УИД 58RS0008-01-2022-003846-72

Судья Аравина Н.Н. № 33-1519/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

19 сентября 2023 г. г. Пенза

Судебная коллегия по гражданским делам Пензенского областного суда в составе

председательствующего Жуковой Е.Г.,

судей Мягковой С.Н., Усановой Л.В.,

при ведении протокола секретарем Рожковым Е.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании в здании Пензенского областного суда гражданское дело № 2-51/2023 по иску по исковому заявлению ФИО1 и ФИО2 к ФИО3 о признании недействительными завещания, свидетельства о праве на наследство по закону, свидетельства о праве на наследство по завещанию, зарегистрированного права общей долевой собственности, включении имущества в состав наследственной массы, признании права общей долевой собственности на квартиру

по апелляционной жалобе представителя ФИО3 по доверенности ФИО4 на решение Железнодорожного районного суда г.Пензы от 7 февраля 2023 г., которым постановлено:

исковые требования ФИО1 и ФИО2 удовлетворить частично.

Признать недействительным завещание, составленное 15 февраля 2017 г. Ч.В.И., ДД.ММ.ГГГГ г. рождения, в пользу ФИО3, удостоверенное нотариусом г. Пензы В.Т.А. и зарегистрированное в реестре за №

Признать недействительным свидетельство о праве на наследство по завещанию, выданное после смерти Ч.В.И. на имя ФИО3 3 декабря 2021 г. нотариусом г. Пензы Л.Л.А., зарегистрированное в реестре за №

Признать недействительным свидетельство о праве на наследство по закону, выданное после смерти Ч.В.И. на имя К.Л.Н. 4 декабря 2021 г. нотариусом г. Пензы Л.Л.А., зарегистрированное в реестре за №.

Включить в состав наследственной массы после смерти К.Л.Н., умершей ДД.ММ.ГГГГ г., квартиру, расположенную по адресу: <адрес> площадью 30,5 кв.м., кадастровый номер №.

Признать за ФИО1 и ФИО2 право общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, площадью 30,5 кв.м., кадастровый номер №, по ? доле за каждой, в порядке наследования после смерти К.Л.Н., умершей ДД.ММ.ГГГГ

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Заслушав доклад судьи Жуковой Е.Г., судебная коллегия

установил а:

ФИО1 и ФИО2 обратились в суд с иском к ФИО3, указав, что ДД.ММ.ГГГГ г. умерла их мать К.Л.Н. Ответчик ФИО3 при жизни К.Л.Н. обращался в Железнодорожный районный суд г. Пензы с исковым заявлением к последней о признании недостойным наследником по закону. При рассмотрении указанного дела К.Л.Н. обращалась со встречным иском к ФИО3 о признании завещания от 15 февраля 2017 г., составленного Ч.В.И. в пользу ФИО3, недействительным, признании свидетельства о праве на наследство недействительным, о признании права собственности. Протокольным определением суда от 14 марта 2022 г. было отказано в принятии встречного иска. После смерти К.Л.Н. ДД.ММ.ГГГГ. было заведено наследственное дело № к имуществу умершей. Истцы являются наследниками, подавшими заявления о принятии наследства по закону после смерти К.Л.Н. В связи с тем, что при жизни К.Л.Н. не могла в полной мере реализовать свои права на обращение с настоящим иском, они обратились с настоящим иском в суд, являясь ее наследниками.

