факт, что по представленному ответчиком договору в не входит в техзадание по договору от 11.03.2021г. не исключает того, что на данном доме могли выполняться какие-то работы по согласованию между застройщиком и подрядчиком.
Вместе с тем, судом также установлено, что согласно Правилам внутреннего трудового распорядка в ООО «Движение» предусмотрен режим рабочего времени с 09 до 18, а также выплата заработной платы два раза в месяц :15 числа каждого месяца и 1-го числа каждого месяца, следующего за расчетным. Также установлена 40-часовая пятидневная рабочая неделя.
Истец в судебном заседании пояснил, что у него был свободный график работы, в то время как в ООО «Движение» рабочий день был с 09 до 18 часов, что пояснили опрошенные в ходе проверки следственным органам работники ООО «Движение» ФИО14 и ФИО15
Сам истец пояснил, что оставался работать до 22 часов на объекте, чтобы больше выполнить работы и получить больше оплату.
Помимо этого, истец дважды в пояснениях суду указывал о разных обстоятельствах оплаты его труда, в одном случае, пояснил, что оплата руб за кв.м будет после выполнения работы на всех домах всей работы всеми, а во второй раз пояснил, что оплата должна была быть наличными каждый месяц в конце, «зарплата зависела от выполненных объемов, т.е. кто сколько сделает, тот столько и получит». При этом в пояснениях при проведении следственными органами проверки, истец пояснял, что оплата выполненных работ должна была произойти только после выполнения всех работ на доме и сдачи результатов работ застройщику.
ФИО9 поясняла суду, что с истцом была договоренность об оплате руб. за всю выполненную работу.
Из переписки усматривается, что была договоренность об оплате кв.м за кв.м.
Исходя из этого, возможно сделать вывод, что размер оплаты за выполненную работу истцу подлежал определению исходя из объема выполненной работы и выплате после сдачи результатов застройщику.
При этом из указанной выше переписки следует, что стороны имели общение ранее 24 июня 2021г, т.к. из переписки следует, что 21 июня 2021г. истцу поступило сообщение, что ему ищут напарника на фасад, что про него «не забыли», а уже 24 июня 2021г. предложено явиться на обучение в офис на , если для него актуальна работа фасадчиком, есть работа по направлению отделка дымоходных труб одноэтажных домов в коттеджном поселке, руб. кв. м.
С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что, несмотря на допуск на объект к выполнению работы, выполнение работы истцом было связано только с объектами в , то есть работа была фактически разовая, конкретная работа как постоянная трудовая функция истцу не поручалась, оплата определялась сдельная и подлежала выплате после сдачи результатов застройщику, то есть не предполагалось выплаты ежемесячной заработной дважды в месяц согласно нормам ТК РФ, с чем истец согласился и сам пояснял об этом и суду и следственным органам. Доказательств иного суду не представлено.
Кроме того, не было подчинения истца режиму рабочего времени ООО «Движение» (с 09 до 18), о чем истец также пояснил суду.
Падение истца имело место в выходной день (субботу), а не в рабочий день. Привлечение ответчиком истца в нерабочее время для выполнения работы ничем не подтверждается.
Приведенные выше обстоятельства в совокупности своей свидетельствуют о том, что между сторонами сложились отношения, при которых истец принял на себя обязательство по выполнению работы по оклейке дымоходных труб плиткой на объектах ответчика в с оплатой руб. за кв.м после выполнения работы и принятия их результата заказчиком-застройщиком, а не ответчиком, с выполнением работы в любое время, удобное истцу.
При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что сложившиеся между сторонами правоотношения не отвечают признакам трудовых отношений в их совокупности, а являются гражданско-правовыми отношениями, регулируемыми нормами гражданского законодательства.
Само по себе оказание и дальнейшее намерение Ю.ФИО10 и ее супруга оказать материальную помощь истцу и его семье не влечет автоматического признания наличия трудовых отношений между сторонами, поскольку намерение оформить гражданско-правовые отношения с истцом ни Ю.ФИО10, ни ее супруг ИП ФИО8 не отрицали, а, напротив, предложили истцу подписать проект договора. Более того, Ю.ФИО10 с супругом, имея финансовую возможность, готовы были оказать помощь истцу и его семье в пределах разумного, учитывая осуществление ими благотворительной деятельности.
С учетом этого, оснований для удовлетворения исковых требований в части установления факта трудовых отношений между истцом и ООО «Движение» с 25 июня 2021г. не имеется.
Что касается исковых требований о компенсации морального вреда, то в данной части суд приходит к следующему.
В силу положений ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Согласно ст. 1084 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а также при исполнении обязанностей военной службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей возмещается по правилам, предусмотренным настоящей главой, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.
Учитывая, что трудовых отношений между сторонами не возникло, приведенные истцом доводы в качестве оснований взыскания компенсации морального вреда с ответчика несостоятельны.
При этом, гражданско-правовые отношения предполагают риск выполнения работы стороной, принявшей обязательства по их исполнению на себя.
Как установлено судом, истец принял на себя обязательство по выполнению работы по оклейке дымоходных труб клинкерной плиткой, что изначально предполагало работу на высоте, как пояснил истец и его супруга, истец ранее имел опыт выполнения работы на «высоте», то есть для истца было очевидным, что выполнение работы на высоте в отсутствие специального страховочного оборудования может повлечь тяжкие последствия, однако, несмотря на это, истец начал выполнять работу в отсутствие такой страховки, то есть сам себе ее не обеспечил, обязанности по обеспечению страхового оборудования при гражданско-правовых отношениях на ответчика законом не возложено.
Принимая во внимание, что доказательств того, что истец получил травму вследствие ненадлежащего исполнения обязательств ответчиком суду не представлено, и законом предусмотренных оснований для взыскания компенсации морального вреда также не имеется, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании с ответчика компенсации морального вреда.
Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
исковые требования ФИО1 к ООО «Движение» об установлении факта трудовых отношений, взыскании компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Московский районный суд г.Калининграда в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Мотивированное решение изготовлено 28 июня 2022г.
Судья /подпись/