ДД.ММ.ГГГГ г. умер муж К.Л.Н. - Ч.В.И. При жизни Ч.В.И. завещал принадлежащее ему имущество, в том числе квартиру, находящуюся по адресу: <адрес>, К.Л.Н., что подтверждается завещанием от 18 июня 2015 г. После смерти Ч В.И. стало известно, что при жизни Ч.В.И. завещал спорную квартиру сыну от первого брака ФИО3 (ответчику по делу) на основании завещания от 15 февраля 2017 г. (удостоверено нотариусом В.Т.А. и зарегистрировано в реестре за №). На основании указанного завещания на имя ответчика было выдано свидетельство о праве на наследство по завещанию, согласно которому ФИО3 является наследником ? долей квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. К.Л.Н. было выдано свидетельство о праве на наследство по закону от 4 декабря 2021 г., согласно которому она является наследником ? доли вышеуказанной квартиры. Полагают, что при составлении завещания 15 февраля 2017 г. Ч.В.И. не имел возможности понимать значение своих действий и руководить ими по причине психического расстройства. Примерно с 2016 г. контакт с Ч.В.И. был затруднителен из-за интеллектуально-мнестического снижения. При осмотре у психиатра в 2017 г. у Ч.В.И. были отмечены зрительные и слуховые галлюцинации, снижение интеллекта и памяти, всех психических процессов. Решением Железнодорожного районного суда г. Пензы от ДД.ММ.ГГГГ г. Ч.В.И. был признан недееспособным, на основании данного решения над Ч.В.И. была установлена опека. Истцы полагают, что при таких обстоятельствах на момент совершения завещания 15 февраля 2017 г. имело место искажение воли Ч.В.И., в результате которого он не понимал значение своих действий и не мог руководить ими, не обладал полной дееспособностью.

ФИО1 и ФИО2 просят признать завещание от 15 февраля 2017 г., составленное Ч.В.И. и удостоверенное нотариусом г.Пензы В.Т.А., зарегистрированное в реестре за №, недействительным; признать свидетельство о праве на наследство по завещанию, выданное на имя ФИО3 после смерти Ч.В.И., и свидетельство о праве на наследство по закону от 4 декабря 2021 г., выданное на имя К.Л.Н., после смерти Ч.В.И. недействительными; признать зарегистрированное на квартиру <адрес> право общей долевой собственности недействительным; включить после смерти К.Л.Н., умершей ДД.ММ.ГГГГ г., в состав наследственной массы квартиру, расположенную по адресу: <адрес>; признать за ФИО1 и ФИО2 право собственности на указанную квартиру по ? доли за каждой.

Железнодорожный районный суд г.Пензы постановил вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе представитель ФИО3 по доверенности ФИО4 не согласна с решением суда. Полагает, что суд дал неверную оценку представленным стороной ответчика по делу доказательствам, в частности показаниям свидетелей Р.Н.Ю., К.М.М., Д.Н.А., Б.Е.А., Ч.Л.А., из которых следует, что они часто общались с умершим Ч.В.И., в том числе на период составления им оспариваемого завещания. При этом подтвердили, что Ч.В.И. в спорный период обслуживал себе сам, самостоятельно передвигался по городу, ходил к ним в гости, ездил на общественном транспорте, помогал проводить ремонт сестре бывшей жены, проводил электрическую проводку, давал советы как специалист-электрик, понимал, что делает, отдавал отчет своим действиям.

Суд в основу постановленного решения положил выводы проведенной по делу судебной психолого-психиатрической экспертизы. Однако выводы данной экспертизы вызывают сомнение в их обоснованности, поскольку основаны на односторонней, выборочной оценки медицинских документов Ч.В.И., которые были представлены экспертам, в связи с чем допущены неточности, противоречия с записями врачей-психиатров о состоянии здоровья Ч.В.И. в период, приближенный к дате оформления завещания, записи врача-психиатра от ДД.ММ.ГГГГ г. вообще не приняты внимание, в заключении указываются записи врачей, которые были сделаны гораздо позже февраля 2017 г. (октябрь 2017, 2018, 2020 г.), не приняты во внимание показания свидетелей, которые часто общались с умершим. Кроме того, показания эксперта Р.Т.В. в судебном заседании противоречат описательной части самой экспертизы. При указанных обстоятельствах суд необоснованно отклонил ходатайство о проведении повторной экспертизы. Наряду с этим отмечает, что истец ФИО1 работает в областном бюро судебной медицинской экспертизы, что также могло повлиять на результаты экспертизы. Просила решение суда отменить.

В письменных возражениях истцы ФИО1 и ФИО2 просили отклонить доводы апелляционной жалобы как несостоятельные.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО3 по доверенности ФИО4 подержала доводы апелляционной жалобы.

Истцы ФИО1 и ФИО2, их представитель по ордеру адвокат Кадеркаева Н.Я. просили решение суда оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащем образом, в судебное заседание не явились. Суд апелляционной инстанции в порядке статьи 167 ГПК РФ определил о рассмотрении дела в их отсутствие.

Проверив материалы дела, заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, проверив законность и обоснованность решения суда, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2023 г. № 23 «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Решение суда первой инстанции указанным требованиям не соответствует.

Согласно статьи 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону.

На основании части 2 статьи 1111 ГК РФ наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

В соответствии с нормами статьи 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. Завещание должно быть совершено лично.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1131 ГК РФ при нарушении положений данного Кодекса, влекущем за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 ГК РФ) и специальными правилами раздела V ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

По смыслу вышеуказанных норм и разъяснений Пленума юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими установлению по данному делу, является наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ г. Ч.В.И. было составлено завещание, которым все принадлежащее ему имущество, в чем бы оно ни заключалось и где бы ни находилось, в том числе, квартиру по адресу: <адрес>, завещал жене К.Л.Н., ДД.ММ.ГГГГ г. рождения (супруге от второго брака). Данное завещание было удостоверено нотариусом г.Пензы В.Т.А. и зарегистрировано в реестре за №.

ДД.ММ.ГГГГ г. Чугунов В.И. составил завещание, которым лично ему принадлежащее имущество – все объекты недвижимого имущества жилого или нежилого назначения, в том числе, права на объекты недвижимого имущества, находящиеся по любому адресу на территории РФ, завещал сыну ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г. рождения (сыну от первого брака). Данное завещание было удостоверено нотариусом г.Пензы В.Т.А. и зарегистрировано в реестре за №

30 мая 2021 г. Ч.В.И. умер, что подтверждается копией свидетельства о его смерти №

2 июня 2021 г. К.Л.Н. обратилась к нотариусу г.Пензы Л.Л.А. с заявлением о принятии наследства после умершего супруга Ч.В.И.

20 июля 2021 г. ФИО3 обратился к нотариусу г.Пензы Л.Л.А. с заявлением о принятии наследства после умершего отца Ч.В.И.

Нотариусом г.Пензы Л.Л.А. 2 июня 2021 г. заведено наследственное дело № к имуществу Ч.В.И. В состав наследства вошло следующее принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество: квартира, расположенная по адресу: <адрес>

Поскольку последующее завещание в силу положений ст. 1130 ГК РФ отменяет предыдущее, 3 декабря 2021 г. ФИО3 нотариусом г. Пензы Л.Л.А. было выдано свидетельство о праве на наследство по завещанию на ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>, зарегистрированное в реестре за № Право собственности ФИО3 зарегистрировано в установленном порядке, с внесением записи в Единый государственный реестр недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ за №.

4 декабря 2021 г. К.Л.Н. нотариусом г. Пензы Л.Л.А. было выдано свидетельство о праве на наследство по закону (на обязательную долю в наследстве) на ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>, зарегистрированное в реестре за №. Право собственности К.Л.Н. зарегистрировано в установленном порядке, с внесением записи в Единый государственный реестр недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ г. за №

17 марта 2022 г. К.Л.Н. умерла, что подтверждается свидетельством о ее смерти № от 18 марта 2022 г.

Истцы ФИО1 и ФИО2, как наследники после смерти К.Л.Н., обратилась в суд с настоящим иском, обосновывая заявленные требования тем, что в момент составления завещания ДД.ММ.ГГГГ г. Ч.В.И. в силу своего состояния здоровья не мог понимать значение своих действий и руководить ими, имело место искажение воли наследодателя при совершении названной сделки.

Для проверки доводов истцов о том, что в момент составления завещания от ДД.ММ.ГГГГ в отношении сына ФИО3 Ч.В.И. не мог понимать значение своих действий и руководить ими, осознавать характер и последствия сделки, судом первой инстанции была назначена судебная посмертная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областная психиатрическая больница им.К.Р. Евграфова».

Согласно заключению судебной комплексной психолого-психиатрической комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ №, у подэкспертного Ч.В.И. на момент подписания завещания ДД.ММ.ГГГГ имелись клинически достоверные признаки <данные изъяты>., о чем свидетельствуют анамнестические сведения о наличии у Ч.В.И. последствий <данные изъяты> Данный диагноз подтвержден результатами психиатрических исследований, проведенных ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в КГБ № и в поликлинике МСЧ МВД России по Пензенской области ДД.ММ.ГГГГ Еще до заключения сделки у Ч.В.И. были выявлены психические нарушения и выставлен диагноз <данные изъяты>. У испытуемого были выявлены: <данные изъяты>. Таким образом, на период времени, интересующий суд, а, именно, ДД.ММ.ГГГГ Ч.В.И. не мог понимать значение своих действий и руководить ими. По заключению психолога: на момент подписания завещания у Ч.В.И. имелись индивидуально-психологические особенности в виде <данные изъяты> Данные индивидуально-психологические особенности выражены столь значительно, что лишали Ч.В.И. способности на момент подписания ДД.ММ.ГГГГ понимать значение своих действий и руководить ими, а также осознавать характер и последствия сделки по распоряжению своим имуществом на случай смерти в пользу конкретных лиц. Об этом свидетельствуют данные медицинской документации, из которой следует, что в период, наиболее приближенный к юридически значимой дате оформления завещания, Ч.В.И. неоднократно осматривался врачами психиатрами, которые с конца 2016 г. отмечали <данные изъяты> в результате чего ему назначалось соответствующее лечение.

Суд первой инстанции принял в качестве допустимого доказательства заключение названной комплексной психолого-психиатрической комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № №, указав в решении, что каких-либо обстоятельств, позволяющих признать данное заключение комиссии экспертов недопустимым либо недостоверным доказательством по делу, не установлено, в связи с чем отказал в удовлетворении ходатайства ответчика о назначении по делу повторной судебной экспертизы.

На основании данного заключения экспертизы, показаний свидетелей Б.Т.А., П.Г.А., Д.Т.Д., а также данных истории болезни № на больного Ч.В.И., поступившего на лечение первично 8 декабря 2016 г. в ГБУЗ «<адрес>», осмотра врача-психиатра поликлиники <адрес> 16 января и 4 апреля 2017 г., данных медицинской карты № ГБУЗ <адрес> за декабрь 2018 г. суд пришел к выводу об удовлетворении заявленных исковых требований.

Судебная коллегия не может согласить с указанными выводами суда, поскольку они сделаны при недоказанности установленных обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения спора.

В соответствии с частью 1 статьи 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, имеют право представлять доказательства и участвовать в их исследовании.

Частью 1 статьи 56 ГПК РФ предусмотрено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

Согласно части 1 статьи 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

Согласно части 2 статьи 87 ГПК РФ в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

Пунктами 42, 43 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 июня 2021 г. № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» разъяснено, что в соответствии с абзацем вторым части 2 статьи 327 ГПК РФ суд апелляционной инстанции принимает дополнительные (новые) доказательства, если признает причины невозможности представления таких доказательств в суд первой инстанции уважительными.

К таким причинам относятся, в частности, необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании, приобщении к делу, исследовании дополнительных (новых) письменных доказательств либо ходатайств о вызове свидетелей, о назначении экспертизы, о направлении поручения.

Дополнительные (новые) доказательства не могут быть приняты судом апелляционной инстанции, если будет установлено, что лицо, ссылающееся на них, не представило эти доказательства в суд первой инстанции, поскольку вело себя недобросовестно и злоупотребляло своими процессуальными правами.

Если судом первой инстанции неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 1 части 1 статьи 330 ГПК РФ), то суду апелляционной инстанции следует поставить на обсуждение вопрос о представлении лицами, участвующими в деле, дополнительных (новых) доказательств и при необходимости по их ходатайству оказать им содействие в собирании и истребовании таких доказательств.

Суду апелляционной инстанции также следует предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные (новые) доказательства, если в суде первой инстанции не доказаны обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 2 части 1 статьи 330 ГПК РФ), в том числе по причине неправильного распределения обязанности доказывания (часть 2 статьи 56 ГПК РФ).

Принимая во внимание доводы стороны ответчика о наличии сомнений в правильности заключения экспертов Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областная психиатрическая больница им. ФИО18», учитывая, что при даче заключения экспертами не исследованы и не дана оценка всем материалам дела, характеризующим психический статус Ч.В.И. на момент составления спорного завещания, судебная коллегия пришла к выводу о том, что суд необоснованно отказал ответчику в назначении повторной посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, лишив тем самым ответчика права на представление по делу доказательств.

Учитывая указанные обстоятельства, а также то, что в ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции в порядке пункта 43 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 июня 2021 г. № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» в качестве новых доказательств приобщены к материалам дела медико-экспертная документация по освидетельствованию Ч.В.И. за 2015, 2016, 2017, 2019, 2020 гг., дополнительная амбулаторная карта Ч.В.И., а также медицинская документация из ФГБУ «<данные изъяты>» Минздрава России (г.Пенза), содержащие сведения о психическом статусе Ч.В.И. на период составления завещания, судебной коллегией удовлетворено ходатайство стороны ответчика о назначении по делу повторной посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, производство которой поручено экспертам ФГБУ «<адрес>.

В результате проведенной повторной экспертизы эксперты пришли к выводу, что при составлении завещания ДД.ММ.ГГГГ у Ч.В.И. имелось другое непсихотическое расстройство в связи <данные изъяты> Об этом свидетельствуют данные представленной медицинской документации в сопоставлении с материалами гражданского дела о наблюдавшейся у него в течение многих лет <данные изъяты>, что обусловило формирование у него когнитивных нарушений <данные изъяты>. Однако в связи с противоречивостью сведений, содержащихся в медицинской документации (в записи психиатра от ДД.ММ.ГГГГ указано, что контакт затруднен из-за когнитивного снижения… всесторонне ориентирован… критика сохранено; при осмотре на МСЭ от ДД.ММ.ГГГГ выявлялись умеренные нарушения психических функций) с учетом тенденции к волнообразному течению психических расстройств при органических расстройствах сосудистого генеза с выраженной зависимостью мнестико-интеллектуальных возможностей от соматического состояния и самочувствия, а также в связи с неоднозначностью свидетельских показаний, дифференцированно оценить степень нарушения психической деятельности Ч.В.И. в юридически значимый период – на момент подписания завещания ДД.ММ.ГГГГ и его способность понимать значение своих действий и руководить ими не представляется возможным.

Эксперты также пришли к выводу, что направленный психологический анализ представленных материалов, в том числе медицинской документации позволяет сделать вывод о том, что в момент совершения сделки (ДД.ММ.ГГГГ) у Ч.В.И. обнаруживались такие черты, как доброжелательность, открытость, общительность, интеллигентность, усвоенность морально-этических правил поведения и стремление им следовать, способность к установлению и поддержанию теплых взаимоотношений, значимость семьи в структуре его ценностей. Наряду с этим в силу возрастных и соматических обусловленных изменений, отмечались снижение активности, ограничение ресурсов социальной адаптации, колебания состояния и продуктивности интеллектуальной деятельности, эмоциональная лабильность, тревожность, раздражительность. В период, относящийся к подписанию Ч.В.И. оспариваемого завещания, отмечались <данные изъяты>. Вместе с тем, выявлялось периодическое улучшение состояния психического здоровья, доступность контакту, всесторонняя ориентация с сохранностью критических способностей к собственным галлюцинациям. Однако, в связи с малоинформативностью сведений в материалах гражданского дела, а также противоречивостью представленной медицинской документации определить степень их выраженности, а также их влияние на способность осознанно и самостоятельно принимать адекватное решение в данном случае не представляется возможным.

У судебной коллегии не имеется оснований не доверять заключению повторной экспертизы, поскольку заключение составлено в соответствии с требованиями гражданско-процессуального законодательства, на основе исследования совокупности собранных по делу доказательств, в том числе медицинской документации относительно психического статуса Ч.В.И. на момент составления им завещания ДД.ММ.ГГГГ, выводы экспертизы мотивированы, экспертное заключение подготовлено экспертами в составе комиссии, эксперты имеют продолжительный стаж экспертной деятельности, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного экспертного заключения.

Выводы экспертизы Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областная психиатрическая больница им. К.Р. Евграфова» в связи с неполным исследованием медицинской документации в отношении Ч.В.И., а также неполном исследованием показаний всех допрошенных по делу свидетелей судебная коллегия не может принять в качестве бесспорного и достоверного доказательства по делу.

Оснований для назначения повторной экспертизы в Республиканскую клиническую психиатрическую больницу <адрес> по ходатайству ответчиков судебная коллегия не усмотрела, поскольку истцами не приведено доводов относительно недостоверности выводов повторной экспертизы ФГБУ «<адрес>

Наряду с этим судебная коллегия также полагает, что суд необоснованно отклонил показания свидетелей Р.Н.Б., Ч.Л.А., Д.Н.А., Б.Е.А. и К.М.М. относительно того, что у них не возникало сомнений в дееспособности и адекватности завещателя, а также то, что Ч.В.И. ориентировался во времени и пространстве, мог себя самостоятельно обслуживать, при этом суд не принял во внимание, что указанные свидетели часто общались с умершим, в том числе в период составления спорного завещания.

Из показаний свидетелей Б.Т.А., П.Г.А., Д.Т.Д., которые суд наряду с заключением первоначальной экспертизы положил в основу постановленного решения, следует, что они являются коллегой, дальней родственницей и приятельницей К.Л.Н. и видели Ч.В.И. только эпизодически.

Ссылка суда в решении в обоснование своим выводам на данные медицинской карты № ГБУЗ <адрес> за декабрь 2018 г. также является ошибочной, поскольку указанные сведения не соответствуют юридически значимому периоду ДД.ММ.ГГГГ г.

Таким образом, анализ доказательств, имеющихся в материалах настоящего гражданского дела, свидетельствует о том, что истцами не представлено доказательств, соответствующих требованиям относимости и допустимости, которые бы с очевидностью свидетельствовали о том, что ДД.ММ.ГГГГ г. при составлении завещания Ч.В.И. не понимал значение своих действий и не мог руководить ими.

Изложенные выше обстоятельства свидетельствуют о том, что оспариваемое решение суда первой инстанции принято при недоказанности установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, в связи с чем подлежит отмене с вынесением по делу нового решения об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований.

Руководствуясь ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

определил а:

решение Железнодорожного районного суда г.Пензы от 7 февраля 2023 г. отменить. Вынести по делу новое решение.

Исковые требования ФИО1 и ФИО2 к ФИО3 о признании недействительными завещания, свидетельства о праве на наследство по закону, свидетельства о праве на наследство по завещанию, зарегистрированного права общей долевой собственности, включении имущества в состав наследственной массы, признании права общей долевой собственности на квартиру оставить без удовлетворения.

Апелляционную жалобу представителя ФИО3 по доверенности ФИО4 – удовлетворить.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 26 сентября 2023 г.

Председательствующий

Судьи